Ноль-один-ноль бормотал про себя: Проживать такую прекрасную жизнь и не давать мне ежедневно проклинать главного героя и пакостить ему — у меня на душе от этого неспокойно.
Он действительно тревожился об этом, а потому даже не заметил, как экран перед ним несколько раз мизгнул.
996: ……
Оно беспрецедентно закрыло один из фоновых процессов у себя под рукой, сначала ускорив скорость запуска этого мира.
Прогресс дошел до 100%, и экран озарился белым светом.
Ноль-один-ноль почувствовал всасывающую силу, но, не дождавшись ответа от 996, понял, что заданий ему больше не дадут, и до глубины души растрогался: 996, ты ко мне так добр. Я хочу вечно быть твоим исполнителем.
·
Нынешнее перемещение казалось каким-то странным.
Ноль-один-ноль почувствовал, как всё вокруг поплыло, и его собственное тело с тяжелым стуком рухнуло на землю.
Боль заставила его поморщиться, но открыть глаза он не смог — активным оставалось лишь сознание.
Разве не говорили, что главный злодей Фу Юй обладает колоссальной силой и против него нет приёма, а ему самому останется только прийти и наслаждаться жизнью?
Почему же условия его перемещения оказались даже хуже, чем раньше, когда он был злодейской пушечной мясой?
Раньше он всегда просыпался, укутанный в пуховые матрацы, и у него было достаточно времени и комфортная обстановка, чтобы разобраться в ситуации.
Хотя это выглядело странно, Ноль-один-ноль не стал ломать голову: в конце концов, у злодея дома тоже имелся пол.
Он с трудом разлепил веки и сквозь туманную пелену разглядел чью-то фигуру.
Ноль-один-ноль уверенно выкрикнул имя: — Фу Юй.
А в следующее мгновение потерял сознание.
Фу Юй остановился, сделал еще два шага вперед и присел рядом с упавшим человеком.
Он решился на столь смелый поступок по двум причинам: во-первых, переулок был настолько узким, что даже электроскутер здесь можно было провести только вгонку, так что это явно не лучшее место для подстав, а во-вторых, он был беден.
Еще бабушка надвое сказала, кто кого попытается обобрать.
Размышляя об этом, Фу Юй снова окинул парня взглядом.
Такого расстояния было вполне достаточно, чтобы разглядеть лежащего.
Судя по всему, старшеклассник в черной школьной форме академического стиля.
Кожа очень белая, нежная, с первого взгляда видно — избалованный ребенок. Щеки чуть пухлые, но подбородок острый, а черты лица настолько изысканны, будто он сошел со страниц другого измерения, совершенно не вписываясь в здешнюю обстановку.
Это несомненно чистый, красивый и при этом подозрительный человек.
Фу Юй потратил две секунды на раздумья, протянул руку и подхватил парня.
Повзрослев, он, пожалуй, прошел бы мимо, сделав вид, что ничего не замечает, с бесстрастным лицом задев плечом, в крайнем случае вызвал бы полицию.
Но нынешний семнадцатилетний он не утруждал себя лишними заботами — ну подобрал человека, подумаешь, великое дело.
Поэтому и движения Фу Юя были крайне небрежными: он полностью приподнял парня, и лишь тогда на его лице появилось некоторое недоумение.
Невесомый, скорее похожий на бумажную куклу.
Фу Юй легко придерживал человека одной рукой, вышел из переулка, завернул за угол — и тут же оказался у своего жилого комплекса.
Как раз наступал вечер, внизу было очень оживленно: с одной стороны дедушки играли в китайские шахматы, с другой — пожилые женщины лузгали арахис.
Завидев Фу Юя, они одна за другой стали сыпать приветствиями и вопросами:
— Из школы вернулся?
— Это что такое ты в руке тащишь?
— Ой! А мне что-то показалось, будто это человек?
Фу Юю пришлось сменить позу: он больше не держал ношу так небрежно, словно пальто, и кое-как взял парня на руки.
— Одноклассник.
Тетушки не обратили внимания на его холодность и тут же принялись наперебой хвалить Фу Юя за отзывчивость и заботу об одноклассниках.
Фу Юй дернул уголком рта, даже не пытаясь запомнить, кто именно это говорил.
Те же самые люди еще недавно заявляли, что у него мрачноватый и пугающий характер. Никакого зла они не замышляли, просто их языки вечно норовили что-нибудь сболтнуть.
Его квартира находилась на третьем этаже, так что после разговора с тетушками ему предстояло подниматься по лестнице.
По пути он неминуемо миновал квартиру соседей, ужинавших с распахнутой настежь дверью; они радушно пригласили Фу Юя разделить с ними трапезу.
Фу Юй остановился, вежливо отказался и только после этого снова зашагал наверх.
В этот момент он впервые пожалел, что подобрал человека: будь он один, взбежал бы по ступеням в два счета, перепрыгивая через пролеты, и добрался до двери дома прежде, чем кто-либо успел бы на него обратить внимание.
Но думать об этом было поздно — возвращать человека обратно явно оказалось бы еще хлопотнее.
Фу Юй не хотел добавлять себе лишних забот: открыв дверь и окинув взглядом комнату, он уложил незнакомца на диван.
Он сварил себе миску лапши, и только за едой вспомнил: у этого парня вроде бы не было внешних повреждений, а раз он вдруг упал в обморок, не из-за гипогликемии ли это?
Фу Юй долго рылся по всему дому, пока наконец не отыскал молочную конфету и не сунул ее в рот потерявшему сознание человеку.
Если он потерял сознание и правда из-за падения сахара в крови, дело дрянь — придется везжать его в больницу.
И всё-таки не следовало приводить человека домой.
Фу Юй поколебался пару секунд, но всё же решил сначала доесть.
Он потратил пять минут на ужин, даже не успел помыть посуду, как сразу подошел к лежащему без сознания парню.
Еще минута — если тот не очнется, он отвезет его в больницу.
В следующую же секунду после этой мысли Фу Юй заметил, как у бесчувственного парня задрожали веки, и тот медленно открыл глаза.
Только увидев этот взгляд, начинаешь понимать, что истории про оживление картины с помощью последних штрихов — вовсе не пустаяхвальба.
Живые глаза постепенно наполнялись осмысленными красками: сначала парень бросил взгляд на потолок, затем огляделся по сторонам и снова зажмурился.
Фу Юй сначала остолбенел, а потом еще раз остолбенел.
Мрачно бросил:
— Раз очнулся — вставай.
Он уже видел, как тот открыл глаза, по крайней мере, секунд десять они были открыты.
Услышав его голос, Ноль-один-ноль с унылым видом открыл глаза, языком сдвинул молочную конфету в угол рта и глухо произнес:
— Ты кто?
Фу Юй тоже озадачился:
— Не знаешь, кто я?
Разве перед тем как упасть в обморок, он не выкрикнул его имя?
Только теперь Ноль-один-ноль посмотрел на него в упор, долго и внимательно изучал, после чего решительно покачал головой.
Он еще и любезно посоветовал Фу Юю:
— Впредь не говори таких глупостей, это не соответствует твоему статусу.
— Какому еще статусу? Какой у меня статус?
Фу Юй и сам понятия не имел.
Ноль-один-ноль вздохнул и участливо пояснил:
— Нищеброд.
Фу Юй сжав зубы, перевел взгляд на дверь слева от себя:
— Выход вон там, будь добр убирайся из дома этого нищеброда.
http://bllate.org/book/26015/3114940
Готово:
