Готовый перевод Rebirth of the Medicinal Cuisine Life / Рецепт второй жизни: Путь к сердцу через суп: Глава 5

Так называемая «группа принцев»

Четверо парней в отдельной кабинке вовсю веселились и выпивали, как вдруг до них донесся какой-то шум, заставивший всех замереть в недоумении!

Кабинки изначально создавались для того, чтобы никто не смел мешать отдыхающим, а звукоизоляция в подобных увеселительных заведениях клубного типа и вовсе была продумана до мелочей. И раз уж даже при таких условиях до них донесся этот галдеж, вывод напрашивался сам собой: снаружи разгорелся нешуточный конфликт.

Цилинь первым опустил бокал и направился к выходу. Он привел с собой соседей по комнате, а значит, был обязан позаботиться об их безопасности. Если произошло пустяковое недоразумение, можно просто всех разогнать, но если там назревало что-то серьезное, лучше поскорее увезти ребят от греха подальше, чтобы ненароком не вляпаться в неприятности.

Однако стоило ему приоткрыть дверь, как Цилинь тут же остолбенел на месте!

К счастью, сообразительности ему было не занимать: парень мгновенно прикрыл дверь наполовину и выскользнул наружу.

Хоть всё и произошло в мгновение ока, Хань У успел разглядеть обстановку в коридоре: там шумели две противоборствующие компании, готовые в любую секунду сойтись врукопашную.

И в тот самый момент, когда Цилинь выскользнул в коридор, лицо стоявшего рядом с ним Юань Лана заметно омрачилось!

Едва Хань У собрался спросить, не стоит ли им выйти и посмотреть, в чем дело, как Цилинь вернулся обратно в кабинку и без лишних слов велел всем собираться — они уходят.

Оказавшись за дверью и шагая по коридору, Хань У украдкой бросил взгляд на две группы парней, всё еще продолжавших пикировку. На вид им было около двадцати, и судя по одежде и манерам, все они происходили из весьма состоятельных семей. Оставалось лишь гадать, что заставило их так жестко испортить друг другу настроение.

В обеих компаниях явно выделялись лидеры. Когда мимо них проходил Цилинь со своими спутниками, несколько человек кивнули ему в знак приветствия, попутно оценивающе разглядывая остальных троих парней.

Хань У слегка опустил голову, лишь изредка бросая быстрые взгляды из-под ресниц, и послушно последовал за Цилинем к выходу.

Уже на улице, покинув бар, Цилинь обратился к Юань Лану: — Сначала проводи старшего и остальных! Если я сегодня не появлюсь в общежитии, не забудь прикрыть меня перед старостой!

Юань Лан с неодобрительным вздором посмотрел на него и лишь бросил вполголоса: — Будь осторожнее!

Хань У еще не до конца понимал суть их разговора, как вдруг возмущенно запротестовал стоявленный рядом Ань Сюйян: — Цилинь, это еще что за разговоры? Мы что, трусы какие-то? Подумаешь, драка! Кто тут вообще боится?

Хань У вздрогнул, мгновенно сообразив, к чему клонит Цилинь: тот хотел, чтобы Юань Лан отвел их в общежитие, а сам собирался вернуться в заведение — судя по всему, чтобы поддержать ту самую компанию, члены которой только что поприветствовали его.

Цилинь махнул рукой и пояснил Ань Сюйяну и Хань У: — Старший, Сяо У, драться-то мы не боимся, но вы только недавно приехали в Цзинду и еще не знаете местной расстановки сил. Ни с одной из тех двух компаний нам связываться не по зубам! Но раз уж я оказался свидетелем, пройти мимо не могу — иначе потом будет только хуже. Вы-то тут при чем? Вы ведь даже не знакомы с ними, не лезьте в это дело... У моей семьи здесь кое-какие связи имеются, так что даже если дойдет до скандала, ничего страшного не случится. А вот вы — совсем другое дело. Если разразится серьезный конфликт, вас просто сделают козлами отпущения, и никто не сможет помочь.

Выпалив всё это в один присест и не давая друзьям опомниться, Цилинь бросился обратно в бар. Юань Лан немного понаблюдал за ним, а затем повел Хань У и остальных в сторону университета.

По дороге назад обычно жизнерадостный Ань Сюйян хранил мрачное молчание. Лишь спустя долгое время, с трудом сдерживая накопившуюся внутри злость, он выдавил из себя вопрос: — Кто вообще эти люди? С чего это Цилинь так всполошился?

Юань Лан перевел взгляд на заговорившего старшего, затем посмотрел на Хань У, который всю дорогу шел так же тихо, как и всегда, и наконец неторопливо произнес: — Старший, ты ведь из Шэньяна, верно?

Ань Сюйян озадаченно посмотрел на Юань Лана, не понимая, к чему тот вдруг завел разговор о его родных краях.

— Скажи, разве у вас в Шэньяне нет таких же баловней судьбы твоего возраста? Ты видишь их, но они недосягаемы. Попытаешься держаться подальше — семья не велит, попытаешься пробиться в их круг — всё равно чужаком останешься, верно? — Юань Лан криво усмехнулся и вопросительно приподнял бровь.

Ань Сюйян мгновенно всё понял и больше не проронил ни слова.

