Мы тут немного поболтали, подумал Сунь Линь, и перед Шэнь Чжао не было смысла ходить вокруг да около, поэтому он прямо сказал: Мы очень хорошо пообщались. Но когда я подошел, его уже там не было.
Правда? Шэнь Чжао выглядел весьма заинтересованным и прищурился.
Он много читает, и у него есть собственное мнение на самые разные вещи... меня это порядком удивило, честно признался Сунь Линь. — Очень впечатляет.
Ха. Шэнь Чжао вдруг усмехнулся. Два ряда зубов казались ослепительно белыми в лунном свете.
...Чего ты смеешься?
Сунь Линь нашел эту улыбку странной со всех точек зрения.
Забудь. — сказал Сунь Линь.
Шэнь Чжао стоял рядом с ним и все еще улыбался. Этот смех был приглушенным; одной рукой он сжал кулак, прижав к губам, так что уголки глаз и брови изогнулись от смеха. Сунь Линь чувствовал себя крайне озадаченным, но эта исполненная скрытого смысла улыбка почему-то заставила его вспомнить мужчину с террасы.
Но разве могут на свете происходить такие совпадения?
Он посмотрел на Шэнь Чжао, мужчину, с ног до головы облаченного в люксовые бренды. Слухи о Шэнь Чжао сводились к тому, что он был красивым, ветреным и циничным богатым наследником, да к тому же любил называть себя книжным червем. Мог ли такой человек действительно спокойно сидеть на месте, читать столько книг, смотреть столько старых фильмов, да еще и слушать музыку или играть на пианино?
Сунь Линь покачал головой и быстро отбросил эту нелепую иллюзию.
...
Жизнь в университете оказалась куда быстрее, чем он думал, и усталость от нее была совершенно не похожей на школьную. Иногда мечешься из стороны в сторону, занимаясь то тем, то се, а в конце даже толком не можешь вспомнить, что именно сделал.
Во время повторения к экзаменам Ю Жань учился с таким усердием, что едва не привязывал волосы к балке и не колол себя шилом в бедро, чуть не расплакавшись от безысходности. Сунь Линь, глядя на его мучения и не в силах больше на это смотреть, просто швырнул ему свои конспекты и выжимки главного. Ю Жань тогда покрасневшими глазами завопил: Ой ты, батюшка-благодетель!
На финальных экзаменах Сунь Линь получил везде по четыре балла, а Ю Жань все сдал, так что все остались довольны.
Первый семестр первого курса подошел к концу. В университете Х начались зимние каникулы.
Вот только, к сожалению, этой студенческой братии не довелось насладиться первой в жизни праздной порой, не омраченной хвостами и заданиями.
В университете Х существовала традиция: для первокурсников обязательно предусматривался внеаудиторный проект под названием производственная практика. Он задумывался для того, чтобы эти академические гении, с боем преодолевшие узкий мостик вступительных экзаменов, вырвались из башни из слоновой кости и прошли необходимую социальную закалку. И хотя это мероприятие было добровольным, желающих набралось огромное количество.
Но ладно еще вопросы безопасности — какая компания согласится взять к себе зеленых перваков-первокурсников? Будь ты хоть из университета Х, хоть из университета S — звучит как нечто из области фантастики. К счастью, руководство университета Х проявило изворотливость и находчивость: они тут же нашли общий язык с программой MBA и влиятельными выпускниками, которые уже успели сделать себе имя, и запустили проект Завтра.
Если говорить начистоту, это сводилось к обмену справки о прохождении практики на бесплатную высокообразованную рабочую силу для уважаемых боссов. А для руководства собрать эту молодежь вместе — с позволения сказать, на практику — на деле выглядело скорее экскурсией: им символически давали поделать какую-то мелочь, а главная цель заключалась в том, чтобы прочувствовать рабочую атмосферу крупной корпорации.
Сунь Линь изначально метил в юридическую фирму какого-то влиятельного человека, но желающих оказалось слишком много — а уж кто-кто, а зубрилы из юридического славились своим количеством. У Сунь Линя дома не было компьютера, он специально пошел в интернет-кафе занимать очередь, но ничего не успел, и в итоге его перераспределили в Корпорация Шэнь.
Руководствуясь принципом раз уж пришел, надо адаптироваться, Сунь Линь все же решил участвовать в проекте. Однако проведя там всего пару дней, он понял, что ничему научиться не сможет. В такой крупной корпорации все управленческие процессы от верха до низа были четко разграничены и завязаны друг на друга — какую вообще стоящую работу они могли поручить практикантам?
Сунь Линя бросало в пот при мысли, что ему придется торчать здесь целых два месяца. Больше всего на свете он ненавидел терять время.
За два месяца, при условии отсутствия других забот, он вполне мог бы овладеть иностранным языком до уровня свободного общения.
Он пытался заниматься самостоятельно в те моменты, когда ему не давали никаких поручений, но тут как назло выплывал его наставник, тыкал пальцем в раскрытое на столе учебное пособие и изрекал: Хочешь учиться — иди домой и учись.
...Сунь Линь. Он твердил себе: нужно научиться терпению.
На следующий день наставник велел ему спуститься вниз и помочь с подготовкой декораций. Сунь Линь пронадувался воздушных шаров целое послеполугодие, вплоть до головокружения и мушек в глазах. Девушка с ресепшена даже похвалила его за отменный объем легких — насос ему даже не понадобился.
...Сунь Линь. Он подумал про себя, что если великие задачи и возлагаются небесами на человека, то явно не через накачивание шариков.
К концу второй недели практики Шэнь Чжао все же заглянул в компанию своего отца. Срежиссировано все было с помпой: позади него целой вереницей тащились всякие генеральные и вице-президенты.
Заметив знакомую фигуру, появившуюся в дверях офиса, Сунь Линь на мгновение замер. Звук стука кожаных ботинок о пол разнесся эхом, обогнул помещение по кругу и наконец замер рядом с Сунь Линем.
В поле зрения попала пара остроносых туфель, и прежде чем Сунь Линь успел сообразить, Шэнь Чжао уже уперся одним локтем о край стола. Он потер подбородок, задумчиво окинул взглядом пустой монитор компьютера, а затем с видом знатока похлопал Сунь Линя по плечу: Работай усердно, не сачкуй!
Толпа людей позади согласно закивала.
...Сунь Линь глубоко вздохнул.
В его сознании мелькнуло не слишком цензурное междометие, которое Сунь Линь с превеликим трудом подавил. Совершенно некстати вспомнилась знаменитая картина Крик. Ему безумно захотелось, подобно герою на полотне, заорать Шэнь Чжао в лицо: Да ты посмотри, есть ли у меня вообще работа?! Это было все равно что натянуть тугой арбалет, вложить стрелу в тетиву, а мишени нет — толку-то от этого ноль. Конечно, самым вероятным исходом стало бы то, что его вышвырнули вон охранники корпорации, не дав и пискнуть.
Он слегка повернул голову и поверх монитора уставился на удаляющуюся спину Шэнь Чжао. Этот человек появился шумно и грандиозно, а уходил и вовсе под развевающимися знаменами. Напоследок он превратился в крошечную черную точку и постепенно растворился в толпе.
В тот год состоялась мировая премьера сериала Шерлок, охватившая всю планету. Шерлок сходил с ума от тоски, не находя интересного дела, и палил по стенам из пистолета. Скучно, скучно, скучно!
Сунь Линь не отличался повышенной эмпатией, по натуре он был рационален и хладнокровен, куда уж там проникаться чувствами персонажей с экрана. Но впервые в жизни он так отчетливо понял состояние героя, и впервые за все свои годы почувствовал, что день тянется как год. До чего же тоскливо.
Ему казалось, что Шэнь Чжао следовало бы заглядывать сюда почаще, чтобы его собственные эмоции хоть изредка получали какую-то встряску.
К счастью, небеса будто услышали его мольбы, и ситуация наконец сдвинулась с мертвой точки. Перед самым уходом с работы в пятницу в офис пожаловала аккуратная и очень эффектная дама в деловом костюме.
Она представилась Су Инмэй и назвалась менеджеркой отдела в филиале Корпорация Шэнь.
Практикантов в Корпорация Шэнь было больше, чем один Сунь Линь. Обратившись ко всей этой комнате молодежи, она объявила, что в филиале сейчас не хватает людей, и те, кто хочет сменить рабочую обстановку, могут обдумать этот вариант — настаивать никто не станет. Темп там гораздо выше здешнего, работы предстоит немало, и сидеть сложа руки, как в главном офисе, не получится.
Остальные стажеры переглянулись — никто не горел желанием срываться с места. В головном офисе были и батареи отопления, и кондиционеры, и компьютеры, да еще и никто не стоял над душой — красота да и только. Лишь Сунь Линь высоко поднял руку. Он был готов на что угодно, лишь бы сбежать из этой тихой гавани.
Мэй Цзе приехала на машине и очень любезно предложила подвезти Сунь Линя. В салоне играл неторопливый джаз. Под звуки саксофона она терпеливо вводила Сунь Линя в курс дел их филиала.
Я ведь не пытаюсь тебя запугать, — ее голос прозвучал строго. — Даже если ты стажёр, спрашивать с тебя будут как с полноценного сотрудника. Будет тяжело, но это отличная школа.
Сунь Линь, не раздумывая, кивнул — именно этого он и добивался. Однако когда машина подъехала к зданию так называемого филиала, Сунь Линю захотелось выругаться.
Крупные иероглифы Чжаоци красовались прямо на вывеске, словно насмешка безжалостной судьбы.
Мэй Цзе, вы же сказали, что это филиал? — лицо Сунь Линя посинело.
Господин Шэнь и старший брат — в конце концов одна семья, так что называть это филиалом вполне правомерно, — улыбнувшись, ответила Су Инмэй. — Только смотри не ляпни это при старшем, он больше всего на свете не выносит подобных разговоров.
Сунь Линь еще толком не разобрался в хитросплетениях этой семейки, как его окатило ледяным душем от одного только упоминания старшего брата.
Звучало так, будто Шэнь Чжао какой-то мафиозный босс. Поразмыслив над этим, Сунь Линь понял, что образ вполне себе подходящий.
На самом деле Су Инмэй была не виновата. Сначала все звали Шэнь Чжао просто директор Шэнь, но ему это не понравилось: вы меня за отца держите или за кого? Зовите меня просто братишка Чжао. Толпа сотрудников переглянулась, не понимая, как поступать — звать его братишка Чжао звучало как обращение к ровеснику-коллеге, что совершенно не вязалось с субординацией. Пока однажды новенький сотрудник не оговорился и не выпалил старший брат. Шэнь Чжао отозвался, и с тех пор все стали звать его именно так.
Сунь Линь задрал голову, разглядывая вывеску.
Вспомнив, что впервые он попал сюда ради извинений, во второй раз — чтобы принести знания, а в третий — чтобы работать стажером у этого человека, он даже не мог решить, какой из разов был хуже остальных.
Су Инмэй уже толкнула стеклянную дверь, а оглянувшись и заметив, что Сунь Линь так и стоит на месте, недоумечно изогнула бровь: Что ты застыл? Заходи давай.
...Сунь Линь машинально сжал лямку рюкзака.
Су Инмэй с самого начала выразилась предельно ясно: участие добровольное. И в головном офисе, и в ее машине у него было масса возможностей отыграть всё назад. Если он откажется сейчас, то как это назвать — дезертирство перед лицом боя или малодушное отступление?
Слово мужчины крепче булата. Ни слезы, ни истерики, ни попытки бросить начатое не входили в стиль Сунь Линя.
Взглянув на лицо Мэй Цзе, он проглотил уже готовые сорваться с языка слова. В конце концов он переставил ногу и последовал за ней.
...Реакция Шэнь Чжао оказалась куда бурнее.
Это ты зачем его сюда затащила?! — старший молодой мастер Шэнь в гневе хлопнул ладонью по столу.
Ха.
Сунь Линь тут же выдал смешок. Ледяной.
К черту все эти обещания держать слово и отвечать за поступки, он прямо сейчас готов схватить сумку и свалить.
Вы... знакомы? — Су Инмэй тоже удивилась, переводя взгляд с одного лица на другое.
Нет! — в один голос выпалили оба.
...Тут они явно переборщили с конспирацией.
Су Инмэй перевела на них взгляд. Раз знакомы, тем проще.
Она выдала очень гладкую речь, сначала завуалированно постелив соломку для своего босса Шэнь Чжао, а затем рассыпалась в похвалах Сунь Линю, процитировав слова его наставника. При Су Инмэй оба парня уже не могли продолжать строить кислые мины и буравить друг друга взглядами. Су Инмэй когда-то была одной из ключевых и самых способных соратниц Шэнь Юйлуна, молодой и перспективной, и Шэнь Чжао приложил немало усилий, чтобы переманить ее из головного офиса. Так что к ее мнению Шэнь Чжао прислушивался.
http://bllate.org/book/25748/3079004
Готово:
