Готовый перевод The Traveler and Gesaguma / Странник и Гэса Гума: Глава 10

Я и этот ве... кхе-кхе, этот господин Гэсагума никогда раньше не встречались и вовсе не знакомы. Я искренне благодарен ему за то, что он спас мне жизнь в критический момент, но, сами видите, какова ситуация сейчас: он неподвижен, как мне с ним общаться?

Цянь Цянь, который по-прежнему не смел ни шевельнуться, ни прикоснуться к гиганту, скривился внутри него, не зная, что и делать.

Услышав это, госпожа Лисы глубоко вздохнула и очень торжественно ответила:

— Господин Цянь Цянь, возможно, вы с этим Гэсагумой и вправду видитесь впервые, но проснулся-то он именно из-за вас. Поэтому только вы способны в такой момент установить с ним связь и наделить его силой.

До чего же странно всё это звучит!

Разве я могу наделить его силой?

Дорогая госпожа, умоляю, взгляните на эти руки: любая из них длиннее и шире моих, рядом с ним я всё равно что цыплёнок.

Вы видели ту груду мяса вдалеке? Это дело рук нашего почтенного друга.

Какое свирепое чудовище он одним небрежным взмахом превратил в грязь — чего уж говорить о таком тщедушном существе, как я.

Надо полагать, на лице Цянь Цяня отразился столь явный шок, что этой проницательной женщине даже не пришлось гадать, что творится в душе у парня.

Поэтому она произнесла предельно твердым тоном:

— Господин Цянь Цянь, у нас мало времени. Весь город всё ещё подвергается нападению, и мне крайне необходима сила — ваша и этого господина. Пожалуйста, делайте ровно то, что я скажу. Если что-то будет непонятно, после окончания войны я лично отвечу на все ваши вопросы.

Спасение людей не терпит отлагательств. Раз уж зашел разговор об этом, Цянь Цянь и сам был готов внести посильный вклад в защиту города, раз уж на то пошло.

В конце концов, пусть он провел здесь не так уж много времени, но всё же привязался к этому месту.

Увидев, что он согласился, госпожа Лисы торопливо заговорила:

— Пожалуйста, приложите руку к его ладони, правую или левую, неважно, и мысленно скажите ему: «Ты можешь выйти, пожалуйста, разожми руку».

— И это всё?

— Да, сделайте так, как я прошу.

Цянь Цянь ничего не оставалось, кроме как подчиниться указаниям собеседницы. Он вслепую пошарил руками в тусклом свете.

Отыскав центр ладони, он закрыл глаза, успокоился и мысленно повторил: «Пожалуйста, разожми руку и выпусти меня наружу».

Спустя несколько секунд та пара сжатых и плотно сомкнутых, подобных двустворчатой раковине рук медленно раздвинулась, действительно оставив Цянь Цяню проход, чтобы он мог выбраться.

Не успел Цянь Цянь даже удивиться чуду, свидетелем которого стал, как госпожа Лисы протянула руку, вытащила его наружу и велела следовать за двумя мужчинами — все вместе они направились к шасси.

На ходу госпожа Лисы пояснила:

— Мы уже связались с Дворцом Гэсагума, и нам временно разрешено войти в Подземный сектор А. Скоро лифт доставит нас под землю, держитесь ближе и смотрите не отстаньте.

Пока они разговаривали, лифт уже включился и, плавно опускаясь, доставил их прямо в сердце Подземного сектора А.

Здесь их уже ждали сотрудники Дворца Гэсагума, которые, рискуя жизнью, вышли из безопасной зоны.

Хотя Центральный интеллектуальный мозг уже подтвердил их личности по идентификаторам, поскольку высшая раса Лайя обладала способностью к мимикрии, для дальнейшего продвижения в подземное ядро сектора А требовалось, чтобы кто-то проверил их удостоверяющие документы.

В чемодане, который несла госпожа Лисы, лежали документы каждого из них, причем досье Цянь Цяня даже затребовали из городского управления.

После проверки документов сотрудник отворил перед ними тяжелую металлическую дверь.

Когда створки распахнулись, мир за ними казался не слишком отчетливым из-за слабого освещения.

Сквозь полумрак Цянь Цянь разглядел лишь высокую фигуру, застывшую прямо посередине: руки взметнулись вверх и упирались в самый потолок, голова была опущена, а тело — неподвижно. Подобно высокой башне, силуэт безмолвно высился в темноте.

В сумерках Цянь Цянь с силой потер глаза. Ему показалось — а может, то была лишь игра воображения? — что стоило им войти, как этот тихий гигант качнулся и будто бы повернул голову в их сторону.

Солан Адуриэн / Поиск багов

— Здесь и впрямь слишком темно, нельзя ли включить освещение? — понизив голос, тихонько обратился к сотруднику Дворца Гэсагума шедший впереди Товань.

— Видите ли... господин Товань, вы же знаете, наши господа не любят, когда рядом много электронных устройств, а Гэсагума без пилота терпеть их не может в особенности, — в затруднении пояснил сотрудник.

— Ничего страшного. Вы ведь наверняка в курсе того, что только что произошло: мы привели с собой господина Цянь Цяня, который находится под защитой. Если мне не изменяет память, судя по покрою и цвету вашей формы, вы здесь сотрудник, отвечающий за сопоставление духовной силы и нейронов. Раз господин Цянь Цянь уже здесь, и тот господин Гэсагума тоже на месте, то, судя по обстоятельствам, им следует немедленно установить связь. А раз так, в любом случае придется запустить электронику, и я полагаю, этот господин не станет возражать, — рассудительно вела переговоры с работником госпожа Лисы, прожившая в этом дворце более тридцати лет и прекрасно знавшая здешние правила и рабочий процесс.

Спустя несколько минут сотрудника удалось убедить.

На самом деле, у него были и свои маленькие тайные причины столь легко поддаться на уговоры.

Он работал во Дворце Гэсагума почти пять лет, и с таким стажем в любом другом отделе уже мог бы самостоятельно вести дела.

Но только не в сфере сопоставления духа и нейронов — здесь он по-прежнему считался новичком и всё еще довольствовался ролью ассистента.

Хотя платили ему за столь специфическую работу немало.

Однако вечно быть у кого-то на подхвате — ощущение донельзя удручающее.

И вот теперь представился удобный случай. Если ему действительно удастся с помощью тестового сопоставления выбрать пилота, это станет выдающимся карьерным достижением.

Судя по текущим обстоятельствам, вероятность того, что приведенный сюда молодой человек станет пилотом, была крайне высока.

К счастью, сегодня был День основания города, и большинство его начальников и коллег отдыхали по домам — дежурить выпало как раз ему, иначе такая возможность ему бы точно не светилась.

Именно осознав это, сотрудник так легко и согласился на предложение госпожи Лисы.

Через несколько секунд в прежде сумрачном подземелье внезапно ярко вспыхнул свет. Цянь Цянь еще не успел привыкнуть к резкой перемене и был вынужден прикрыть глаза рукой, спасаясь от слепящего сияния.

Из-за того, где он стоял, стоило Цянь Цяню заслонить глаза рукой, как его взгляд невольно устремился прямо на стоящего напротив металлического гиганта.

Раньше, в кромешной тьме, толком ничего не было видно, но теперь открывшееся зрелище просто поразило Цянь Цяня.

Это был металлический гигант, настоящий великан.

Судя по одним лишь размерам, он оказался выше того Гэсагума, что Цянь Цянь видел в Лесу Каменных Могил, и мощнее тех двоих, что только что вылетели отсюда на бой.

Высота потолка на минус первом подземном этаже составляла более сорока метров, но когда этот господин стоял во весь рост, до потолка оставалось меньше метра — казалось, ему стоило лишь чуть приподняться на носочках, чтобы коснуться макушкой свода.

Будучи металлической формой жизни, этот господин Гэсагума по большей части отливал серебром, и лишь на нагруднике, набедренниках, наплечниках и шлеме поблескивали золотые переливчатые вставки.

Голова была опущена, так что черт лица Цянь Цянь не разглядел, но одной лишь головы, размером никак не меньше локомотива, с лихвой хватило бы, чтобы Цянь Цянь изумился.

Больше всего Цянь Цяня привлекло то, что обнаружилось на спине гиганта: из-за полуоборота ему отлично была видна пара оружейных креплений.

Сейчас внутри них покоились парные мечи — красный и синий, тихо замершие в ножнах.

В памяти всплыли те двое Гэсагума в небе, чье оружие так легко и непринужденно меняло форму в бою, а затем Цянь Цянь взглянул на эти мечи, чье величие, несмотря на заключенные в ножны клинки, не меркло ни на йоту, и невольно вымолвил:

— Ого, до чего круто.

Их восхищение было мудрено не разделить: какой же земной мальчишка в детстве не мечтал о собственном Оптимусе Прайме?

Хотя этот господин казался куда выше Оптимуса, а линии его тела были плавными и изящными — он напоминал вовсе не Трансформера, а скорее легендарные механические боевые доспехи.

Сказав это, Цянь Цянь поначалу даже смутился.

Но, покрутив головой из стороны в сторону, он понял, что его собственная реакция была еще далеко не самой бурной.

Стоявший рядом специалист по подбору во все глаза, с остолбенелым видом пялился на Гэсагума неподалеку, а госпожа Лисы уже открыто плакала от избытка чувств.

Зато господин Товань полностью оправдывал свое звание руководителя: среди всех присутствующих он сохранял абсолютное хладнокровие.

А его помощник в это время бормотал себе под нос:

— Это же первородный господин Гэсагума... Настоящий первородный господин...

Его бормотание вывело из оцепенения застывшего сотрудника. На этот раз, не дожидаясь напоминаний, тот в два-три шага подскочил к своему рабочему месту и приволок диагностические инструменты.

Не тратя времени на долгие объяснения для Цянь Цяня, мужчина лишь попросил его о содействии.

Затем он закрепил на лбу у Цянь Цяня какую-то мягкую вещицу, похожую на кожу, но ледяную на ощупь, с небольшой металлической пластинкой пуговичного размера спереди.

Закрепив ее, сотрудник поднял приставную лестницу и зафиксировал ее рядом с господином Гэсагума.

Прихватив с собой округлую вещицу, очень похожую на ту, что красовалась на лбу у Цянь Цяня, только в несколько раз больше, он взрабрлся на макушку Гэсагумы и закрепил налобное украшение на голове гиганта.

Когда всё было готово, все, кроме Цянь Цяня, инстинктивно отступили на несколько шагов назад, с замиранием сердца наблюдая, как сотрудник запускает портативный прибор.

Цянь Цянь почувствовал, как металлическая пластинка у него между бровей слегка нагрелась, а затем последовал легкий укол, словно кто-то быстро ткнул его в лоб крошечным острым шипом.

Пока Цянь Цянь машинально потирал лоб, рядом раздался чей-то вздох.

Обернувшись на звук, он увидел, что Гэсагума, прежде опускавший голову, теперь поднял ее.

На этот раз Цянь Цянь смог рассмотреть всё во всех подробностях, поскольку гигант смотрел прямо на него.

Металлическое лицо, большая часть головы скрыта под шлемом.

Глубокие глаза, густые брови, высокая переносица, чуть пухлые губы — не будь его выражение столь окаменевшим, этого красавца смело можно было бы назвать лицом, способным разорять государства.

Несколько секунд они молча смотрели друг другу в глаза сквозь расстояние, после чего каменное выражение лица гиганта постепенно смягчилось, уголки опущенных губ приподнялись, а глаза, казавшиеся прежде стеклянными, мгновенно ожили.

Благодаря этим переменам бездушная машина обрела человечность — перед ними предстала истинная металлическая форма жизни.

Медленно вытянув руки, вонзенные в потолок, Гэсагума легко стряхнул с себя осыпавшиеся песчинки и грязь, а затем большими шагами направился к Цянь Цяню.

Цянь Цянь, чей мозг уже давно отключился от череды потрясений, во все глаза смотрел, как гигант уверенно приближается к нему.

Опустившись на одно колено и протянув вперед правую руку, этот господин обратился к Цянь Цяню:

— Меня зовут Солан Адуриэн, мой человек. Скажи, удостою ли я чести пригласить тебя сесть в мою грудь и стать моим Сердцем?

Цянь Цяню, которому не хватало познаний о здешних порядках, было невдомек, что означает это приглашение, но окружающие отлично понимали всё.

Прибор, который только что держал в руках сотрудник, проводивший тестирование для Цянь Цяня и Гэсагумы, выпал у него из рук на пол, но сам он даже не заметил этого.

Госпожа Лисы забыла о слезах и теперь мелко дрожала от волнения.

А помощник судорожно шарил по карманам, будто пытаясь отыскать хоть что-то, чем можно было бы запечатлеть эту сцену.

Господин Товань, всегда отличавшийся невозмутимостью, на этот раз наконец вышел из себя: его лицо покраснело, он явно хотел что-то сказать, но слова застряли в горле.

И лишь Цянь Цянь тупо пялился на громадную ладонь, протянутую прямо к нему, не соображая, как на это реагировать.

Видя, что Цянь Цянь лишь хлопает глазами и никак не отвечает на приглашение господина Гэсагумы, стоявшие рядом люди занервничали.

Госпожа Лисы оказалась решительнее всех: сделав несколько широких шагов, она подошла к Цянь Цяню и заговорила:

— Разве можно упускать такую редкую возможность? Ты нужен господину Гэсагуме, ты нужен городу. Ты ведь не забыл, что только что произошло? Раса Лайя и эти чудовища все еще бесчинствуют на улицах, и каждый новый господин увеличивает наши шансы на победу.

Цянь Цянь, конечно, понимал этот довод. Если бы представилась возможность, он бы и сам с радостью помог страдающим горожанам и истерзанному городу.

Вся проблема заключалась в том, как именно он мог помочь?

Помилуйте, временного жителя, который едва-едва окончил курсы базовой подготовки? Для него было уже огромным достижением дожить до нынешнего дня с багажом знаний «детского сада».

Поэтому Цянь Цянь растерянно и смущенно произнес, обращаясь к госпоже Лисы:

— Я очень хочу помочь, но я понятия не имею, что нужно делать, и тем более не умею драться!

И это была чистая правда. Цянь Цянь отроду рос послушным мальчиком, он не то что не дрался — даже ни с кем не ругался никогда в жизни.

Прекрасно зная, какими боевыми навыками обладают воины из сектора Б, Цянь Цянь не смел хорохориться в таких вопросах. Если пилотам Гэсагума требовалась подобная выучка, то такому «белому цыпленку», как он, лучше даже не соваться в эту заварушку.

Госпожа Лисы в отчаянии хлопнула себя рукой по лбу. Она, казалось, хотела что-то объяснить, но в то же время не представляла, с какого края начать.

Как, скажите на милость, объяснять старшеклассную программу человеку с образованием «детского сада»?

В конце концов женщина решила оставить всякие объяснения. Она подтолкнула Цянь Цяня и усадила его прямо на громадную ладонь, протянутую Гэсагумой.

Подгоняя его, она приговаривала:

— Тебе не придется драться и владеть какими-то особыми навыками. Пилот в бою играет вспомогательную роль, Гэсагума сам со всем справится.

— Но я же видел, как тренировались господа из сектора Б! Мой уровень и рядом не стоял, точно ничего не случится? — Цянь Цянь, чьи мысли крутились вокруг этого вопроса, считал, что всё нужно прояснить до конца.

— Раз сам господин не против, значит, проблем не будет. ступай к нему на ладонь и просто веди себя послушно. Тогда у господина появится энергия, чтобы долго участвовать в бою, и городской кризис будет разрешен.

Цянь Цянь, пребывавший в полном оцепенении с самого начала, вот так запросто оказался на ладони гиганта.

Одна ладонь этого Гэсагумы была больше всего тела Цянь Цяня.

При росте метр семьдесят восемь Цянь Цянь чувствовал, что по всем параметрам — длине, ширине и высоте — он сильно проигрывает ладони своего гиганта.

Усадив ошеломленного Цянь Цяня на ладонь, госпожа Лисы приподнялась на цыпочках, вытянулась изо всех сил и крикнула гиганту:

— Господин, этот мальчик — путник, он прибыл к нам меньше двух месяцев назад. Он ничего не понимает, пожалуйста, позаботьтесь о нем.

— О, вот оно что, понятно, почему он меня испугался. Ну что ж, мой маленький путник, не бойся, я ни за что не причиню тебе вреда. Я — Гэсагума, можешь звать меня Солан. Надеюсь на твою поддержку в будущем.

Говоря это, гигант плавно сжал ладонь. По мере того как огромная рука поднималась, Цянь Цянь, слегка страдавший боязнью высоты, сидел на его ладони, неуверенно бормоча:

— Меня зовут Цянь Цянь, большое спасибо, что спасли мне жизнь. Какая уж тут поддержка, раз я ничего не умею... но обещаю во всем слушаться.

Продолжая поднимать его, Гэсагума заговорил неожиданно мягким тоном:

— М-м, я знаю. Не бойся, я умею всё, предоставь это мне.

— А что мне нужно делать?

Продолжал допытываться послушный студент Цянь Цянь.

— Когда я помещу тебя в грудную полость, поддерживай энергетическую связь и сиди смирно. И если можно... не мог бы ты мне что-нибудь спеть? Те песни, что ты пел во время работы, звучали очень красиво.

— Вы слышали, как я пою? Но ведь в моем секторе распределения я был совсем один!

Иначе он бы ни за что не стал от скуки петь самому себе во время работы.

Последнюю фразу Цянь Цянь, впрочем, произнести не осмелился.

— О, я был в соседнем с твоим рабочим сектором. Знаешь сектор Р? Он граничит с сектором С, между ними всего лишь металлическая стена. До твоего прибытия я все время спал в той зоне.

Сектор Р он, конечно, знал — тот самый, что шел перед буквой С.

Выходило, этот гигант и впрямь был его «соседом». Какая неловкая ситуация! Звукоизоляция на нижних ярусах дворца и впрямь оставляла желать лучшего, раз голос был слышен даже сквозь стену, учитывая, что пел он вовсе не громко.

— Про... прости, я доставлял тебе неудобства все эти дни!

Прекрасно зная, что слуха у него отродясь не было, а пение после распевки больше походило на орудие убийства, Цянь Цянь со стыдом на лице поклонился гиганту прямо на его ладони.

— С чего бы тебе извиняться? Ты поешь очень красиво. Именно твоя песня меня и разбудила, — с легким недоумением в низком, бархатистом голосе ответил тот.

Пропал! Он мешал человеку спать своими воплями!

Глядя на свернувшегося клубочком на его ладони мальчика, который в раскаяниих хватался за голову, Солан подумал и решил пока не говорить бедняге, что с самого момента своего пробуждения знал о каждом его шаге в этом здании.

Такова была способность Гэсагума: везде, где имелся металл, они могли присутствовать повсюду.

Обменявшись парой фраз наперебой, гигант поднес Цянь Цяня к своей левой груди.

Глядя на внезапно возникшее на золотом нагруднике темное отверстие, через которое свободно мог пройти человек, Цянь Цянь глубоко вздохнул, подтянул ноги и решительно нырнул внутрь.

Едва он оказался внутри, как проход за его спиной тут же сомкнулся. Сам же Цянь Цянь почувствовал, что попал в пространство, со всех сторон окруженное металлическими стенами.

Стоило ему присесть на корточки, как со всех сторон к нему протянулись похожие на щупальца мягкие металлические жгуты. Они бережно подхватили его и понесли вглубь помещения.

http://bllate.org/book/25337/3020462