Дверь вдруг со скрипом приотворилась.
Юй Нинъань испуганно вздрогнул. Подняв голову, он увидел, что Су Ми приоткрыла дверь лишь на ширину ладони, а в образовавшийся зазор просунулась пушистая голова. Она смотрела на него с полным потрясения лицом, а глаза её вылезли из орбит и стали размерами с медные колокольчики.
Проследив за её взглядом, Юй Нинъань тоже уставился на собственную руку, лежащую на щиколотке Цэнь Вея.
— …
Погодите-ка, это он может объяснить!
Седьмая глава. Мотив нанесения ударов
Су Ми не произнесла ни единого слова. Пристально глядя на него исподлобья, она медленно отступила назад и скрылась в коридоре.
Юй Нинъань поспешно попытался броситься за ней, но, едва поднявшись на ноги, испугался, что резким движением разбудит спящего Цэнь Вея. Бесшумно приоткрыв дверь пошире, он выскользнул наружу, словно проворная рыбка. Су Ми стояла, прислонившись спиной к стене коридора, прижимая к груди стопку документов.
Она по-прежнему молчала.
Юй Нинъань глубоко вздохнул, его мозг закрутился с бешеной скоростью.
— На самом деле… я просто хотел проявить заботу о руководстве, — с напускной невозмутимостью пояснил он. — Я как раз ломал голову над тем, какой подарок преподнести нашему начальнику отдела, ведь он — мой наставник… Я просто… слишком жажду профессионального роста.
Услышав это, Су Ми изобразила гримасу человека, который хочет закатить глаза, но из последних сил сдерживается; выражение её лица так и кричало о том, что ей есть что сказать, но она проглотила слова.
Юй Нинъань понимал, что она не поверит в столь очевидную отговорку, но раз уж слова были сказаны, оставалось только с чистым упорством выкручиваться дальше:
— А ты? Не собираешься тоже сделать какой-нибудь подарок своему наставнику… Кхе?
— Я? Пока об этом не думала. — Су Ми замолчала и, сделав вид, будто ничего не заметила и не услышала, попросту обошла эту неловкую тему и этого неловкого Юй Нинъаня. — Из отделения Чжуцзе поступила заявка по поводу домашнего насилия: муж избил жену, потерпевшая приедет на проведение судебно-медицинской экспертизы.
Затем она протянула Юй Нинъаню находившиеся у неё материалы:
— Это бумаги от начальника политического отдела Суня. Мы их уже изучили, передаем вам, а после прочтения отправьте в следующий кабинет.
Юй Нинъань взял стопку и уже повернулся, чтобы вернуться обратно, как Су Ми вдруг ухватила его за рукав, сменив выражение лица на суровое:
— Вообще-то, я не то чтобы дискриминирую вас…
— Стоп, — немедленно прервал её Юй Нинъань. Что за жуткие темы пошли, она-то смело говорит, а ему и слушать страшно. — Я правда просто слишком хочу продвинуться по службе!
Су Ми лишь многозначительно посмотрела на него:
— Ну да, ну да, я понимаю.
…Чему тут вообще можно было придавать такой смысл?!
Цэнь Вэй всё еще спал на диване. Юй Нинъань быстро, с шелестом страниц просмотрел принесенные Су Ми документы и взглянул на часы: в столовой как раз собирались подавать обед.
Он присел на корточки у края дивана и слегка потряс Цэнь Вея за плечо:
— Шисюн, пойдешь в столовую?
— Иди сам, захвати мне что-нибудь поесть…
— Без завтрака можно заработать желчнокаменную болезнь.
— Тогда сделаем операцию…
— …
До чего же он сонный.
Ранним утром в столовой то тут, то там раздавались обрывки негромких разговоров и звуки зевков. Юй Нинъань сначала хотел прихватить пару мясных паровых пирожков, но вспомнил, что Цэнь Вэй, кажется, больше любит овощные, и в итоге набил ими весь карман. По дороге обратно он заметил Сюй Вэйнаня и Линь Сяо, которые о чем-то беседовали в углу небольшого сквера. Под сенью сине-зеленых плетистых побегов глицинии клубился дымок — они вовсю дымили с самого раннего утра.
Ему пришлось сделать небольшой крюк, но Сюй Вэйнань, заметив его приближение, с улыбкой поприветствовал парня и, словно что-то вспомнив, тут же затушил сигарету.
— Ого, Сяо Юй, неужто ты в положении?
Сюй Вэйнань указал на топорщащийся карман Юй Нинъаня и с улыбкой произнес:
— Я взял завтрак для шисюна.
Юй Нинъань чуть приоткрыл молнию куртки, являя миру лежбище горячих крупных пирожков.
— А где ваш начальник отдела Цэнь? Даже поесть не соизволил прийти?
— Шисюн отсыпается.
— Смотри, заставь потом своего начальника отдела отдать тебе половину его баллов эффективности, нельзя же так просто бегать на побегушках впустую.
— …Я добровольно бегаю на побегушках ради шисюна!
— Ха-ха… — Сюй Вэйнань снова рассмеялся. — Есть дело ко мне?
Юй Нинъань немного поколебался, но всё же спросил:
— Чэнь Ина… вы уже закончили допросы?
Сюй Вэйнань потер пальцы и ответил:
— Сегодня состоится последний допрос. Что, кто-то обращался к тебе с просьбой замолвить словечко?
Юй Нинъань принялся отчаянно махать руками:
— Нет-нет, мне просто любопытно. Она объяснила, почему решила убить собственную дочку?
— Спрашивали. Говорит, бывший муж не разрешал ей видеться с ребенком. Мы допросили по этому поводу и её бывшего мужа: он подтвердил, что они действительно часто ругались из-за этого. Последняя ссора перед самым преступлением произошла во время видеозвонка, они разговорились и начали перепалку. Муж пригрозил, что если так пойдет и дальше, он вообще больше не позволит Чэнь Ине видеться с девочкой. На это Чэнь Ина заявила: тогда я её убью, всё равно в будущем мне её больше не видать, лучше уж пусть погибнет, чем мучиться рядом с тобой.
— Почему? — Юй Нинъань слегка опешил. — Разве муж плохо заботился о ребенке?
— Ах да, ты же не в курсе. Её бывший муж женился во второй раз, и от нынешней жены у него двухлетний сын. Чэнь Ина так и не вышла замуж, обычно она откладывала каждую копейку и тратила всё на дочку, когда та к ней приезжала.
— И только из-за этого она решилась на убийство?
— Преступления в состоянии аффекта именно так и происходят, зачастую в них вообще нет никакой логики. — Сюй Вэйнань горько улыбнулся. — Во время видеосвязи муж просто не верил, что Чэнь Ина действительно способна на такое, поэтому и говорил очень жесткие вещи. Он признался, что после завершения звонка всю дорогу думал об этом, пытался дозвониться до Чэнь Ины, но та не отвечала, и он даже чуть не заявил в полицию… Но ведь в итоге не заявил. Кто же знает, что у неё было на уме.
Юй Нинъань смолчал. Да уж, расследуя дело, полиция обычно не станет слишком глубоко копать в деталях, не имеющих прямого отношения к самому преступлению. Выяснить, кто убил, почему убил и как убил — этого вполне достаточно.
— …Я пойду отнесу завтрак шисюну. — Он повернулся. — Я пошел, капитан Сюй.
— Угу.
Юй Нинъань успел сделать уже два шага, когда Сюй Вэйнань вдруг окликнул его снова:
— Сяо Юй, ты тоже не принимай всё это слишком близко к сердцу.
В небольшом сквере веял легкий веросток, покачивались ветви и листья. В туманной утренней тени деревьев выражение лица этого смуглококжового старого сыщика стало трудноразличимым.
— Дел, с которыми придется столкнуться в будущем, еще предостаточно. Бери пример с вашего начальника отдела Цэня: закончил расследование — поешь и выпей как положено, поймать преступника — вот это и значит проявить уважение к жертве.
— …Понял.
Вернувшись в кабинет, Юй Нинъань достал из-за пазухи тот самый пакет с паровыми пирожками. Цэнь Вэй уже проснулся: устроившись на диване, он маленькими глотками потягивал из чашки горячую воду, а его взгляд был несколько расфокусирован.
— Шисюн? — Юй Нинъань помахал рукой перед глазами Цэнь Вея. — Будешь есть?
Лишь спустя пару мгновений Цэнь Вэй ответил:
— М-м… да.
Юй Нинъань мысленно отметил про себя, что у его шисюна, судя по всему, нет привычки злиться спросонья, но вот «процесс запуска» после пробуждения протекает донельзя медленно — ему требуется как минимум минут пять-шесть, чтобы полностью прийти в себя.
Он протянул Цэнь Вею лежавшие на столе бумаги, а когда тот закончил ставить подписи, отнес их в соседний кабинет технической экспертизы, где точно так же, подражая Су Ми, передал всё необходимое. Затем он сообщил Цэнь Вею, что в первой половине дня, возможно, поступит дело об оценке вреда здоровью, на что Цэнь Вэй поинтересовался, учили ли его в университете составлять подобные экспертные заключения. Кривя уголок рта, Юй Нинъань признался, что вроде бы учили, но он уже почти всё позабыл.
— Что ж, тогда тебе повезло, мы все пользуемся шаблонами. — Цэнь Вэй отнесся к этому философски и, покончив с едой, отряхнул руки. Заметив, что Цэнь Вэй осилил всего полтора пирожка, Юй Нинъань мысленно подивился его аппетиту, но, оценив точеные плечи шисюна и взглянув на собственную фигуру, неожиданно почувствовал облегчение.
Лишь несколько минут спустя до него дошел смысл сказанного:
— …Шисюн, так эту экспертную справку буду писать я?!
— Вообще-то доля таких экспертиз о вреде здоровью в нашей работе в разы превышает выезды на места убийств… Тебе в любом случае придется научиться писать такие отчеты.
Юй Нинъань молча проглотил рвавшуюся с языка крылатую фразу о выдергивании ростков ради их скорого роста. Ожидания шисюна по поводу его успехов казались слегка завышенными.
Потерпевшая по делу о домашнем насилии, о котором докладывало отделение Чжуцзе, прибыла в городское управление около десяти часов утра в сопровождении двух сотрудников районного отдела. Несмотря на то, что погода постепенно теплела, женщина была с ног до головы укутана в просторную толстовку с капюшоном и длинные брюки, тщательно скрывавшие её тело.
Поэтому до того, как она скинула капюшон, Юй Нинъань уже мысленно нарисовал себе жуткую картину, но реальность всё равно превзошла все худшие ожидания.
Сине-багровые кровоподтеки тянулись от щек к шее, уходя всё ниже и глубже под одежду. Правый глаз чудовищно опух, веко не раскрывалось вовсе, уголок рта тоже был разбит, а следы побоев бросались в глаза.
Бросив на неё лишь беглый взгляд, Цэнь Вэй велел Юй Нинъаню позвать Су Ми из соседнего кабинета.
При проведении судебно-медицинской экспертизы в отношении женщины-потерпевшей обязательно присутствие сотрудницы полиции. Кроме того, ей предстояло зафиксировать показания и сделать фотографии.
На этот раз потерпевшая принесла с собой медицинскую карту и заключение врача, выданные в больнице во время обращения в отделение скорой помощи. Су Ми появилась с фотоаппаратом наперевес, и в присутствии двух судебных медиков и женщины-трасолога потерпевшая сняла толстовку, обнажив еще больше синяков и ран на спине.
То ли от холода, то ли по какой-то иной причине тело женщины мелко подрагивало.
Заметив это, Цэнь Вэй принялся тщательно осматривать повреждения и между делом завел с ней непринужденную беседу:
— Решились на развод? А как же ребенок?
— Пришла сюда как раз ради этого, — с озлоблением бросила потерпевшая. — Дочку буду воспитывать сама. Сперва упеку его за решетку, тогда у него и шансов отнять её не останется.
— Жестко, — в голосе Цэнь Вея прозвучало легкое одобрение. — Достаточно. Можете одеваться. Саму экспертную справку забирать не нужно, товарищи, ведущие ваше дело, сами доставят документ по назначению и возьмут у вас расписку.
— И это всё? У меня на ногах тоже есть следы, вы разве не посмотрите?
— У нас есть больничная карта и рентгеновские снимки, по ним всё прекрасно видно.
Вернувшись к своему рабочему столу, Цэнь Вэй застучал по клавиатуре, выбивая строчки текста, а затем обернулся и напутствовал потерпевшую:
— Идите домой, подлечите раны, а когда они заживут более-менее окончательно, я хочу, чтобы вы показались мне снова, нужно будет оценить степень восстановления.
Уже собираясь уходить, женщина неожиданно схватила Юй Нинъаня за руку и, заглядывая в лица ему и Су Ми, тревожно спросила:
— Скажите… вы люди сведущие, подскажите, при таких травмах моего мужа точно посадят?
Юй Нинъань машинально перевел взгляд на Цэнь Вея.
Тот чуть заметно покачал головой.
И тогда Юй Нинъань произнес:
— Давайте сначала дождемся нашего экспертного заключения.
http://bllate.org/book/25895/3095029
Готово:
