Готовый перевод Deep Sand, Scattered Snow / Тань Шэнь и Сюэ Сань: Ловушка для золотой клетки: Глава 11

Гольф-поле располагалось на западной стороне поместья, раскинувшись вдоль природных холмов с мягким перепадом высот. Коротко стриженая трава походила на гигантский зелёный бархат, мягко поблескивающий на солнце.

Изумрудный газон заставлял Лань Шэна казаться похожим на изящного маленького кролика — лёгкая поступь, живые и грациозные прыжки, невероятно милый вид.

По сравнению с ним Тань Шэнь походил на дерево, случайно посаженное посреди лужайки.

Лань Шэн подбежал трусцой, взял клюшки и, держа их обеими руками, протянул перед Сюэ Санем, а в уголках его глаз и бровей плескалась сладкая улыбка.

Стоило Сюэ Саню завершить удар, как тот немедленно подал охлаждённое полотенце, заранее вымоченное в мятной воде и источающее успокаивающую прохладу.

Солнце ярко светило прямо в глаза Сюэ Саню, и тот слегка прищурился.

Лань Шэн совершенно естественно подался вбок на полшага и поднял зонтик, заслоняя его от боковых лучей солнца, хотя сам стоял под палящим зноем, отчего его белая кожа слегка покраснела.

Тань Шэнь наблюдал за всем этим, и в его душе зарождалась мысль: если это и есть эталон питомца…

Боюсь, я никогда к такому не подготовлю.

Однако Сюэ Сань в этот момент опустил клюшку и, легко улыбнувшись, произнёс:

— Ладно, первый удар я уже сделал.

Лань Шэн тут же приблизился, в голосе его зазвучали капризные нотки:

— Этот удар был столь великолепным, что я даже не успел насладиться им вдоволь. Не окажете ли вы ещё раз милость сделать удар?

Сюэ Сань не ответил, а вместо этого перевёл взгляд на стоявшего рядом Тань Шэня:

— Полагаю, мастерство второго молодого господина Тань тоже должно быть на высоте, почему бы и ему не продемонстрировать его?

Лань Шэн поджал губы, но возражать не стал.

Тань Шэнь подошёл, словно пробуждаясь от сна, и взял предложенную слугой клюшку для гольфа. Знакомый холод передался от рукояти в ладонь, и он, поддавшись наплыву мышечной памяти, машинально взмахнул клюшкой.

Белый мяч описал плавную дугу и полетел вдаль, в точности пересекаясь с тенью пролетевшей по небосводу белой птицы.

В этот самый момент Тань Шэнь внезапно спросил себя: такое поведение Лань Шэня мне действительно никогда не освоить.

Но зачем мне брать с него пример?

В воздухе раздался звонкий голос слуги, объявляющий результат:

— Луза с первого удара!

Вокруг тут же раздался дружный всплеск аплодисментов. Лань Шэн тоже неохотно захлопал в ладоши, кривя губы и процедив:

— Какая мощь, поистине второй молодой господин семьи Тань! — В его тоне звучала нескрываемая насмешка. — Второй молодой господин семьи Тань — это было самое злобное выражение, какое он смог придумать для подобного случая.

Он прищурился и со смыслом добавил:

— Надо полагать, раньше ты тоже частенько махал клюшкой на этом поле для гольфа. Знакомый рельеф местности — это всё-таки другое.

Тань Шэнь проигнорировал чересчур прямую провокацию Лань Шэня, его взгляд перекинулся прямо через него и упал на Сюэ Саня.

Он заметил, что граф смотрит на него с одобрительным и восхищённым выражением.

В это мгновение Тань Шэнь осознал: с самого начала и до сих пор, как бы Лань Шэн ни услуживал, ни ластился и ни капризничал, Сюэ Сань никогда не удостаивал его подобным взглядом.

Тань Шэня вдруг осенило: если Сюэ Саню нравятся такие, как Лань Шэн, то почему он проявляет ко мне столько терпения?

Во мне есть нечто такое, что по-настоящему способно вызвать интерес Сюэ Саня и даже заслуживает его внимания.

Что же это может быть?

Тань Шэнь опустил ресницы, хладнокровно оценивая себя, словно препарируя какое-то незнакомое оружие.

В этот момент фигура управляющего Шэня слегка замерла — это на его наручном терминале сработал сигнал оповещения.

Он опустил голову и коротко переговорил по связи.

После этого он спокойным шагом приблизился к Сюэ Саню и наклонился к самому уху графа.

Выслушав его, Сюэ Сань слегка кивнул и обратился к Тань Шэню и Лань Шэню:

— Вы в эти дни вели затворнический образ жизни в поместье, должно быть, заскучали. Сегодня после полудня ожидаются гости, вы тоже выйдете и встретите их вместе со всеми.

Услышав о приёме гостей, Тань Шэнь инстинктивно напрягся. Он прекрасно понимал, что больше не является вторым молодым господином поместья и у него нет ни малейших прав принимать гостей. А если гость видит питомца, у того может быть лишь одна роль — развлекать и ублажать.

Ему ведь даже не удавалось толком ублажить самого графа, так как же он сможет развлекать гостей?

Глядя на помрачневшее лицо Тань Шэня, Лань Шэн победоносно ухмыльнулся, подумав про себя: эти благородные господа совершенно не понимают собственного положения, впрочем, и к лучшему — это как раз позволит графу уяснить, что все эти падшие аристократы лишь пустарям подобны: с виду хороши, а на деле ни на что не годны.

В критический момент незаменим всё-таки специалист вроде него!

Услышав это, Лань Шэн поспешно улыбнулся, сладко изогнув брови и уголки губ:

— О, это же замечательно! Интересно, что за почётный гость? Мне стоит заранее подготовиться.

— Вы его знаете, — с улыбкой ответил Сюэ Сань. — Это Его Светлость Герцог.

Лань Шэн при этих словах слегка замер.

Он, разумеется, знал герцога — именно герцог отобрал его в академии питомцев и лично преподнёс в подарок Сюэ Саню.

Вот только контактов с герцогом у него за это время было немного. Он смутно помнил лишь то, что это был человек благородных манер и выдающейся внешности, с которым ему довелось переброситься всего пара фразу, не говоря уже о какой-то особой близости.

Тань Шэнь хоть и не видел герцога лично, но по одному лишь титулу понимал всю его значимость.

Титулы Империи делились от высших к низшим на пять рангов: герцог, маркиз, граф, виконт и барон. Герцог стоял на самом вершине этой иерархии, и такая должность традиционно занималась лишь в единственном числе, находясь в буквальном смысле слова под одним человеком и выше всех остальных.

В былые времена Тань Шэнь воочию наблюдал, какой невероятной властью обладал Герцог Дип. Однако Герцог Дип, воспользовавшись юным возрастом монарха и прибрав к рукам государственные дела, в конце концов бесславно сгинул.

Каков же будет тот человек, что занял пост герцога теперь?

Струны души Тань Шэня легко затрепетали, и в голову пришла мысль: неужели граф заставляет меня сопровождать его в надежде, что я ублажу этого никогда прежде не виданного герцога?

На сердце у него вновь воцарился беспорядок, лишая душевного покоя.

Заметив растерянность на лице Тань Шэня, Лань Шэн испытал злорадство и, намеренно улыбнувшись ему, притворно утешил:

— У герцога благородный нрав, с людьми он держится просто, сам увидишь, когда встретишься. Не стоит так сильно переживать.

Тань Шэнь слегка опешил.

Взгляд Лань Шэня скользнул в сторону, и он с нарочитым любопытством поинтересовался:

— А ты вообще выучил правила приёма гостей?

Тань Шэнь невольно почувствовал себя неловко.

Однако неожиданно подал голос Сюэ Сань:

— Ему не нужно учиться подобному.

Слова затихли, а лицо Лань Шэня едва заметно окаменело, в его глазах отразилось удивление, когда он уставился на Сюэ Саня.

Тань Шэнь тоже на мгновение замер.

Но Сюэ Сань лишь легко улыбнулся:

— У тебя своя польза, а он — в своё время сам узнаешь.

Хотя Тань Шэнь по-прежнему не до конца понимал смысл сказанного, расспрашивать больше не стал, а лишь опустил голову и ответил:

— Слушаюсь, сделаю всё по воле вашего сиятельства.

Хотя Тань Шэнь и не изучал правила прислуживания питомцев, он всё же был юношей, выросшим в знатной семье, и не был лишён светского кругозора.

Для столь высокого гостя, как герцог, визит которого ожидался после полудня, начинать приготовления с самого утра — по сути, уже означало опаздывать. К счастью, сегодня ему отводилась лишь роль сопровождающего, так что излишне нервничать не стоило.

Вернувшись во внутренний двор, Ван Сяому тут же принялся подбирать ему наряд для приёма.

Узнав, что Тань Шэню предстоит встречать столь важную персону, как герцог, даже не изучив правила этикета для питомцев, Ван Сяому глубоко вздохнул.

Будучи всё-таки слугой-мужчиной, он хоть немного, но разбирался в подобных вопросах, а потому поспешил вывалить на Тань Шэня все обрывки известных ему сведений. И хотя Тань Шэнь тоже являлся профаном, основываясь лишь на здравом смысле и жизненном опыте, он сразу понял, что многие детали из рассказов Ван Сяому выглядят крайне сомнительно.

Подумав немного, он произнёс лишь одно:

— Раз уж сам граф сказал, что учить не нужно, давай не будем зря ломать голову.

Но Ван Сяому ужасно переживал, думая про себя: граф и сам вышел из грязи в князи, толком не разбираясь в тонкостях высшего света. В конце концов, происхождение подвело его — будь у него аристократическая кровь, за его заслуги ему давно уже пожаловали бы титул маркиза. Какая жалость.

Впрочем, вслух он этого произнести не смел, а потому лишь тактично предостерег:

— Кого другого принимать — ещё куда ни шло, но сегодня ведь приедет сам герцог...

— Я понимаю, я буду осторожен, — кивнул Тань Шэнь. — В нужный момент постараюсь говорить как можно меньше.

Меньше слов — меньше ошибок, это тоже выход из положения.

Под тревожным взглядом Ван Сяому Тань Шэнь забрался в подъехавший электрокар.

Гладкие прозрачные стенки машины отражали проплывающие мимо пейзажи поместья. Тань Шэнь прислонился к окну, позволяя мыслям унестись далеко вдаль.

Он не стал учить правила для питомцев во-первых потому, что прекрасно понимал бесполезность попыток наверстать упущенное в последний момент; а во-вторых, причиной действительно послужили слова графа о том, что учиться не требуется.

Вспоминая прошлое, с самого момента покупки его ни разу не заставляли посещать занятия для питомцев. Сначала он списывал это на то, что граф не придаёт значения условностям, но теперь, вглядываясь в прошлое глубже, он понимал: скорее всего, это делалось намеренно.

Во мне определённо есть нечто такое, что привлекает Сюэ Саня, заставляя его проявлять ко мне больше терпения, чем к остальным, — вновь пронеслась в голове Тань Шэня эта мысль. — Но что же именно?

Его привели в гостиную.

Стоило ему шагнуть внутрь, как до него донеслись оживлённые голоса и смех, заведённые Лань Шэном. Похоже, тот действительно чувствовал себя в подобных обстоятельствах как рыба в воде, отчего Тань Шэнь на его фоне казался сущим деревянным чурбаном.

Пройдя вперёд неторопливым шагом, Тань Шэнь наконец разглядел профиль нового герцога — и в то же мгновение узнал его.

Имя Цэ Цзин было известно практически каждому в аристократических кругах. Будучи товарищем Юного Императора по учёбе, он рос вместе с ним, разделяя с правителем братскую дружбу.

Разумеется, он был крайне молодым.

Ему едва перевалило за двадцать, но при этом он держался с исключительным достоинством. На нём был стоячий воротник мундира из тёмно-бархатного сукна с серебряным шитьём безупречного кроя, подчёркивавшего его статную фигуру с широкими плечами и узкой талией. В мягком свете ламп его слегка вьющиеся чёрные волосы отливали тёмно-синим блеском, а пара изумрудных глаз походила на бездонные омуты.

Подобный герцог не мог не привлекать к себе всеобщее внимание.

Однако то, от чего Тань Шэнь поистине не мог оторвать глаз, находилось подле герцога.

Это явно был питомец герцога, одетый в поразительно броский наряд — пышное многослойное платье с юбкой шириной в семь-восемь метров. Человек в нём походил на гигантский розовый кремовый торт и, просто сидя на диване, занимал добрую половину пространства.

Тем не менее, под этим слащавым женственным нарядом скрывалось мощное тело взрослого мужчины ростом метр восемьдесят. Лицо его отличалось хищной, ослепительно резкой красотой: высокий нос, глубоко посаженные глаза, а пара угольно-чёрных зрачков холодила кровь подобно морозным звёздам. Это создавало чудовищный визуальный диссонанс со слишком уж приторным убранством, в которое он был облачён.

Тань Шэнь на секунду остолбенел и даже забыл поклониться.

Герцог Цэ Цзин, однако, не выказал неудовольствия. Напротив, он слегка улыбнулся, и в его изумрудных глазах замерцал блеск драгоценных камней:

— Так ты и есть младший братец Маленького Тортика.

http://bllate.org/book/25865/3090044