Готовый перевод Melting City / Плавильный город: Глава 10

Вход в Долину Потерянных путей скрывался в конце узкого переулка.

Молот всегда заходил здесь, строго придерживаясь одного и того же маршрута, чтобы не дай бог не заблудиться — слишком уж легко было потерять голову от местных красот и богатств.

Переулок был застроен старыми домами, в которых действительно жили люди. Кое-где попадались лавки, торговавшие примерно тем же барахлом, что и тот магазин, где они недавно отжали одежду. И всё же, при всей ветхости, жилищные условия здесь были в разы лучше, чем в Городе Призраков. Даже у их командира не было таких добротных строений.

Чтобы противостоять ветрам, дома в Городе Призраков строили причудливой формы, по направлению потоков воздуха, поэтому во многих из них даже встать в полный рост было невозможно. Нин Гу мог выпрямиться в своей лачуге, но платой за это стали четыре обрушения, после которых он лишался кучи мелочей, что собирал с таким трудом. Что-то удавалось отбить обратно, выбивая из рук соседей, а что-то пропадало без следа. Бывали даже трагические случаи, когда вещи, выменянные у Земляного Короля, тут же перехватывал какой-нибудь старый пройдоха, чтобы снова загнать их ему же.

В переулке было пусто. Разумеется, пусто: как только звучал сигнал о прибытии Путников, все жители спешно прятались по домам. Кто-то боялся, кто-то — не очень, но то, что Путники здесь нежеланные гости, было ясно как день. Впрочем, и сами Путники относились к жителям Главного города с нескрываемой неприязнью.

Нин Гу чувствовал взгляды, направленные на него из-за окон, пока шёл по переулку. Но стоило ему обернуться, как он видел лишь колышущиеся занавески да гаснущие огни… всё-таки страха было больше.

Неужели они такие страшные? Нин Гу призадумался. Конечно, страшные. Как-никак, Путники — это монстры, к тому же они только что отняли у кого-то одежду и пару раз пнули лавочника. От них так и веяло убийственной аурой грабителей.

— Пришли, — Молот указал вперёд. — Держись рядом. Я не шучу, не вздумай отстать.

— Понял, — Нин Гу отмахнулся.

Вид впереди открывался странный. Главный город не везде был окружён высокими металлическими стенами, и здесь, стоило бросить взгляд вдаль, как взору представала Пустошь Чёрного Железа. Переулок словно обрывался, срезанный чьей-то гигантской рукой. Казалось, здесь пролегла незримая линия: по одну сторону — город, где сменялись день и ночь, а переступишь черту — и перед тобой бесконечные руины и неровная, лишённая жизни твёрдая пустошь.

Вход находился в полуразрушенном здании. За дверью обнаружилась лестница, уходящая в полную темноту. Ни звука, ни проблеска света. Нин Гу оглянулся на переулок, по которому они только что прошли.

— Скоро и от него ничего не останется, — заметил Молот. — Говорят, раньше этот переулок был длиннее. Тот вход, в который мы сейчас войдём, когда-то был частью города, там жили люди.

— Как же он стал таким? — спросил Нин Гу.

— Главный город постоянно рушится. Помяни моё слово, рано или поздно всё превратится в Пустошь Чёрного Железа. — Молот сверился с меткой краской на своей руке и начал спускаться по лестнице.

Нин Гу тоже посмотрел на свою метку. Картина! Я ищу картину! Я — Нин Гу! Пришёл за картиной! Мне ещё возвращаться в Город Призраков!

Следом за Молотом он спустился вниз и почувствовал необычный запах. Приятный, с лёгкой сладостью и какими-то нотками, одну из которых он точно встречал в лачуге безумного дяди. В Городе Призраков запахи редко задерживались — ветер был таким сильным, что сдувал всё на лету. Только внутри дома можно было уловить аромат какой-нибудь ерунды, которую он выменял, — обычно от них пахло древностью. А вот чтобы что-то пахло так вкусно… такое случалось нечасто.

— Что это за запах? — спросил он, заметив впереди поворот, откуда пробивался слабый красный свет.

— Пришли, — Молот остановился и глубоко вздохнул, будто собирался вступить в нечто грандиозное.

Нин Гу не знал, обязательная ли это процедура, но на всякий случай тоже вдохнул поглубже. Какая разница, нужно это или нет, — для солидности не помешает.

Миновав поворот, Нин Гу увидел мир, совершенно не похожий ни на Город Призраков, ни на Пустошь, ни на Главный город. Это была чёрная пещера, неведомым образом разросшаяся в недрах твёрдого металлического мира. Стоя у входа, невозможно было оценить масштабы, но, зная заранее, что это подземная полость, он понял: перед ним гигантская пещера.

Лестница уходила вниз, и по мере спуска открывались всё новые ярусы. В бесконечных туннелях и гротах, уходящих вглубь и вширь, мерцал свет. Взору не было видно ни дна, ни краев. Из трещин в стенах просачивался красный свет — неяркий, но достаточный, чтобы видеть всё вокруг. Нин Гу долго смотрел по сторонам, прежде чем сделать простой вывод: это огромный подземный мир.

— Это запах чая, — ответил Молот на его предыдущий вопрос. — Вещь редкая. Не думай, что если ты его чувствуешь, то сможешь достать. Обойди всю Долину Потерянных путей — не факт, что найдёшь хоть пакетик. Здесь модно брызгаться водой с таким ароматом, это считается шиком.

— Тогда я наберу этой воды для Гвоздя, — сказал Нин Гу.

— А чем ты собираешься платить? — спросил Молот.

— А чем нужно? — Нин Гу не подумал об этом заранее, он просто хотел посмотреть.

— Минимум — какая-нибудь стекляшка, ваза или вроде того.

— У меня нет, — Нин Гу задумался. — А просто отобрать можно?

Молот взглянул на него:

— Такие вещи не стоит озвучивать вслух, это же неловко.

— Понял, — кивнул Нин Гу.

У входа никого не было, и Молот повёл его на уровень ниже. Не успели они дойти до конца лестницы, как Нин Гу услышал голоса. Справа находилась огромная полость, напоминавшая зал. Вдоль стен тянулись лавки, но не во все можно было войти — многие двери были заперты.

Здесь уже толпились люди. Нин Гу сразу приметил несколько Летучих мышей, снующих по залу. Их легко было узнать: поговаривали, что из-за притуплённой чувствительности к боли они обожали модифицировать свои тела. Стиль у них был специфический — если видишь, что кости торчат наружу и они металлические, значит, перед тобой точно Летучая мышь. Впрочем, одними костями дело не ограничивалось…

Помимо них, здесь было полно людей, чью принадлежность определить было невозможно. По словам Молота, многие из них — Путники, застрявшие здесь из-за своего счастья, или бродяги из Главного города.

— Есть и те, кто сбежал сам, — добавил Молот. — Но таких мало. Обычному человеку вырваться из лап Гиен и добраться сюда — задача почти невыполнимая.

Нин Гу промолчал. Он знал это не понаслышке — только что испытал на собственной шкуре. И хотя он сбежал от Гиен, да ещё и от самого Лянь Чуаня, особого восторга не чувствовал. Он до сих пор не понимал, как ему это удалось. Когда Лянь Чуань приближался, источая саму смерть, в голове Нин Гу крутилась лишь одна мысль: Я ещё не хочу исчезать, я ещё ничего не видел.

Выходит, он победил Лянь Чуаня силой мысли? Если рассказать об этом любому Путнику, тот лопнет от смеха. Похвальба, которую даже не назовёшь правильным хвастовством.

— Каждый раз, когда прихожу, я делаю здесь круг, — вполголоса рассказывал Молот, ведя его по залу. — Можно найти много интересного. Что-то можно выменять, на что-то не хватит средств. Ну, или купить за валюту Главного города. Если не хочешь ничего брать, можно просто послушать, о чём болтают, или разузнать новости. Хотя они сами здесь сидят, вряд ли знают больше нас… Кстати, здесь есть еда и напитки, можно выменять за паёк Главного города. Такого мы ещё не пробовали. И выпивка…

Молот осёкся и огляделся:

— Пить нельзя. Если командир узнает, по возвращении подвесят в Языковой бухте, и три дня будешь лизать языки.

— Нельзя пить? — Нин Гу посмотрел на него. — Ставлю стеклянную бутылку, что первое, что ты сделаешь, — пойдёшь искать выпивку. Слишком уж явно ты это скрываешь.

— Так заметно? — Молот выпрямился, подумал и рассмеялся. — Гвоздь тоже вечно говорит, что из меня паршивый притворщик.

— Ну, в притворстве ты ему точно уступаешь, — кивнул Нин Гу.

Вспомнив про Гвоздя, он покосился на лавку, из которой лился красный свет. Надо бы захватить ему защитные очки — интересно, хватит ли этой одежды для обмена?

— Видишь проходы? — спросил Молот.

— Да, вижу, — Нин Гу заметил по периметру зала несколько длинных туннелей.

Честно говоря, у него глаза разбегались. Он родился и вырос в Городе Призраков, нигде не бывал, и даже обычные дома Главного города его поразили, а этот подземный мир — и подавно.

— Запомни тот, через который мы пришли, а вот эти три справа, — Молот указал пальцем, — можно использовать. Мы с командиром там ходили, они ведут в небольшие пещеры, без ответвлений. А в те два лучше не соваться, я там не бывал.

— Угу, — Нин Гу старательно запоминал. — А другие залы? Я видел, там ещё много уровней…

— Ты о чём вообще? — Молот изумлённо перебил его. — Только здесь! Больше никуда не ходим. Мне этих мест хватает с головой! Тут есть всё!

— …Оу. — Нин Гу тоже был удивлён.

Молот пристально посмотрел на него и ткнул пальцем в грудь:

— Нин Гу, я знаю, о чём ты думаешь. Это не Город Призраков. Я знаю, что там ты — гроза всех и вся, никого не боишься, и все боятся тебя. Но здесь ты — никто, понял? Ты просто деревенщина, впервые попавшая в Главный город.

— Понял, — Нин Гу тоже уставился на него. — Не обязательно так грубо. Сам ты деревенщина.

— Деревенщина, — раздался голос рядом. — В первый раз? Хочешь, покажу тебе кое-что интересное?

Нин Гу не поверил своим ушам. Он повернулся к человеку, чьи усы доросли до самого носа. Судя по виду — обычный бродяга, никаких металлических костей.

— Ты с кем разговариваешь? — спросил Нин Гу.

— С тобой, — раздражённо ответил бродяга. — Ну точно, деревенщина. Смотрю на тебя, а ты спрашиваешь…

Нин Гу с размаху пнул его в грудь. Бродяга отлетел и ввалился в одну из лавок. Шум поднялся знатный. Раньше здесь ходили лишь пара человек, а теперь откуда ни возьмись высыпала целая толпа странных личностей.

Когда бродяга, ругаясь, выбрался из лавки, за ним последовали двое — судя по всему, Летучие мыши. У одного лицо было наполовину заменено металлом, причём работа была грубая — даже издалека виднелись вмятины. Второй был «модной» модели — в том месте, где кожа на ноге была порвана, виднелась металлическая кость.

— Уходим, — сказал Молот.

— Чего? — Нин Гу повернулся к нему. Молот в Городе Призраков тоже не был паинькой, за словом в карман не лез и в драку ввязывался охотно. Даже если противник был силён, он никогда не предлагал бежать. А тут из-за каких-то пружиноногих — и бежать?

— Здесь всё пустотелое, — пояснил Молот.

Нин Гу замер, соображая. Способности Молота требовали твёрдой опоры, а этот рынок состоял из пещер и туннелей… Для Нин Гу, выросшего на просторах Города Призраков, такая ситуация была в новинку. Выходило, что они сейчас здесь просто два обычных человека, причём чертовски наглых.

— Уходим! — Молот дёрнул его за рукав и быстро зашагал ко второму туннелю.

Но как раз в этот момент «пол-лица» и «пружиноногий» рванули вперёд. Исходя из многолетнего опыта драк, Нин Гу сразу понял — они нацелились на Молота. Молот без своих способностей выглядел как худощавый подросток.

Нин Гу пришёл в ярость. Не из-за того, что нападали из-под тишка или выбирали того, кто слабее — он и сам так делал. Его разозлило, что эти ублюдки посмели открыто напасть на его друга прямо у него на глазах!

— Иди ты к чёрту! — рыкнул он и бросился на Летучих мышей.

Модификация пружиноногого оказалась полезной — он обогнал «пол-лица». Но, по дилетантскому анализу Нин Гу, сила у пружиноногого была меньше. На бегу он подпрыгнул, наступил на ногу пружиноногого и с силой оттолкнулся. Раз Летучие мыши умели так высоко прыгать, значит, и его нога должна сработать как трамплин.

Он не ошибся. Летучая мышь с воплем повалилась на землю, а Нин Гу взмыл в воздух. Ударившись головой о потолок пещеры, он понял, почему тот не прыгал, а только бежал. Гул от удара стоял в ушах.

Дон!

Ничего себе пружинистость! К счастью, у него, похоже, только что пробудилась способность — железная голова, иначе он бы отключился. В падении он развернулся и со всей силы врезал кулаком в ту самую половину лица противника. Удар был сокрушительным — «пол-лица» рухнул без сознания.

Когда Нин Гу приземлился, его тут же окружила толпа. Видимо, здесь давно не было ничего интересного, и на него набросились всей кучей. Хоть он и был грозой Города Призраков, там не было привычки бить толпой. Его быстро повалили, и, пытаясь выбраться, прикрывая голову, он мельком огляделся — Молота нигде не было.

— Бей его! Бей! — орали со всех сторон.

Он отбивался, прокладывая путь наружу. В какой-то момент его кто-то схватил за руку. Хватка была железная, не слабее, чем у того, кому он сломал лицо. Его выдернули из толпы и, прежде чем он успел что-то понять, затащили в тёмную комнату без единого проблеска красного света.

Снаружи послышались чьи-то выкрики, кто-то указал в сторону этой комнаты, шум утих, превратившись в невнятное бормотание, а затем толпа и вовсе разошлась.

Нин Гу поправил измятую куртку, ощупал лицо и обернулся:

— Спас…

За спиной никого не было. Он снова повернулся — пусто. После четвёртого круга он окончательно убедился: в этой тёмной конуре, где были заделаны все щели, никого нет.

— Спасибо, — твёрдо сказал он и направился к выходу.

Мимо него пронёсся лёгкий ветерок, и у самого уха раздался голос:

— Ты кто такой?

http://bllate.org/book/25457/3035236