Цзинь Сю договорил, зажал подмышкой небольшую книжку и быстро спустился вниз. Направившись прямиком к спортплощадке, он принялся бежать спиной вперед ради разминки и одновременно с этим яростно заучивать японские слова.
Хотя пропорции этого тела были превосходными, оно оказалось чересчур тощим и слабым, с дефицитом силы и выносливости. Ему приходилось выкраивать любую свободную минуту, чтобы добавить себе тренировок — не для того, чтобы раскачать мышцы, как у Дин Яна, а хотя бы для того, чтобы во время пробежки на полтора километра не опозориться так же, как в тот раз.
На спортплощадке с утра занималось много людей. В тот день Цзинь Сю надел спортивную повязку, завязав свои чуть удлинившиеся волосы, но не успел он пробежать и немного, как встретил студента, решившего попросить у него WeChat.
Прошло больше получаса: книгу он толком не почитал, зато желающие познакомиться тянулись один за другим.
Цзинь Сю беспомощно вздохнул и был вынужден досрочно завершить утреннюю тренировку. Вернувшись в общежитие, он умылся, взял учебник по специальности, распустил волосы, переоделся в форму факультета и с привычным видом сутулясь вошел в аудиторию.
Однако атмосфера в этот день оказалась не слишком дружелюбной. Едва Цзинь Сю переступил порог, как на него одновременно устремились десятки взглядов — соученики с недоумением или любопытством разглядывали его запястье.
Цзинь Сю слегка нахмурился. Хао Фу, двигаемый ли обидой или полным отсутствием мозгов, выбрал наихудший способ решения проблемы.
В прошлых сценариях Цзинь Сю уже сталкивался с подобным. В межличностном общении, намеренно или нет, неизбежно возникают трения. Но он редко вмешивался: в конце концов, второстепенные персонажи в книгах обычно прописаны крайне однобоко и экстремально — хорошие донельзя, плохие до ужаса. Общаться с такими героями было равносильно пустой трате времени. К тому же сплетни и изоляция в виртуальном мире не могли нанести долгосрочного вреда. Зачастую он просто игнорировал это: так или иначе, стоило стремительно выполнить задание и перейти в следующий сценарий, как наступал долгожданный покой.
И на этот раз он решил сделать вид, что ничего не замечает, продолжив упрямо и бездумно грызть гранит науки. Из-под мышки у него не вылезали то учебники, то различные материалы по истории отдельных периодов.
Однако ситуация оказалась куда сложнее, чем он предполагал.
Слухи обрастали все более нелепыми подробностями. К концу вторника сплетни превратились из «неизвестно, принадлежит ли эта вещь Цзинь Сю или Хао Фу» в уверенное «эта вещь как раз Хао Фу, Цзинь Сю давно на нее зарился и тайком носил уже много раз».
К четвергу Цзинь Сю успел отучиться лишь первый урок, как у выхода из аудитории его кто-то поджидал.
— Студент Цзинь! — строго произнес тот человек. — Пройдите в учебную часть, вас вызывает завуч.
Цзянь Цяо последние два дня прожил в полном хаосе.
Мастер Чжао в последнее время работал крайне спустя рукава, выручка лавки наглядно ползла вниз, а у него самого за четыре дня поисков не было никаких успехов. Цзянь Цяо позвонил Мастеру Цяню, и тот, предсказуемо, ответил, что ему по-прежнему требуется спокойный отдых.
Его системные баллы наконец-то медленно и верным чередом докатились до двух миллионов ста тысяч, и оставалось совсем чуть-чуть до возможности изменить мышцы. Просыпаясь по утрам и глядя на себя в зеркало в образе мускулистой барышни, Цзянь Цяо каждый раз горел желанием немедленно скорректировать показатели, чтобы выглядеть нормально. Но стоило ему вспомнить нынешнее положение лапшичной, как он не смел потратить ни единого балла...
Честно говоря, при текущем раскладе ему, пожалуй, и впрямь придется встать на тернистый путь лагмана.
Цзянь Цяо тяжело вздыхал, глядя на сайт по подбору персонала. Когда позвонил Цзинь Сю, он даже не сразу сообразил, кто это, и лишь увидев имя на экране, с ужасом осознал, что из-за двухдневной тревоги совсем забыл про прокачку благосклонности.
Цзянь Цяо торопливо нацепил на лицо улыбку, но стоило ему ответить, как тон собеседника оказался чрезвычайно суровым.
— Братец Дин, мне нужно кое о чем тебе рассказать... — Цзинь Сю кратко и емко изложил всю предысторию, а дойдя до текущего положения дел, слегка нахмурился. — Завуч намекает: хоть он и верит мне, но этот инцидент слишком широко разошелся и дурно повлиял на репутацию. Если не разрешить его вовремя, боюсь, это помешает моему участию в летней программе.
Тут он немного замолк, и голос его стал чуть тише: — Разумеется, это лишь его слова, но у меня ощущение, что он мне не верит. Цель беседы сводится к тому, чтобы я вернул браслет, иначе меня исключат из списка участников летней программы.
Цзянь Цяо после услышанного едва не взорвался от злости.
Что это за школа такая? Цзинь Сю — прилежный студент, его оклеветали, а школьное руководство еще и покрывает обидчиков, заставляя его доказывать собственную невиновность?!
Он глубоко вздохнул и спросил: — Тебе нужно, чтобы я прямо сейчас приехал? Я подтвержу твое алиби!
— Тебе не нужно приезжать, — ответил Цзинь Сю. — Я позвонил, чтобы спросить: если я скажу полиции, что это подарок от тебя, они непременно начнут расспрашивать, где ты его купил. Ты только что насолил тому торговцу на рынке. Если из-за этого раскроются твоя личность и адрес, не создаст ли это тебе проблем?
Цзянь Цяо опешил и лишь спустя добрых несколько секунд все понял.
Выходит, Цзинь Сю звонил вовсе не за помощью, а опасался, что во время оправданий втянет его самого? В конце концов, с тем уличным торговцем шутки плохи, а те, кто ведет бизнес честно, больше всего боятся подобных скандалистов.
Цзинь Сю продолжил: — Если ты переживаешь, я могу выбрать другой способ, ничего страшного.
— Какой способ? — с любопытством спросил Цзянь Цяо.
Цзинь Сю ответил: — Я отнесу вещь на экспертизу и докажу, что она поддельная.
Цзянь Цяо на мгновение замер, а придя в себя, испуганно завопил: — Нет, Цзинь Сю, она настоящая!
Цзинь Сю: — А?
— Она не поддельная. Тот ночной рынок я забросил, когда убегал. А у тебя — из фирменного бутика. — Не смея больше лгать, Цзянь Цяо вихрем сбежал по лестнице вниз, глянул на время и добавил: — Сначала позови того однокурсника в учебную часть, а мне дай двадцать минут. Через двадцать минут я буду у тебя со всеми чеками и сертификатами.
Цзянь Цяо поймал такси и помчался в бутик, забрал у директора выданные в тот вечер чек, сертификат подлинности и подарочную упаковку, после чего со всех ног помчался в университет Цзинь Сю.
Когда они встретились у входа в корпус исторического факультета, Цзинь Сю смотрел на него с невероятным шоком на лице.
— И впрямь настоящая? — он все еще не мог в это поверить. — Ты сошел с ума, зачем покупать такое?
— Разве это не первое свидание? На память, — поймав его взгляд, Цзянь Цяо виновато втянул голову в плечи. — Я боялся, что ты не примешь...
Цзинь Сю: — (...) Знай он изначально, что вещь подлинная, он бы ее точно не взял.
— На ней есть серийный номер, если что, сверим, — Цзянь Цяо извлек вещи наружу и, видя, что Цзинь Сю больше не спорит о подлинности, поспешил вслед за ним наверх. — У твоего сокурсника с головой все в порядке? Хочет узнать, чье оно — пусть на серийный номер посмотрит!
— Он об этом не заикался, да я и сам не знал, — Цзинь Сю приподнял бровь и с горькой усмешкой добавил: — К тому же улик против меня и правда хватало: размер тот же, цвет тот же, а мне носить его неудобно. Главное — мой месячный бюджет на жизнь составляет ровно шестьсот юаней.
Цзянь Цяо: — (...)
— Я никогда не покупаю новую одежду или обувь, в столовой не беру мясные блюда дороже пяти юаней, а мыльные принадлежности не покупаю в маленьких флаконах. Если носки порвутся — и те зашиваю. И вдруг внезапно начинаю носить такое — целых пять знаков в цене, кто тут подумает о чем-то другом?
— Но это не повод безнаказанно очернять людей! — Цзянь Цяо услышанному позавидовал черной завистью и, ухватив Цзинь Сю за руку, бросил: — Пошли, пойдем восстанавливать справедливость. Пусть приносит тебе извинения!
С этими словами он воинственно ринулся наверх, направляясь прямиком в учебную часть.
Цзинь Сю позади нерешительно приоткрыл рот.
Сначала он хотел напомнить Дин Яну, чтобы тот пока не заикался об их романтических отношениях — это могло испортить репутацию. Но раз уж тот сейчас вступался за него с таким жаром, подобные предостережения наверняка задели бы его гордость...
Цзинь Сю покачал головой и проглотил эти слова обратно.
Хао Фу и завуч ждали в кабинете. Первый как раз жаловался преподавателю на какую-то абсурдную ситуацию, с которой столкнулся в Европе, но когда Цзянь Цяо толкнул дверь и вошел, оба замерли.
Разве это не Хозяин Сяо Дин из лапшичной старика Дина?
Войдя, Цзянь Цяо сразу перешел к сути дела: выложил вещи на квадратный стол и холодно усмехнулся.
Хао Фу бросил взгляд, и лицо его мгновенно переменилось.
— Ты же говорил, что она фальшивая?! — осознав, что он и впрямь оклеветал невиновного, Хао Фу запаниковал и повернулся к Цзинь Сю: — Что это за сертификат?
— Какое тебе дело до того, настоящая она или нет? — Цзянь Цяо упер руки в боки и фыркнул: — Наш молодой господин просто предпочитает скромность!
Цзинь Сю, который как раз ковырялся в телефоне, от этих слов резко вскинул голову.
Что за хрень?!
Молодой господин?!
Испытывающих точно такое же недоумение было еще двое: завуч и Хао Фу.
Цзянь Цяо набросал заготовку еще по дороге. История с Цзинь Сю разрослась донельзя, и если бы он пришел восстанавливать справедливость и заявил, что они пара, непременно нашлись бы те, кто стал утверждать, будто Цзинь Сю состоит на содержании.
Он все тщательно обдумал и просто выдумал новую легенду. К тому же, находясь под впечатлением от слов Сюй Тана, он предположил, что здесь титул «молодой господин» звучит куда солиднее и весомее.
— ...Молодой господин унаследовал состояние деда со стороны матери еще до поступления в университет, но старик твердо верил, что лишь закалив сердце и превозмогнув испытания, человек становится истинной личностью, поэтому потребовал, чтобы он два года провел в спартанских условиях ради закалки. К счастью, он прекрасно справился и в этот понедельник официально прошел проверку. Эта вещь — один из подарков от нашего заведения в честь успешного завершения испытания...
Цзинь Сю: — ???
Остальные слушали всё с большим трудом: история звучала дико, но в ней не удавалось найти брешей, и она производила сильнейшее впечатление.
На лбу завуча постепенно выступил холодный пот: он явно слишком опрометчиво подошел к этому делу. Его укоренившееся мнение о Цзинь Сю сводилось к формуле «усердие плюс нищета», поэтому, едва поползли слухи, он субъективно вынес студенту обвинительный приговор, а во время беседы на его лице запечатлелось глубочайшее разочарование.
Теперь же, когда студент доказал свою невиновность, он оказался совершенно к этому не готов и понятия не имел, как действовать дальше. Разумеется, во все остальное — касательно происхождения Цзинь Сю и его титула «молодого господина» — он верил лишь наполовину, находя это несколько туманным.
— Ну хорошо же! Хао Фу, на сей раз ты был неправ. Все понимают, что ты потерял вещь и перенервничал, но нельзя же делать выводы и обвинять сокурсника без всяких доказательств, верно? — Завуч попытался занять примирительную позицию, сначала бросив реплику Хао Фу, а затем переведя взгляд на Цзинь Сю: — А ты, Цзинь Сю, мог бы и раньше предъявить доказательства. Зачем упрямиться столько дней и поднимать такую шумиху?!
Хао Фу поспешно закивал.
Цзинь Сю нахмурился и промолчал.
— Ладно, — завуч взмахнул рукой. — Маленький Хао, сейчас же принеси Цзинь Сю личные извинения.
Цзянь Цяо был готов лопнуть от гнева. Услышав это, он шагнул вперед, заслонив собой Цзинь Сю.
— Нам нужны публичные извинения перед всеми преподавателями и студентами школы, — твердо заявил Цзянь Цяо. — Какую грязь вылили, в том же виде и забирайте обратно. Такие поклоны тет-а-тет нас не устраивают.
Завуч продолжал попытки замять дело: — Публичные извинения — это уже лишнее, разве нет? Все ведь уже прояснилось. Да и внешне это ударит по имиджу исторического факультета.
Он помнил, что Цзинь Сю не слишком любил много говорить и глубоко уважал учителей, поэтому перевел стрелки на него, оказывая давление: — Цзинь Сю, вы же в одном общежитии живете, не стоит портить отношения. Вам еще вместе учиться, верно? Хао Фу ошибся, прости его на первый раз, а в дальнейшем соседи по комнате всегда должны помогать друг другу.
Цзянь Цяо нахмурился и уже собирался вновь встать на защиту, как услышал голос Цзинь Сю: — Преподаватель, все в порядке.
Завуч с облегчением выдохнул, проигнорировал Цзянь Цяо и ободряюще улыбнулся студенту.
Цзинь Сю тоже улыбнулся: — Раз уж сегодня всем стало известно о моем положении, скрывать больше нечего. С сегодняшнего дня я съезжаю из общежития. В конце концов, комнаты там маленькие, условия средние, а с соседями отношения складываются не лучшим образом... Пожалуй, вернусь в собственный особняк.
С этими словами он сделал короткую паузу и посмотрел на Хао Фу: — Что касается студента Хао... я с самого начала предупреждал его об ответственности за клевету по закону. За моей спиной стоит команда юристов, так что пусть выбирает сам — принести публичные извинения или получить повестку в суд.
Произнеся это, он сунул руки в карманы, с легкой улыбкой слегка кивнул и повернулся к выходу.
Цзянь Цяо поспешил следом.
Они шли до тех пор, пока не добрались до живописного Озера Юю на территории кампуса, где и отыскали тихий, уединенный уголок на лавочке.
Цзянь Цяо не ожидал, что Цзинь Сю тоже мастер пустить пыль в глаза. Усевшись, он не удержался и с легким смешком толкнул соседа плечом: — Команда юристов?
Цзинь Сю бросил на него ответный взгляд: — Покупка лапшичной?
Они переглянулись и одновременно расхохотались.
Цзинь Сю покачал головой и вздохнул: — Ну и знатно же мы сегодня соврали.
— И что с того? Человеку нужно отстаивать свое достоинство, — сказал Цзянь Цяо. — Они просто пользовались тем, что ты человек мягкий. Если бы я сказал правду — что это наши парные браслеты, — по университету поползли бы куда более мерзкие слухи.
Цзинь Сю не ожидал, что этот здоровяк окажется настолько чутким, и повернулся, чтобы взглянуть на него.
Цзянь Цяо тут же принялся его утешать: — Не переживай, отныне мы возьмемся за стиль, соврем так соврем, выпендримся по полной. Предоставь это мне.
У озера кишело комарами, и не успел он присесть, как его уже искусали в нескольких местах, причем больше всего досталось щиколоткам. Цзянь Цяо принялся яростно чесаться, и едва ощутил от этого облегчение, как в нейрокомпьютере раздался звонкий сигнал.
— Благосклонность +10.
Цзянь Цяо встрепенулся и чуть не свалился в озеро.
— Раз так... пожалуй, я перееду к тебе, — произнес Цзинь Сю. — Потревожу тебя примерно на месяц с небольшим.
Спустя десять минут Цзянь Цяо вернулся в свой небольшой особняк. Пока Цзинь Сю собирал вещи в общежитии, он тоже решил прийти пораньше, чтобы навести порядок в доме.
Комната на втором этаже оставалась без ремонта, но превосходила остальные по площади, к тому же там имелся собственный санузел.
Сначала Цзянь Цяо прибрался внизу, а затем заказал доставку железной кровати с матрасом. Когда самое необходимое было расставлено, он быстрым шагом спустился вниз и притащил из соседнего цветочного магазина несколько букетов свежих цветов.
Когда Цзинь Сю появился на пороге с чемоданом, едва войдя внутрь, он замер от изумления.
У него сохранились воспоминания о жилище Дин Яна — это была слегка загроможденная комната. Но сейчас всё выглядело совершенно иначе.
Мебель осталась прежней, но ее переставили. Диван придвинули к стене, журнальный столик и ковер убрали, обнажив деревянный пол натурального цвета. Позади телевизора развернули проекционный экран, а у окна примостили небольшой уютный диванчик.
Вся гостиная казалась кристально чистой и аккуратной. Стоило присесть на этот диван для отдыха, как вид на цветущую за окном зелень открывался во всем своем великолепии.
Цзянь Цяо с энтузиазмом помог ему дотащить чемодан и предложил: — Отдыхай в главной спальне, там освещение лучше.
Цзинь Сю пришел в себя и замахал руками: — Нет-нет, я лучше устроюсь наверху.
Наверху тоже было на редкость чисто. Вещей немного, но цветовая гамма подобрана гармонично — типичный индустриальный стиль.
Цзянь Цяо поднялся следом с багажом, помог всё расставить, объяснил, как пользоваться ванной и каков его собственный распорядок дня, после чего принялся снова и снова спускаться вниз, принося Цзинь Сю всякие мелочи.
То увлажнитель воздуха, чтобы защитить кожу от сухости в жаркую погоду, то прибор для умывания и паровой очиститель лица, чтобы тот мог ухаживать за собой после учебы. Вдобавок ко всему нашлись шумоподавляющие наушники для занятий, массажер для головы на случай усталости, искусственные слезы от сухости глаз при долгом чтении и Nintendo Switch на те часы, когда учиться уже не хочется...
Цзинь Сю: — (...) Этот парень и впрямь живет... с большим вкусом.
Впрочем, к нему самому относились прекрасно, человек он хороший. Хотя по сюжету сценария они состояли в отношениях, Цзинь Сю все равно мысленно решил впоследствии подарить что-нибудь в ответ, чтобы вернуть долг вежливости.
Суетясь туда-сюда, Цзянь Цяо слышал, как в нейрокомпьютере непрерывно звенят уведомления о росте благосклонности, и от этого радовался так, что не находил себе места.
Видя, что время уже позднее и небо на улице потемнело, он вновь задорно застучал ногами по лестнице и, высунув голову из-за перил, поинтересовался: — Эй, Цзинь Сю, что у нас сегодня на ужин? Надо отпраздновать!
Цзинь Сю предстояло еще заниматься по вечерам, поэтому он ответил: — Давай просто сварим лапшу.
Цзянь Цяо цокнул языком: — Разве лапша — это еда для праздника? К тому же Мастер Чжао уже закончил смену.
Цзинь Сю опешил и удивленно покосился на него: — Мастер Чжао?
— (...) — веко у Цзянь Цяо судорожно дернулось.
Вновь вернулось то самое предчувствие беды.
Разумеется, Цзинь Сю с недоумением произнес: — Раз у нас здесь есть свой собственный принц лапшичного дела, зачем нам сдался Мастер Чжао?
http://bllate.org/book/25505/3042336
Готово:
