Седьмая глава. Престижный вуз, так престижный!
Если не касаться вопросов учебы, Форт Айва был вполне надежным человеком. Сходя с космического корабля, он действительно преподнес Му Байю обещанную награду. Положив перед Му Байем несколько коробок с энергоблоками нежно-голубого цвета, Форт Айва терпеливо пояснил:
— В этих двух коробокках лежат энергоблоки нежно-голубого цвета, каждый емкостью по двадцать тысяч килокалорий. Такие обычно выбирают начинающие одаренные. В коробке с темно-синими энергоблоками емкость каждого составляет уже двести тысяч килокалорий — они нужны только продвинутым одаренным. Что же до чисто черных, вы ими все равно не воспользуетесь: там миллион килокалорий на штуку. Я советую сбыть их на черном рынке.
Му Бай скосил глаза. Ранее Форт Айва намекал, что рассчитался с ним энергоблоками по половинной стоимости. Продать черные блоки напрямую означало заработать вдвое больше. Уже от одной этой мысли становилось чертовски приятно. Не зря он старший товарищ, действительно заботится о своем младшем брате. Энергоблоки на миллион килокалорий обычному человеку без надобности, если только он не безумно сильный эспер. Потом надо будет перепродать их и купить Чернышу побольше того, что он любит.
В том, что касалось Черныша, Му Бай церемониться не собирался. Получив энергоблоки, он тут же вскрыл упаковку и скормил их своему питомцу. В одной коробке было десять энергоблоков, и, по подсчетам Му Байя, этого должно было хватить аккурат до выплаты пособия. Стоило только вспомнить, что скоро он получит накопленное за шестнадцать лет пособие, как Му Бай тут же ощутил невероятное счастье. Тогда он станет есть все, что захочет: о каких энергоблоках вообще речь, Му Бай решил, что сам встанет к плите и приготовит грандиозный пир. Нынешние жители Федерации обычно выживают за счет энергоблоков; натуральная еда, конечно, вкусная, но стоит просто заоблачно, и обычному студенту она не по карману. Но ничего, Му Бай умеет готовить сам, а значит, сможет сэкономить уйму денег. Что же приготовить в тот день? Мапо тофу? Лапшу даньдань? Свинину дважды обжаренную? Салат по-сычуаньски из говядины? Вероятно, это были последствия сычуаньского диалекта, но все, о чем думал Му Бай, оказалось исключительно сычуаньскими блюдами.
Когда из динамиков разнеслось стандартное сычуаньское объявление, Му Бай понял, что его пункт назначения близко. Выглянув наружу из своей комнаты, он смог разглядеть ту самую тюрьму, из которой ему было суждено не выбраться долгие годы, — Федеральный национальный университет. Разумеется, позже Му Бай обнаружил, что всё это чистой воды бредни.
Согласно поверхностным представлениям Му Байя как студента третьесортного вуза XXI века, раз это Федеральный национальный университет, значит, он непременно должен находиться в столице, пользоваться всевозможными ресурсами и льготами, а заодно нагло и свысока смотреть на всех приезжих. Чуть что — мы из Федерального национального университета, при каждом удобном случае — столетний вуз. И разговаривают исключительно на стандартном официальном языке, такие неприступные, будто даже процесс испражнения у них подчиняется аристократическим канонам. Но стоило представить, как все это произносят на сычуаньском диалекте, как Му Бай понял, что его нервы этого не выдержат.
— Смотри, вон там наш университет.
Возможно, из-за недавнего героического поступка Му Байя, Фан Юань теперь искренне восхищался своим будущим сокурсником. Он заявился в комнату Му Байя с пакетом съестного, причем не только предложил натуральную и экологически чистую пищу, но и бесплатно взял на себя роль гида. Его пухлые красные губы так и двигались туда-сюда, он умудрялся одновременно есть и разговаривать. И впрямь, каждый толстяк от рождения обладает встроенным талантом к поглощению пищи.
Номинально Федеральный национальный университет располагался в столице Федерации, но на деле, из-за своего чересчур возвышенного статуса, основатель посчитал, что столичные обыватели попросту не способны постичь эстетику, вкус и технологии этого учебного заведения, а потому с невероятным апломбом возвел целый спутниковый город на геостационарной орбите. Верно, тот самый студенческий городок. Быть может, основатель в свое время затаил обиду на парламентских чиновников, урезавших им финансирование, а может, просто презирал тогдашнего президента, выбившегося из актеров, но как бы то ни было, Федеральный национальный университет расположился в аккурат над зданием парламента. И вот, прошло уже более трехсот лет, как бы ни менялись эпохи, парящий на синхронной орбите Федеральный национальный университет неизменно и бескомпромиссно попирал ногами высший орган власти Федерации. И гордо заявлял, что академическая наука превыше власти. Сразу видно — типичные книжные черви, чей разум затуманен учебой. Разумеется, за этими демагогами следовали толпы богатых и легковерных простаков, так что ежегодные пожертвования исчислялись пугающими цифрами. Му Бай даже подозревал, что многие взносы поступают от нуворишей с колониальных планет. Раз уж одолеть Федерацию силой они не могли, то хотя бы отправляли детей в этот спутниковый город, где те ели, пили и справляли нужду прямо над головами конгрессменов, хоть так выпуская пар.
Студенческий городок Федерального национального университета находился под прозрачным куполом эллиптической формы. Снаружи все это сияло и переливалось, создавая ощущение невероятной высокотехнологичности. Конечно, дело было главным образом в том, что Му Бай обладал скудным кругозором и базовыми знаниями, а потому не понимал, сколько средств и какого сложнейшего оборудования требует технология свечения в космических масштабах на дальних расстояниях.
Внутри купола располагалась вовсе не ровная равнина сплошной застройки, как он воображал, а две гигантские металлические драконьи спирали, обвивавшие друг друга и непрерывно вращавшиеся под куполом. Издалека это до боли напоминало человеческую ДНК. Но в сочетании с яйцевидным куполом снаружи Му Бай решил, что это вовсе не знаменитый вуз, а какое-то чудовищное яйцо, из которого вот-вот вылупится Чужой.
Толстячок, разумеется, не заметил бурной внутренней жизни Му Байя и самодовольно поинтересовался:
— Ну как? Круто же? В студгородке работает самая передовая в Федерации система самообеспечения и оборонного вооружения. Никакие обычные теракты не способны помешать нормальному учебному и научному процессу.
Ха, разве это место похоже на университет? Как ни посмотри, это монстр, готовый в любой момент проломить скорлупу. Подавив отчаянное неприятие такой вульгарной университетской эстетики, Му Бай спросил:
— Эти два дракона и есть город? Разве от такого вращения не укачает?
Фан Юань на мгновение замер, а затем странным тоном произнес:
— Ты что, не читал описание академии? Это же просто голограмма. Настоящий университет — это целый комплекс зданий. А вращающиеся драконы — всего лишь эмблема Федерального национального университета. Созданная с помощью оптических технологий. Один дракон символизирует науку, а второй — сверхспособности. Вместе это означает, что университет взращивает и технологии, и одаренных.
Му Бай с каменным лицом мысленно поставил себе галочку. Впервые он угадал одну из деталей этого мира: не зря это столичный вуз, они действительно знают толк в следовании классическим канонам. Но вот оптический эффект снаружи выглядел уж слишком жутко. Что, если у какого-нибудь студента генетика окажется не в виде двойной спирали? Не обвинят ли его в дискриминации по видовому признаку?
Пока они так беседовали, руки Му Байя не останавливались: стоило Чернышу подать голос, как он тут же совал ему энергоблок. К моменту схода с корабля они умудрились приговорить целую коробку нежно-голубых энергоблоков. Му Бай испугался, как бы его ненаглядный сыночек не объелся. Осмотрев Черныша с ног до головы и уделив особое внимание даже его заднице, он с облегчением обнаружил, что все в порядке. Старики говаривали, что хороший аппетит — к счастью, и для инопланетного котенка это правило наверняка тоже работало.
Закинув за спину скромный рюкзак и прижимая к груди котенка, Му Бай бросил косой взгляд на толстячка, обвешанного баулами и прихватившего с собой даже бытового робота, и с бесстрастным лицом предался черной зависти. Больше всего на свете он ненавидел богачей! Разумеется, он совершенно не осознавал, что сам, будучи студентом Федерального национального университета, точно так же служил объектом жгучей зависти для окружающих. Пусть даже он поступил сюда по знакомству.
Когда Му Бай и Фан Юань в одиночестве, под перекрестным огнем чужих взглядов, скрепя сердце сошли с корабля, они никак не ожидали увидеть ожидавшего их у выхода Форта Айву. Молодой человек уже сменил форму сотрудника службы безопасности на ультрамодную одежду; он казался высоким и долговяzym, а в сочетании с красивыми чертами лица тут же приковал к себе взгляды множества девушек, некоторой части парней и крошечной группы неизвестно каких биологических видов. Ха, даже спустя тысячелетия этот мир по-прежнему оставался местом, где встречают по одежке.
Форт Айва был очень высоким, пожалуй, за метр девяносто, в то время как Му Бай и Фан Юань не дотягивали и до метра семидесяти. Стоило им встать рядом с ним, как они тотчас образовывали букву, и уровень ненависти к нему взлетел до максимума. Самое печальное заключалось в том, что эти два коротышки не могли отказаться от приглашения старшего товарища, поскольку от космопорта до пункта регистрации в университете приходилось добираться на транспорте. Когда перед ними появился до омерзения шикарный флаер Форта Айвы, оба наконец без всякой гордости капитулировали.
— Не то чтобы я горел желанием, но общественный транспорт — это чертовски дорого, — мысленно повторял Му Бай. — Билет на обычный автобус стоит сто кредитов, а за питомца нужно платить двойную цену.
Для Му Байя эта сумма была неподъемной, не то что триста — у него сейчас и сотни в кармане не было. Выданный правительственным клерком аванс в пятьдесят кредитов он даже боялся тратить, запрятав его в самый дальний карман. Что же до Фан Юаня, у того было слишком много багажа, а домашний робот не относился к категории предметов, разрешенных к провозу в салоне, да и без доплаты за него автоматический монорельс отказался бы пускать их внутрь. Так что, как бы они ни противились, обоим пришлось склонить головы перед суровой реальностью.
— Слушай, старший Форт, разве ты не на стажировке? — Му Бай подобрал обращение, решив, что звать его просто по фамилии как-то привычнее. Обратиться по имени к обладателю столь ярко выраженной европеоидной внешности язык у него просто не поворачивался.— А, да ничего страшного. У меня как раз подходит к концу практика. В этот раз я еще и поймал иллюзорную бабочку, так что задание выполнено досрочно. Думаю, за практику мне поставят отлично.
Форд Айва обладал беззаботным и открытым характером. Если не считать имени, в котором прослеживался небольшой китайский след, он был типичным стопроцентным европейцем.
— К тому же, забота о новичках — это обязанность старших. Сегодня у меня как раз выходной, так что сначала отведу вас отметиться, потом получите всё необходимое и заселитесь в общежитие. Говорю вам, университетская гостиница стоит совсем не дешево, так что ранний переезд в общагу сэкономит кучу денег.
Услышав это, Му Бай тут же согласился. Шутки в сторону, раз уж есть бесплатное общежитие, тратить деньги на гостиницу он вовсе не собирался. Уж лучше потратить их на еду для Сяо Хэя.
Будучи порядочным двоечником, Форд Айва понятия не имел, какие преподаватели хорошо учат, зато прекрасно знал, по каким предметам легче всего получить зачет; не ведал, в какой лаборатории лучше оборудование, зато отлично ориентировался, в какой столовой самая вкусная еда; не знал общегосударственного рейтинга академии, зато владел контактами всех университетских и факультетских красавиц. Короче говоря, по дороге к месту регистрации опытный Форд Айва расписывал героическую и трогательную столетнюю историю Федерального национального университета так ненадежно, будто рассказывал уличные байки.
Например, взял и выдал семьдесят невероятных тайн школы. У других их всего семь, а ты откуда взял семьдесят? Что, хвастаешься тем, что у вашей школы долгая история? Или, скажем, сборник сплетен какого-нибудь факультета, который звучал скорее как хроника серийных убийств (причем жертвами были различные живые существа, ведь рамки одного лишь человеческого вида — это слишком узко). Или вот доска почета кампуса — казалось бы, переименовать ее в список должников и досье на главных хулиганов было бы куда логичнее.
Короче говоря, этот путь длиной больше часа выдался совсем не скучным. Вот уж точно! Даже Сяо Хэй слушал со всевозможным вниманием, а на самых захватывающих моментов от избытка чувств даже обвил хвостом запястье Му Бая. И это было поистине редким зрелищем! Му Бай даже задумался о том, чтобы на досуге пересказать Сяо Хэю пару прочитанных им сетевых романов — глядишь, его новоявленный дешевый сынок тоже заинтересуется.По разумению Му Байя, место регистрации обязано было быть полностью автоматизированным. Кто знает, возможно, стоило лишь что-то отсканировать, и всё сразу стало бы понятно, безо всякой нужды в живых администраторах. Однако Национальной федеральной академии было присуще особое изящество: в эпоху, когда повсеместно использовались умные роботы, они всё равно предпочитали людей для встречи гостей. И причина тому была одна — поднять собственный статус. Это было точно так же, как одежда ручной работы в былые времена ценилась в сотки раз дороже штампованной на конвейере. Позволить себе слуг своего же вида — вот это по-настоящему круто.
Местом регистрации заведовала жгучая рыжеволосая красавица. Какое у неё было лицо, какая фигура, ццц! Стоило ей встать у стойки, как она превращалась в живой вулкан, от которого даже издалека веяло мощнейшим жаром. Одеяние на ней сидело донельзя продуманно: вроде бы ни единого сантиметра кожи не оголено, а выглядит сексуальнее любого откровенного наряда. Стоило Му Байю бросить на неё взгляд издалека, как его лицо мгновенно залилось краской и он тут же ощутил неловкость несовершеннолетнего, тайком забредшего на запретный сайт. И тогда Му Бай прямо руками затуманил взоры Сяо Хэя: — Детям до шестнадцати.
Разумеется, ответом ему стал лишь удар кошачьей лапой. Глупый человечишка!– Айхуа, давненько не виделись. Слышала, в прошлом семестре у тебя на пересдачах завалилось меньше половины предметов, из-за тебя я даже пари проиграла.
Красавица, судя по всему, была отлично знакома с Фордом Айхуа и заметила его с первого же взгляда:
– Неужели в этом году ты решил кардинально сменить имидж принца хвостовки? На этот раз явился на регистрацию так рано. Насколько я помню, еще в прошлом году ты целый месяц после начала занятий шлялся где попало.
Да уж, знакомы они были более чем близко. Сама того не ведая, красавица сорвала с Форда Айхуа последний листок фигового листа, обнажив во всей кровавой красе перед двумя новичками истинный образ законченного двоечника.
Будучи закоренелым двоечником, Форд Айхуа ни капли не смутился и тут же перевел тему на новеньких. Шутка ли, разве можно стать образцовым двоечником, если тебя так легко уязвить плохими оценками? Подобные безобидные колкости Форд Айхуа пропустил мимо ушей:
– Я привел новичков на регистрацию, Элина.
Элина — отличное имя, оно прекрасно подходило к западноевропейской внешности красавицы с легким восточным колоритом. Му Бай облегченно выдохнул: он по-настоящему боялся услышать какое-нибудь нелепое имя вроде Стивен Цуйхуа. Му Бай был уверен: случись такое, он бы тут же рухнул на колени прямо на месте.Красавица наградила Форда Эйвару выразительным закатыванием глаз, но выглядела при этом донельзя соблазнительно, заставив сердце стоявшего рядом Му Бая затрепетать. Про себя он подумал, что это и впрямь столетнее элитное учебное заведение — даже девушки на ресепшене такие красотки. Судя по всему, его будущая студенческая жизнь может оказаться весьма насыщенной и яркой. Запросы у него были скромные: подержаться за ручку с заботливой девчонкой, крутить роман, вместе ходить на пары и обедать — он был бы вполне счастлив. Ну и, конечно, прихватить с собой Сяо Хэя. Му Бай вдруг поймал себя на ощущении, будто они — полноценная семья из трех человек. Ай, как же стыдно! Мыслями далеко вперед, студент Му Бай уже мысленно примерил на себя роль отца семейства и в красках обрисовал уютную семейную жизнь после выпуска. Впрочем, пока оставим его в покое.
Процедура поступления оказалась совсем простой: все заранее перевели плату за обучение, так что нужно было лишь приложить к сканеру идентификационную карту на запястье — и дело с концом. Медосмотр назначили на через три дня, а после регистрации оставалось только подать заявку на общежитие. Система распределяла подходящие комнаты на основе расы, специальности, курса и хобби заявителя, и заселиться можно было практически в тот же день.
Как только Му Бай и Фан Юань закончили процедуру зачисления, Айлина неожиданно обратилась к Сяо Хэю:
— А ты не хочешь поступить? Наша школа просто замечательная.
Именно так, она говорила именно с ним — мягким тоном, с улыбкой в глазах, однако во взгляде читалась хитрость. Точь-в-точь как у дикой лисы, ворующей кур в деревне, какие Му Бай видел в детстве. Любое существо, обладающее достаточным для речи интеллектом, ни за что бы не попалось на эту удочку. Но ведь Сяо Хэй не умел говорить.
Конечно же, Сяо Хэй немного помедлил и запрыгнул на стол. Эй-эй, Сяо Хэй, ты же кот! Даже если у тебя есть удостоверение личности, вряд ли котам положено учиться в университете. Разве что ты снова обратишься человеком. И в этот момент Сяо Хэй в очередной раз заставил своего глупого хозяина горько заплатить слезами. Когда его изящная мягкая подушечка коснулась сканера, Му Бай с удивлением обнаружил, что Сяо Хэй — тоже студент этого учебного заведения. Еще сильнее его опечалило то, что этот наглец числился на старших курсах. Из-за правил защиты личных данных Му Бай не мог разглядеть подробную информацию на экране. Однако фраза Айлины — Оказывается, это знаменитость с третьего курса, неудивительно, что ощущения были странными — заставила Му Бая вновь пережить потрясение, сравнимое с ударом небесной кары из его прошлого. Что за ощущения? Какое может быть странное ощущение от кота?
— Кто?
— Тот, кого ты держишь в руках.
— Кто он?
— Ты не знаешь? — Айлина не стала отвечать на вопрос Му Бая, а вместо этого с вредным огоньком в глазах окинула взглядом парня и кота. — Уже прижимаешь к груди, воркуете тут, а кто он такой, не знаешь? Нынешние первокурсники и впрямь такие беспечные.
Сказано так, будто он всего лишь подобрал уличного котенка.
Уголки губ Му Бая дернулись, и он молча опустил Сяо Хэя на стол:
— Сяо Хэй, ты ведь на самом деле не кот, верно?
— Мяу... — Тьфу ты, за столько времени знакомства он впервые подал голос! Ты можешь притворяться еще менее убедительно?
— ...
— Мяу... — Сяо Хэй поддвинулся к Му Байю, потерся лбом о тыльную сторону его ладони, ведя себя точь-в-точь как обычный домашний котик.
Сердце Му Бая было усыпано тысячей ран. Почему мой старший товарищ по учебе — кот? Жутко хочется зайти в интернет и создать тему на форуме. Впрочем, он все еще отчаянно отказывался принимать реальность. На данный момент подросток-восьмиклассник Му Бай предпочел считать, что его Сяо Хэй — просто обладающий выдающимся интеллектом кот, способный учиться в университете. Да, и к тому же его старший сокурсник.
В этот момент Форд Эйвара отлично исполнил роль, положенную такому существу, как старшекурсник. Он отвел пребывавших в состоянии окаменения Му Бая и Фан Юаня к соседней стойке и начал оформлять им заявления на общежитие. К личности Сяо Хэя Форд Эйвара отнесся без особого удивления. По одному лишь ощущению духовной силы он прекрасно понимал, что у его младшего товарища в руках вовсе не обычный домашний кот — уровень колебаний энергии был совершенно в иной весовой категории. Будучи двоечником, Форд Эйвара просто не мог точно определить вид Сяо Хэя.
Пухляк отреагировал примерно так же: основываясь на собственном опыте, он с первого взгляда понял, что Сяо Хэй — далеко не простая домашняя кошка, а потому бурных эмоций не проявил. Воспользовавшись тем, что Му Бай еще не пришел в себя, Фан Юань тоже подал заявку на проживание. Когда все было закончено, Форд Эйвара толкнул замершего в нелепой позе Му Бая, похожего на манекен, давая понять, что пора писать собственное заявление.
И тут Сяо Хэй, который всё это время бесстыдно притворялся домашней кошкой, перешел к действиям. Он вновь продемонстрировал совершенно неподобающие для питомца самовластные замашки и сам выбрал для Му Бая комнату. В конце концов, школу для Му Бая в прошлый раз тоже выбирал он. Первый раз — трудно, второй — привычно. Теоретически, первокурсник Му Бай не имел права подавать заявку на конкретное общежитие, особенно если оно уже было кем-то занято. Разумеется, если проживающий там не возражал, проблем не возникало. Любое разумное существо сразу бы поняло: Сяо Хэй попросту подселил Му Бая к себе.
Му Бай пришел в себя только тогда, когда их провели внутрь общежития. Немного посомневавшись, он все же вошел в комнату, бережно прижимая к груди своего старшего товарища. Аккуратно опустив Сяо Хэя на диван в гостиной, Му Бай с предельно серьезным видом произнес:
— Сяо Хэй, давай-ка поговорим о жизни.
http://bllate.org/book/25716/3074184
Готово:
