Чи Янь поднял голову:
— Куда идём?
— Медная печь прямо напротив школы, тамошняя курица вкуснее, чем тушёная цыплята по-хунаньски.
Пэй Чжиюй прислонился к краю стола, поднял руку и взглянул на часы:
— В два часа они закрываются, поживевее, сынок.
Семь слов о том, что эта курица даже вкуснее тушёной, возымели успех и зацепили Чи Яня.
Он сунул телефон обратно в карман и небрежно взъерошил волосы — очевидно, что был готов к выходу уже давно.
Пэй Чжиюй не стал его разоблачать и позволил упрямиться, лишь бросил взгляд на его свитер:
— Серьёзно не переоденешься?
— Нет.
Чи Янь покачал головой.
— Ладно, тогда свагоришься там от жары, — легкомысленно бросил Пэй Чжиюй.
Температура на улице уже вполне тянула на звание летнего зноя.
Пэй Чжиюй был в футболке, а на локте висела клетчатая рубашка-пальто — расцветка выглядела так, словно такие оптом закупают программисты.
У стоявшего рядом Чи Яня на висках уже выступили капельки пота.
К счастью, упрямства ему было не занимать: даже если бы Пэй Чжиюй приставил нож к его горлу, он бы ни за что не вымолвил вслух заветное слово «жарко».
Пройдя метров пятьсот-шестьсот, Чи Янь так разозлился от жары, что шаги его замедлились, и он отстал от Пэй Чжиюя на два шага.
— Ещё далеко? — тихо спросил Чи Янь.
В конце фразы послышался лёгкий хрип.
Он не из тех, кто устает так легко — судя по всему, он просто плавился от жары.
Пэй Чжиюй глянул на его свитер:
— Уже пришли, сынок.
Чи Янь ничего не ответил, упрямо уткнулся носом вперед и поплелся дальше.
К счастью, Пэй Чжиюй не соврал: стоило завернуть за угол, как показалась вывеска Медной печи.
Заведение оказалось большим: на первом этаже стояло несколько десятков столов, а наверх вела лестница к небольшим отдельным кабинкам. Это место совсем не походило на мелкие лавочки за школьными воротами.
Пэй Чжиюй вошел и уверенно направился наверх, даже не оборачиваясь, бросил вопрос хозяину:
— Кабинки есть?
— Есть.
Хозяин выглядел лет на сорок, со средиземноморским загаром, придающим ему суровый вид, и в ярко-красном фартуке.
Чи Янь присмотрелся к нему повнимательнее. На фартуке была напечатана строчка текста:
— Да похер, сварилось оно или нет, лишь бы жрать можно было.
Чи Янь:
— …
Весьма брутальный хозяин.
— Ладно.
Пэй Чжиюй махнул рукой и повел Чи Яня наверх.
В кабинке было скромно: тёмно-коричневые деревянные столы и стулья, а на самом столе стоял нагревательный прибор для медного котла.
Кондиционер только что включили, дул он слабо, и прохладой от него почти не веяло.
Стоило Чи Яню сесть, как ему на колени внезапно швырнули куртку, от которой пахло феромонами.
Чи Янь:
— ?
Он поднял голову, но взгляд Пэй Чжиюя не поймал.
Пэй Чжиюй делал заказ, уткнувшись в планшет, и, не поднимая головы, бросил:
— Уборная направо. Кондиционер здесь древний, прохладнее не станет, а я не хочу, чтобы ты тут потом в обморок упал.
— Не нужно…
Чи Янь слегка нахмурился и уже собирался вернуть вещь обратно.
Пэй Чжиюй заговорил снова:
— Этот котел скоро закипит, и здесь будет очень жарко. Иди переоденься, не геройствуй.
На этот раз Чи Янь промолчал.
Его взгляд упал на куртку в руках, и он на мгновение погрузился в оцепенение, отключив мысли.
Раньше он категорически не стал бы брать чужие вещи, особенно те, что пропитаны альфа-феромонами, да и никто бы ему ничего подобного добровольно не предложил.
Пэй Чжиюй стал первым, кто разрушил его социальные барьеры.
На мягкой ткани виднелись легкие катышки — судя по всему, её уже несколько раз крутили в стиральной машине.
Спустя пару секунд Чи Янь взял куртку и вышел из кабинки:
— Не заказывай слишком острое.
Пэй Чжиюй по-прежнему не поднимал головы, а уголки его губ невольно изогнулись в улыбке.
— Угу.
Уборные в таких забегаловках обычно крошечные. Чи Янь торопливо сбросил с себя свитер и натянул куртку Пэй Чжиюя.
Это был размер XXL, гораздо больше той одежды, что Чи Янь обычно покупал себе. Рукава оказались длинными и свисали до самых кончиков пальцев.
Сразу стало заметно прохладнее. Чи Янь зачерпнул пригоршню воды и умылся.
Подняв глаза, он увидел в зеркале знакомое лицо.
Это был его сводный брат по отцу, Чи Чжу.
Чи Чжу нахмурился и уставился на Чи Яня:
— Ты чего здесь делаешь?
Чи Янь поджал губы и промолчал, вытирая руки бумажной салфеткой.
Он уже собрался обойти брата, но тот сделал шаг в сторону, загородив проход.
— Чи Янь.
Чи Янь помолчал с полсекунды, нахмурившись с недовольным видом:
— Чего тебе?
Чи Чжу приподнял бровь и, заметив напряжение на его лице, развел руками:
— Отец в последнее время спрашивал о тебе. В конце концов, он несет ответственность за твое воспитание, и если ты переехал жить к тете Чэн, ему нужно об этом сказать.
— Я туда не ездил.
Чи Янь опустил голову и помолчал немного:
— Ему ведь вообще наплевать, верно?
За столько лет Чи Янь прекрасно усвоил отношение своего так называемого отца к нему, внебрачному сыну.
— Отцу действительно всё равно, — поджал губы Чи Чжу. — Но у тети Чэн теперь новая семья, говорят, она снова ждет ребенка, так что жить там тебе в любом случае неудобно. Если ты переживаешь, что отец начнет возмущаться, так он сейчас занят проектом в Европе и вернется нескоро.
— Дело не в этом.
Чи Янь покачал головой.
Он стряхнул капли воды с пальцев, и они упали на пожелтевшую кафельную плитку.
— Я не ездил к маме. Я сейчас живу один, снимаю жилье, и возвращаться мне не нужно.
Тон Чи Яня был спокоен, он поднял на брата взгляд:
— Я уже совершеннолетний, в этом нет ничего странного.
— У тебя есть деньги жить отдельно?
Чи Чжу нахмурился.
— …
Чи Янь чуть поджал пальцы и ушел от ответа:
— Не ваше дело.
— В смысле — не наше дело?
Эти слова задели Чи Чжу, словно игла.
Он сдвинул брови и уставился на Чи Яня:
— Из-за чего ты вообще злишься? Я не понимаю.
Однако Чи Янь оставался всё таким же отстраненным, словно его ничего на свете не волновало.
— Я не злюсь, — Чи Янь покачал головой. — Чи Чжу, перестань расспрашивать. Всё равно я больше никогда туда не вернусь.
— Тогда где ты живешь? На чьи деньги?
Чи Чжу бросил взгляд на куртку, в которую был одет Чи Янь.
Это был известный бренд класса люкс, одна такая вещь стоила несколько тысяч, а то и десятков тысяч.
В голове невольно возникли не самые приятные ассоциации с лицом Чи Яня.
— Ты случайно не… — брови Чи Чжу сошлись еще ближе. — Если у тебя нет денег, так и скажи мне, не нужно заниматься на улице всякой…
Он не успел договорить.
Чи Янь холодно перебил его:
— Считаешь, что я тут кем-то содержусь, да? Да, именно такими грязными делами я и занимаюсь. Как бы я ни объяснял, вы всё равно считаете, что моя мама была любовницей, а я — сын любовницы.
Он усмехнулся:
— Так и думайте дальше.
— Я такого не говорил, — попытался оправдаться Чи Чжу. — Я хочу решить проблему, не надо вечно сводить всё к этому!
— Ой.
Чи Янь обошел его стороной:
— Я и не собирался с тобой ничего обсуждать.
— Я с тобой разговариваю, ты куда собрался?!
Чи Чжу только протянул руку, как чья-то фигура заслонила Чи Яня.
Пэй Чжиюй был в свободной футболке, а на груди красовался логотип Louis Vuitton.
Зажав в зубах зубочистку и ухмыляясь с развязным видом, он произнес:
— Разве нормально устраивать домашнее насилие?
— Твоего мнения не спрашивали! — Чи Чжу аж заскрежетал зубами от злости.
Он знал этого парня, вернее, во всем университете А не было никого, кто не знал бы Пэй Чжиюя.
Услышав это, Пэй Чжиюй приподнял бровь и притянул стоявшего рядом Чи Яня к себе в объятия:
— Он мой сосед по комнате, я его и кормлю, и поию, о его обмороженных пальцах и то я забочусь. Если посчитать в пропорциях, я и есть тот самый богатый покровитель, о котором ты тут распинаешься, так что я, естественно, имею полное право заступиться, когда ты его обижаешь.
― ??
Чи Чжу на секунду остолбенел, а затем перевел взгляд на Чи Яня:
— Ты поступил в университет А и почему ничего не сказал семье?
По правде говоря, он и сам не ожидал, что Чи Янь действительно сможет поступить.
В старшей школе Чи Янь был крайне немногословен, почти ни с кем не общался, после уроков его и след простывал, и лишь изредка, спускаясь попить воды, Чи Чжу замечал у порога кроссовки Чи Яня.
Позже он уехал учиться в Юйчжоу и вовсе потерял из виду жизнь Чи Яня.
Все те редкие переводы денег, что он ему отправлял, неизменно отклонялись.
— Не было нужды говорить.
Чи Янь был рассеян, в носу стоял отчетливый запах феромонов Пэй Чжиюя.
Запах был знакомым, но связать его хоть с чем-то он совершенно не мог.
Пэй Чжиюй смотрел на застывшего перед ним Чи Яня с ледяным выражением лица, и на душе у него стало гораздо теплее.
Эта мелкая красотка со всеми держит такое ледяное лицо.
Отлично.
— Какая еще нужда? — лицо Чи Чжу исказилось от гнева. — Мы вообще-то кровные братья, неужели мы ненадежнее этого непонятно откуда взявшегося типа рядом с тобой?
С этими словами его взгляд переметнулся на лицо Пэй Чжиюя.
— Тц.
Пэй Чжиюю это явно не понравилось:
— Это как это ты выражаешься? Хочешь, я тебе студенческий покажу? Всех нас мамы с папами рожали, с чегой-то я вдруг непонятно откуда взялся?
Его голос звучал низко, с непередаваемым альфа-давлением, и когда Чи Янь уже решил, что тот сейчас выйдет из себя,
Пэй Чжиюй задрал подбородок и резко сменил тему:
— Я вылез из уютного животика моей матушки, мои заслуги официально задокументированы.
Чи Чжу:
— …
Чи Янь:
— ……
Пошутив в своем репортажном стиле, Пэй Чжиюй лишил Чи Яня всякого желания продолжать перемывать кости прошлому. Ухватившись за палец Пэй Чжиюя, Чи Янь быстренько обошел Чи Чжу сторонам.
— Я проголодался, пошли.
Пэй Чжиюй на мгновение замер.
Палец в его руке был теплым.
Придя в себя, он бросил взгляд на державшие его пальцы и неопределенно буркнул:
— Ну… идем есть.
Дорога обратно в кабинку была узкой, Чи Янь упрямо шагал впереди, не говоря ни слова и демонстрируя Пэй Чжиюю свой надменный затылок.
Пэй Чжиюй любовался его мягкими тонкими волосами, накинутой на него собственной курткой и едва побелевшими от напряжения кончиками пальцев, которыми тот цеплялся за край рукава.
Они вошли в кабинку, и Чи Янь резко отдернул руку.
Он не стал сразу садиться на место, а замер прямо у входа, так что Пэй Чжиюю пришлось протискиваться мимо него, загороженного наполовину.
— И что на этот раз? Сынок.
http://bllate.org/book/25275/3014479
Готово:
