Он дрожал, и разум его, казалось, затуманился.
Сун Ибай помолчал секунду, затем перевернул запястье и в ответ сжал руку Юй Силиня. Его ладонь была намного больше, чем у Юй Силиня, и могла целиком накрыть её. Она по-прежнему оставалась теплой и сухой, пальцы были крепкими, но сжимал он не сильно — ровно настолько, чтобы Юй Силинь чувствовал его присутствие.
— Я никуда не уйду, — он подался вперед. — Я нажму кнопку вызова.
Он притянул Юй Силиня в объятия и свободной рукой нажал на кнопку вызова медсестры у изголовья кровати.
Медсестра пришла быстро, сказала, что это желудочные колики, и добавила лекарство в капельницу.
Юй Силинь изнемогал от боли и находился в полубессознательном состоянии, но хватки на руке не ослаблял, крепко вцепившись в Сун Ибая.
— Юй Силинь.
— М-м...
— Тебе нравятся мужчины?
У Юй Силиня не было сил размышлять над этим вопросом, и он потерся щекой о руку Сун Ибая, все еще лежавшую на его лице:
— Ты нравишься.
У тебя микрофон не выключен
Ранним утром следующего дня Юй Силиня разбудил яркий солнечный свет.
Он открыл глаза и первым делом увидел висящий на стойке для капельниц пакет с лекарством, от которого вниз тянулась прозрачная трубка, затем другую кровать и мужчину у изголовья, который, подперев щеку рукой, рассеянно смотрел на него.
Юй Силинь испуганно вздрогнул.
— Проснулся? Помнишь, что вчера было?
Сун Ибай поднялся и налил ему воды. В лучах света его профиль казался особенно четким. Взгляд Юй Силиня задержался на его лице на пару секунд, а затем опустился ниже — на руку, державшую кувшин с водой.
— Что было?
Его слегка мутило, он помнил лишь то, что прошлой ночью у него, кажется, снова прихватило живот.
Ничего не отвечая, Сун Ибай помог ему сесть и протянул стакан с водой. Юй Силинь потянулся, чтобы взять его, но, когда его пальцы коснулись стенок стакана, он заметил, что его руки дрожат.
Сун Ибай ничего не сказал и не собирался помогать ему держать стакан — он просто стоял и ждал, пока тот заберет его сам.
Юй Силинь обхватил стакан обеими руками и сделал глоток. Теплая вода плавно скользнула по горлу, в желудке немного потеплело, но ноющая боль все еще оставалась.
— Который час?
— Почти десять.
Юй Силинь замер. Он помнил, что ночью терпел боль до трех-четырех часов утра, потом пришла медсестра, добавила лекарство, и после этого он забылся тревожным сном.
— Во сколько ты встал?
Сун Ибай не ответил, вместо этого протянув ему тарелку с кашей. Юй Силинь опустил взгляд: постное мясо в миске было разобрано на тончайшие волокна и перемешано с рисом, превратившись в густую кашицу, похожую на рисовую пасту.
Аппетита не было.
Сун Ибай не стал принуждать его.
— Я не ложился, — Сун Ибай вернулся на стул, вытянул длинные ноги и слегка откинулся назад. — И не спал.
Юй Силинь слегка растерялся:
— Почему не спал? Мне должно было стать полепше часа в два-три.
— Серьезно? Хочешь спросить у сестрички-медсестры? Она заходила измерять температуру каждый час, думаю, она всё видела.
— Что видела?
— Как ты все время царапал меня, говорил, что любишь и просил не уходить.
Юй Силинь мысленно цыкнул языком.
Он помнил лишь боль, холод и то, что судорожно хватался за всё подряд, из-за чего у него возникла иллюзия: стоит только крепко за что-то уцепиться — и не умрешь.
— Где я тебя поцарапал?
Сун Ибай протянул руку, повернув ее тыльной стороной вверх. На тыльной стороне ладони действительно алело несколько следов от царапин, оставленных ногтями, которые уже покрылись тонкой корочкой и резко выделялись на его чистой белой коже.
Даже в том месте, где обычно носят кольцо, остался красный след.
— Ну что, собираешься нести ответственность?
Юй Силинь уставился на эти красные следы. Рану нельзя было назвать серьезной, но покраснение выглядело странновато.
— Каким образом? — Юй Силинь сделал вид, что готов продать себя. — Хочешь поцеловать?
Сун Ибай бросил на него взгляд и протянул руку.
Не было никаких причин отказываться.
У Юй Силиня имелись все необходимые навыки притворства геем, поэтому, настроившись психологически, он взял Сун Ибая за руку и легко коснулся губами места, где было кольцо.
Пальцы Сун Ибая чуть заметно дрогнули.
Как только с долгами Сун Ибая было покончено, в палату вошла медсестра на обход и что-то быстро застрочила в блокноте:
— Сегодня цвет лица гораздо лучше, чем вчера.
Записывая, медсестра продолжала:
— Вчера вечером у него поднималась температура до тридцати девяти и семи. Вы ведь напугали своего друга до полусмерти! Он одолжил на посту медсестры полотенце, чтобы прикладывать вам ко лбу, и просидел так всю ночь.
Юй Силинь опешил и перевел взгляд на Сун Ибая.
Тот уже вернулся к образу интернет-зависимого подростка и вовсю листал ленту в телефоне.
Когда медсестра ушла, в палате вновь воцарилась тишина. Сун Ибай убрал миску, поставил на тумбочку еще один стакан с водой, а затем вернулся на свою кровать и открыл ноутбук.
— Ты будешь стримить?
— Днем проведу стрим.
— Которые сейчас часы?
— Половина одиннадцатого.
— Тогда зачем ты открыл ноутбук?
Сун Ибай ничего не ответил, лишь неотрывно глядя в экран. Юй Силинь наклонил голову, пытаясь разглядеть, что у того на мониторе, но из-за неудачного угла обзора ничего не было видно.
— Что ты делаешь?
— Отвечаю на сообщения.
— На чьи сообщения?
Сун Ибай поднял глаза и посмотрел на него:
— Проверяешь меня?
Юй Силинь слегка поперхнулся и отвернулся:
— Я просто так спросил.
Позади раздался неторопливый стук клавиш — размеренный, под стать самому Сун Ибай. Юй Силинь снова откинулся на подушку, немного полистал телефон, но, сочтя это скучным, снова повернулся к Сун Ибай.
Кольцо на его пальце мерцало в такт каждому движению. Юй Силинь не удержался:
— Почему ты его не снимаешь?
— Что?
— Кольцо, — Юй Силинь кивнул на его руку. — Разве ты не вернул его мне, засунув в пакет для мусора? Почему ты снова надел его?
Сун Ибай опустил взгляд на кольцо на своей руке, затем посмотрел на Юй Силиня, ответив все тем же неторопливым тоном:
— Захотел и надел.
— Вот так просто?
— А как иначе?
— Ладно, проехали.
————
В четыре часа дня Сун Ибай запустил трансляцию.
Юй Силинь по-прежнему лежал пластом, но навострил уши, прислушиваясь к звукам за спиной.
Сун Ибай изредка обменивался репликами с чатом, понизив голос до минимума, словно опасаясь потревожить кого-то.
— Трансляция началась, — голос Сун Ибая доносился из динамиков, приобретя характерный едва уловимый электронный оттенок. — Сегодня поиграем так, без особой цели.
[Бог Сун снова в эфире в случайное время!]
[И снова в больнице!]
[Что вообще произошло со вчерашним уходом посреди матча? Бог Сун, ты задолжал нам объяснение!]
Сун Ибай привычно проигнорировал вопросы и открыл игровой интерфейс.
— Сыграем в рейтинговом режиме, тут —
Он не успел договорить, как телефон в его руке вибрировал. Бросив на экран короткий взгляд, он не изменился в лице, но быстренько отстучал пальцами несколько символов и положил телефон экраном вниз на стол.
[На чье сообщение он смотрит?]
[Выражение лица изменилось, пусть и едва заметно, но я это видел!]
[Это случайно не Бог Юй? Точно он, да?]
[Товарищ сверху, ты можешь не приплетать определенного человека к каждому событию? У Бога Суна тоже есть личная жизнь, между прочим!]
[Но Бог Сун вчера ушел посреди матча явно для того, чтобы за кем-то ухаживать. К тому же на фоне была больница, а Бог Юй как раз в той самой больнице, тут и гадать нечего!]
Сун Ибай начал поиск матча. Закончив первую игру, он откинулся на спинку стула и размял пальцы. Кольцо на его руке то и дело сверкало под светом ламп, и многие зрители в чате давно обратили на него внимание:
[Бог Сун, это что у тебя на руке, кольцо???]
[Он и раньше его носил, но сегодня оно особенно бросается в глаза]
[Кто подарил???]
[Неужели Бог Юй подарил???]
[Да что вы вечно приплетаете этого человека, а если Бог Сун сам его купил?]
[Сам купил кольцо и носит на среднем пальце? Ты вообще знаешь, что означает кольцо на среднем пальце?]
[Старые фанаты хотят внести ясность: это кольцо у него уже пять лет]
Чат окончательно сбился с темы, весь экран пестрил обсуждениями кольца. Сун Ибай тем временем запустил поиск следующей партии.
Юй Силинь украдкой приоткрыл один глаз и посмотрел сквозь щель в одеяле.
Сун Ибай сидел к нему вполоборота: одна рука лежала на клавиатуре, другая сжимала мышь, глаза были прикованы к экрану, а на лице читалась полная сосредоточенность.
У него были очень длинные ресницы, и под этим углом можно было разглядеть тень, которую они отбрасывали на скулы, слегка подрагивая при каждом моргании.
Взгляд Юй Силиня опустился ниже, и, осознав, что он снова пялится на чужие руки, он воровато отвел глаза, мысленно приказав себе прекратить — в конце концов, это был мужчина.
Он явно страдал от безделья. Докатитился до того, что начал разглядывать мужские руки.
Желудок заболел точно по расписанию. Юй Силинь подтянул колени к груди, прижался к ним теснее, сложил руки крест-накрест на животе и стал ждать, пока эта волна боли утихнет.
Сзади посчитался скрип отодвигаемого стула, затем шаги. Чья-то рука, как и прошлой ночью, легла ему на лоб.
— Температуры нет, — голос Сун Ибая раздался сверху, звуча очень тихо. — Живот болит?
Юй Силинь ничего не ответил, лишь сильнее свернувшись калачиком.
Рука скользнула с его лба на плечо и мягко перевернула его на спину, заставляя лечь ровно.
Юй Силинь открыл глаза и увидел лицо Сун Ибая.
Очень близко.
Заметив кое-что, он сквозь боль протянул палец:
— У тебя микрофон не выключен.
Сун Ибай пропустил его слова мимо ушей:
— Не сворачивайся клубком, это вредно для желудка.
Одной рукой он надавил Юй Силиню на плечо, а другой распрямил его согнутые колени.
Юй Силинь позволил обращаться с собой, как с безвольной рыбиной, и только собрался заговорить, как рука Сун Ибая уже переместилась с его плеча прямо на живот.
Сквозь тонкую ткань больничной пижамы он отчетливо чувствовал тепло этой ладони.
— Здесь болит? — Сун Ибай слегка надавил.
Юй Силинь судорожно втянул воздух, и его брови сошлись на переносице.
Рука Сун Ибая осталась на месте — он больше не давил, но и не убирал ее, просто мягко накрыл больное место. Теплая ладонь проникала сквозь ткань одежды, излучая приятное тепло, словно туда прилепили согревающий пластырь.
— Ты чего? — голос Юй Силиня звучал слегка охрипшим.
— Помогаю тебе согреть.
Юй Силинь снова умолк и опустил взгляд, наблюдая за тем, как рука Сун Ибая лежит у него на животе.
Рука была большой, почти полностью закрывая его верхнюю часть живота, пальцы слегка расставлены, а кольцо по-прежнему бросалось в глаза.
http://bllate.org/book/25834/3087403
Готово:
