Готовый перевод My Childhood Sweetheart Returns After Five Years of Being Replaced / Пять лет в тени: Возвращение забытого супруга [Завершено]: Глава 15

В тот период он спал меньше трёх часов в сутки, ради привлечения инвестиций пил до помутнения рассудка со всевозможными боссами, учился воспринимать новые знания и вникать в бизнес — на сон почти не оставалось времени. Если бы не выносливый организм высшего Alpha, он бы, пожалуй, давно слег от переутомления.

Позже компания развилась, в ней появились многочисленные сотрудники, и хотя теперь у него было время на сон, Лу Синвэнь вовсе не желал спать.

Стоило закрыть глаза, как вокруг воцарялась кромешная тьма, в которой ничего не было видно. Он боялся: боялся навечно застрять во тьме, боялся обнаружить, что всё вокруг — лишь иллюзия, боялся, что Чэньчэнь действительно больше никогда не вернётся.

Во тьме не было ни лучика света, он ничего не видел. Только днём он чувствовал, что действительно жив.

Су Синзэ заметил, что сидящий рядом Alpha ведёт себя как-то странно, а его взгляд вовсе не прикован к стоящему перед ним ноутбуку. Он протянул руку и помахал перед его лицом: — Если не можешь вспомнить, ну и ладно, давай нормально совещание проведём.

Кто бы мог подумать, что эту руку внезапно схватят. Лу Синвэнь вскочил, совершенно не слушая отчёт сотрудника о проделанной работе, крепко сжал обе руки Су Синзэ и спросил: — Чэньчэнь, ты ведь всегда будешь со мной, больше не покинешь меня, правда?

Хотя это прозвучало крайне неожиданно, Су Синзэ понимал всю глубину душевной боли, таившейся в его сердце. За столько лет разве сам он не был для Лу Синвэня единственным другом? Су Синзэ только этого и желал: — Правда, мы лучшие друзья.

Нет, мы не лучшие друзья, мы — лучшие супруги.

Кулаки Лу Синвэня под рукавами одежды сжались так сильно, что ногти впились в ладони до боли. С трудом сдерживая себя, он сел обратно за компьютер и с улыбкой произвел: — Чэньчэнь, спасибо тебе.

— К чему эти формальности? Я так хочу спать, сейчас посплю немного, а потом встану и пойду мыть овощи. — Су Синзэ снова уткнулся лицом в постель и мгновенно заснул.

Все присутствующие на совещании молча наблюдали за этой драмой. Докладывавший о работе сотрудник отделался без нагоняя лишь потому, что босс болтал со своим парнем, а его предложение в итоге было одобрено.

Сотрудники Синцзэ впервые почувствовали, что совещание может проходить так легко и непринужденно. Помощник Сюй, видя, что шеф витает в облаках, аккуратно записал все ключевые моменты встречи.

К счастью, сейчас корпорация уже встала на ноги. Если бы это происходило пять лет назад, когда компания только зарождалась, она бы не выдержала, вздумай босс целый день валять дурака.

В середине совещания обсуждение снова было приостановлено, так как Лу Синвэнь отлучился в туалет.

Внутреннюю злобу некуда было девать, а годами накапливавшиеся феромоны никто не усмирял с помощью медикаментов.

Включилась вытяжка, и Лу Синвэнь взял небольшой нож, полоснув им по собственной железе. Кровь хлынула наружу вместе с густыми феромонами, вся ванная комната наполнилась искрами напряжения, казалось, она готова взорваться от малейшей искры.

Он боялся, что всё происходящее сейчас — лишь сон, поэтому прекратил принимать лекарства, подавляющие феромоны. Без медицинской помощи и без утешения со стороны Omega накопление и беспорядочное смешение феромонов становились всё серьёзнее, уже вызывая у него приступы головной боли и невероятно сильную боль в области железы.

Разрез железы ради высвобождения феромонов был не более чем попыткой утолить жажду отравленным вином. Впрочем, Лу Синвэнь делал это вовсе не ради облегчения, а исключительно ради боли.

Только боль могла доказать, что он всё ещё жив.

И напомнить ему, что всё это — не сон.

Су Синзэ проснулся спустя полтора часа: совещание у Лу Синвэня уже закончилось, и тот мыл овощи на кухне.

Сейчас было одиннадцать утра, он как следует выспался, чувствовал себя не таким уставшим и направился на кухню, чтобы помочь.

Су Синзэ не умел хорошо обращаться с ножом, поэтому просто мыл овощи в стороне: Лу Синвэнь нарезал их по мере того, как тот их мыл.

Для удобства Alpha закатал рукава, обнажив плавные линии мускулистых рук. Его пальцы были тонкими, каждый сустав — идеальной длины, а выступающие запястные кости при движении ножа постоянно перекатывались и двигались, излучая особую мужественную притягательность.

Су Синзэ взглянул на собственные ладони и запястья, обнаружив, что они тоже выглядят очень неплохо, разве что чуть мельче, чем у Лу Синвэня. Впрочем, косточка на запястье всё равно была красивой — кругленькая и аккуратная.

Однако из-за мытья овощей его кожа вновь приобрела бледно-розовый оттенок, точно такой же, как кожа вокруг железы ранее.

Судя по всему, кожа вокруг железы была более тонкой и меняла цвет от обычных легких поцелуев и поглаживаний. На запястье же она была плотнее, и там требовалось куда больше ласк.

Су Синзэ посчитал это забавным, потирал запястье снова и снова, а потом показал Лу Синвэню: — Раньше, до дифференциации, такого никогда не было. После того как я стал Omega, моя кожа тоже изменилась, правда ведь забавно?

Они привыкли делиться друг с другом абсолютно всем: от мелочей вроде любимой еды до рассказов о том, где побывали в разлуке.

В детстве ни у одного из них не было родительской ласки — был лишь другой, и всю свою привязанность они отдавали друг другу, делая партнера единственной опорой. Делиться стало для них самым обычным делом.

— Угу, очень забавно. — Лу Синвэнь лишь на мгновение бросил взгляд на его руку и тут же отвёл глаза.

Она действительно выглядела так, будто с ней легко обращаться, и впрямь забавно. Если как следует потискать его, покрыв всё тело алыми следами, это наверняка будет по-особенному притягательно.

Взгляд Лу Синвэня становился всё темнее, не сдерживаемое больше желание выплескивалось наружу.

Если терпеть до определенного предела, обязательно произойдет мощный взрыв.

Глава 15

В чём дело? От чего Сяо Лу прячется? Раньше он всегда открыто всё показывал: летом носил короткие рукава и шорты, кто чьих рук и ног не видел? Разве не поздно теперь прятаться?

То, что доктор Чжао запрещал другим смотреть на железу, было связано с тем, что она ничем не отличается от интимных мест. Не может же у других частей тела тоже быть какой-то особый смысл?— Думаешь о чём? Давай быстрее мой, — Лу Синвэнь уже закончил нарезать овощи. Но в корзине Су Синзэ их оставалась ещё целая гора, а омега явно не был сосредоточен на мытье и продолжал о чём-то размышлять.

Су Синзэ стряхнул воду с рук:

— От чего ты сбегаешь?

Он снова выставил запястье вперед и потребовал ответа:

— Я же показывал тебе, как изменилось моё запястье, от чего ты шарахаешься?

Загнанный в угол Лу Синвэнь отступил на шаг, уставившись на разделочную доску:

— Никуда я не сбегал, просто спешил нарезать продукты, проголодался.

— Правда? — рост Су Синзэ был совсем не тот, встал на цыпочки и заглянул Лу Синвэню в глаза, пытаясь уличить того в уловках: — Сяо Лу, ты явно избегал меня, раньше ты себя так не вел.

В прошлые годы они были юны и невежественны. Казалось, что хранить верность и понимать друг друга — это на всю жизнь, и пока этот человек рядом, можно шаг за шагом добраться до его пылающего сердца.

Но после пяти лет бесцельных метаний всё давным-давно переменилось, и от прежней чистой и искренней детской наивности не осталось и следа.

Школьный друг думал, что он всё тот же семнадцатилетний юноша — мягкий, добрый, заботливый и интересный, но он давно превратился в волка в овечьей шкуре.

В глазах семнадцатилетнего Лу Синвэня и семнадцатилетнего Су Синзэ это покрасневшее запястье выглядело чем-то забавным и интересным. Но в глазах двадцатидвухлетнего Лу Синвэня в голове крутились лишь грязные, запретные мысли о плотских утехах.

Нарезая овощи, он мысленно прокрутил весь этот процесс от начала до конца.

Сможет ли Чэньчэнь и дальше любить такого друга детства?

Лу Синвэнь продолжил шинковать продукты, отвечая рассеянно:

— Ничего подобного, тебе наверняка показалось.

Он ведь мог ради другого альфы перечеркнуть целых пять лет и бросить друга детства, так что вполне естественно, что Лу Синвэнь больше не держится с ним так близко, как раньше.

Потерянное можно вернуть. Стоит ему проявить упорство, и в один прекрасный день их отношения выйдут на новый уровень!

Су Синзэ быстро перемыл все овощи, а заодно сполоснул немного фруктов.

В воздухе едва уловимо повеяло феромонами и густым запахом крови.

Су Синзэ скосил глаза и заметил, что Лу Синвэнь порезал палец. Сам тот ещё ничего не понял: не отрывая взгляд от чего-то в стороне, он продолжал монотонно кромсать продукты.

— Эй, эй, не витай в облаках, когда режешь! — Су Синзэ отобрал у него нож, смыл кусочки овощей с ранки и потащил альфу обрабатывать порез.

К счастью, рана оказалась неглубокой, просто крови вытекло много. Он со вздохом произнес:

— Садись, я сам дорежу. Правда, у меня не получится красиво, только не ворчи потом.

Лу Синвэнь поднялся:

— Лучше я продолжу.

— У тебя указательный и средний пальцы правой руки уже замотаны как праздничный цзунцзы! Какая тебе нарезка! — Су Синзэ зыркнул на него: — По-твоему, то, что я нарежу, есть будет невозможно?

— Возможно, — Лу Синзэ послушно сел. — Режь.

Су Синзэ засуетился, а когда закончил, Лу Синвэнь уже подготовил основу для бульона, залил горячей водой — оставалось только закинуть овощи в котел.

Грибной суп на этот раз удался на славу: неизвестно, каких именно грибочков он туда положил, но аромат стоял невероятно насыщенный.

Из-за травмированного пальца Лу Синвэнь несколько раз пытался подцепить еду палочками, но куски неизменно падали обратно в котел.

Его движения выглядели донельзя комично. Су Синзэ не удержался и громко рассмеялся:

— Пусть я нарезал овощи немного крупновато и кривовато, но ты берешь еду словно пальцы буквой V складываешь, это же умора! Ха-ха-ха-ха-ха...

— Не смейся, — лицо Лу Синвэня помрачнело, было до одури стыдно.

— Ладно-ладно, не буду, Сяо Лу, давай я тебя покормлю, — Су Синзэ своими палочками зацепил аккуратный квадратный кусок картошки и поднес к губам Лу Синвэня, а его глаза сияли чистым влажным блеском.

Сделав пару жующих движений, Лу Синвэнь понял, что середина картошки не проварилась.

Су Синзэ толкнул его плечом, снова затеяв какую-то пакость, и поддразнил:

— Мы едим одними палочками, это случайно не считается косвенным поцелуем?

— Кхе-кхе-кхе...

Лу Синвэнь чуть не подавился насмерть.

— Да я шучу, чего ты так переживаешь. Я знаю, что у нас есть лишь титул супругов, но нет реальной близости, просто вижу, какой ты тихоня, вот и захотелось подшутить.

Лу Синвэнь рашлся кашлем до слёз.

Это я-то тихоня?

Он рывком притянул Су Синзэ за затылок к себе, наклонился и легко коснулся губами уголка губ омеги, со злой усмешкой бросив:

— У тебя на губе рисинка, я просто помог.

Хотя Су Синзэ и понимал, что Лу Синвэнь мстит ему из вредности, кончики его ушей, шея и щеки всё равно постепенно заливались румянцем.

Сгорать от стыда из-за того, что друг детства смахнул с губы какую-то рисинку — это чересчур унизительно! Куда позорнее, чем то, как Лу Синвэнь с раненым пальцем ел палочками, сложив их «палочкой мира»!

Вот дошутился, в этот раз он по-настоящему влетел в убыток.

Доев обед, Су Синзэ больше ни разу не осмелился к нему приставать.

Вторую половину дня Су Синзэ продолжил вливаться в жизнь общества спустя пять лет.

Тем временем Лу Синвэнь проводил совещание. По сравнению с утренним часом начальник выглядел заметно более раздражительным, так что подчиненные до смерти боялись услышать своё имя.

Су Синзэ в общих чертах разобрался, какие лекции ему предстоят, кто числится в студенческом чате группы и кто его куратор.

Стоит отметить, что человеческие отношения у него складывались из рук вон плохо: мало того что не было друзей, так ещё и преподаватели его на дух не переносили.

Обладать таким талантом — в одиночку настроить против себя весь курс и абсолютно всех преподавателей — это поистине выдающееся достижение.

Чат группы кипел вовсю: сначала обсуждали актёрское мастерство, от пластики движений до работы глаз, парные сцены и массовые эпизоды. Но для актёра слишком многое решает природный дар и привлекательная внешность. Поэтому постепенно все переключились на курсовые работы, а под конец кто-то вбросил имя Ин Ин, и разговор неожиданно свернул на самого Су Синзэ.

http://bllate.org/book/25235/3008300