Линь Шу умылся у реки. Прохладная вода стекала по лицу. Он спрятал слегка покрасневшие уши под волосами и как ни в чём не бывало затушил огонь, горевший всю ночь.
Теперь была уже не зима, погода постепенно теплела. Только ночью становилось прохладно, а днём разводить огонь для обогрева почти не требовалось.
Линь Шу тщательно вымел золу с земли, а затем, как обычно, сходил в большую столовую, взял несколько горячих мясных и овощных булочек и вернулся в пещеру. Положил булочки на стол, себе оставил одну мясную и одну овощную и, жуя на ходу, пошёл проверять раненых.
Зверолюды, пострадавшие месяц назад по дороге за огнём, уже почти полностью восстановились. Всех выздоровевших распределили на участки посадок и сбора. Несколько человек раньше состояли в охотничьем отряде, но Линь Шу боялся, что раны ещё не зажили до конца, поэтому временно запретил им охотиться и перевёл в патруль.
Сегодня основной охотничий отряд всё ещё находился у тигриных племён. Эти зверолюды сами собрали временную охотничью группу и ещё до рассвета отправились добывать еду.
На открытой площадке неподалёку Лу Цай откусила большой кусок фруктово-овощной смеси. Глаза сияли, радость ничем не скрывалась. Она оживлённо говорила подруге рядом:
— Ли уже очень давно не была такой счастливой.
Чтобы не вызвать волнения в племени, настоящую причину, почему охотничий отряд не вернулся ночью, никому не рассказали.
Линь Шу доел последнюю булочку, взглянул на Лу Цай, о чём-то подумал и направился к ней.
Лу Цай заметила его. За эти дни они уже хорошо познакомились, и она тут же замахала рукой.
— Шу, сюда, сюда!
Рядом с Лу Цай сидел мужчина-полузверолюд, которого Линь Шу хорошо помнил.
Он был одним из самых способных и трудолюбивых в земледельческом отряде. Характер вспыльчивый, почти никому не улыбался, но с Лу Цай и Линь Шу всегда был удивительно мягким. Его звериная форма — маленький ёж.
Цы Ши отпил рисовой каши и улыбнулся Линь Шу.
— Шу, ты сегодня не отдыхаешь?
Линь Шу беспомощно покачал головой. Голос звучал устало.
— Как тут отдохнёшь.
Они втроём немного поговорили о бытовых мелочах, а затем Линь Шу сменил тему и спросил о детёнышах.
— У них всё хорошо, не волнуйся. Я скорее умру, чем подпущу к ним бродячих зверолюдов хоть на шаг.
Лу Цай сразу поняла, о чём он переживает, и стала успокаивать:
— Не бойся, Шу. Ты просто не знаешь привычек тигриных племён. Там детёнышей каждая семья смотрит сама, и далеко не все следят хорошо. У нас меры безопасности намного лучше.
Но выражение лица черноволосого жреца всё равно не смягчилось.
Если бы виноваты и правда были бродячие зверолюды — это было бы ещё хорошо.
Цы Ши заметил его выражение и вдруг подумал о страшной возможности. Голос стал тяжёлым.
— Только не говори, что детёнышей убили не бродячие зверолюды?
Повисла тишина. Лу Цай даже забыла прожевать овощи и неподвижно уставилась на Линь Шу.
Он похлопал обоих по плечам, успокаивая.
— Это всего лишь догадка. Бродячим зверолюдам пришлось бы потратить огромные силы только ради того, чтобы поссорить леопардов и тигров. По-моему, это маловероятно.
Цы Ши тщательно обдумал и согласился:
— Бродячие зверолюды не способны украсть и убить тигриных детёнышей. Если бы у них была такая сила, разве не проще было бы сразу захватить тигриное племя?
Лу Цай заволновалась и заговорила тише.
— Тогда... мне переселить детёнышей в другое место?
Линь Шу немного подумал и покачал головой.
— Та пещера хорошая. Я позже попрошу людей усилить защиту ещё двумя слоями. В ближайшее время тебе будет тяжелее — следи за детёнышами внимательнее.
Это и так было ежедневной работой Лу Цай. Просто теперь она не сможет часто выходить к Бао Ли.
Она не возражала, но всё-таки немного расстроилась.
Этот маленький жест не укрылся от Линь Шу.
— Когда Бао Ли вернётся, отправлю её к тебе. Вдвоём лучше защитите детёнышей.
— Ура-а-а!!
Цы Ши беспомощно прикрыл лоб ладонью и уткнулся лицом в миску с рисовой кашей, делая вид, что не видит глупого восторга подруги.
Линь Шу тихо рассмеялся.
— Ладно, ешьте. Я пойду посмотрю, не вернулись ли они.
Он только договорил, как на тропе неподалёку появилась группа зверолюдов. Они шли, обняв друг друга за плечи, шатаясь. Увидев Линь Шу, все мгновенно вытянулись в ряд, словно мыши перед кошкой.
Если люди ведут себя неестественно — значит, что-то натворили. Линь Шу прищурился и остановил их.
— Су, что вы от меня скрываете?
Те замялись, явно не зная, как сказать.
Линь Шу уже гадал, перевернули ли они котёл с рисовой кашей в столовой или повыдёргивали ростки на участке, когда юноша с детским лицом смущённо признался:
— Бао Сюнь с самого утра искал нас, чтобы подраться.
Линь Шу не сразу понял и машинально спросил:
— Он ранен?
Бао Су почесал голову. За его спиной несколько человек держались за руки и ноги, морщились и втягивали воздух сквозь зубы. По виду их только что как следует поваляли по земле и избили.
Ответ был очевиден и без слов.
Линь Шу кашлянул, велел им быть осторожнее, а про остальное решил не расспрашивать, приняв всё за утренние дружеские поединки зверолюдов.
Несколько тигриных племён добрались до окрестностей Племени Леопарда только к полудню. Патрульные вовремя сообщили об их прибытии. Линь Шу нашёл Бао Сюня, который всё ещё валялся по земле, выплёскивая лишнюю энергию, велел ему взять свёрток из звериной шкуры и отправился вместе с ним разговаривать с тиграми.
Тем временем несколько тигриных вождей сидели с мрачными лицами. Они не приказывали связывать охотников, а позади растянулась огромная толпа — похоже, привели почти всех сильных членов своих племён. Это показывало, насколько серьёзно они относятся к делу.
Бао Сюй вчера получил больше всех. Он едва не погиб под когтями вождя Племени Белого Тигра. С тех пор даже воды не пил, горло пересохло и охрипло, сил почти не осталось.
Остальные охотники тоже сидели и лежали кто как мог. На лицах у всех были раны разной тяжести, заметные даже в звериной форме.
Добыча охотничьего отряда тоже была здесь — всё цело, ничего не пропало.
Вождь Племени Белого Тигра Ху Сяо, самый сильный боец среди тигров, не мог скрыть тревоги.
— Этот жрец Племени Леопарда ведь не издевается над нами?
Более спокойный вождь цветных тигров Ху Ду немного помолчал и указал на огонь посреди площадки.
— Насколько я помню, в этот раз Племя Леопарда не смогло сходить за огнём.
Он сделал паузу и добавил:
— Поэтому советую тебе немного успокоиться. Если жрец разгневается и извергнет пламя — речь уже будет не о нескольких детёнышах.
— Тоже верно... А тела детёнышей нам хотя бы отдадут?
— Что это за шкуры на них? Почему закрывают и руки, и ноги?..
Линь Шу, который только подошёл и услышал, что его уже превратили в великого демона: «?»
Слухи становились всё безумнее.
— Добрый день, — вежливо сказал Линь Шу и спокойно подошёл ближе, усаживаясь.
Он поднял голову, увидел охотничий отряд — и на мгновение застыл.
Ху Сяо и остальные тоже замерли, будто пытались совместить в голове образ жреца, извергающего огонь, с красивым мягким молодым человеком перед ними, одетым в странную одежду из шкур.
Разница оказалась слишком большой. Лишь через несколько секунд они вспомнили цель визита и перевели взгляды с лица Линь Шу на звериную шкуру в руках сильного зверолюда рядом.
Шкура явно принадлежала кошачьему. Значит, Племя Леопарда действительно не лгало. Выражения тигров наконец немного смягчились.
Линь Шу сжал слегка побледневшие губы и предупредил:
— Подготовьтесь. И держите себя в руках.
Ху Ду кивнул.
— Весть о смерти детёнышей мы услышали вчера. За ночь почти смирились.
Линь Шу немного успокоился, выражение лица стало мягче. Он кивнул Бао Сюню.
Шкуру развернули. Перед глазами тигров появились изуродованные тела детёнышей, погибших страшной смертью.
— [Тигриная ругань]!! — глаза Ху Сяо мгновенно налились красным. Он одним ударом лапы разнёс деревянный стол, зрачки сузились.
Этот жест словно огромный камень, рухнувший в воду и поднявший тысячу волн.
В один миг тигры, которые только что утверждали, что уже готовы, сорвались. Вокруг раздалась ругань, под неё попали даже леопарды.
Некоторые тигры вообще превратились в зверей и попытались атаковать ближайших патрульных.
Ситуация быстро вышла из-под контроля.
Линь Шу сжал переносицу, чувствуя страшную усталость.
— Если вы не способны спокойно разговаривать, забирайте детёнышей и уходите. Племя Леопарда не убивало их.
Несколько самых вспыльчивых тигров зло посмотрели на него, но не успели открыть рот — Линь Шу тут же перебил.
— Я и так проявил к вам достаточно уважения. Кто убил ваших детёнышей — неизвестно, никаких доказательств против Племени Леопарда нет. А вот вы на нас напали — это реальный факт.
Когда людей уже притесняют прямо у собственного порога, Линь Шу не собирался продолжать любезничать. Не было смысла терпеть и притворяться ради сотрудничества.
С грубыми зверолюдами он больше не хотел разговаривать цивилизованно и просто надавил своим статусом.
— Если я сейчас выступлю против ваших племён, Бог Зверей тоже будет на моей стороне.
Несколько рычащих тигров только тогда внезапно вспомнили: красивый белокожий полузверолюд перед ними — жрец, способный из ниоткуда добыть огонь, а может быть и Святой сын, особенно любимый Богом Зверей.
Жрец не может причинить вред сразу нескольким племенам. А Святой сын?
В одно мгновение стало тихо.
Наверное, из-за бессонной ночи Линь Шу сегодня совершенно не терпел этих тигров, которые не умели разобраться в ситуации. Он нахмурился и поднялся.
При виде этого тигры дружно отступили и не забыли забрать завёрнутые в шкуру тела детёнышей.
— Драться? — увидев, как Линь Шу нахмурился, Бао Сюнь мгновенно помрачнел. Давление вокруг словно упало, от него повеяло готовностью к бою.
Вспомнив, чем якобы заканчивались истории племён, разгневавших жреца, Ху Ду первым поспешил выйти вперёд, извиниться и пообещать компенсацию.
Как только нашёлся первый, остальные тигриные племена тоже поспешно заговорили, боясь отстать и навлечь на себя неприязнь Линь Шу.
Бао Сюнь закрыл Линь Шу собой и вместе с соплеменниками «проводил» тигров. Те по привычке хотели возмутиться, но посмотрели на оставшегося позади Линь Шу с недовольным лицом и послушно поджали хвосты, следуя за своими вождями.
Пришла огромная толпа, ушла с опущенными головами.
Избавившись от назойливых тигров, Линь Шу наконец почувствовал тишину вокруг.
Бао Сюя и остальных отвели в пещеру для больных. Добычу понесли в большую столовую и приготовили вкусную еду, чтобы охотники восстановили силы.
Бао Сюню очень хотелось обнять Линь Шу и увести отдыхать. Он смотрел на тёмные круги под глазами того, и в его собственных глазах уже не помещалась тревога.
Но Линь Шу продолжал работать: пересчитал запасы племени и позвал нескольких ловких зверолюдов варить лекарства.
Изначально он собирался временно объединиться с тиграми и вместе найти того, кто угрожает детёнышам, чтобы не затягивать опасность.
Но тигры оказались несдержанными и неспособными разобраться, окончательно его разозлили. Раз так — зачем о них заботиться? Достаточно хорошо защищать своё племя.
Ин Лу проснулся поздно. Услышав от Бао Сюня, что произошло в полдень, он на месте выругал тигров на десяти птичьих языках со всех возможных сторон. Закончив, схватил клювом корзину с едой и, продолжая ворчать, отправился кормить своего партнёра.
Под руководством Линь Шу охотники восстанавливались неплохо. Как только у них появились силы, они тоже начали ругаться и возмущаться грубостью тигров: ну ладно, набросились без объяснений — но зачем же первым делом бить по лицу?
Разве они не знают, что несколько членов охотничьего отряда ещё ищут себе партнёров?
Особенно Бао Сюй. Он и так отчаянно хотел найти пару, а теперь лицо распухло с одной стороны. Едва смог сесть — уже рвался идти и драться с тиграми.
Линь Шу немного переживал, что кто-то в племени испугается мести тигров или решит, что жрец устанавливает единоличную власть и ведёт себя неразумно.
Но, пройдя по племени, он обнаружил только новую версию слухов о себе. Никто не был недоволен — наоборот, кажется, уважать его стали ещё сильнее.
Только вот...
«Тремя фразами победил восемнадцать племён» — это уже немного слишком, нет?..
http://bllate.org/book/25927/3139253
Готово:
