Держись подальше от преподавателя Юй
Присаживайся наверх. — Е Юаньси подобрал ноги. — Тебе ведь еще за руль садиться.
Чуть раньше эта машина под предводительством Фу Лана собрала небольшое совещание, на котором они разработали план безумной поездки по Большому лугу.
Преподаватель Юй крайне послушно поднял руку и заявил, что он всегда спит мало, так что ночная поездка как раз для него.
Однако Е Юаньси, человек совести, почему-то посчитал, что раз этот парень в последнее время пребывает в таком состоянии из-за удара в виде смерти Си Юаня, то вести машину определенно должен кто-то бодрствующий в компании еще одного человека.
Поразмыслив, компания составила график смен. Первым водителем назначили Юй Фэнцяо, а Е Юаньси на пассажирском сидении поручили заботу о трех пунктах.
Кормить, болтать и… не спать.
Вытянув небольшой плед из складки диванной спинки, Е Юаньси протянул его сидевшему рядом Юй Фэнцяо и знаком велел прилечь:
— Поспи немного.
Когда старшие товарищи бодрствуют по ночам, ложиться на кровать противоречит правилам приличия, поэтому Е Юаньси хотел, чтобы Юй Фэнцяо тайком немного передохнул прямо на широком подоконнике.
Щедрая съёмочная группа забронировала гостиничный номер люкс поистине огромных размеров, и подоконник вполне позволял лечь троим людям поперек. Хотя Е Юаньси был высокого роста, места занимал немного; прижав к себе своего любимого мишку, он подвинулся в сторону, освобождая Юй Фэнцяо просторнейший участок.
Юй Фэнцяо слегка удивился, но, вспомнив, что на протяжении всей дороги Е Юаньси проявлял именно такую мягкую и заботливую заботу, тут же кивнул.
Прислонившись полубоком к стеклу с пледом в руках, Юй Фэнцяо полуприкрыл глаза, тихо прислушиваясь к доносившемуся от сидевшего рядом Е Юаньси шуршанию — тот тихонько лущил миндаль.
Он начал страдать бессонницей с того самого дня, как покончил с собой Си Юань.
Целыми ночами, стоило ему открыть или закрыть глаза, перед ним вставал тот человек, прислонившийся спиной к поручню круизного лайнера, с улыбкой обращенный к небу.
Позади простиралось море, впереди — небеса.
В конце концов он не совладал со своим затрепетавшим сердцем и, ворочаясь с боку на бок и обдумывая формулировки всю ночь, почти дрожащими руками написал Си Юаню короткую открытку.
Юй Фэнцяо обладал отточенным с детства каллиграфическим почерком, которым вполне можно было иллюстрировать прописи, но в ту ночь он исписал впустую целую пачку открыток.
К счастью, ответ от Си Юаня не заставил себя слишком долго ждать.
Тот написал в послании: Если память мне не изменяет, кажется, я видел тебя на палубе несколько раз. У тебя потрясающие глаза, до боли напоминающие далёкое небо, где море и небеса сливаются воедино во время бури.
Юй Фэнцяо казалось, что момент получения этого письма стал чудесным сном, сладость которого он сможет смаковать всю жизнь.
Но теперь этот человек мог явиться лишь во сне.
Раскрыв глаза, Юй Фэнцяо обнаружил, что его пальцы в какой-то момент крепко вцепились в уголок пледа. Он машинально разжал руку, посмотрел на лежащий на коленях светло-верблюжий плед и едва слышно вздохнул.
Сидевший рядом Е Юаньси тихонько напевал какой-то мотивчик и ловкими движениями уминал снеки. Заметив, что Юй Фэнцяо открыл глаза, он в мгновение ока сгрёб в кучу шелуху у себя под носом и виновато улыбнулся:
— Разбудил тебя? Пойду к остальным, посмотрю, как они в карты играют.
— Нет. — Юй Фэнцяо торопливо вскинул руку, показывая, что уходить не нужно. — Я и так сплю очень мало, всё в порядке.
— Эх вы, молодё… — Е Юаньси уже собирался отчитать этих молодых людей, которые ни черта не следят за режимом и вечно норовят умереть от переутомления, но его язык внедорожно запнулся, лихорадочно соображая, как бы вырулить обратно. — Должно быть, ваша работа отнимает много сил.
Судя по количеству проектов, в которых он участвовал, Юй Фэнцяо был настоящим трудоголиком, из тех, кто кочует с одной съёмочной площадки на другую прямо со сна. И уж тем более оставалось только догадываться, сколько труда вложено в то, что качество этих работ неизменно оставалось на удивительно высоком уровне — это знал только сам Юй Фэнцяо.
Юй Фэнцяо слегка приподнял уголки губ, и тон его прозвучал необычайно мягко:
— Когда любишь то, что делаешь, не чувствуешь усталости.
— Всё равно береги здоровье. — Е Юаньси прикинул про себя: раз уж парень бросил медицину ради искусства, то, пожалуй, здесь действительно замешана искренняя страсть.
Е Юаньси кивнул и, видя, что Юй Фэнцяо и впрямь не намерен спать, ссыпал в раскрытую ладонь парня несколько очищенных орешков миндаля, продолжая мурлыкать неназванный мотив.
Юй Фэнцяо прежде не слыхал этой мелодии, но нашел её очень красивой. Голос Е Юаньси был чистым и звонким, а когда он напевал вполголоса, в нем проскальзывала какая-то обволакивающая нежная мягкость, звучавшая просто потрясающе.
На самом деле Е Юаньси и сам не знал, что именно напевал. Обычно он делал так, когда у него было хорошее настроение, вот только в былые годы издавать звуки он не мог. Теперь же, когда он слышал выпеваемые им самим мелодии, это казалось ему довольно забавным.
Времени у них оставалось в обрез, и едва они услышали, как Фу Линь и Фэн Янь проиграли все леденцы, съёмочная группа объявила, что гид уже ждет внизу.
— Гид-то хороший гид, вот только… — с улыбкой произнес режиссер, стоя перед ними с напутствием.
— Только что? — озадачился Сюй Чан.
— Только вот с общением тут возникнут небольшие трудности, всем вам придется хорошенько поразмыслить. В конце концов, преграды в путешествии — это и есть красота. — Режиссер похлопал себя по животу и с улыбкой помахал всем рукой. — Желаю всем удачи!
— У меня дурное предчувствие, — проговорил Е Юаньси, спускаясь в лифте и глядя на Фу Линя, закинувшего руку ему на плечо.
Фу Линь скривил губы и пожал плечами:
— Чего боятся? Преподаватель Юй — чистокровный англичанин, мой младший брат учился во Франции, а преподаватели Сюй и Чэн в свое время учили русский язык. Даже если нам так не повезет, что ни один не подойдет, есть же телефонные словари, не робей.
— И то верно. — Е Юаньси кивнул, находя его слова весьма разумными.
Но когда все, закутавшись в куртки, спустились вниз и последовали к пронизывающему до костей ветру, чтобы встретить своего гида, каждый из них замер с глупым выражением лица.
Сюй Чан обнимал Чэн Юэ и смотрел на всё круглыми от удивления глазами, У Сюй застыл с отрешенным взглядом в объятиях Фэн Яня, а прислонившиеся друг к другу Фу Линь и Фу Лан являли собой живое воплощение абсолютного ступора.
Фу Лан поправил очки, сползшие уже к самому кончику носа. Закутанный в оранжево-красную ветровку той же модели, что и у младшего брата, с руками, засунутыми в карманы, он выглядел так, будто почтенный пожилой барин вышел из дому продавать хворостяшки, а выражение лица его было весьма и весьма двусмысленным:
— Здорово, братец…
Гида за спиной выдавала белоснежная улыбка: он весело улыбался и дружелюбно махал им рукой.
У Сюй поднял ладонь и застыл с деревянным выражением лица.
Как ни берегись, но когда он стоял внизу и ждал остальных, то успел на оставшийся всероссийский интернет-трафик скачать несколько словарей редких языков, однако никак не ожидал, что столкнется с…
Глухонемым.
— Вы языком жестов владеете? — поинтересовался Фэн Янь, заглядывая через плечо и продолжая что-то искать в телефоне.
