Конец лета, палящий зной. Солнце косо висело у самого горизонта, словно не желая садиться. Землю точно накрыло духовым шкафом, горячий воздух непрерывными волнами бил в лицо, и крупные капли пота скатывались по щекам.
Капля — хлоп — упала на руку.
Линь Тин вздрогнул, и затуманенный взгляд мгновенно прояснился. Он ошеломленно уставился на паренька, которого только что схватил за воротник.
У того была короткая стрижка, причем концы волос лежали совершенно неровно — то ли так модно нынче стриглись, то ли он сам себя покромсал.
Кожа смуглая, но не от природы, а скорее загорелая, на высоком переносице виднелись следы солнечных ожогов. Одиночные веки придавали лицу недружелюбный вид; в тот момент его узкие глаза слегка сузились, отчего от него веяло немалой угрозой, а в смоляно-черных зрачках отражалось бледное, потрясенное лицо Линь Тина.
Синяя футболка на парне была застирана добела, и Линь Тин боялся прикладывать силу, опасаясь порвать ткань.
— Тин-гер, да не церемонись ты с ним, просто врежь ему хорошенько, и дело с концом, — раздался за ухом недовольный голос приятеля.
Линь Тин резким движением перевел взгляд на парня и выдавил из пересохшего горла:
— Т-ты… Ся Тучуань?
Парень озадаченно разглядывал его бледное миловидное личико, выражение его было несколько простодушным, а взгляд то и дело соскальзывал на губы Линь Тина.
Он вовсе не пытался разобрать, что именно говорит Линь Тин, — все его внимание захватил торчавший уголок зуба мудрости, который то и дело показывался, когда тот шевелил губами.
Вообще-то вся эта компания казалась ему крайне странной, особенно тот, что вцепился ему в воротник: еще секунду назад тот пылал яростью и жаждал набить ему морду, а теперь выглядел донельзя растерянным и испуганным.
У Линь Тина были милые детские щечки, белоснежная кожа и большие глаза, напоминавшие кошачьи. Слегка вьющиеся волосы под лучами закатного солнца отливали вызывающим рыжеватым оттенком, а на лбу выступили мелкие капли пота — должно быть, от жары. Розовая футболка сидела на нем вполне гармонично, только на коже сбоку на шее отчетливо выделялись две красные полосы.
Должно быть, случайно царапнул, когда хватал, рассеянно подумал Ся Тучуань.
Линь Тин не заметил взглядов Ся Тучуаня — его лицо исказилось от паники, когда он опустил глаза на землю. Увидев раздавленный слуховой аппарат, он почувствовал, что мир рушится.
Всего несколько секунд назад до него внезапно дошло: он — второстепенный персонаж, школьный хулиган из какого-то романа о буднях академии, а тот, кого он сейчас держит за воротник, — главный герой, Ся Тучуань.
Сам он рос в счастливой семье, водил компанию с верными друзьями, но по сюжету ему отвели роль бестолкового, паразитирующего на чужом труде NPC, который вдобавок втянет в неприятности близких и закончит жизнь полным крахом. И корень всех бед стоял прямо перед ним — переведенный ученик, страдающий тугоухостью, но при этом круглый отличник.
Сегодня был первый день второго года старшей школы, Ся Тучуань только-только перевелся в их класс, и надо же было такому случиться, что учитель посадила его на пустое место рядом с Линь Тином. Линь Тину новенький сразу пришелся не по нраву, и едва закончился урок, как он выволок парня в переулок, решив проучить.
До чего же тупо и примитивно! Стоило ли вообще из-за такой ерунды устраивать целый цирк? И правда, стопроцентное попадание в амплуа NPC.
Линь Тин разжал пальцы на воротнике Ся Тучуаня и тихо пробормотал:
— Какой идиот написал этот сценарий? Какая же чушь! Я вообще-то должен быть образцовым учеником, с какого перепугу я превратился в трудного подростка?
Ладно еще NPC, но почему именно хулиган? Зачем целенаправленно задирать главного героя, жить надоело?
— Тин-гер, ты чего бормочешь? Бить-то будем, или как? Братья в клубе дожидаются, — снова принялись подгонять остальные NPC.
Линь Тин наклонился, поднял слуховой аппарат Ся Тучуаня и, внимательно осмотрев его, понял, что прибор окончательно вышел из строя. Он протянул его обеими руками:
— Прости. Я потом куплю тебе новый взамен.
Тут же вспомнив, что Ся Тучуань его не услышит, Линь Тин подтолкнул ногой стоявшего рядом приятеля:
— Дай ручку и бумагу.
— А? — Чу Тяньян опешил и переглянулся с двумя остальными. — По-твоему, мы похожи на тех, кто таскает с собой бумагу и ручки?
Разве что сигарет навалом.
Линь Тин цокнул языком. Точно, он и забыл: эти трое — такие же NPC, как и он сам, даже еще более пушечное мясо.
Пришлось поспешно достать телефон и набросать в заметок: «Очень извиняюсь за случившееся, позже я куплю тебе новый слуховой аппарат».
Показав экран Ся Тучуаню, он сунул ему в руку разломанный аппарат, отступил на шаг и отвесил поклон.
Чу Тяньян растерялся:
— Эй, погоди-ка, мы же вроде собирались его проучить?
— Какая тебе в баню разница, проучить! Валим! — бросил Линь Тин, хватая Чу Тяньяна и остальных двоих за рукава, и припустил прочь.
Ся Тучуань так и остался стоять у входа в переулок с озадаченным видом.
Опомнившись, он опустил взгляд на аппарат в руке, тщательно его осмотрел, тяжело вздохнул и пробормотал себе под нос:
— Бабушка, похоже, эта штука теперь окончательно сломалась.
Вообще-то аппарат чинили уже не раз: еще недавно он начал барахлить и постоянно издавал какое-то шипение, но парень надеялся, что удастся походить с ним еще пару дней. Придется раскошелиться на новый.
Однако самый дешевый стоил не меньше тысячи юаней, а его ежедневные карманные расходы составляли всего десять юаней. Выходило, что ему придется отдать деньги за три месяца вперед.
По дороге в съемную конуру Ся Тучуань все пытался починить растоптанный прибор, но безуспешно, так что ему оставалось лишь бережно уложить обломки в коробочку и спрятать за пазуху.
Уже стемнело, зажглись уличные фонари. Запахи уличной еды смешивались в воздухе, изредка перебиваемые легким ароматом османтуса, и удушливая волна накатывала на лицо.
Едва компания Линь Тина вырвалась из переулка, как Чу Тяньян с остальными заголосили, что хотят в компьютерный клуб. Линь Тин плелся позади, тоскливо пиная носом ботинок камешки на дороге.
Кто-то неожиданно закинул руку ему на шею, и тяжелое тело Чу Тяньяна полупривалилось сверху:
— Линь Тин, какого черта? Ты же сам говорил, что надо проучить этого переведенца, с чего вдруг перед ним кланяться?
— С того… — Линь Тин сбросил руку Чу Тяньяна и сменил тон. — С того, что нельзя же обижать людей! Мы ведь будущая опора государства, надежда родины, а школьное насилие — это низко. Нашему имиджу не соответствует.
Низко — не то слово, просто верх идиотизма.
Чжан Цзи и Ван Чуань, жующие эскимо, переглянулись и в один голос выдали:
— Ты что, объелся чего-то?
Линь Тин отвесил обоим по пинку, стукнул себя в грудь кулаком и произнес с благородным видом:
— Короче говоря, запомните: тот, кто посмеет обидеть Ся Тучуаня, автоматически становится врагом Линь Тина!
— Да кроме тебя, его никто и не обижает, — безжалостно срезал Чу Тяньян.
Обдав лицо порывом горячего воздуха, Линь Тин разом сник, его расправленные плечи поникли.
Пропало дело. Если так пойдет и дальше, главный герой его точно укокошит, а умирать ему совсем не улыбалось…
Волоча за собой ноги, Линь Тин махнул рукой троим приятелям:
— Я домой, до завтра.
Надо было срочно придумать, как задобрить главного героя и избежать гибели.
Точно, нужно купить слуховой аппарат и отдать ему прямо завтра утром, иначе парень не сможет нормально слушать лекции.
Петляя по улице, Линь Тин завернул в магазинчик медтехники, но там ему объяснили, что модель лучше подбирать с участием самого владельца. Поскольку Ся Тучуань нуждался в приборе срочно, Линь Тин вкратце описал ситуацию, доверился совету продавца и наугад купил первый попавшийся аппарат, решив, что завтра мальчишка походит с ним денек, а вечером они вместе придут сюда и подберут нормальный.
Небо внезапно заволокло свинцовыми тучами, над головой навис тяжелый темный полог. Линь Тин поймал первое попавшееся такси и всю дорогу ломал голову над тем, как же подступиться к Ся Тучуаню, чтобы не угодить в трагический финал.
http://bllate.org/book/25824/3086358
Готово:
