Готовый перевод Stealing the Male Lead and Running Is Thrilling / Украла второстепенного героя и сбежала — вот это кайф! [Быстрое прохождение]: Глава 2

Линь Су вовсе не злился на эти мелкие уловки. Причина была вовсе не в его мягком характере — просто на такое красивое лицо, как у Линь Тана, хотелось прощать любые мелкие прегрешения.

— Если не боишься гнева отца, можешь продолжать кричать, — равнодушно произнес Линь Су.

Отец Линь хоть и души не чаял в младшем сыне, но в серьезных вопросах не позволял ему лишнего. Поэтому Линь Тан испытывал перед отцом изрядную долю трепета. Главной причиной этого страха было то, что все его банковские карты были лишь дополнительными к счету отца, который мог заблокировать их в любой момент, когда пожелает.

Лицо Линь Тана слегка изменилось. Его прекрасные персиковые глаза округлились от ярости, превратившись в миндалевидные:

— Ты смеешь мне угрожать? Совсем страх потерял, оперился!

Линь Су подумал, что последняя фраза явно была цитатой, и адресатом ее, конечно же, был отец Линь. А вот насколько уместно было ее использовать, младший господин явно не задумывался.

— Я же о тебе забочусь, — Линь Су развел руками. — Я знаю, что ты меня не любишь. Давай уладим это дело миром: как только все закончится, я съеду, не буду мозолить тебе глаза и поучать тоже перестану, а?

Предложение показалось Линь Тану заманчивым. Этот зануда наконец-то уйдет — просто праздник какой-то! Хотя нет, постой... если он уйдет, как тогда осуществить дальнейший план? Они ведь с таким трудом придумали эту схему.

— Нет, ты не можешь уйти. Если ты уедешь, отец точно решит, что это я тебя выжил, — Линь Тан нахмурился. — Ишь, чего захотел.

План должен быть доведен до конца. Если Линь Су будет плохо, ему будет хорошо.

На самом деле, если бы Линь Су действительно хотел уйти, он бы не стал советоваться с Линь Таном. Сказал он это лишь для того, чтобы младший брат немного присмирел и перестал превращать особняк в хаос, в конечном счете подставляя самого себя.

— Хорошо, если ты настаиваешь, — с напускной покорностью ответил Линь Су.

Линь Тан отрезал:

— Настаиваю!

Уголки губ Линь Су едва заметно дрогнули, но лицо тут же вновь стало невозмутимым.

Шум вокруг истории с тараканами поднялся нешуточный. Когда отец Линь вернулся домой, мимо него то и дело пролетали насекомые целыми семействами, так что не заметить происходящее было невозможно.

Линь Су и Линь Тан стояли перед отцом. Линь Су впервые видел его в этом мире. Воспоминания в памяти отличались от реальности: мужчине было уже под шестьдесят, лицо изрезали морщины, и выглядел он человеком, с которым лучше не связываться.

Способность столько лет твердой рукой удерживать власть в корпорации Линь доказывала, что отец далеко не так прост, как кажется. Линь Су добивался успеха в заданиях именно потому, что никогда не недооценивал людей — не из моральных принципов, а из уважения к их силе. Даже бабочка способна вызвать тайфун, что уж говорить о человеке.

— Безобразие! — отец Линь просмотрел записи с камер и, конечно, понял, что это проделки младшего сына. Но гнев его был направлен не на Линь Тана, а на Линь Су: — Он еще мал и ведет себя глупо, но ты — старший брат, почему идешь у него на поводу?

Возможно, он был хорошим управленцем, но отцом его назвать было сложно. Быть хорошим отцом — это не просто иметь любящее сердце.

Линь Су опустил голову, признавая вину:

— Да, я виноват. В следующий раз буду лучше следить за братом.

Отец Линь помолчал, а затем произнес:

— Ладно. Позже зайди ко мне в кабинет.

Разговор с глазу на глаз означал продолжение воспитательной беседы. Линь Тан довольно усмехнулся, Линь Су даже не нужно было смотреть на него, чтобы понять — брат злорадствует.

Однако уже через секунду улыбка сползла с лица младшего сына, так как отец перевел прицел на него:

— А ты, Линь Тан, всю следующую неделю будешь сидеть в университете и не смей никуда бегать.

Сказано это было негромко, но подтекст был ясен: карты младшего господина будут заблокированы на неделю. Это известие подействовало на него как удар молнии.

— Пап! — Линь Тан выглядел глубоко оскорбленным.

Но, встретившись взглядом с отцом, он был вынужден замолчать и лишь бросил на Линь Су полный ненависти взгляд. Злиться на отца он не смел, поэтому вся ярость выплеснулась на Линь Су: проклятый неудачник, ненавистный человек!

В кабинете отец Линь не стал устраивать второй раунд нравоучений, а расспросил о прогрессе по текущему проекту. Активы семьи Линь были разбросаны по разным отраслям, но основой оставалось строительство. Линь Су отвечал за проект офисного здания — пятнадцать этажей, не самый крупный объект, идеально подходящий для того, чтобы «набить руку» для оригинального владельца тела.

Линь Су отчитался в соответствии с тем, как обстояли дела, — серьезных ошибок не было, но и выдающихся результатов тоже. Полная посредственность.

Отец Линь не изменился в лице, лишь слегка нахмурился:

— Хорошо. Когда закончишь, подготовь итоговый отчет.

Линь Су без возражений согласился.

За один день произошло столько событий, что у Линь Су не осталось сил ни на что другое. Пока его собственная комната не была приведена в порядок, пришлось ночевать в гостевой. Жар спал, и, судя по всему, возвращаться не собирался. Завтра нужно было снова идти на работу в корпорацию Линь.

Биологические часы разбудили Линь Су ровно в семь — идеальное время для утренней пробежки. Весь особняк еще только начинал просыпаться, но, спускаясь по лестнице, Линь Су неожиданно услышал пение младшего господина из кухни. По уровню «красоты» его вокал напоминал строительный шум.

Линь Су заглянул на кухню: младший господин с воодушевлением жарил яичницу, готовя ланч-бокс. В его пение то и дело вплетались выкрики: «Ай, горячо!», «Какая же дрянная сковорода!».

Вероятность того, что избалованный господин готовит еду для себя, была равна нулю. Единственный вариант — главный герой, Шэн Хун. Эта пылкость была похвальна, вот только Шэн Хун видел в нем лишь младшего брата. Влюбиться не в того человека — финал будет печальным. Раз так, нужно сократить количество их встреч. Линь Су встал в дверях:

— Кажется, вчера на кухню залетали тараканы. Как думаешь, они не отложили яйца в продукты?

Рука Линь Тана дрогнула, и яичница отправилась прямиком на пол.

Глаза Линь Тана метнулись к испорченному завтраку, а в следующую секунду он уже сверлил Линь Су яростным взглядом. Голос прорывался сквозь стиснутые зубы:

— Ты сделал это специально, да?

Линь Су сохранял невозмутимый, простой вид:

— Я просто хотел предупредить из добрых побуждений.

Младший господин, чьи карты только что заблокировали, не посмел снова вспыхнуть и лишь глубоко вздохнул, пытаясь унять эмоции. А ведь его раскрасневшееся личико выглядело довольно мило, подумал Линь Су.

Если нельзя поиздеваться над братом, то в чем тогда смысл жизни? Идеальное утро.

Линь Су отправился на пробежку. Состояние тела было неплохим, но до идеала далеко. Согласно его строгим стандартам, нужно было как минимум вернуть те четыре кубика пресса, что едва проступали.

Когда он вернулся, младший господин уже ушел. Ланч-бокс он не взял, завтрак тоже не съел — уровень его ярости, судя по всему, зашкаливал.

06 произнес ровным тоном:

— Это означает, что вас ждут тяжелые времена.

В его голосе совсем не чувствовалось злорадства. Линь Су был в хорошем настроении:

— Что ж, это стоит того, чтобы подождать.

Позавтракав, Линь Су отправился в офис отдельно от отца. Хотя о том, что он приемный сын, знали все, сотрудники соблюдали положенную вежливость. А что они там шептали за спиной — Линь Су сейчас не волновало.

— Менеджер, сегодня в одиннадцать у вас обед с господином Ваном из компании Хайшэн, — проговорил помощник, выглядящий как самый обычный, незаметный мужчина.

Хотя с работой помощника женщины справлялись бы тщательнее, оригинал не хотел лишних слухов, что избавило Линь Су от многих проблем.

— Договорись о встрече. Через десять минут совещание, — Линь Су взглянул на часы.

— Слушаюсь.

Линь Су сел за свое место и принялся просматривать проект здания. Со стороны он казался пустяковым, но именно из-за него в будущем рухнет корпорация Линь. Оригинал, желая сэкономить, использовал материалы классом ниже. Само по себе это было не критично, но строительная бригада, которой он доверил работу, решила еще и «подзаработать», дважды сэкономив на качестве. Через три года здание рухнуло. Хотя это случилось в выходной, жертвы были, и этот инцидент стал началом конца для семьи Линь.

Линь Су решил переделать проект. Не из-за жажды наживы, а из жалости к тем невинным людям. Сколько бы заданий он ни выполнял, он всегда считал, что человеческую жизнь нельзя измерять деньгами.

Работа над проектом не была сложной, но нужно было заново договориться о неустойке с подрядчиками и предоставить отцу отчеты о причинах замены бригады. Все это он делал легко и решительно. Такая деловая хватка удивила многих сотрудников. Когда руководитель принимает четкие решения, работникам не приходится переделывать одно и то же, и нагрузка заметно снизилась.

— Вам не кажется, что менеджер сегодня какой-то другой? — потянувшись, спросил один из сотрудников.

— Еще бы, дни без переработок — это совсем другое дело, — отозвался другой.

— Эй, я не об этом. Вам не кажется, что от менеджера исходит какая-то властная аура? — прошептала женщина в рабочей форме.

Группа сотрудниц тут же закивала: «Точно, точно!».

Мужчины-сотрудники: «...»

Какая еще аура? Ничего не понимаем в этих женщинах.

С основной работой он справился быстро. Оценки сотрудников его пока не волновали — он занимался перераспределением своих активов. Нельзя хранить все яйца в одной корзине, как и нельзя оставаться без надежного доверенного лица.

Искать такого человека в окружении Шэн Хуна было бессмысленно — их способности вряд ли превзойдут способности самого Шэн Хуна. Нужно было переманить кого-то из его бывших противников.

Линь Су уже присмотрел кандидата — Цю Ту, нынешнего менеджера корпорации Шэнши, который в оригинальной истории стал заклятым врагом Шэн Хуна. Цю Ту постоянно крали результаты работы, поэтому позже он ушел из компании и начал свое дело, несколько раз нанося серьезные удары по Шэнши. В самый опасный момент Шэн Хун чуть было не проиграл ему.

Цю Ту был жесток, но крайне талантлив. Если его обуздать, он станет бесценным кадром.

Встретиться с ним оказалось несложно — он еще не стал тем безжалостным акулой бизнеса, каким был в будущем, хотя и был осторожен.

В тихой кабинке кафе мужчина с впалыми щеками настороженно смотрел на Линь Су:

— Ваше предложение о партнерстве серьезно? Линь и Шэн дружат, вы не боитесь испортить отношения, открыто переманивая людей?

Насколько он знал, старший сын семьи Линь — посредственность, а из-за статуса приемного сына высшее общество его не принимает, не говоря уже о шансах возглавить корпорацию.

— Если вас устраивает вечно оставаться в тени, можете игнорировать мое приглашение, — Линь Су сменил позу, и от одного этого движения его аура изменилась до неузнаваемости. — Но я скажу прямо: для Шэнши вы — лишь один из многих, а мне нужны именно вы.

Хотя можно было выбрать и другого, раз уж он остановился на этом человеке, нужно было показать, насколько он его ценит. Никто не любит, когда его игнорируют, а такие люди, как Цю Ту — тем более.

Цю Ту смотрел на мужчину напротив, который из посредственного клерка превратился в кого-то совершенно иного. Сомнения отступили. Он слишком жаждал шанса, слишком ненавидел, когда его достижения присваивали другие. Он хотел стоять на вершине мира и смотреть на всех сверху вниз, точно так же, как этот человек сейчас.

Шанс есть у каждого, но людям часто не хватает мужества схватиться за него и способности распознать. Если этот человек заставляет его трепетать одним лишь взглядом, может, стоит попробовать?

Цю Ту пожал протянутую руку Линь Су. Его тонкие пальцы слегка дрожали:

— Приятно иметь с вами дело.

— Взаимно, — улыбнулся Линь Су.

Это лишь первая проба. Мужчина все еще сомневается, но позже он сделает так, что от сомнений не останется и следа.

Телефон в кармане завибрировал. Линь Су не любил, когда его прерывали во время разговора, но сейчас, когда все было решено, это не имело значения. Он достал телефон и, к своему удивлению, увидел имя Линь Тана.

Он на мгновение замер. Цю Ту поднялся:

— Господин Линь, я пойду.

Человек, умеющий чувствовать момент. Линь Су кивнул:

— Я свяжусь с вами позже. До свидания.

Детали сотрудничества еще предстоит обсудить, но все встало на свои места.

Телефон был на связи, в трубке стоял шум. Если бы Линь Су не выкрутил громкость на максимум, он бы даже не услышал Линь Тана. В шуме пробивался пьяный, тягучий голос, который все еще кого-то ругал:

— Ты... сволочь... только и знаешь, что... отбирать у меня... у-у-у...

— Господин Линь, давайте вернемся, а? Хватит уже, хватит.

— Не... не мешай! Проиграл — и хочешь... сбежать? Как я потом буду... в кругу общаться? Давай, играй дальше! Кто трус — тот... ик... внук!

Это был голос младшего господина. Явно перебрал. На том конце снова начался гам. Линь Тан забыл сбросить вызов. Будучи второстепенным злодеем, младший господин имел кучу «друзей», которые не брезговали ничем, кроме наркотиков. Такой образ жизни был полной противоположностью Шэн Хуна, который держал себя в строгих рамках.

Если бы он позвонил кому-то другому — ладно, но он позвонил Линь Су. Если он не привезет его домой в целости и сохранности, отвечать придется ему.

В оригинальной истории было всего несколько баров, где любил зависать младший господин, найти его было несложно. Что ж, раз уж он уже успел поиздеваться над братом, иногда придется брать на себя и обязанности старшего.

В баре «Макс» сияли огни, повсюду царил шум. В кабинке Линь Тана было не лучше: грохот костей, перевернутые бокалы, запах пролитого алкоголя. Напитки, которые пили эти господа, стоили четырехзначные суммы, но смешанные вместе, они не пахли ничем хорошим.

Линь Тан с раскрасневшимися щеками откинулся на спинку стула, взгляд его был затуманен, но он все равно не сводил глаз с коробочки для костей:

— Ставлю... на большее.

Сидевший напротив Ху Цзе приподнял уголок губ и небрежно бросил:

— А я ставлю... — он обвел Линь Тана взглядом и понизил голос: — ...на меньшее.

Обычно Линь Тан был заносчив, но в пьяном виде в нем появлялась редкая покорность, а алкоголь придавал ему невинный, манящий вид. Ху Цзе, привыкший играть и с женщинами, и с мужчинами, давно засматривался на Линь Тана. Семья Ху была слабее семьи Линь, поэтому он не смел принуждать, но если все будет по обоюдному согласию, семья Линь ничего не сможет предъявить. Он знал, что Линь Тан все еще девственник. Если удастся его соблазнить, это станет отличной темой для разговоров.

Коробку открыли: три кости — два, три, три. Очевидно, «меньшее». Окружающие зашумели:

— Пей! Уговор дороже денег!

— Линь Тан, хватит пить, — попытался остановить его Ло Фэй.

— Не... не мешай мне, — заплетающимся языком ответил Линь Тан и поднял бокал. — Хун... брат Хун еще не пришел?

— Идет, идет, господин Шэн сказал, что скоро будет, — уговаривал Ло Фэй. — Не пей больше, поехали домой, а?

Он до смерти боялся звонить Шэн Хуну, и, услышав холодный тон, понял, что тот не приедет. Но младший господин был готов напиться до смерти, если тот не появится, и Ло Фэй был вынужден лгать.

— Нет, надо держать... слово, — Линь Тан залпом выпил бокал и перевернул его, показывая, что допил до дна.

Вокруг поднялся еще больший шум:

— Линь Тан — человек слова!

— Красава, люблю пить с такими крутыми парнями.

Линь Тан довольно рассмеялся, глаза его блестели:

— Это... это еще... цветочки.

— Линь Тан, ты щедрый, не то что эти зануды, — Ху Цзе облизнул губы. — Но просто пить скучно. Давай сыграем на что-нибудь поинтереснее.

Ло Фэй инстинктивно хотел вмешаться, но Линь Тан уже ответил:

— На что... играем?

Ху Цзе хихикнул, его взгляд скользнул по белоснежной, покрасневшей шее Линь Тана:

— На ночь в постели. Кто проиграл — тот проводит ночь с победителем. Как тебе?

Ло Фэй нахмурился:

— Ху Цзе, ты что задумал?

— Ничего особенного, — Ху Цзе развел руками. — Раз господин Шэн не идет, а Линь Тан не хочет спать в одиночестве, почему бы нам не согреть друг друга? Если Шэн Хун не хочет — я возьму.

Ло Фэй хотел было что-то сказать, но услышал, как Линь Тан ответил:

— Хорошо... играем...

На его лице была улыбка, но в ней сквозило что-то отчаянное, словно он сжигал мосты. У Ло Фэя внутри все похолодело, но остановить его было уже поздно. Ху Цзе явно преследовал свою цель. Если сегодня Линь Тана действительно уложат в постель, о Шэн Хуне можно забыть навсегда. Сейчас он пьян, но когда протрезвеет — будет горько жалеть. Ло Фэй дружил с Линь Таном много лет и знал, насколько глубока его одержимость Шэн Хуном.

Встав, Ло Фэй, превозмогая страх, снова набрал тот же номер.

Голос на том конце, глубокий, как выдержанное вино, звучал холодно:

— Что еще?

— Господин... господин Шэн, Линь Тан играет с Ху Цзе на... — он сглотнул, — ...на ночь в постели. Он не уйдет, пока вы не приедете. Вы не могли бы приехать и забрать его?

Ответа не последовало. Через мгновение связь прервалась. В душе Ло Фэя воцарилось отчаяние. Когда он повернулся, чтобы вернуться в комнату, он увидел, как у обочины остановился деловой автомобиль. Из него вышла длинная нога в классических брюках. Ло Фэй машинально взглянул на вошедшего и, увидев Линь Су, широко открыл глаза.

Почему этот господин здесь?

Когда Линь Су приехал, он уже обошел пару баров, и от него несло алкоголем. Глядя на сияющий огнями «Макс», он не питал особых надежд. Он только хотел войти, как вдруг его преградил путь молодой человек с крашеными красными волосами.

На парне висело столько украшений, что он звенел при каждом шаге, а джинсы были разодраны в клочья. Сейчас он смотрел на Линь Су со смесью тревоги и недоумения. Линь Су был удивлен:

— Ты кто?

— Это же старший брат Линь Тана? — выпалил Ло Фэй. — Вы тоже пришли сюда развлечься?

— Нет, ищу человека, — Линь Су припомнил Ло Фэя — одного из «друзей» младшего господина, имени он не помнил. — Линь Тан здесь?

Услышав этот вопрос, Ло Фэй чуть не расплакался:

— Старший брат, брат! Линь Тан внутри, скорее остановите его, он собирается с Ху Цзе...

Неважно, что они там болтали об этом старшем сыне семьи Линь раньше, сейчас он — законный опекун, у него есть полное право забрать брата, пока не случилось непоправимое.

http://bllate.org/book/25356/3022226