Голос Фу Лана прозвучал невозмутимо:
— Если считать за знание то, что в начальной школе учили петь песню Сердце, полное благодарности, то да, владею.
Услышав это, сидевший рядом Фу Линь живо откликнулся:
— А я тогда даже представляла школу на конкурсе.
Сюй Чан не удержался от смеха при их словах, обменялся приветствием с гидом, после чего отклонился назад и тихо спросил:
— Ну что, придумали способ общения?
— Нет, — покачал головой Фу Линь. — Стоп, я тут вдруг вспомнил… Преподаватель Юй ведь раньше учился на медицинском?!
— Точно-точно! — бешено закивал Фэн Янь, угощавший гида конфетами Е Юаньси. — Кто-то из однокурсников слил информацию, что он гениальный отличник, и вроде бы собирался в сурдо… Преподаватель Юй?! Где преподаватель Юй?!
Удалившиеся на пару минут для проверки состояния машин Юй Фэнцяо и Е Юаньси неожиданно услышали неподалеку знакомые оклики.
— Это тебя зовут? — Е Юаньси хлопнул Юй Фэнцяо по плечу.
— Вро… де бы. — Юй Фэнцяо выпрямился и прислушался.
У обоих одновременно завибрировали телефоны, а крики Фэн Яня, звавшего Юй Фэнцяо, стали еще более настойчивыми. Быстро забросив на место оставшиеся чемоданы, Юй Фэнцяо и Е Юаньси захлопнули крышки багажников и со всех ног помчались обратно к месту сбора.
— Что случилось, что случилось? — Е Юаньси примчался туда едва ли не вплотную за Юй Фэнцяо и спросил на ходу, тяжело дыша.
Однако замерший на месте Юй Фэнцяо лишь чуть сильнее перевел дыхание, но, остановившись, мгновенно вернул себе привычный холодноватый и утонченный вид:
— Прибыл гид?
Бежавший вместе с ним Е Юаньси смотрел на этого парня, который в любой момент времени выглядел так, словно только что совершил омовение благовониями и вышел из туманной дымки бессмертным юношей, и мысленно не переставал качать головой.
Вы поглядите на преподавателя Чэна, поглядите на Фэн Яня! Они же нормально говорить не могут, правда же! Все приехали путешествовать, какого чёрта ты вечно источаешь свои проклятые гормоны!
Люди тут разбиты по парам, съемочная группа распределила!
Источать на тебя… ладно, на меня ты источать не можешь…
— Прибыл, прибыл. — Ошеломленный красотой этого мужского лица Фэн Янь на мгновение завис, а затем закивал: — Просто… гид глухонемой, общаться не слишком удобно. Вот мы и подумали спросить, не мог бы преподаватель Юй помочь уладить вопрос.
— Глухонемой? — Юй Фэнцяо промолчал, зато Е Юаньси рядом с ним вскинул голову.
— Угу, — подтвердил Фэн Янь. — Говорят, он привык общаться на монгольском, а иероглифы разбирает с трудом.
— Вот оно как. — Е Юаньси кивнул с видом человека, которому всё стало ясно.
Следом за этим, прежде чем они успели как следует обрисовать Юй Фэнцяо всю ситуацию, все присутствующие увидели, как Е Юаньси с абсолютно невозмутимым видом направляется к тому самому гиду.
— Юаньси, стремление проявить дух товарищества, конечно, похвально, но мы перепробовали абсолютно всё. Лучше уступи место преподавателю Юю добровольно, иначе мы отсюда так и не сдвинемся. — С улыбкой произнес Фу Линь, собираясь приобнять Е Юаньси за плечи. — Хочешь поиграть с гидом — подожди еще немного.
Однако Е Юаньси лишь загадочно ухмыльнулся, щелкнул пальцами у самого подбородка Фу Линя, с улыбкой развернулся и выдал стоявшему напротив гиду целый каскад уверенных, непрерывных жестов.
Поистине родной и до боли знакомый язык!
Общаясь с гидом, Си Юань скользнул боковым взглядом по этим бледным, точеным пальцам, которые выстраивали такие же изящные жесты, как и прежде, и остался чрезвычайно доволен.
Судя по степени отточенности, судя по плавности — без десяти-пятнадцати лет практики тут явно не обойтись, отбрось наивысшую и наинизшую оценки, и всё равно выйдет чистый балл.
И зачем только понадобился преподаватель Юй?
Закончив обсуждение с гидом всех важных моментов, сверрившись с картой и окончательно утвердив маршрут, Е Юаньси с улыбкой повернулся, держа в руках исписанный листок:
— Готово!
Окружавшие его люди, уже махнувшие рукой на попытки усмирить свои растрепанные ветром шевелюры, сплошь занесенные прядями волос лица, тем не менее дружно и весьма благосклонно показали ему большие пальцы.
— С чего это ты даже такое умеешь? — Зная, что гид не поедет вместе с ними, остальные попрощались с ним, договорившись встретиться на следующей остановке, и теперь направлялись к своим машинам. По дороге рука Фу Линя привычным маршрутом легла на плечо Е Юаньси.
— Скрытый навык, хе-хе-хе, — ухмыльнулся Е Юаньси, аккуратно складывая карту. — Спасибо съёмочной группе, что сообразили: это ведь надо было додуматься — раскопать скрытые таланты преподавателя Юя ради восторженных фанаток.
— Вовсе нет. — Отключив микрофон, Фу Линь слегка оттянул Е Юаньси вперед, жестом показывая оператору, что достаточно снять их живописную прогулку по лугу со спины, и заговорщицки добавил шепотом: — Это всё готовилось для преподавателя Си Юаня.
— М? — К чему это везде упоминается Си Юань??
— Изначально я и сам не собирался об этом говорить, но почему ты такой простофиля? — Фу Линь, проникшийся к Е Юаньси большой симпатией, притянул его ближе, чтобы предостеречь. — Фэнцяо изначально ради Си Юаня сюда и заявился, а теперь ты занял его место, так что при нем тебе следовало бы вести себя тише. Раз уж съёмочная группа не убрала эти элементы из сценария, у них наверняка есть на то свои соображения. Ты просто смотри по сторонам, с какого перепугу ты лезком под пули прешь?
— Да я… — Е Юаньси открыл рот, беззвучно открывая и закрывая его добрых полминуты.
Откуда мне знать-то.
Кто меня вообще звал на это шоу.
Сами соорудили для меня пушку, а теперь еще и обвиняют, что я прусь под её дуло — обидно ведь до чертиков…
Он бросил взгляд на одинокую фигуру шедшего впереди Юй Фэнцяо и лишь спустя долгое время кивнул:
— Обещаю, впредь буду осторожнее.
— И не вздумай заигрывать с преподавателем Юем, он — не та птица, до которой мы можем дотянуться, усек? — шепнул Фу Линь напоследок прямо ему на ухо, крепко сжав его плечо, после чего мгновенно сменил тему. Включив микрофон, он громко рассмеялся и звонким голосом затянул какую-то другую шутку.
Шедшие рядом, сцепившись руками, Фэн Янь и Чэн Юэ нашли их беседу забавной, сделали пару быстрых шагов, догнали их и тоже влились в общую компанию. Все четверо весело перешучивались.
Замыкавшие шествие У Сюй с Сюй Чаном и шедший в одиночестве с образом невозмутимого крутого парня Фу Лан обнаружили, что центральная группа вдруг остановилась, и им ничего не оставалось, как тоже замереть на месте. Переглянувшись, они обменялись абсолютно одинаковыми выражениями стопроцентной безысходности.
Оказавшийся в самом центре толпы Е Юаньси улучил момент и поверх плеча Фу Линя бросил быстрый взгляд на Юй Фэнцяо. Тот стоял в стороне на небольшом возвышении, чуть сбоку: рослый, но худой и утонченный. Ветер взметал пряди волос, скрывая половину лица, и хотя выражения было не разглядеть, Е Юаньси почему-то отчетливо почудилось, будто одинокая фигура этого человека на бескрайнем просторе луга выглядит невероятно тоскливо.
Усевшись в машину перед отъездом, Е Юаньси на пассажирском кресле всё же не удержался и бросил боковой взгляд на соседа.
С ним никто не хочет водиться.
Какой же он одинокий и несчастный.
http://bllate.org/book/25284/3015260
Готово:
