Готовый перевод Star River Forbidden Zone / Запретная зона звёздной реки: Глава 2

Услышав это, Алл больше не стал возражать.

— А та рыба? Где она? Я постараюсь вывезти его отсюда как можно быстрее, люди снаружи долго не продержатся.

— Что? Как ты, грубиян, можешь так говорить о милом русале? — снова затянул тот человек.

Алл нахмурился, больше не в силах терпеть, и рявкнул на болтливого доктора-русала:

— Заткнись! Если только чужеродные твари вас сожрут, вы наконец угомонитесь?

Это предупреждение наконец заставило доктора-русала умолкнуть. Накричав на него, Алл добился послушания, но в его собственных глазах полыхала ярость — он нутром чуял, что этот тип и впрямь способен бросить их здесь и улететь в одиночку.

— Где он? Веди меня быстрее, — снова поторопил Алл.

— На что ты орешь? Разве тебя не учили уважать докторов-русалов, низменный бета? — снова вставил тот.

— Я отведу тебя, — раздался бодрый голос. — Только мы ведь где-то встречались?

Этот человек поправил очки и молча посмотрел на Алла.

Алл слегка замер, поднял глаза на незнакомца, но как ни старался, не мог отыскать в памяти никого похожего.

— Уважаемый, пожалуйста, помогите нам вывезти русала. Снаружи жуткое количество чужеродных тварей, а в этот раз мы вылетели всего на десяти машинах.

Столкнувшись с этим человеком, Алл неожиданно для себя смягчил тон.

— Меня зовут Андре, я заведующий Институтом репродукции русалов на Гайе, в столице империи. Я помогу тебе.

Его взгляд невольно принялся сновать вверх и вниз по фигуре Алла.

— Хорошо, заведующий Андре, сейчас я могу забрать только одного, остальные машины по очереди вывезут остальных.

Андре поднялся на ноги, оттолкнул створку люка. Внутри царил идеальный порядок, стоял лишь один резервуар с жидкостью, в котором тихо покоился прекраснолицый русал с высоким, сильно выпирающим животом. Вот только внешне это был русал-омега мужского пола.

Алл всё же не удержался и спролсил:

— Он действительно рожает? Сейчас, когда он останется без лекарственного раствора, ему не будет невыносимо больно?

Андре невольно бросил на Алла взгляд, полный недоумения, и переспросил:

— Откуда ты знаешь, что этот раствор обладает болеутоляющим действием?

— Слышал от старших офицеров, — бесстрастно ответил Алл и по привычке отвернулся. — Заведующий, набросьте на него хотя бы мантию.

Андре с улыбкой произнес:

— Тебе придется мне помочь, я его не подниму. Только не говори мне, что ты ничего не замечаешь.

— Вы ведь надели на него мантию? — Алл снова не удержался от уточнения. — Мне совсем не улыбается получить иск от его мужа.

Андре ничего не оставалось, как с трудом натянуть на русала специальное одеяние.

— Ладно, как к тебе обращаться? — снова спросил Андре.

Алл повернулся и посмотрел на бедного русала, который морщился от боли и весь дрожал. Предельно осторожно подхватив его на руки, он ответил:

— Алл. Лейтенант.

— Лейтенант Алл, а тебе никогда не говорили, что ты очень странный? — вдруг произнес Андре.

— В чём же я странный?

— Твое отношение к русалам. Разве бета, вроде тебя, увидев сразу двух русалов, не должен быть вне себя от радости? — указал Андре на его странность.

— Простите, я не заметил, что вы тоже...

От дальнейших расспросов Алл предпочел отмолчаться. Хотя телосложением он не отличался массивностью, в нем чувствовалась колоссальная сила: линии его фигуры казались идеально сбалансированными, словно у гибкого гепарда. Облегающий летный костюм подчеркивал его стройную, пластичную талию. Бережно прижимая к себе беременного русала, он выказывал крайнюю осторожность.

Затем на глазах у всех изумленных людей он вышел из отсека и прямиком направился к своей машине — Фантому.

— Фантом, отрегулируй температуру и влажность в кабине, главное условие — безопасность этого русала. Возвращаемся на базу, — отдал приказ он.

Температура в кабине заметно поднялась, влажность выкрутили на максимум, а чистый лоб Алла покрылся градом каպей пота. Он держал русала на руках и боялся сделать лишнее движение, пока тот тревожно хлопал багровым хвостом.

Алл и сам начал тревожиться, заметив, как живот русала вновь заходил волнами.

— Держись, потерпи, это место совсем не подходит для родов, — повторял он снова и снова.

Наконец, когда всех людей погрузили на машины и они вырвались из чрева космического корабля, грянул взрыв.

Бам!

Раздался оглушительный грохот. Ослепительная вспышка на мгновение залила всё вокруг, и космический корабль превратился в космический мусор — в пустоте дрейфовали лишь обугленные обломки.

Чужеродные твари, облепщавшие корпус корабля, дружно отхлынули, однако взрывом их не уничтожило.

Ударная волна от взрыва содрогнула машину, ее забросало в жестокой болтанке.

Алл крепко прижал к себе русала, опасаясь, как бы того не покалечило качкой. Но, как назло, всё складывалось против них: из-за этой тряски русал пришел в себя. Сознание его еще оставалось туманным, но в замкнутом пространстве кабины начал исподволь распространяться аромат омеги. Хотя он не походил на запах в период течки, но с каждой секундой становился всё отчетливее.

— Ох... мне больно... помогите, пожалуйста, помогите, как больно... — обессиленно и жалобно стонал русал.

В этот момент Алл отчетливо почувствовал, как его собственное бедро насквозь пропиталось какой-то вытекшей теплой жидкостью. До него внезапно дошло: у этого русала отошли воды. Он рожает прямо сейчас, прямо в его кабине, в то время как снаружи роится еще больше чужеродных тварей, чем тогда, когда они прорывались внутрь.

Вести машину и вступать в бой в такой ситуации не было ни малейшей возможности — даже простая качка могла погубить беднягу. Все знали, насколько хрупки русалы-омеги, способные принести на свет превосходное потомство.

У Алла затылок запульсировал от головной боли. Пожалуй, за всю его долгую карьеру пилота это было самое безумное происшествие. В тот самый момент, когда он уже решил навсегда покончить с армией и забыть о мехах, судьба преподнесла ему роскошную шутку. Ни самые ожесточенные сражения прошлого, ни атаки бесчисленных роев инопланетных тварей не шли ни в какое сравнение с нынешней головной болью.

— Фантом, отключи все нейронные связи, перейди в защитный режим. Соедини меня с командным центром подземной базы!

Алл поднялся с пилотского кресла, бережно опустил русала на пол и разложил сиденье в горизонтальное положение.

На окружающих экранах появилось лицо подполковника Рауля. Удрученный Алл доложил:

— Подполковник Рауль, русал рожает. Прямо в моей кабине.

— Это... — Рауль заколебался.

— Лейтенант Алл, не пытайся лететь на базе, от резкой тряски при возвращении русал точно не выживет. Сделай всё возможное, чтобы защитить его там, где ты есть.

— Есть! — Алл оборвал проекционную связь с терминалом.

Сзади снова донесся мучительный стон русала. Алл отдал приказ:

— Фантом, сканируй жизненные показатели русала.

— Индекс жизненных показателей: семьдесят процентов... шестьдесят девять... пульс нестабилен... шестьдесят пять.

Голова Алла пухла еще сильнее. Поможет ли тот крошечный опыт, что у него имелся? Ладно, стоит попробовать, сказал он себе.

— Ты можешь синтезировать белок, необходимый русалу?

— Нет, — ответил искусственный интеллект машины.

— У тебя же осталась запись моего индекса белка?

— Да.

— Тогда используй мой.

Тонкая трубка проколола кожу русала и вошла в вену на его руке.

Время текло незаметно. Алл изо всех сил прижимал рыбчий хвост, чтобы тот не дергался и не навредил новорожденному, и наконец, после слабого крика отчаяния, в тесной кабине разнесся тонкий плач младенца.

А защитный бой за бортом машины утих неизвестно когда. Сам же Алл промок от пота насквозь.

Глава 3. Бывший командующий

Эти несколько часов тянулись так долго, будто миновали века. На полу кабины все еще темнела небольшая лужица крови: Фантом перерабатывал белки, синтезируя кровь, подходящую для русалов, и капельно переливал ее потерявшему сознание омеге.

Алл с помощью синтезированной машиной воды аккуратно обмыл сморщенного красного младенца. Держа на руках крошечного ребенка, он вдруг поймал себя на мысли, что вся эта ситуация донельзя абсурдна. Он-то думал, что за свою жизнь повидал достаточно странностей, но жизнь приготовила вещи и похлеще.

Если бы он сам не был русалом-омегой, в системе Фантома не оказалось бы белков непринятого им подавляющего препарата, а без них сегодня погибли бы два человека.

— Спасательный корабль Синяя акула вызывает лейтенанта Алла. Мы прибыли, пожалуйста, совершите посадку на летную палубу, пожалуйста, совершите посадку на летную палубу.

— Приказ принят, — ответил за уставшего Алла бортовой компьютер.

Алл настроил автопилот на посадку, и Фантом благополучно опустился на борт спасательного корабля, возвратившись на базу.

Стоило шлюзу спасательного судна состыковаться с базой, как толпа докторов-русалов с готовыми подвесными каталками уже выстроилась на палубе в ожидании.

С русалом за спиной и малышом на руках Алл выбрался из кабины — и снова заставил целую ватагу врачей вытаращить на него глаза.

Как только он коснулся пола, доктора со всех ног бросились забирать ребенка и роженицу. Алл почувствовал невероятное облегчение, хотя в глазах слегка потемнело; к счастью, его вовремя подхватил подполковник Рауль.

Видя, как эта процессия уводит русала с младенцем, Алл выпрямился в струнку и отдал подполковнику воинское приветствие:

— Подполковник, задание выполнено!

Заметив крайнюю усталость на лице подчиненного, Рауль произвел:

— Ступай отдохни. Выспишься — зайди ко мне.

— Мой рапорт об отставке уже готов, я хотел бы отдать его вам прямо сейчас.

— Иди отдыхай. Пока выспишься, я не подпишу твою официальную отставку. Свободен.

Алл вытянулся, отдал еще одно приветствие и вместе со взводными товарищами направился в казарму. Правда, по дороге сослуживцы засыпали его вопросами: как выглядел тот русал, не был ли он безумно мил, и восхищались своим командиром взвода, который помимо великолепного пилотирования умел еще и принимать роды у русалов.

Раздраженный Алл отчитал докучливых товарищей, и вокруг наконец воцарилась тишина. Стоило шуму стихнуть, как на Алла накатила непреодолимая сонливость. Задернув шторку и натянув одеяло, он провалился в густую черноту.

На сей раз ему приснился прекрасный сон: будто он снова вернулся на планету Люсия, что на окраине Новой галактической звездной лиги. Он купил там дом, завел у крыльца двух собак, а над золотистыми волнами покачивающейся пшеницы разносился детский смех.

Если бы кто-нибудь спросил, какова заветная мечта Алла, он бы ответил: выйти в отставку, получить выплату, вернуться на Люсию, купить двухэтажный дом и клочок земли, чтобы стать фермером. Об этом плане он думал тринадцать лет, и теперь он наконец-то мог осуществиться. Во сне Алл даже рассмеялся от счастья.

Алл выспался на славу. Проснувшись, он обнаружил, что на часах уже почти полдень.

— Черт, утренняя тренировка! — вспыхнуло в его голове.

Наверное, сказалась вчерашняя усталость от родовспоможения — это оказалось куда более энергозатратным делом, чем штурм позиций чужеродных тварей на передовой.

Странно только, что никто, как обычно, не пришел его поднимать. Разумеется, все знали, что через два дня он покидает часть, и хотели оставить напоследок хоть какие-то приятные воспоминания — этакое молчаливое проявление нежности между ветеранами тринадцатилетней выслуги.

Алл неожиданно почувствовал легкую тоску при мысли об этих ребятах, с которыми бок о бок провел столько лет. Впрочем, тоска тоской, а рушить собственные планы на жизнь он не собирался. Стоило представить, как в будущем он будет просыпаться и видеть бескрайние поля урожая, как хандра тут же испарилась.

Алл открыл коммуникатор на прикроватной тумбочке и переслал рапорт об увольнении в кабинет подполковника Рауля. Судя по всему, документ еще не рассмотрели — должно быть, Рауля не было на месте.

Взглянув на время, он решил, что пора подкрепить силы, и в желудке тут же заурчало. Алл встал, принял освежающий душ, облачился в парадную форму и неспешно поплелся в столовую.

Однако по мере приближения к столовой его всё сильнее одолевали смутные сомнения. Люди, с которыми они обычно лишь кивали друг другу при встрече, сегодня останавливались и отдавали ему честь. Это создавало у Алла иллюзию возвращения в прошлое.

Сама столовая встретила его кромешной тьмой. Озадаченный Алл переступил порог — и в тот же миг ярко вспыхнул свет, а вокруг грянули оглушительные аплодисменты, от которых у него на секунду поплыло в глазах.

Подполковник Рауль шагнул вперед и, крепко пожимая ему руку, казалось, едва сдерживал волнение:

— Лейтенант Алл! Сверху пришел приказ о повышении. Тот русал, которого вы спасли, — супруг командующего Южным крестом, одного из трех великих легионов Священной империи Западной галактики. Министерство иностранных дел нашей республики чрезвычайно довольно вашими действиями.

Священная империя Западной галактики была одной из мощнейших сил в галактике и государством с обширнейшими звездными территориями. По своим военным и экономическим показателям Ассирийская республика, которой служил Алл, шла с ней ни в какое сравнение — Ассирия едва поддерживала свое существование за счет имперских подачек, а ее боевая техника и вовсе закупалась у имперских оружейных баронов, не имея собственной базы для разработок.

Три великих легиона Священной империи представляли собой элиту имперской военной мощи, и статус супруга командующего одним из них был поистине заоблачным.

— Постойте, подполковник Рауль, я ничего не понимаю. Я всего лишь жду, пока вы подпишете мой рапорт об отставке, — снова напомнил о своем решении Алл.

Из-за этих слов оживленная атмосфера вокруг мгновенно затихла. Слышно было лишь, как на пол упало несколько металлических подносов. Некоторые смотрели на Алла так, будто он сбежал из сумасшедшего дома — этот командир взвода Синей акулы отроду славился чудачествами.

— Ты что, от радости умом тронулся? Я еще могу это понять, но увольняться тебе теперь не придется. Документ о твоем прямом повышении до майора высшим командованием уже доставлен в мой кабинет, — с улыбкой произнес Рауль, глядя на подчиненного, который никак не мог сообразить, что к чему.

Улыбка застыла на лице Алла. Он вовсе не желал оставаться в армии; ему хотелось лишь провести время с детьми, наслаждаясь тихими семейными радостями, пока те не выросли. С него было сыто по горло потрясениями и опасностями.

— Но...

— Подполковник Рауль, позвольте мне продолжить, — раздался незнакомый голос. — Прежде всего, от своего лица я хочу выразить глубочайшую благодарность за то, что вы, презирая смертельную опасность, спасли моего супруга и ребенка. Находясь с визитом в Ассирийской республике и опасаясь за любимого, я взял его с собой. Но роды начались преждевременно, и мне пришлось отправить его в столичный мир Гайя. Я никак не ожидал, что в пути нас настигнет рой, и только благодаря лейтенанту — прошу прощения, теперь уже майору Аллу, — отец и дитя живы и невредимы. Бесконечно вам благодарен.

С этими словами высокий, внушительный офицер протянул Аллу руку.

Алл пожал ее, после чего последовал за мужчиной к временному помосту. Только сейчас он заметил, что за спинами сослуживцев толпится целая куча репортеров. Его охватило дикое желание сбежать, а от вспышек фотокамер по спине пробежал холодок.

Перед ним вещал командующий Южным легионом, рядом стоял его старый начальник подполковник Рауль, а позади выстроилась шеренга личной гвардии легиона в строгих черных мундирах. О побеге не могло быть и речи. Алл чувствовал себя сдутым воздушным шаром, готовым повесить нос. Ему хотелось лишь заявить всем этим людям: я вообще не думал о том, что этот русал будет рожать, спасать ваших близких было приказом свыше, я просто выполнял долг! Мне не нужны повышения, я хочу в отставку, получить пособие и уехать домой растить овощи!

Однако, когда слова сорвались с языка, на его лицо набегла вежливая улыбка. Глядя на набежавших репортеров, он произнес:

— Я просто выполнял приказ. К тому же защита русалов-омег — прямой долг каждого военнослужащего, и я считаю, что награждать меня за это отдельно не заслуживает внимания. Если кто-то из русалов попадает в беду, мы обязаны прийти на помощь — так учил меня подполковник Рауль, поэтому эта награда принадлежит не мне одному.

Более того, наша страна и Священная империя Западной галактики — дружественные соседи, мы обязаны помогать друг другу. И это делается не только ради нас самих, но ради мира и процветания всей галактики.

Генерал-майор Рауль в очередной раз лишился дар речи, глядя на Алла. За тринадцать лет он и представить не мог, что этот чудак обладает столь выдающимся талантом официального спикера. Пожалуй, из него вышел бы отменный политик, а не военный.

Командующий Южным легионом смотрел на Алла несколько иначе. Дело было даже не в красноречии — Габриэль чувствовал нечто странное. Каждое слово парня словно уводило его от повышения. Любой другой военный прыгал бы от счастья при досрочном присвоении звания через две ступени, а здесь... На первый взгляд речь звучала безупречно — обычная лесть начальству да показная скромность, но при вдумчивом анализе в ней обнаруживался крайне глубокий подтекст.

Сначала он заявил, что защищать русалов — это норма. Одно это заявление неминуемо вызовет общественный резонанс: если защиту русалов возведут в ранг подвигов, престиж военного ведомства в глазах граждан неизбежно пошатнется! Алл же назвал это обычной обязанностью, тем самым намекнув на недоработки империи в сфере защиты русалов. Затем прозвучавшее во множественном числе слово мы объединило всех бойцов, участвовавших в операции, тонко указав на несправедливость выделения кого-то одного. А финальная порция дежурных дипломатических фраз лишь усыпила бдительность прессы — после таких речей ни один журналист не станет раздувать шумиху вокруг сегодняшнего происшествия.

Зачем? Зачем этому человеку понадобилось так поступать?

Темно-серые глаза командующего Южным легионом Габриэля задумчиво остановились на Белле.

Алл опирался одной рукой о край трибуны; не обладая мощным телосложением, он держался невероятно прямо, каждое его слово звучало веско. Буквально парой фраз он сумел повернуть ситуацию в нужное ему русло. Глаза Габриэля заблестели: этот силуэт до боли напомнил ему кое-кого знакомого.

Черный мундир, золотые ордена, алая накидка... Когда-то в прошлом легионер Алл Эдвард ровно так же привел их, группу молодых офицеров, на инспекцию в военную академию на факультет военных переговоров, и произносил речь точно так же. Это была его привычная манера, и тогда он говорил:

— Слово — это тоже оружие солдата. Оно может не пролить ни единой капли крови, но сразить тысячи армий.

Глава 4. Воспоминания командующего Габриэля

— Ур-р... — разнесся по всей столовой утробный звук из динамиков.

Алл неловко рассмеялся, прикрывая рукой живот:

— Ха-ха, совсем забыл, я же еще не обедал.

На лице Габриэля промелькнуло разочарование. Его превосходительство Алл Эдвард, этот богоподобный человек, всегда ел с невероятным изяществом и невозмутимостью. Одно наблюдение за ним уже было наслаждением. Пуговицы его мундира всегда были застегнуты до самого ворота, расстояния между наградами выверены до миллиметра, а одежда — будь то парадный китель или гражданское платье — неизменно сидела безупречно и отутюжено. На нем никогда нельзя было заметить ни единой выбившейся волосинки, ни единой случайной складки. Каждый его жест и слово служили эталоном, образцом для всех имперских военных.

http://bllate.org/book/25711/3073122