Готовый перевод The Beautiful Tomboy is Spoiled by the Half-Blood Tycoon / Сладкая клетка: под крылом финансового титана: Глава 8

Чжу Вэйлянь, конечно, не собирался работать там вечно, но он ещё не уволился и не любил опаздывать, поэтому, спросив разрешения у Брандена, попросил водителя отвезти его к ресторану.

Не прошло и двадцати четырех часов с момента их встречи в Балтиморе, как, столкнувшись с обветшалыми и безлюдными улицами, Чжу Вэйлянь с отвращением нахмурился.

Он ненавидел Балтимор.

В тот самый момент, когда Чжу Вэйлянь открыл дверь и вышел из машины, Бранден тоже отворил дверцу с другой стороны.

Чжу Вэйлянь с некоторым удивлением посмотрел на Брандена:

— Сэр, у вас еще есть какие-то дела?

Бранден оглядел небольшое китайское кафе за спиной Чжу Вэйляня и снова скривился в неодобрительной гримасе:

— Ты работаешь здесь?

Чжу Вэйлянь ответил:

— Да, сэр.

Хотя Бранден велел называть его по имени, в понимании Чжу Вэйляня взаимное обращение по именам больше подходило людям с равным социальным положением, а между ним и Бранденом не было и намека на какое-либо равенство.

— Ты планируешь увольняться? — спросил Бранден.

Этот ресторан был унылым и тесным, и даже находясь снаружи, Бранден ощущал идущие оттуда сырость и запах жира — это место совершенно не подходило Чжу Вэйляню.

Такой ослепительно красивый восточный юноша, как Чжу Вэйлянь, должен был находиться в лучших местах и выполнять уважаемую работу.

Не говоря уже о том, что Чжу Вэйлянь был студентом: в семье Стаховяк студентам не нужно было думать о расходах на жизнь — за всё платил клан.

Заметив, что Чжу Вэйлянь снова смотрит на него ошеломленным взглядом, Бранден продолжил:

— Ты должен уволиться.

На этот раз Чжу Вэйлянь понял смысл его слов, широко раскинул руки и под пристальным взглядом Брандена сделал круговой оборот:

— Как видите, сэр, у меня нет денег даже на то, чтобы купить себе нормальную одежду. Если я не буду работать, то просто умру с голоду.

Бранден сказал:

— Я дам тебе денег.

Чжу Вэйлянь искренне улыбнулся:

— Спасибо вам, сэр. Я пойду и прямо сейчас уволюсь у босса.

Бранден кивнул:

— Хорошо.

Сказав это, Бранден вернулся в салон машины.

Посмотрев в зеркало заднего вида, водитель почтительно осведомился:

— Сэр, куда мы теперь едем?

Бранден ответил:

— Никуда не едем, подождем его здесь.

Это ожидание затянулось ровно на четыре часа. За это время мимо проросли человек семь, которые воровато заглядывали внутрь Ламборгини Урус и бросали на машину хищные взгляды, но, заметив лежащий прямо на коленях у водителя дробовик, с разочарованным видом удалялись.

Уровень безопасности в Балтиморе и правда полностью оправдывает свою репутацию, холодно подумал Бранден.

Бровя Брандена сходились всё ближе. Ему ещё никогда не доводилось ждать кого-то так долго — неужели уволиться настолько сложно?

Когда терпение Брандена уже почти иссякло и он собирался отправить водителя внутрь заведения, чтобы выяснить, в чем дело, Чжу Вэйлянь наконец вернулся.

Он вышел за дверь, держа в руке стакан, и, заметив, что Ламборгини Урус всё еще припаркован у обочины, внезапно широко распахнул глаза, в три прыжка подбежал к машине и распахнул дверцу.

С изумлением он спросил:

— Вы что, всё еще здесь?

Бранден с бесстрастным выражением лица поднял запястье, взглянул на часы и с изрядным недоумением произвел подсчет:

— Процесс увольнения в обычном ресторане занял четыре часа и двадцать семь минут? Это и есть знаменитая китайская эффективность?

Чжу Вэйлянь виновато произнес:

— Нет, дело не в этом. Босс очень хороший человек, он сразу отпустил меня, но...

Бранден молча смотрел на него, ожидая продолжения.

Чжу Вэйлянь пояснил:

— Сегодня в заведение поступил крупный заказ от жителей нашего квартала, им требовалось очень много еды, и работники не успевали со всем справиться, поэтому я остался помочь.

Бранден так и знал: за удачным началом всегда следует слово но. Впрочем, это но от Чжу Вэйляня звучало вполне разумно, и он перевел тему:

— Тебе заплатили зарплату?

Чжу Вэйлянь встряхнул телефон и, сверкая яркими глазами, произнес:

— Я попросил шефа перевести деньги на мой УиЧат, так что теперь можно не бояться грабителей.

УиЧат? Бранден приподнял бровь, решив сначала удовлетворить собственное любопытство:

— Надеюсь, это были не баксы?

Конечно нет, Чжу Вэйлянь кивнул: босс перевел ему юани. Раньше наличные были нужны ему повседневно, поэтому даже при риске ограбления приходилось носить их с собой, но теперь...

Чжу Вэйлянь лукаво улыбнулся и, моргая, произнес:

— Сэр, вы ведь дадите мне долларов, правда?

Бранден нашел это наивное выражение лица человека, который считает, что сумел урвать выгоду, безумно милым, и ответил:

— Да, дам тебе долларов.

Затем он задал вопрос, касающийся второй ключевой детали из слов Чжу Вэйляня.

— Ты только что упомянул, что тебя ограбили. Что там произошло?

Бранден вспомнил отчет своего помощника, в котором говорилось, что у Чжу Вэйляня имеется несколько нераскрытых заявлений в полицию — это было связано с грабежами?

Разум подсказывал Чжу Вэйляню, что если он сейчас расскажет о том, как его грабили, да еще и приукрасит масштаб проблем, этот мужчина перед ним наверняка проникнется жалостью.

Но Чжу Вэйлянь не хотел этого.

Подобные унизительные, жалкие подробности заставили бы его выглядеть настолько несчастным, что он уступал бы даже бродячему коту.

Поэтому Чжу Вэйлянь поджал губы, улыбнулся и перевел тему:

— Уже поздно, сэр. Если вы собираетесь вернуться в Нью-Йорк, вам лучше выехать прямо сейчас, иначе позже будет небезопасно.

Видя, что тот не желает распространяться, Бранден не стал допытываться. В конце концов, всё, что ему хотелось узнать, он всё равно узнает — не обязательно добиваться признания от самого Чжу Вэйляня.

— Я не возвращаюсь в Нью-Йорк, едем к тебе.

— А?

Чжу Вэйлянь окоченел и медленно повернулся.

— Разве это удобно?

Ответом Чжу Вэйляню стал приказ водителю трогаться с места и четко названный адрес.

Чжу Вэйлянь: ?!?

Что за монструозная память, он же назвал адрес всего один раз?!

Бранден победоносно улыбнулся, но тут его боковой взгляд упал на стакан с водой, который Чжу Вэйлянь продолжал сжимать в руке, и сердце мужчины дрогнуло:

— Я ждал тебя целых четыре часа, и как ты собираешься меня отблагодарить?

Внимание Чжу Вэйляня тут же переключилось.

Бродячий кот остался с пустыми лапками... то есть нет, не с пустыми, у него же была лимонная вода, захваченная из ресторана.

Поскольку он уволился, босс не стал кормить его ужином, поэтому Чжу Вэйлянь налил в свой рабочий стаканчик лимонаду и унес с собой.

Изначально он планировал сделать это своим ужином, но раз уж Спонсор впервые выдвинул требование, Чжу Вэйлянь, разумеется, с радостью готов был его удовлетворить.

Тогда бродячий кот поднял лапки и преподнес в дар свой ужин — стакан лимонада.

Бранден сделал глоток, заглянул в темные лучистые глаза Чжу Вэйляня и почему-то вспомнил слова своего деда:

— Когда я увидел ее глаза, я сразу понял — это она, так подсказала моя душа.

Кислинка дешевого лимона растеклась по языку, и Бранден нахмурился.

Ха, восточная мистика.

Жаль только, что на представителя фамилии Стаховяк это не действует.

Глава 7. Спонсор делает перевод!

Квартира, которую Карл арендовал для Кевина, находилась в отличном районе: балкон выходил прямо на океан, окна спальни смотрели на юг, обеспечивая изобилие солнечного света, а в ванной стояла роскошная ванна, за которую Карл выложил немалую сумму.

Кевин был человеком, страстно любившим жизнь, и в его доме повсюду виднелись милые безделушки, элементы декора и виниловые пластинки — стоило им оказаться расставленными как попало, как они тут же создавали неповторимый стиль.

У окна располагался низкий столик с мягким сиденьем, предназначенный для того, чтобы пить кофе и любоваться закатами: там можно было зажечь ароматические палочки, поставить чашку латте, а рядом положить достаточно толстый том романа.

Наслаждение жизнью — вот оно какое.

Но всё это имело мало отношения к Чжу Вэйляню; в доме Кевина местом его постоянного обитания был диван.

Смотреть фильмы — на диване, делать домашнее задание — на диване; если Кевина не было дома, ужинал он тоже на диване.

Его чемодан стоял прямо у края дивана, вмещая в себя все его нехитрые пожитки.

Чжу Вэйляню приходилось тяжело, каждую ночь на этом диване он ворочался с боку на бок. Но он никогда не показывал свои эмоции Кевину: раз тот приютил его, он не смел быть неблагодарным.

Однако сегодня всё было иначе.

Раз уж Бранден вбил себе в голову приехать сюда, не стоит его винить.

Дорога от ресторана до дома Кевина занимала чуть больше десяти минут, и когда машина остановилась, горечь во рту Брандена еще не до конца исчезла.

Чжу Вэйлянь послушно улыбался, ожидая его у дверцы автомобиля.

Бранден заподозрил неладное в столь резкой перемене настроения парня, испытующе посмотрел на него, но, подумав, что этот человек вряд ли способен устроить серьезную каверзу, слегка отодвинулся и тоже вышел из машины.

Чжу Вэйлянь, словно швейцар из пятизвездочного отеля, оказывал почетному VIP-клиенту самые любезные услуги: открыл дверь, вызвал лифт. Но как только они переступили порог квартиры Кевина, Чжу Вэйлянь внезапно замер на месте.

Бранден с полуусмешкой спросил:

— Что случилось?

Чжу Вэйлянь виновато улыбнулся:

— У меня нет тапочек, которые подошли бы вам.

В квартире Кевина обычно жили только они вдвоем, а Карл обладал прекрасным чувством такта и никогда не заходил внутрь без предупреждения. Поэтому в жилище имелось всего две пары летних тапочек и две пары теплых, и все они были сорок третьего размера. Если заставить в них влезть Брандена... Чжу Вэйлянь опустил взгляд на огромные ступни мужчины — судя по всему, его пятки полностью окажутся на полу.

Бранден проследил за его взглядом, тоже опустил глаза и неожиданно для себя испытал некоторую неловкость. Не успел он ничего произнести, как Чжу Вэйлянь пулей метнулся к выходу:

— Я сейчас же сбегаю купить! Подождите меня здесь.

— Погоди.

Бранден протянул руку, обхватил Чжу Вэйляня за талию и, словно вылавливая сбежавшего котенка, втащил обратно в комнату. Какое-то время ноги Чжу Вэйляня даже не касались пола.

В голове у Чжу Вэйляня всё затуманилось, приземлившись, он судорожно вцепился в рукав Брандена, испуганно уставился на него расширенными зрачками, а затем, словно отпрянув от угрозы, сделал резкий шаг назад.

Бранден откашлялся, убрал руку и сказал:

— Мне не нужны тапочки.

— Хорошо, прошу, проходите. Ну и ладно, чуть позже просто протру полы — хоть удастся сэкономить несколько долларов на покупке тапочек.

Чжу Вэйлянь чуть сместился в сторону, пропуская Брандена внутрь, и воспользовавшись этим моментом, Бранден наконец смог разглядеть всю эту квартиру с одной спальней и одной гостиной.

Бедные люди склонны давать тесным и загроможденным пространствам теплое определение — уют.

Поэтому Бранден тоже произнес:

— Довольно уютно. Дорогая аренда?

— Не знаю точную цену, но, наверное, недешево.

Чжу Вэйлянь снял куртку, повесил ее на вешалку, отправился на кухню открытого типа, чтобы налить Брандену стакан воды, и, наконец, аккуратно слов в несколько раз одеяло с дивана, убрал его в сторону, жестом предлагая гостю присесть.

http://bllate.org/book/25768/3080771