Готовый перевод Gentle Sickness / Сладкий недуг: Глава 11

Синь Сюань проснулся с улыбкой, но когда он увидел дневное задание, которое ему задал Цзи И, улыбка тут же рассыпалась на куски.

Какая, к чёрту, вечерняя проверка? Подумаешь, вообразил себя великим знатоком.

Цзи И: [Проверка не написана, двойное удаление.]

— Блин! — Синь Сюань с руганью глянул на часы: десять утра.

Если округлить, считай, полдня уже пропало, и заданное дз вряд ли удастся дописать.

Сладость хочет убивать сегодня:[Охереть.]

На переменке Цзи И достал телефон, глянул на экран и, заметив, что Синь Сюань сменил ник, легко усмехнулся. Он ответил: [Умница.]

Школьный хулиган ничего не ответил, наверное, мысленно собирался забить его до смерти.

Хотя нет, Синь Сюань только-только просыпался, ему требовалось какое-то время на раскачку.

Прошло минут двадцать, прежде чем он, устроившись в кресле с кружкой горячего молока, которую приготовили домашние, соизволил ответить.

Сладость хочет убивать сегодня:[Цзи И, если ты ещё хоть раз посмеешь угрожать мне двойным удалением, тебе конец.]

В первом классе шла пара по химии. В самый разгар учитель попросил учеников подождать пару минут, пока он подготовит небольшой опыт.

Пока преподаватель химии отвлёкся у доски, Цзи И положил одну руку на парту и рассеянно крутил в пальцах ручку.

Другая его рука украдкой лазила в кармане парты.

Всё-таки его образ в глазах Синь Сюаня был окутан толстейшим, просто гигантским ореолом.

Короче говоря, сменил ник, чтобы вокруг стало тихо, и ради секретности.

Затем он поспешно добавил: [Из другого класса.]

Юй Вэйджи как раз увидел, как тот выходит из приложения WeChat, но не придал этому особого значения: мало ли, может, информацию в WeChat ищет.

Школьный красавчик Цзи И сменил ник, и это в один миг всполошило уйму народу: одноклассников, учителей, родных и друзей.

Сел за парту, опустив голову.

Смена ника школьной грозой сразу взбудоражила многих.

Юй Вэйджи тоже заглянул туда и, увидев такое дело, со спокойной совести уткнулся в сёрфинг на форуме. Однако не успел он посидеть и пару минут, как его лицо резко переменилось: на форуме висел пост: О боже! У нашего школьного красавчика появилась пара! Есть и фото, и доказательства!

Рука у него дрогнула, он тут же ткнул в пост. Так называемыми доказательствами был скриншот никнейма Цзи И в WeChat, а содержимое оказалось донельзя зубодробительным.

[Плачу не могу, спросил у тех, у кого есть его WeChat — аккаунт не взламывали, он реально сам его сменил.]

[Охренеть, я реву во весь голос.]

[Кровная месть за отнятого мужа — непримирима!]

Эту переменку в школе Цинчжун лихорадило.

На форуме бесчисленное множество учеников словили нешуточный баттхёрт, посты об обретённой Цзи И второй половинке мигом захватили весь экран, так что администрации даже пришлось вмешаться.

Единственный оставшийся пост пестрел бурными обсуждениями в топе:

[Не верю, не верю! Моего кумира точно взломали! А-а-а!]

[Это вообще не в стиле Цзи И, с чего бы ему ставить такой колхозный ник? Даже если бы они решили объявить об отношениях официально, точно не так, будьте благоразумны, люди!]

[Всё это фейк, я через знакомого из выпускного класса спрашивал школьную красавицу Фу, она сказала, что Цзи И в старшей школе ни с кем не встречается.]

Пять минут спустя.

Подумав о последствиях, Цзи И тихо вздохнул и, работая обеими руками сразу, быстро вернул нормальный ник.

Юй Вэйджи: — Охренеть?

Это движение было слишком резким, сидевший рядом Юй Вэйджи аж подскочил. Неужели Цзи И сидит в телефоне прямо на уроке?

У него глаза чуть на лоб не лезли.

Уж он-то знал, что в школе найдётся немало учеников, которые изо всех сил упирались в учёбу лишь ради того, чтобы учиться с Цзи И в одной школе.

Юй Вэйджи перевёл дыхание и тут же открыл WeChat, мысленно приговаривая: это фейк, это всё фейк... Но, увы, всё было по-настоящему: его бро Цзи И и в самом деле щеголял с крайне фривольным ником.

Многие ученики ради этой цели ломали головы.

А отличник Цзи И издавна служил для всех эталоном: на любой переменке он бездельничал не иначе как за предпросмотром материала к следующему уроку.

Если эта духовная опора внезапно рухнет, последствия будут просто грандиозными.

Ученики сами додумали объяснение: мол, Цзи И сменил ник, чтобы спастись от надоедливых поклонников. И тут же с облегчением выдохнули: вон оно что, оказывается.

Объявить всему миру, что он, школьный цветок, уже занят.

Печатая сообщение одной рукой: [Угу.]

Такой лаконичный ответ означал лишь одно: он на уроке.

Лишь после этого Цзи И моргнул, поднял голову и с лёгкой улыбкой произнёс: — Нельзя говорить.

Остальные тоже решили для себя:

— Нельзя говорить.

Всё шло своим чередом, но время от времени он всё же косился в телефон.

Если уж Цзи И завёл отношения, сколько же сердец будет разбито?

Кто знает, вдруг это отразится на успеваемости и настрое и остальных учеников? Учителя меньше всего хотели бы подобного.

Прямо посреди урока классный руководитель Хэ Шэнжуй тихонько выманил Цзи И из класса, и они принялись о чём-то беседовать в коридоре.

Хэ Шэнжуй заговорил напрямую: — Цзи И, ты что это, дурачить вздумал настроения учеников? С чего это ты вдруг решил объявить о романе?

— Не то чтобы я тебя упрекаю, эх, — Хэ Шэнжуй беспомощно сцепил руки, не зная, как лучше выразиться: — Ты вот заводишь отношения, я не переживаю, что твоя успеваемость упадёт, напротив, я боюсь за остальных ребят, как бы они совсем не расклеились. Я столько лет работаю учителем, но с таким сталкиваюсь впервые...

— Извините, учитель Хэ, — искренне извинился Цзи И. — Тогда я как-то не подумал, что всё зайдёт так далеко.

День шёл за днём, но время от времени он всё равно заглядывал в телефон.

Как же так, отказывать людям прямо в лицо — дело донельзя неловкое, так что притвориться несвободным было куда проще, да и спокойнее.

Цзи И покачал головой: — Из другого класса.

— Имя?

— Нельзя говорить.

Всё оставалось по-прежнему, но...

Раз уж Цзи И заговорил о романе, сколько людей потеряло надежду?

Хэ Шэнжуй горько усмехнулся и брезгливо поинтересовался сплетней: — Кто она? Расскажи учителю?

Цзи И стоял заложив руки за спину, виновато улыбаясь — те, кто сам через всё это прошёл, поймут.

Хэ Шэнжуй похлопал его по плечу и произнёс: — Ладно, учитель прекрасно понимает, почему ты не хочешь называть имя. И правильно, не говори, целее будешь — избежишь травли и косых взглядов.

Цзи И мысленно усмехнулся: кто бы рискнул? Она вообще-то школьный хулиган школы Цинчжун, у неё вечно принято только других лупить.

Синь Сюань лукаво повёл глазами и расплылся в ехидной улыбке.

Друзья быстро донесли до Синь Сюаня о грандиозном скандале, разгоревшемся в Цинчжуне. Он хохотал во всё горло, ката́ясь по кровати.

Как жаль, что нельзя разделить эту радость с корешами, оставалось лишь упиваться собственным триумфом: меня нет в школе, но по школе ходят легенды обо мне.

Стоит пошевелить пальцем, как поднимается буря — ну разве не круто?

После окончания уроков Цзи И вернулся домой и, заметив, что родители разглядывают его с каким-то странным, недосказанным выражением лиц, сам опередил их с объяснением: — Ни с кем я не встречаюсь, просто хотел побыть в тишине.

Родители разочарованно вздохнули.

Госпожа Цзи: — Ох.

Видя такую реакцию, Цзи И с подозрением уточнил: — Разве вы не должны были обрадоваться тому, что я не завожу романов в старшей школе?

По егоубеждению, родители всегда хотели, чтобы он ставил учебу на первое место, и редко поддерживали отвлечение на что-то еще.

— С чего это тебе в голову пришли такие мысли? — Госпожа Цзи на секунду растерялась, а затем, вспомнив что-то, со сложным выражением лица произнесла: — Мы имели в виду, что до разделения по полам лучше ни с кем не сходиться, чтобы из-за несовпадения вторичных признаков потом не пришлось расставаться.

Госпожа Цзи кивнула: — А вот после разделения — пожалуйста, встречайся с кем хочешь, главное, чтобы партнёр подходил тебе по полу.

Это было важным моментом, которому родители учили каждого ребёнка.

Цзи И кивнул и, не говоря больше ни слова, закинул ранец за спину и поднялся наверх.

*

Каникулы оказались совсем не такими, какими их себе воображал Синь Сюань. В его понимании каникулы — это еда, питьё, развлечения и сон до упора, а на деле выходило: днём — зубрить тесты, вечером — слушать лекции.

Черт побери, он бы лучше в школу ходил!

Выслушав жалобные причитания Синь Сюаня, Цзи И холодно бросил: — Разве в школе по вечерам не то же самое слушать?

На том конце на мгновение замолчали, словно в брошенную петарду попала искра, и вдруг взорвались: — Так вот именно, ради чего я вообще всё это терплю?!

Хлоп.

Звук брошенной на стол ручки прозвучал необычайно громко, да и тон хулигана перестал казаться сдержанным — в нём сквозило отчаяние человека, которому уже плевать на чужие нервы. Кто знает, может, он даже молился, чтобы Цзи И поскорее раскусил его подвох.

Да ну её к чертям, эту дурацкую задачу, кто хочет, тот пусть и решает.

— Прости, кажется, я сегодня задал слишком много, — голос Цзи И оставался ровным и невозмутимым: — Ну, тогда иди сыграй пару партий в игры, отвлекись, выровняй настроение.

Синь Сюань: — ?

Раз уж тот так сговорчив, то грех не воспользоваться моментом, и он тут же обнаглел: — А если настроение не выровняется?

Собеседник ответил: — Тогда отдыхай.

Синь Сюань поднял обе руки в знак согласия: — Ладно, решено, пока-пока!

Он смотался с такой скоростью, что Цзи И даже не успел ответить, как голосовой вызов оборвался.

Синь Сюань счастливо вернулся на основной аккаунт и радостно принялся созывать в чате компанию.

Синь Сюань: [Йоу, дед пришёл.]

Се Наньчжан: [О, явился? Какая жалость, мы как раз закончили катку и собираемся делать уроки.]

Синь Сюань: [Какие ещё уроки? Давайте кайфовать.]

Чэн Лян: [Тебе легко говорить, ты же не в школе, а заданий сегодня навалили гору. Хочешь кайфовать — кайфуй сам, мы офлайн.]

А второй и вовсе не подал признаков жизни — наверное, действительно засел за уроки.

— ? — Энтузиазм Синь Сюаня окатило ушатом холодной воды.

Вот же чёрт, обычно он вечно занят тем, что клеймит их за отшельничество, но стоило ему самому устроить истерику с катанием по полу и с трудом выкроить время для совместного веселья, как эта компашка в полном составе слилась.

Ладно, будет играть в одиночку.

Однако, проведя пару боев, он вдруг понял, что в этом нет никакого смысла.

В конце концов, игры интересны ровно настолько, насколько интересна компания друзей.

— Ну их к черту. — Синь Сюань оттолкнул клавиатуру, посчитав свои бессмысленные скитания полной тупостью, и окончательно потеряв интерес, вышел из игры.

Он нашарил телефон и переключился обратно на секретный аккаунт в WeChat.

Сладость вернулась: [.]

Внезапно раздался особый рингтон.

Цзи И, занятый учебой: «...»

Цзи И (версия с парой): [Так быстро? А я думал, ты сегодня уже не вернешься.]

Сладость вернулась: [В игре не так весело, как с братиком.]

Цзи И улыбнулся, снова накинул наушники и перезвонил ему в голосовом чате.

— Пока меня не было, братик, чем занимался? Скучал по мне? А я по тебе безумно скучал. — Стоило Синь Сюаню завести сладкие речи, как у него самого чуть мурашки по коже не побежали.

— Учился. — Альфа, как всегда, оставался холоден и сдержан. На вопросы, отвечать на которые ему не хотелось, не вытянул бы даже дождь из ножей.

Ах да, зубрилам ведь тоже нужно учиться.

Синь Сюань с некоторым опозданием вспомнил один вопрос: — Слушай, если я так буду занимать твоё время, это не отразится на твоих оценках?

— Нет, — с заметным удивлением ответил Цзи И, уловив в голосе Синь Сюаня искреннюю заботу. — Можешь не переживать.

До чего же самоуверен, а?

Синь Сюань не удержался от любопытства: — Во сколько ты вообще ложишься каждый день?

Цзи И немного помедлил и честно признался: — В два часа.

Закончив подтягивать Синь Сюаня, он обычно занимался ещё часа три — не только школьной программой, но и дополнительными материалами по тем темам, которые его интересовали.

— Блин, — вырвалось у Синь Сюаня.

Впервые услышав мат из уст школьного хулигана прямо в наушниках, Цзи И невольно поднял руку и потрогал мочку уха — в этот момент ему показалось, что в ухе немного защипало.

— Прости, просто я слишком удивился. — Синь Сюань поспешил оправдаться, интуитивно чувствуя, что прилежным ученикам претит сквернословие.

— Ничего страшного, это естественная реакция, — с полным пониманием отозвался Цзи И.

Синь Сюань приподнял бровь, слегка поражённый: — Но ты ведь никогда не ругаешься, да?

Он никак не мог вообразить Цзи И с его утончённым и благородным лицом, изъясняющегося матом.

— ...Вообще-то нет, — Цзи И на мгновение замолчал, а затем спросил: — Хочешь послушать?

— ? — Синь Сюань долго думал над ответом. Вопрос ведь вообще стоял не в том, хочется ему слушать или нет!

Какого чёрта, Цзи И только что откровенно подкатывал к нему! К девушке... то есть к человеку женского пола!

— Не неси чушь, парень.

— Угу, — отозвался Цзи И. — Ты первая начала.

Синь Сюань закатил глаза до боли в затылке. Разве это одно и то же?!

Ни капли не одно!

Даже до его ума доходило, что когда плохие парни вроде него швыряются этим словом налево и направо, это просто скверная привычка без задней мысли.

Но когда правильный парень, от которого сроду не услышишь подобного, вдруг адресует кому-то такое словцо... это значит, что он действительно об этом думает.

То есть полностью обнажает свои сокровенные мысли, да?

— Всё, прекращаем болтовню, будем решать задачи или нет? Если нет, то сворачиваемся, и я иду спать. — Синь Сюань подобрал ручку, решительно перевернул страницу тетради и попытался вспомнить, на чём они там остановились.

— Ладно, давай решать. — Цзи И тоже придвинул к себе учебник, который секунду назад отложил в сторону, прислушиваясь к звукам шуршащих страниц со стороны Синь Сюаня.

Он подсказал: — Страница 22.

— ... — Получив подсказку, Синь Сюань тут же открыл нужную страницу.

Сверяли ответы, исправляли ошибки.

Скорость черепашья, возни море.

Наверное, в этом и заключалось проявление вредного характера: слова любви не говорит, о тоске не упоминает, но всё терпение оставляет тебе.

Синь Сюань смутно почувствовал, что наконец-то раскусил скрытые достоинства Цзи И.

Время шло неспешно. Снова перевалило за одиннадцать — отбой.

Синь Сюань, не смущаясь, зевнул и сонно пожаловался: — Как же давит школьная нагрузка.

Цзи И даже остолбенел: фраза «как же давит нагрузка» из уст товарища Синь Сюаня звучала донельзя комично. Чёрный юмор чистой воды.

— Если будешь держать такой темп, к майскому экзамену вполне сможешь поднять баллы.

— Правда? — Синь Сюань откинулся на спинку стула и покосился на календарь: до экзамена оставалось всего семь дней. — Ты уверен, что через неделю я наберу намного больше баллов?!

— Уверен, — заверил его Цзи И.

— Ладно, посмотрим. — Результат Синь Сюаня вполне устроил, и его губы тронула счастливая улыбка.

Цзи И тоже улыбнулся, настроение у него было отличным: — Подумай, какой подарок попросишь у родителей.

— Разумеется, что-нибудь покрупнее, без твоих вопросов ясно. — Синь Сюань уже всё спланировал: если он действительно подтянет баллы, то потребует новый компьютер или парочку классных кроссовок. — А ты?

— Я? Они привыкли, что я вечно первый, так что ничего не купят.

Да и желаний особых не было — если что-то понадобится, он мог купить это сам.

Синь Сюань потерял дар речи и при этом почувствовал легкий укол зависти: — Я вообще-то к тому, что подаришь мне ты, бог учёбы, который всегда сдаёт экзамены на высший балл.

— Кхм, — вот оно что, оказывается. Цзи И улыбнулся, а затем с лёгким недоумением переспросил: — Ты правда готов принять мой подарок?

Он ещё помнил, как в прошлый раз пытался оплатить заказ Синь Сюаня, а тот отказался.

— С какой стати мне отказываться? Ты же сменил ник в WeChat, принимаю подарок от парня... — Синь Сюань сделал глоток воды и плотно закрутил крышку. — Разве это не само собой разумеещееся? Кхм-кхм.

— Не пей во время разговора, не разговаривай во время питья.

— Эй, ты вечно любишь командовать...

Словно устав от подобных нравоучений, Синь Сюань поспешно сменил тему: — Ладно, пойду подумаю над подарком, а ты продолжай учиться. И не засиживайся допоздна, два часа ночи — это всё-таки перебор.

— Хорошо, спокойной ночи, — ответил Цзи И.

— Спи сладко. — Синь Сюань сбросил вызов.

Сдержав обещание лечь пораньше, данное Синь Сюаню, Цзи И забрался в постель на полчаса раньше обычного.

Однако уснуть сразу не получалось. В голове навязчиво прокручивались обрывки сегодняшнего разговора и прошлых моментов — кадр за кадром, сцена за сценой.

Цзи И полежал так некоторое время, чувствуя, как сбивается дыхание. Тогда он снова открыл глаза, нашарил наушники, надел их и включил ранее записанную и отредактированную аудиодорожку.

— Братик...

Звуки один за другим вливались в уши: то капризное кокетство, то вспышки бурного гнева и ругань — и всё это был голос Синь Сюаня.

По мере того как ползунок аудиодорожки медленно полз вперёд, рука Цзи И, лежавшая на животе, скользнула под край рубашки и опустилась ниже.

Прислушиваясь к голосу в наушниках, он мысленно воображал образ того, кому тот принадлежал.

Вскоре он достиг пика.

Он чувствовал лёгкое раздражение — из-за того самого смягчения в поведении Синь Сюаня всё произошло быстрее обычного.

Если бы...

Да ну, кажется, никаких «если» не существовало.

Цзи И закрыл глаза и, слегка приоткрыв рот и прерывисто выдыхая, подумал: у него в этой жизни попросту не представится шанса вести себя подобным образом.

Так что вся эта десенсибилизация — пустой звук.

http://bllate.org/book/25656/3060877