— Ладно, ладно, спасибо, давай теперь я, — поспешно проговорил Цзян Тан, опасаясь, что если тот продолжит разделывать тушу, он сам уже не будет знать, что делать. Он нарезал весь кусок свиной вырезки на небольшие кусочки, засыпал солью и спросил: — Вы сможете есть острое?
Не успели остальные ответить, как подал голос Ло Сюнь:
— Сможем.
Цзян Тан бросил взгляд на слегка ошарашенную экскурсионную группу, и в его голове мелькнула не самая хорошая мысль: неужели Ло Сюнь просто шутит над своими товарищами? Но раз Ло Сюнь так сказал, он решил последовать этому указанию — в конце концов, отвечать за результат будет кто-то другой. Цзян Тан размял сычуаньский перец и дикий чеснок до появления сока, а затем тщательно натер ими мясо.
Мяса было слишком много, и жарить его целиком не имелось никакой возможности, а для обжарки не хватало ни сковороды, ни плиты, так что оставалось только готовить фрикадельки. Не успел он озвучить свой план, как Ло Сюнь сам предложил:
— Из оставшегося сделай мясные шарики.
Их мысли явно совпали, и Цзян Тан улыбнулся:
— Идет. Поможешь мне нарезать мясо? Его нужно измельчить как можно мельче, а затем отбить деревянной колотушкой в фарш, прямо как вчера.
Ло Сюнь ответил:
— Я понял.
Раз понял — отлично. Цзян Тан сказал:
— Тогда я пойду подготовлю грибы, а нарезку мяса оставляю на тебя.
Ло Сюнь не стал возражать; он повернулся и принялся распределять задачи среди остальных:
— Вэнь Ди и Даниэль, вы займетесь нарезкой. Режьте как можно мельче, прямо в фарш. Питер и Фитч, придумайте что-нибудь, чтобы превратить то, что они нарежут, в пастообразный фарш. Колотушка у нас всего одна, так что насчет остального включайте фантазию.
Раздав все поручения, он развернулся и пошел помогать Цзян Таню перебирать грибы. Цзян Тан посмотрел на него, невольно усмехнулся и показал ему большой палец. Когда шестеро готовили на шестерых, эффективность труда, само собой, возрастала многократно, и сегодняшняя трапеза явно не должна была сильно затянуться.
Мужчины, никогда прежде воочию не видевшие процесс создания еды, были поражены до глубины души. Они и не подозревали, что микроволновки и духовые шкафы, которые, как они считали, годились лишь для разогрева, способны на столь многое: под руководством Цзян Тана в них удавалось запекать батат, отпаривать курицу, жарить мясные стейки и варить суп с фрикадельками. Цзян Тан одно за другим извлекал блюда из печей, и соблазнительный аромат заставлял всех присутствующих сглатывать слюну.
Зефирка потеряла всякое терпение и с плеча Цзян Тана мгновенно сиганула на стол — к ее любимой курочке! Даниэль бросился к столу следом за Зефиркой, воскликнув:
— Как вкусно пахнет!
В этот момент Зефирка, заметив его, испуганно отпрыгнула назад и едва не угодила прямо в мишку с супом из фрикадельки. С молниеносной реакцией Даниэль протянул руку и на лету подхватил падающего зверька.
— Хе-хе, близко! Ты чуть не стала частью мясного бульона.
Зефирка вовсе не собиралась быть благодарной за спасение: ее инстинктивной реакцией было впиться зубами прямо в основание большого пальца Даниэля. Даниэль издал пронзительный вопль:
— Мелюзга, ты что, всерьез решила меня укусить?!
Цзян Тан как раз подошел с тарелкой фруктового салата и стал свидетелем этой сцены:
— Зефирка, назад!
Следы крови на зубах зверька еще не успели высохнуть, как она мощным прыжком бросилась на Цзян Тана и едва не приземлилась в салат. К счастью, Ло Сюнь проявил молниеносную реакцию и на лету поймал Зефирку, предотвратив катастрофу с падением блюда.
Вэнь Ди в два шага преодолел расстояние до Даниэля, схватил его за руку и потащил к умывальнику под струю воды:
— Так тебе и надо!
Даниэль обиженно протянул:
— Я же к ней не лез, я просто хотел поесть.
Вэнь Ди велел:
— Сначала промоем, остановим кровь, а потом пойдешь делать прививку от бешенства.
Даниэль испуганно взвыл:
— Я не буду делать уколы!
— Если хочешь помереть — можешь не делать! — холодно бросил Вэнь Ди, достал из небольшой сумочки спиртовую салфетку, чтобы продезинфицировать рану, и нанес мазь.
Даниэль втянул голову в плечи.
Цзян Тан поставил фрукты на стол и, повернувшись к Вэнь Ди, спросил:
— Разве после укуса Зефирки нужно делать уколы? Меня она тоже кусала, и я ничего не колол.
Вэнь Ди ответил:
— Позже я тебя осмотрю, думаю, ничего страшного.
— Тогда я тоже не буду делать укол! — поспешно заявил Даниэль.
Вэнь Ди посмотрел на него:
— Я же не говорил, что Цзян Тан в нем не нуждается.
Ло Сюнь произнес:
— Ладно, хватит балагана. Садитесь все за стол, а все вопросы обсудим после еды.
Шестеро уселись вокруг стола, и Цзян Тан извинился:
— Условия спартанские, еду удалось довести до готовности лишь с трудом, вкус наверняка не самый лучший, так что ешьте что есть. В будущем, когда раздобудем нормальные продукты, я приготовлю вам что-нибудь по-настоящему вкусное.
Все были потрясены: и это они называют «просто довести до готовности»? Ло Сюнь пригласил всех:
— Ешьте, не стесняйтесь.
Даниэль подцепил вилкой стейк с тарелки и, даже не утруждая себя ножом, откусил огромный кусок. На его лице отразилось странное выражение, он медленно зажевал, а глаза наполнились слезами. Быстро смахнув их тыльной стороной ладони, он выдавил:
— Вкусно. Только почему так остро? И немного покалывает?
— А? Я же спрашивал, едите ли вы острое, и Ло Сюнь ответил, что да. — Цзян Тан перевел взгляд на Ло Сюня.
Даниэль заплаканными глазами уставился на командира:
— Сюнь-гэ…
Ло Сюнь прервал его:
— Разве не вкусно? По-моему, просто великолепно.
Цзян Тан отвернулся, не в силах смотреть на Ло Сюня, и положил Зефирке отварной куриный окорочок. Ло Сюнь же с самым невозмутимым видом зачерпнул Цзян Таню пиалу супа с фрикадельками. Питер, до этого сохранявший молчание, бросил взгляд на действия Ло Сюня, а затем снова уткнулся в тарелку, разрезая мясо.
Даниэль шмыгнул носом:
— Вкусно-то вкусно, но слишком остро.
— Ешь это, оно не острое. — Вэнь Ди подцепил вилкой фрикадельку и запихнул Даниэлю в рот. Перец в нее не добавляли, а дикий чеснок предварительно бланшировали, так что вкус получился довольно мягким.
Даниэль надкусил ее, и его глаза засияли:
— Эти шарики что надо, мне нравится!
Хотя стейки и вышли островатыми, на деле их вкус оказался отменным, к тому же эта острота доставляла какое-то особое удовольствие. Вэнь Ди и Фитч обладали поразительной адаптивностью: они нисколько не возражали против пряного вкуца и уплетали всё за обе щеки с огромным удовольствием. Воспользовавшись своей ловкостью рук, они непрерывно орудовали ножами и вилками, отправляя в рот кусок за куском, и их челюсти работали в том же темпе.
Проглотив фрикадельку, Даниэль обнаружил, что в блюде с вареной курицей остались лишь голова, гузка и лапки:
— Охренеть, Вэнь Ди, ты просто свинья, как можно столько жрать! Всю курицу умял в одно лицо.
Ло Сюнь заметил:
— Дани, ты вместо того, чтобы языком трепать, лучше бы ел, а то даже куриной гузки не достанется.
Услышав это, Даниэль поспешно уткнулся в тарелку и принялся остервенело жевать — нужно было срочно пустить в ход свое главное оружие, скорость работы челюстей.
Цзян Тан с довольной улыбкой наблюдал за тем, как эти парни уплетают еду за обе щеки. Нет большего счастья для повара, чем видеть, как приготовленная им пища приходится по душе едокам. Держа в руке половину батата, он неспешно ел. Даниэль в перерывах между заглатыванием пищи поднял голову на Цзян Тана:
— Малыш, ты что, не любишь мясо?
— Люблю, вон оно у меня, ем же. — Ответив, Цзян Тан вдруг почувствовал желание расплакаться: с каких это пор он стал отзываться на такое прозвище?
Даниэль по-доброжелательности посоветовал:
— Если не поторопишься, эти голодные волки все подчистую сметут.
— Спасибо. Если нравится, ешьте больше. — Цзян Тан улыбнулся, подумав про себя: «Сам-то ты чем лучше, тоже мне не волк».
Ло Сюнь отвоевал последние два куриных бедра: одно положил в миску Зефирки, а второе — в тарелку Цзян Тана. Цзян Тан улыбнулся:
— Ешь сам.
Ло Сюнь ответил:
— Если ты не съешь, курицы больше не останется.
— Спасибо!
Питер отложил вилку, сделал глоток супа и поинтересовался:
— Господин Цзян Тан, вы профессиональный повар? Где вы учились кулинарному искусству?
Цзян Тан ответил:
— Раньше я работал в ресторане Бэкер, там и научился.
— О, так вы из клана Бэкер?
Цзян Тан покачал головой:
— Нет, я просто подрабатывал там и подсматривал на кухне.
— И вот так просто научился тайком? — Питер приподнял бровь. — Я слышал, что в крупных ресторанах служба безопасности работает жестко, посторонних туда не допускают.
Цзян Тан подумал про себя: к чему он клонит, неужели выпытывает его прошлое?
— Я просто выполнял на кухне мелкую работу. Готовить на самом деле не так уж сложно, все ведь сами видели.
Даниэль поддержал:
— Да, выглядит донельзя просто, мне кажется, я бы тоже смог.
— Но достичь такого уровня мастерства точно нельзя, просто глядя со стороны, — возразил Питер, будучи человеком рациональным.
— Это доказывает, что у меня есть к этому талант. Готовка — вещь не заумная, научиться может каждый. Кто из вас заинтересуется, могу научить.
Цзян Тан не спеша нарезал мясо на тарелке.
Уголки губ Питера изогнулись в улыбке:
— Крупные пищевые кланы ревностно оберегают секреты кулинарии, а вы такой щедрый — собрались набирать учеников по всему свету.
Цзян Тан тоже усмехнулся:
— Ну, на самом деле я просто недолюбливаю эти пищевые кланы, вот и хочу разрушить их монополию.
До этого хранивший молчание Фитч неожиданно улыбнулся:
— Если каждый научится готовить, разве все эти влиятельные семьи не обанкротятся?
Вэнь Ди покачал головой:
— Научиться — полдела. Кто им станет поставлять ингредиенты? В китайском языке есть старая поговорка: даже умелая хозяйка не сварит обед без риса. Освоить кулинарию без продуктов — пустая трата времени.
Даниэль хихикнул:
— Отлично, устроим всеобщий бунт.
Слушая их дискуссию, Ло Сюнь вдруг погрузился в глубокие раздумья. Все вокруг продолжали есть, и только он один застыл на месте, что выглядело несколько чужеродно. Цзян Тан уже собирался толкнуть его, чтобы вернуть к реальности, но сидевший напротив Даниэль предостерегающе замахал руками и приложил палец к губам, призывая не мешать капитану думать. Цзян Тан успокоился и вернулся к своей трапезе.
Какое-то время за столом царила тишина — раздавались лишь звуки пережевывания пищи и прихлебывания супа. Аппетит у этих парней полностью соответствовал их телосложению: шестеро человек умяли почти целую свинину и трех кур. Разумеется, стоило приплюсовать и Зефирку — хоть она и была крошечной, но ела едва ли не больше самого Цзян Тана.
Лишь когда трапеза подходила к концу, Ло Сюнь наконец вышел из задумчивости. Окинув взглядом опустевшие тарелки и миски, он протянул:
— Вы что, совсем не оставили мне ничего поесть?
Цзян Тан улыбнулся:
— Не наелся? У меня там еще замаринованы свиные рульки, пойду распарю для тебя парочку.
Ло Сюнь поднялся:
— Идем.
Перспектива дополнительного пайка его явно устраивала.
Даниэль, которого уже откровенно подташнивало от сытости, при слове «рулька» оживился, и его глаза засияли:
— Рульки? Я тоже хочу! Малыш, я отныне твой навеки, только не прогоняй меня. Я умею застилать постель, греть ложе и даже стонать по ночам, мне бы только кормили!
Цзян Тан сглотнул слюну:
— Насчет последнего — пожалуй, воздержимся. А рулек там четыре штуки, на тебя хватит.
Даниэль радостно завопил:
— Ура! Малыш, ты просто прелесть, обожаю тебя!
Вэнь Ди прикрыл ладонью глаза, совершенно не в силах смотреть на скатившуюся на самое дно мораль Даниэля.
Фитч громко рыгнул и произнес:
— Цзян Тан, если тебе понадобятся еще какие-то кухонные инструменты, скажи мне, я вмиг всё изготовлю.
Цзян Тан улыбнулся:
— Хорошо, спасибо.
Глава 28: Тень
Покончив с обедом, Цзян Тан собрался отнести порции солдатам в карцере, но Ло Сюнь остановил его:
— Я уже всё отнес.
Поняв, что у него появилось свободное время, Цзян Тан поинтересовался:
— Где ваш корабль? Я бы хотел посмотреть.
Вэнь Ди кивнул:
— Он тут неподалеку, я провожу тебя. Заодно и медосмотр пройдешь. Сюнь-гэ, ты тоже иди, проверимся.
Ло Сюнь согласился:
— Пошли.
И вся компания послушно двинулась за Ло Сюнем в сторону «Тени». Цзян Тан поспешил следом, прихватив с собой Зефирку. Это был первый раз, когда Цзян Тан воочию наблюдал стыковку космических кораблей, жаль только, что изнутри: кроме арочного переходного коридора, разглядеть что-то особенное не удавалось, а чтобы увидеть «Тень» целиком, пожалуй, требовалось подняться в рубку управления.
Ло Сюнь шел впереди в окружении четырех верных соратников. Все они — как на подбор, с бесконечно длинными ногами — выглядели подтянутыми, бравыми и внушительными, отчего просто рябило в глазах. Цзян Тан плелся сзади, вынужденный семенить в два раза быстрее, чтобы не отставать от их размашистого шага, и про себя ворчал: «Пауки чертовы, у них одни ноги на уме! Мой рост в прошлой жизни считался вполне стандартным, а теперь я выгляжу сущим карликом, просто тоска зеленая».
Пройдя еще немного, Ло Сюнь внезапно остановился:
— Цзян Тан, иди вперед.
Цзян Тан поспешно сделал пару широких шагов, и четверо красавцев синхронно подались в стороны, освобождая место рядом с командиром. Стоило Цзян Тану встать туда, как он тут же оказался в центре всеобщего внимания. Ощутив, как впору впору провалиться сквозь землю, он подавил внутреннее смущение и тихо спросил Ло Сюня:
— Сколько кораблей вы привели?
— Три, — ответил Ло Сюнь.
— И сколько народу?
— Чуть больше трехсот человек.
Цзян Тан прикинул: значит, на каждом судне находилось чуть больше сотни человек. Если ему придется отвечать за камбуз хотя бы одного корабля, это выйдет кормить сотню ртов — объем работы немалый. Он уже мысленно представил свой кошмарный будущий быт, когда придется крутиться у плиты с отваливающимися от усталости руками и ногами, и решил срочно заняться поисками учеников.
Ло Сюнь будто прочитал его мысли:
— На «Тени» всего около двадцати человек.
Цзян Тан шумно выдохнул:
— Отлегло. А то я уже испугался, что придется готовить на сотню с лишним рыл. В одиночку я бы точно не сдюжил и сутками торчал у печки.
Ло Сюнь усмехнулся:
— «Тень» — маленькое судно, она не идет в сравнение с «Элизабет». Жизнь на борту может показаться скучноватой.
Это было предупреждение на будущее. Цзян Тан отмахнулся:
— Ничего страшного, в космосе все равно, какого размера корабль.
Цзян Тан кое-что смыслил в современной космической технике: суда делились на множество видов и габаритов. Крупные корабли служили главным образом для перевозки пассажиров и грузов, а также включали авианосцы военного назначения; средние — в основном пассажирские и грузовые; малые — частные яхты и военные корветы. «Элизабет», на которой они летели, относилась как раз к таким малым судам вместимостью до ста человек, главными достоинствами которых были маневренность и гибкость. Существовал еще один класс — сверхмалые корабли вроде «Тени»: их чаще всего приобретали в частное пользование или использовали в роли разведчиков-невидимок. Благодаря компактности они обладали феноменальной маневренностью и легко растворялись в пространстве. Видимо, отсюда и происходило название «Тень».
Миновав стыковочный мостик, Цзян Тан с удивлением обнаружил, что никакого официального приема им никто не устраивал: каждый член экипажа был занят своим делом. Завидев их, люди лишь кивали со словами: «Капитан!» (или «Сюнь-гэ!»), а Ло Сюнь сдержанно кивал в ответ. Цзян Тан решил, что капитан наверняка уже показывался команде раньше, иначе все вели бы себя куда более взволнованно.
Ло Сюнь повернулся к Питеру:
— Питер, передай всем собраться в центральном зале, я хочу кое-что сказать.
Питер кивнул:
— Есть.
Оглядев внутреннее убранство «Тени», Цзян Тан понял, что корабль не так уж и мал — раз на нем свободно размещалось больше двух десятков человек. Интерьер отсеков оказался на удивление уютным, создавая ощущение настоящего дома. Сильнее всего бросалось в глаза изобилие горшечных растений: зелень украшала каждый уголок кают, излучая жизненную силу, причем все подставки под цветы были надежно зафиксированы, чтобы ничего не смещалось при маневрах.
Даниэль с гордостью принялся хвастаться перед Цзян Таном:
— Малыш, глянь, как у нас красиво? Всю эту растительность вырастил я! Даже без солнечного света они цветут и пахнут, каков я мастак?
С первого же взгляда Цзян Тан догадался, что тут не обошлось без рук биолога Даниэля. Повернувшись к нему, он сказал:
— Дани, может, прекратишь называть меня малышом? Меня зовут Цзян Тан.
— Но ты же и есть такой малыш.
Даниэль упрямо отказывался менять привычку: по сравнению с ними — громилами ростом от метр девяносто пяти до двух метров — Цзян Тан и вправду выглядел коротышкой.
Скрипнув зубами, Цзян Тан подался к нему и прошипел прямо на ухо:
— Дани, если не перестанешь, я в каждую твою порцию буду сыпать двойную порцию перца!
Даниэль хлопал глазами:
— Например?
— Например, добавлю еще больше остроты.
Были у него в запасе и куда более страшные угрозы, но озвучивать их он пока не стал.
Даниэль сглотнул слюну. Хоть он и мог переносить пряное, особой любви к нему не питал, так что обиженно протянул:
— Малыш, как ты жесток.
Цзян Тан с каменным лицом отрезал:
— В последний раз!
Даниэль сдался:
— Ладно, Тан-Тан.
У Цзян Тана дернулась бровь, едва не сорвавшаяся в ярость:
— Цзян Тан!
— Тан-Тан! — не уступал Даниэль.
Цзян Тан махнул рукой на всё. Ладно, пускай зовет как хочет — в конце концов, имя всего лишь ярлык, лишь бы не это приторное «малыш».
Ло Сюнь обернулся и заметил, как они о чем-то шепчутся, склонив головы. Судя по выражениям лиц, ладили они неплохо. С таким неугомонным чудаком, как Даниэль, новичку было куда проще расслабиться и не чувствовать себя скованно, хотя их команда уже давным-давно никого не принимала в свои ряды.
Вскоре все члены экипажа «Тени» оставили посты и собрались в главном зале. Ло Сюнь повернулся к Цзян Тану:
— Подойди сюда.
Подняв голову, Цзян Тан увидел перед собой стройных молодых людей и девушек, стоявших вытянувшись, словно сосны, и устремивших на него единодушные взгляды. От такого количества глаз у Цзян Тана слегка зачесалось в затылке, но он послушно подошел к Ло Сюню. Капитан повернулся к своим подчиненным и торжественно объявил:
— Хочу с гордостью представить вам господина Цзян Тана. Именно он спас меня в зоне С-001. Отныне господин Цзян Тан — наш полноправный член экипажа, двадцать второй по счету, давайте поприветствуем его.
По залу прокатились раскаты дружных аплодисментов. Цзян Тан одарил всех своей фирменной улыбкой:
— Всем привет, меня зовут Цзян Тан, я непрофессиональный повар, и теперь буду отвечать за вашу кухню. Прошу любить и жаловать!
Стоило экипажу услышать, что он повар, как овации вспыхнули с новой силой. Люди зашептались между собой, явно воодушевленные и взволнованные. Даниэль тут же вставил:
— Вы только не смотрите, что наш шеф-повар Тан-Тан ростом невелик, готовит он просто первоклассно, так что теперь мы все будем жить припеваючи. Да, и запомните: лучше его не злить, иначе он начнет подсыпать всякую гадость в вашу еду!
Цзян Тан молча бросил на Даниэля убийственный взгляд: он еще толком не приступил к обязанностям, а этот балабол уже успел подорвать его авторитет. Разве так можно? Сам-то он вовсе не был злопамятным типом, и как теперь завоевывать доверие команды? Цзян Тан неловко хихикнул:
— Дани просто шутит, не принимайте всерьез. Я ведь любитель, дипломов не получал, готовка — просто хобби, так что угодить абсолютно каждому не смогу, заранее прошу прощения.
Все снова зааплодировали.
Ло Сюнь скомандовал:
— Раз больше вопросов нет, возвращайтесь к работе.
Толпа начала расходиться, остались лишь те четверо. Ло Сюнь сказал Цзян Тану:
— Перебирайся на «Тень».
Цзян Тан кивнул:
— Хорошо.
По сравнению с «Элизабет» обстановка здесь казалась гораздо уютнее, и ему пришлась по душе эта живая атмосфера.
Питер вызвался:
— Тогда я пойду подготовлю для господина Цзян Тана каюту.
— Не нужно, пусть Цзян Тан поселится в комнате по соседству со мной, — распорядился Ло Сюнь.
Все, кроме самого Цзян Тана, удивленно уставились на командира. Питер нахмурился:
— Но, капитан, разве это помещение не…
— Решено. Всё равно пустует, — оборвал его Ло Сюнь, не давая договорить. — Цзян Тан, пойдем, провожу тебя в твою комнату.
Цзян Тан тоже заметил странную реакцию остальных, но выяснить причины не представлялось возможности — Ло Сюнь уже зашагал по коридору, и оставалось только следовать за ним широким шагом.
Остальная четвёрка осталась стоять на месте. Питер нахмурился и тихо произнес:
— О чём только думает капитан?..
http://bllate.org/book/25660/3061321
Сказали спасибо 0 читателей