Всего пара простых фраз исчерпывающе передавала всю горечь юношеских надежд. Хань У мысленно вздохнул: оказывается, даже эти молодые мажоры далеко не всегда получают от жизни всё, чего хотят!

И всё же кое-что оставалось для него загадкой: раз уж все они принадлежали к влиятельным кланам Цзинду, даже при отсутствии дружбы не стоило устраивать публичные разборки. Им ведь следовало хоть немного заботиться о репутации старших в семье и считаться с их волей!

— Ничего себе, Сяо У, а я и не думал, что ты, обычно такой молчаливый, в таких делах разбираешься! — удивленно и радостно воскликнул Юань Лан.

Сначала Хань У растерялся, но сообразив, в чем дело, понял: он просто озвучил свои мысли вслух.

— На самом деле, пока дело не доходит до смертоубийства, их семьям глубоко плевать на такие стычки. По их мнению, кто же в молодости не совершал глупостей? Ну а если вдруг кто-то погибнет... — продолжения о том, что будет в случае гибели кого-то из участников, Юань Лан озвучивать не стал.

Но Хань У и сам всё прекрасно понимал. Прожив столь долгую жизнь, пускай и прячась за собственными маленькими секретами, он успел навидаться всякого: и человеческих пороков, и суровой жизненной прозы, и холода людских сердец.

— С чего же они тогда сцепились? — поинтересовался Ань Сюйян. По его разумению, даже если молодые господа из влиятельных семей Шэньяна не питали друг к другу теплых чувств, на людях они всегда соблюдали приличия и уж точно никогда не опускались до подобных сцен.

— Эх! Политические разногласия не поделили! — Юань Лан развел руками. — Та компания, что поздоровалась с Цилинем, старший, кажется, должна быть тебе знакома.

Ань Сюйян кивнул.

— Среди них есть пара парней из нашего университета, а один и вовсе наш старшекурсник. Как бы они ни развлекались за закрытыми дверями, к советам старших дома они всё же прислушиваются. По крайней мере, на людях это подающие надежды молодые аристократы. Их ждет престижный университет и блестящее будущее!

А вот вторая компания... там никаких рамок приличия нет и в помине. Смысл их жизни можно описать четырьмя словами: жратва, выпивка и развлечения! Они с презрением смотрят на таких ребят, как наш старшекурсник, считая их двуличными лицемерами, и только и ждут повода, чтобы придраться. — Юань Лан в двух словах обрисовал расстановку сил в этой тусовке.

Хань У невольно цыкнул про себя. Эх! Всё-таки сущее детишки! Если говорить начистоту, они просто бесят друг друга без всякой веской причины! Неудивительно, что старшие не вмешиваются: реального конфликта интересов нет, попробуй тут разберись или найди управу — проще пустить всё на самотек и позволить им беситься дальше.

— Скажи, с Цилинем ведь ничего не случится? — немного подумав, с беспокойством спросил Хань У.

Юань Лан покачал головой: — На самом деле до настоящей драки вряд ли дойдет. Просто в таких ситуациях людям вроде Цилиня обязательно нужно обозначить свою позицию и принять чью-то сторону, иначе потом окажешься плохим для обеих компаний!

— А почему тебе не нужно обозначать свою позицию? — выпалил Ань Сюйян, озвучивая мучивший его вопрос.

Хань У едва не хлопнул себя по лбу от досады: ну как можно быть таким прямолинейным? Некоторые вопросы просто нельзя задавать вслух, как бы сильно ни было любопытство!

Юань Лан, впрочем, ничуть не смутился. Улыбнувшись, он ответил: — Я? Да у меня просто нет на это права!

Если говорить откровенно, даже среди друзей и приближенных молодых хозяев существовала своя строгая иерархия, и далеко не каждый мог позволить себе в подобном участвовать.

Услышав такой ответ, Ань Сюйян тут же сообразил, что сболтнул лишнего, смущенно поскреб короткий ежик волос и растерянно замер, не зная, как исправить неловкость.

Неспешно переговариваясь и постепенно трезвея от ночной прохлады, троица вернулась в университет. По дороге неторопливый обмен репликами между Юань Ланом и Ань Сюйяном позволил Хань У в очередной раз прикоснуться к изнанке этого сложного, чуждого для его прежней простой жизни мира.

В ту ночь Цилинь действительно так и не вернулся. Соседи по комнате помогли ему отбрехаться на вечерней проверке, но уснуть так никто и не рискнул. Лишь под утро, ровно в три часа, Цилинь бесшумно проскользнул в комнату.

Едва переступив порог, он чуть не ослеп от сиявших в темноте трех пар глаз, уставившихся на него, как прожекторы.

— Ого! Вы что, все не спали? — изумился Цилинь.

Хань У зевнул и сонным голосом отозвался: — Ага, вот как раз собирались! — Едва он договорил, как со стороны кровати старшего донесся слабый храп.

Зажмурившись, Хань У подумал про себя: к счастью, ему досталось тело молодого парня, иначе после целого дня развлечений и бессонной ночи его старые кости вряд ли бы вынесли такое испытание!

Когда в комнате бодрствовать остались только Цилинь и Юань Лан, в тишине едва слышно прозвучал тихий шепот:

— Вообще-то вам не стоило...

— Да я предупредил их, они сами захотели ждать. Эти двое... они совсем не похожи на ту компанию!

http://bllate.org/book/25234/3008103