Шэн Суй мягко улыбнулся и, подняв чашу, сделал глоток. Повернувшись, он спросил:
— С чего это молодой господин Юнь с самого утра так занялся делами? Да так, что даже привлек внимание Лю Ина?
Юнь Цзэ лучезарно улыбнулся:
— Провернул одну сделку. Ох, точно! Вот, это нужно передать князю.
Говоря это, он развернулся, достал из шкатулки с деньгами слиток золота в десять лян и протянул его прямо перед Шэн Суем.
Шэн Суй посмотрел на золотой слиток, приподнял бровь и с игривым любопытством спросил:
— Что это значит, молодой господин Юнь?
Юнь Цзэ ответил искренне:
— Возвращаю серебро, что занимал у князя. Спасибо князю за оплату лекарств и за то, что спас мне жизнь.
Е Уцзю подался вперед и заглянул в шкатулку Юнь Цзэ. Внутри нее рядами теснились монеты в два слоя — на вид там было добрых несколько сотен лян. Он с любопытством спросил:
— Молодой господин Юнь заработал всё это сегодня утром?
— Да, — честно ответил Юнь Цзэ.
Шэн Суй пошутил:
— Какую же сделку ворочает молодой господин Юнь? И откуда такая баснословная прибыль?
У Юнь Цзэ внезапно загорелись глаза, в голове созрел план. Он с улыбкой спросил:
— А не желает ли князь вложиться в прибыльное дело?
Окинув его взглядом, Шэн Суй усмехнулся:
— Ну-ка, молодой господин Юнь, послушаем.
Юнь Цзэ отставил денежную шкатулку в сторону, повернулся лицом к Шэн Сую и принялся увлеченно рассказывать:
— За воротами Цзинду, в Шилипо, есть чайные горы. Прежний хозяин заложил их в столичной ломбардной лавке. Срок выкупа уже вышел, и сейчас как раз наступает время их повторной продажи. Я осмотрел те чайные горы — это поистине сокровищница. Если князь заинтересован, мы можем объединить усилия, выкупить эту гору, и тогда последующее ведение дел гарантированно принесет стабильную прибыль без всяких убытков.
Шэн Суй с любопытством спросил:
— О? И какие же сокровища таит эта гора?
Юнь Цзэ ответил:
— На этой горе можно выращивать лучший в мире чай и производить самые целебные в мире лекарственные травы. Разумеется, там растет и самый лучший по своему качеству дикий женьшень в Поднебесной.
Шэн Суй долго вглядывался в Юнь Цзэ, а затем неторопливо спросил:
— С чего это ты так уверен, что всё перечисленное — лучшее в мире?
Юнь Цзэ уверенно похлопал себя по груди и с улыбкой произвел:
— Я отлично разбираюсь в культивации растений, поэтому естественно способен распознать абсолютное мировое совершенство.
Шэн Суй взял пиалу с чаем и задумался. Поняв, что тот ему не верит, Юнь Цзэ снова взял в руки шкатулку, водрузил ее на стол и откинул крышку.
— Вот здесь сто лян золота — как раз выручка от продажи только что проданного старого корня женьшеня. Теперь-то князь мне верит?
Е Уцзю восхищенно выдохнул:
— Молодой господин Юнь, да вы просто небожитель!
Видя искренность на лице Юнь Цзэ, Шэн Суй с улыбкой спросил:
— Каким же ты видишь наше сотрудничество?
Юнь Цзэ сразу отлегло от сердца.
— Сначала нам нужно выкупить закладную в ломбарде. На этой горе полно сокровищ, и чем раньше мы заполучим ее в свои руки, тем быстрее сможем приступить к освоению. Сейчас весенний чай уже отошел, мы можем заняться расчисткой и обустройством. На горе растут дикие фруктовые деревья, местные жители толком в них не разбираются. Я проверил — это первоклассный лекарственный материал.
Пока Юнь Цзэ описывал свой дальнейший план, его глаза сияли полным надежды воодушевлением. Шэн Суй мысленно прикинул: хотя владения, которые он раскинул за три года, и охватывают многое, по-настоящему своей, фирменной специализации у него действительно нет. Если то, о чем говорит Юнь Цзэ, правда, то подобное партнерство окажется весьма выгодным.
— Какую прибыль эта чайная гора сможет приносить ежегодно? — Шэн Суй перешел к делу.
— Всё зависит от того, по какой цене мы сможем сбывать чай. Если исходить из нынешнего чая высшего сорта, то чайная плантация вполне способна давать около ста тысяч лян серебра в год.
Эти цифры Юнь Цзэ за последние пару дней прокручивал в голове не один раз, хотя на самом деле названная им сумма была еще довольно скромной.
Шэн Суй пристально посмотрел в глаза Юнь Цзэ и на мгновение умолк.
Юнь Цзэ снова заговорил проникновенно:
— Я серьезно. Если князь мне верит, то пусть выкупит закладную. А я помогу взрастить эту гору: девять десятых годового дохода отойдет князю, а мне — одна десятая.
Шэн Суй постучал пальцем по столешнице и лишь после долгого раздумья произнес:
— Завтра возьми меня с собой на ту чайную гору, взглянем.
На душе у Юнь Цзэ разом расцвела весна. В этом новом мире у него наконец-то появится собственное первое дело!
Глава 16. Внесем ясность
В этот момент в дверь постучали, и слуга трактира внес поднос с блюдами.
Видя, как слуга расставляет кушанья по столу, Юнь Цзэ поднялся, сложив руки в приветственном жесте:
— Князь, приятного вам аппетита, я пойду. Завтра, когда откроют городские ворота, встретимся у входа.
Шэн Суй ухватил Юнь Цзэ за руку и усадил обратно:
— Куда собрался, трапезничай вместе со мной.
Юнь Цзэ указал на застывшего за дверью Лю Е:
— Мой младший братик все еще ждет снаружи.
— Пусть Лин Фэн отведет его поесть, тебе незачем об этом беспокоиться.
С этими словами Шэн Суй придвинул палочки и чашку прямо к Юнь Цзэ.
Заметив, как Лин Фэн кивнул, вышел за дверь и увел Лю Е, Юнь Цзэ больше не стал отнекиваться. Мягко улыбнувшись, он произнес:
— Тогда благодарю князя. И заодно пожелаем друг другу приятного сотрудничества.
Уголки губ Шэн Суя приподнялись, и он кивком принял слова.
Е Уцзю, глядя на то, как за этой трапезой Шэн Суй улыбается чаще, чем за все последние дни вместе взятые, почувствовал на душе приятное облегчение. Этот его брат родился в императорской семье, с самого детства был предельно осторожен, а повзрослев, оброс еще более тяжелыми думами. Последние пару дней он ходил мрачным из-за дел с выбором наложницы, и Е Уцзю вечно старался придумать хоть что-то, чтобы того отвлечь. И надо же — Юнь Цзэ появился как нельзя вовремя, как раз вытащив Шэн Суя развеяться.
Е Уцзю вставил слово:
— А я не поеду, завтра мне нужно заглянуть в Управление перевозок с плановым докладом, опять подошло время отправки продовольствия и фуража.
Шэн Суй кивнул.
Шэн Суй родился в императорской семье и не мог распоряжаться собой; жизнь казалась ему скорее партией в шахматы. Он отказался от борьбы за верховную власть, но сделал иные приготовления. По крайней мере, нужно обрести финансовую независимость, чтобы гарантировать себе спокойную жизнь на века. Предложение Юнь Цзэ его весьма заинтересовало.
На следующее утро, едва забрезжил рассвет.
Перед Резиденцией князя Ань Шэн Суй вышел на крыльцо в сопровождении управляющего и трех своих доверенных приказчиков. Вчера Шэн Суй обмолвился, что его чрезвычайно интересуют товары с признаками дефицитности, поэтому к выездной инспекции он отнесся с огромным вниманием. Все трое приказчиков были ветеранами коммерческих дел с многолетним стажем, и решение пойти под начало князя Ань тоже являлось ставкой на то, чтобы в будущем сделать большое дело.
Вся процессия расселась по двум каретам, а Лин Фэн и двое стражников верхом на конях взялись охранять экипажи, направляясь к городским воротам.
Юнь Цзэ уже ждал у самых ворот. Рядом с ним озирался по сторонам в поисках экипажа Лю Е, вглядываясь в простор улицы Имперского города. Вскоре издалека показалась приближающаяся процессия.
Лю Е качнулся к Юнь Цзэ:
— Брат Юнь, кажется, князь едет.
Юнь Цзэ проследил за взглядом мальчишки, и вскоре экипаж поравнялся с ними. Шэн Суй отдернул занавеску и невольно замер. Юнь Цзэ стоял в синих одеждах, опираясь на посох из цельного корня дикого персика, а на самомвершине дерева красовались три-четыре распустившиеся ветки персикового цвета.
— Занятный у тебя посох, — с легким удивлением произнес Шэн Суй.
Юнь Цзэ склонил голову набок и лучезарно улыбнулся:
— Сегодня предстоит протопать немало дорог.
Шэн Суй мягко усмехнулся и махнул рукой:
— Забирайся внутрь.
Юнь Цзэ с опорой на персиковый посох нырнул в салон повозки, а смышленый Лю Е устроился на козлах рядом с кучером.
Управляющий со всеми тремя приказчиками ехал во второй карете, так что в этом экипаже остались лишь тет-а-тет сидевшие напротив друг друга Юнь Цзэ и Шэн Суй.
Каждый раз при встрече с Юнь Цзэ Шэн Суй ловил себя на мысли, будто этот человек близок ему самой природой. Рядом с ним совершенно не ощущалось ни напряжения, ни скованности. Даже Е Уцзю, росший с ним бок о-бок с детских лет, и то испытывал трепет перед его высоким положением. А Юнь Цзэ был полным исключением — от него исходило ощущение уверенности, оптимизма и полной невозмутимости. Шэн Сую и впрямь нравилось иметь такого друга.
Пока Шэн Суй размышлял об этом, в его памяти вновь всплыла та усыпанная опавшими лепестками дикой вишни пещера и сжавшееся среди лепестков тело. На этой точеной, словно из слоновой кости коже залегли глубокие кровавые рассеины, из-за чего незнакомец походил на павшую в бренный мир после жестокой схватки фею. Подобный контраст производил слишком мощное визуальное впечатление. Шэн Суй вдруг почувствовал легкий трепет в груди и, осознав, куда унеслись его мысли, мгновенно покрылся мурашками с головы до ног. Он торопливо прикрыл рот легким покашливанием, обрывая эти мысли, и перевел взгляд на окно.
— Как твои раны? Подживают? — непринужденно завел разговор Шэн Суй.
Юнь Цзэ тепло улыбнулся:
— Внешние почти затянулись, а вот внутренние органы повреждены, полагаю, потребуется какое-то время на восстановление.
Услышав это, Шэн Суй обернулся и внимательно всмотрелся в лицо Юнь Цзэ:
— Твое лицо по-прежнему бледно, ци и кровь еще не скоро придут в норму, придется хорошенько поберечься. Если жить вне дома неудобно, можешь перебраться в княжеский особняк, я велю целителям заняться твоим здоровьем.
Глядя на искренность во взгляде Шэн Суя, Юнь Цзэ мысленно поразился: а князь-то и вправду надежный товарищ! От мысли, что в этом новом мире он обзавелся первым настоящим другом, на душе стало легко и радостно, и Юнь Цзэ невольно расплылся в улыбке. Его красивые брови и глаза изогнулись полумесяцами, а чистые зрачки заискрились крошечными искрами млечного пути. Шутливо он бросил:
— Хорошо! В один прекрасный день, как начну снова харкать кровью, сразу прибегу в княжеский особняк вымаливать спасение.
Шэн Суй подумал, что Юнь Цзэ совершенно не страшится власти, и тоже весело рассмеялся:
— Если ты снова столько выплюнешь, в тебе совсем не останется крови. Придется мне вести людей отбивать тебя у ворот подземного царства.
Выслушав это, Юнь Цзэ откинулся на оконную раму и залился звонким смехом. Когда же он успокоился, в голове вдруг мелькнула мысль: обитатели этого мира, возможно, вовсе не обладают никакими сверхспособностями. И если он намерен вести дела с князем, его экстраординарные способности рано или поздно вскроются. Раз уж они важные деловые партнеры, им следует относиться друг к другу честно, и ему непременно нужно поведать тому о своем секрете. Поразмыслив с минуту, опустив голову, Юнь Цзэ посмотрел на Шэн Суя и прямо спросил:
— Князь, выбета?
— Кто... та? — с недоумением переспросил Шэн Суй.
— Ну... это... бета... альфа... омега... — бормотал Юнь Цзэ, наблюдая за тем, как на лице Шэн Суя застыло выражение полной растерянности, мол, понятия не имею, о чем ты толкуешь. Про себя он засомневался: неужели в здешних местах не существует деления на такие полы? А какие тогда здесь вообще бывают полы?
— Какая... фа? — Шэн Суй совершенно запутался и никак не мог взять в толк, о чем говорит Юнь Цзэ.
Юнь Цзэ поджал губы и призадумался. Видимо, этих трех полов тут действительно не водится. А что насчет паранормальных способностей? Поэтому он заговорил снова:
— Князь, а у вас есть ментальная энергия?
Шэн Суй попытался осмыслить услышанное и ответил:
— Что это за вещица?
Юнь Цзэ: ...
Шэн Суй: ...
Они уставились друг на друга, погрузившись в долгое молчание.
Юнь Цзэ тихо вздохнул. Похоже, в этом мире он настоящая белая ворона!
Кто знает, не притащат ли его лекарям здешних мест для вскрытия и опытов, стоит ему всё выложить князю? К слову, анатомическое строение людей из этого мира и впрямь отличается от его родного дома.
Шэн Суй окинул Юнь Цзэ испытующим взглядом, заметив, что в каждом его слове явно таится какой-то недосказанный подтекст. Подавив улыбку, он с прохладной настороженностью поинтересовался:
— У тебя есть ментальная энергия?
Услышав встречный вопрос Шэн Суя, Юнь Цзэ заколебался. Если этот человек даже о ментальной энергии понятия не имеет, как тогда растолковать способности управления силой разума? Как объяснить проблему межпространственных перемещений? Как объяснить внутренние различия между разными видами существ? Он какое-то время просто не знал, что ответить.
Шэн Суй пристально вглядывался в бегающий взгляд Юнь Цзэ и его виноватый вид. У него на душе мгновенно похолодало, в нем взыграла бдительность. Атмосфера вокруг него резко помрачнела, и он сурово произнес:
— Юнь Цзэ, я не люблю, когда возле меня крутятся люди с темным прошлым.
http://bllate.org/book/25467/3036138
Готово:
