Конечно, у этого была и более глубокая причина: он знал Алаэр, а вот Алаэр его — нет. На самом деле Вэнь Ли уже давно хотел спросить Алаэр, зачем тот пожаловал на планету Гамма-70, но боялся. Ведь когда-то он был старшим братом Алаэра, да и в глубине души до сих пор не избавился от укоренившегося стереотипа об Алаере как о плаксе. Стоило ему заговорить, как в тоне невольно проскальзывали нотки старшего наставника из прошлого, что выглядело крайне подозрительно. Именно поэтому все эти дни он намеренно избегал подозрений и старался поменьше общаться с Алаэром.
Но в этот момент он подумал о другом: еще более противоестественно было бы делать вид, будто его вообще ничего не волнует. Раз уж он заявил, что хочет полететь на переходном корабле Алаэра, то должен пристально следить за ним: куда тот уходит среди бела дня, с кем встречается, что делает, вернется ли к ужину и станут ли они ужинать вместе...
Пока Вэнь Ли размышлял об этом, предчувствие слежки становилось всё сильнее, и вскоре, когда он свернул в переулок, ведении к его съемной квартире, это предчувствие превратилось в реальность.
Шедший позади человек больше не скрывал шагов — напротив, он тяжело топал по земле, словно нарочно демонстрируя свое присутствие, и стремительно настигал его. Сначала Вэнь Ли подумал, что за ним увязался Алаэр, но звук шагов звучал иначе, да и преследователей оказалось больше одного.
Вэнь Ли настороженно оглянулся и нос к носу столкнулся с шестью или семью недобро улыбавшимися мужчинами. В следующую секунду из-за спины вынырнули еще четверо, и около десятка человек зажали его в тиски в узком проходе прямо перед входом в съемную квартиру.
Главаря этой шайки Вэнь Ли знал очень хорошо: недавно именно он привел людей к его крошечному прилавку на Западном рынке, заявляя, что тот нарушает правила ремонтного цеха, и угрожая покалечить, если Вэнь Ли продолжит переманивать клиентов столь низкими ценами.
— Босс Хант, — Вэнь Ли невозмутимо огляделся, а затем криво усмехнулся, глядя на предводителя. — Разве я не исполнил вашу волю и не завязал с ремонтом бытовой техники? Зачем вы сегодня здесь?
Хант вертел в руке железный прут, постукивая им по ладони, и одно его присутствие источало недвусмысленную угрозу:
— А у босса Вэня талант! И заказы мастерски собирает, и в любви везет: такая красотка каждый день пороги обивает, да еще и на кофе зовет. Просто зависть берет, право слово.
Вэнь Ли мысленно припомнил все эти наряды Чэнь Цзин, больше похожие на разноцветные мастики для тортов, и подумал, что Хант, судя по всему, и впрямь дошел до ручки.
— Мисс Чэнь — всего лишь моя клиентка.
— Клиентка? — Хант скривил лицо в мерзкой, сальной ухмылке. — Я бы тоже не отказался от такой богатой и красивой клиентки. Давай-ка звякни ей прямо сейчас, пусть приедет, дай и бражникам прикоснуться к ее бизнесу.
Вэнь Ли хранил молчание. Эта тишина окончательно воспламенила ярость Ханта — а может, тот как раз и искал повод. Лицо Ханта мгновенно перекосило, железный прут с яростью обрушился на стену, так что во все стороны полетели крошки штукатурки. Задохнувшись от злости, он взревел:
— Ты меня услышал, твою мать?! А?!
Вэнь Ли смутно чувствовал, что сегодня миром дело не кончится: Хант просто-напросто пришел придраться от нечего делать. Чэнь Цзин каждый день демонстративно заявлялась на рынок, не жалела денег и со стороны казалось, что Вэнь Ли загребает золото лопатой. У самого же Ханта не хватало ума вести дела честно, вот он от черной зависти и бесился.
— Босс Хант, — Вэнь Ли наконец перестал изображать фальшивую улыбку, и его взгляд заледенел. — Вы же понимаете, что это невозможно. Я и так уже трижды уступал вам, не испытывайте судьбу.
Хант, похоже, никак не ожидал, что в такой момент этот сопляк неизвестно откуда взявшийся и еще молоко на губах не обсохло посмеет с ним так разговаривать. Он взревел, на висках у него вздулись вены:
— Смотрю, если сегодня не преподать тебе урок, ты так и не поймешь, где верх, а где низ!
С этими словами он крепче сжал железный прут, свирепо бросился вперед с занесенными руками — судя по размаху, он собирался расколоть голову Вэнь Ли, как спелый арбуз.
Вэнь Ли отреагировал молниеносно: десятилетняя служба Стражем вбила навыки рукопашного боя и контратаки прямо в его гены. Ему почти не потребовалось думать — тело среагировало рефлекторно. Он мгновенно присел, уходя от удара, резко качнулся вбок, напряг мышцы и с ювелирной точностью врезал кулаком прямо в переносицу Ханта.
Раздался глухой стук. Хант, спотыкаясь, отлетел назад, его лицо исказило выражение абсолютного неверия, а глаза выкатились из орбит, как у разъяренного быка.
Если бы физическая форма этого тела не ослабла, от такого удара у Ханта мозги бы наружу вылетели.
— Чего вы ждете?! — взвизгнул Хант, зажимая нос, из которого между пальцев хлестала кровь.
Оставшиеся девять человек тут же взмахнули дубинками и бросились на Вэнь Ли со всех сторон.
Переулок был слишком узким, и хотя Вэнь Ли в одиночку успешно сдерживал десятерых противников, из-за тесноты и недостатка физической силы он не мог развернуться в полную силу. В какой-то момент он не уследил, и тяжелый удар пришелся ему прямо в плечо, заставив изойти холодным потогом от острой боли.
Когда он только очнулся, от него оставались лишь кожа да кости. И хотя все это время он усердно тренировался, восстанавливая форму, срок был слишком мал, а результаты — скромными. Чтобы выбраться целым и невредимым, пришлось бы пустить в ход яд из своего запасного кольца, но это место находилось слишком близко к жилым домам, наверняка найдутся свидетели, а убийство создаст огромные проблемы.
Пока Вэнь Ли лихорадочно соображал, как бы выпутаться и сбежать, кто-то неожиданно схватил его сзади за плечи. От резкого движения заныло только что ушибленное место, и другой нападающий, воспользовавшись его заминкой, тут же набросился на него, намертво вцепившись в ноги.
Победивший в драке, но распухший и окровавленный Хант не упустил момента. Вытерев кровь с уголков рта, он согнулся, поднял с земли погнутый железный прут, взвесил его на ладони и, злобно скалясь, прохрипел Вэнь Ли в лицо:
— А я-то думал, ты великий мастер, а все равно попался мне в лапы...
С этими словами он снова занес железный прут и со всей дури обрушил его на голову Вэнь Ли.
Рассекая воздух, прут летел вниз. Вэнь Ли изо всех сил попытался извернуться, чтобы удар пришелся не в смертельную точку.
Но в этот же миг он неожиданно почувствовал легкий порыв ветра, от которого волоски на его щеке затрепетали.
Какая-то крупная ладонь намертво перехватила железный прут. На тыльной стороне руки едва заметно натянулись жилы, пальцы чуть сжались — и тяжелое железо, словно мягкое тесто, согнулось пополам.
Из-под спадающих на глаза черных прядей показался взгляд почти бесцветных зрачков: притаившийся зверь холодно и свирепо вглядывался врагу в глаза.
Глава 8
Вэнь Ли перевел дыхание и скосил глаза. Алаэр стоял к нему спиной; его темный боевой костюм обтягивал мощное, скрывающее взрывную силу тело. Широкие, словно тесанные топором плечи, узкая талия. Воротник куртки распахнут, а облегающая нижняя рубашка покроя Стражей плотно прилегала к шее, прикрывая её без единого зазора и подчеркивая резкую линию подбородка — одновременно источая суровую мужественность и опасную притягательность.
Обернувшись на секунду, Алаэр бросил на Вэнь Ли быстрый взгляд: светлые ресницы опустились и тут же взлетели, словно оценивая, сильно ли тот пострадал. Затем он небрежно швырнул на землю исковерканный, потерявший форму прут.
На этот раз Хант испугался по-настоящему. Отступив на полшага под звонкий удар упавшего железа, он ошеломленно выдавил:
— Ты еще кто...
Не успел он договорить, как мышцы на руках Алаэра бугристо вздулись, а линии плеч и спины натянулись. С недоступной обычному человеку скоростью он сократил расстояние и двинул Ханту кулаком прямо в лицо, отбросив того далеко назад.
Хант даже пискнуть не успел — потерял сознание прямо в полете.
Остальные, те, кто побежал медленнее, тоже не отделались легким испугом. Алаэр был Стражем уровня А, и даже сдерживая силу, мог запросто лишить их жизни. Не прошло и нескольких секунд, как весь переулок был усеян телами: они свернулись вповалку клуками или стонали, хватаясь за переломанные конечности.
— Спасибо, — Вэнь Ли поморщился и покрутил ушибленным плечом. Рука шевелилась, значит, обошлось без перелома.
Он посмотрел на Алаэр и, поблагодарив, тут же принялся сводить дебет с кредитом: — Но ты ведь следил за мной? Тот человек возле кофейни полчаса назад — это был ты, верно?
— ... — Алаэр ничего не ответил. Он лишь неподвижно застыл посреди переулка с прямой спиной, словно молчаливая статуя из черного обсидиана. Единственным ярким пятном на всем его теле оставалась кровь на тыльной стороне правой руки: капля за каплей она стекала по костяшкам пальцев и падала прямо в грязь.
Вэнь Ли с минуту вглядывался в него, чувствуя, как брови сами собой ссужаются в межбровную складку. В груди зарождалось смутное беспокойство — состояние этого парня явно было ненормальным...
Черные пряди на лбу Алаэра сплошь промокли от пота и падали на глаза, скрывая взгляд, а лицо дополнительно закрывала оптическая маскировочная маска, так что разобрать выражение его лица не представлялось возможным.
— Алаэр? — тихонько позвал Вэнь Ли, пытаясь привлечь его внимание.
Страж по-прежнему не отзывался. Выждав немного, Вэнь Ли бесшумно, на цыпочках, приблизился, опуская взгляд с напряженных желваков на вздымающуюся грудь Алаэра.
Та вздымалась всё яростнее и чаще, ткань боевого костюма натягивалась, очерчивая рельеф мощных грудных мышц, а в ушах стояло тяжелое, сбивчивое дыхание Стража.
Классические симптомы перегрузки пяти чувств. Нервная система фильтрации у Стража полностью расстроилась: теперь любой внешний раздражитель — свет, звук или даже легчайший ветерок, касающийся кожи, — усиливался в десятки, а то и в сотни раз, проникая повсюду и доставляя невыносимые мучения.
Для Вэнь Ли, ставшего проводником, это был первый случай столкновения с ментальным расстройством у Стража.
И лишь испытав это на собственном опыте, он до конца понял, какую заложенную в генетике миссию по успокоению Стражей несут в себе проводники.
Подобно врожденной тяге Стражей защищать проводников, проводники с рождения обладали глубочайшей эмпатией к Стражам. Они просто не могли оставаться в стороне, когда Страж страдал — исцеление Стражей было заложено в самом их геноме, составляя саму их суть.
В памяти Вэнь Ли всплыли всевозможные способы успокоения, которые применяли высшие проводники:
Когда симптомы были легкими, помогали тихие увещевания, теплые объятия и, что важнее всего, феромон проводника;
Но когда расстройство заходило далеко, требовались куда более жесткие меры: задействовать щупальца духовной силы, чтобы грубо взломать духовный барьер Стража, вторгнуться в его сокровенный ментальный пейзаж, выпустить там свою духовную силу и произвести глубокое, переплетающееся упорядочивание.
— Алаэр... — практически рефлекторно сделав шаг вперед, Вэнь Ли мягко, едва слышно прошептал имя Стража: — Дыши глубже...
Он поднял руку, пытаясь коснуться пальцев Алаэра, безвольно висящих вдоль тела. Но стоило подушечкам его пальцев почти коснуться тыльной стороны чужой ладони, как Алаэр с яростью оттолкнул его. Глаза хищника были налиты кровью до самого края, во взгляде читалось дикое, неистовое безумие, а лицо исказилось почти до звероподобного оскала:
— Заткнись! Ступай вон!!
В тот же миг стоны раненых, наполнявшие переулок, оборвались на полуслове, стихло даже дыхание.
Потерявший рассудок Страж напоминал дикого, не прирученного зверя — свирепого, безумного и смертельно опасного. В любую секунду Алаэр мог окончательно утратить контроль и запросто свернуть Вэнь Ли шейные позвонки, но даже при всем этом Вэнь Ли не мог просто развернуться и уйти, бросив его здесь на произвол судьбы.
http://bllate.org/book/25774/3081522
Готово:
