На фоне тёмно-фиолетовых чиновничьих одеяний та полоска кожи казалась ослепительно белой.
Юйвэнь Юэ уставился на эту тонкую и хрупкую заднюю часть шеи и, словно подчиняясь какому-то инстинкту, подался вперёд —
и изо всех сил впился в неё зубами.
Призрачный, едва уловимый прежде аромат сливы в этот миг словно нашёл наконец выход и, нетерпеливо бурля, хлынул наружу.
Юноша с одержимостью впитывал этот запах, ощущая, как аромат становится всё более чистым, сладким и густым, заполняя собой мрачные покои.
Глава 2
Внезапная боль заставила Се Жана едва ли не потерять дар речи.
На самом деле болело не так уж сильно; вместо боли Се Жан ощутил нечто гораздо более страшное и вместе с тем удивительное. Казалось, его тело взмыло в воздух и стремительно рухнуло вниз, и это ощущение просочилось из самых глубин души во все члены, заставив дыхание почти остановиться.
Какое-то время Се Жан не мог пошевелить ни единым суставом, и лишь в уголках глаз постепенно зародился горячий жар.
Прошло неизвестно сколько времени, когда створки дверей в покои вдруг с грохотом распахнулись от удара ноги.
Фэй Юань, начальник личной стражи прежнего хозяина, широким шагом шествовал впереди, а следом за ним мчались с дюжину охранников в чёрных одеждах, мгновенно взяв двоих в спальне в плотное кольцо.
…А затем, разглядев открывшуюся перед ними картину, они разом замерли.
— М-молодой господин! — все в суете и панике бросились вперёд: сначала помогли подняться Юйвэнь Юэ, и лишь после этого приблизились к Се Жану.
Тяжесть, давившая на грудь, исчезла, и Се Жан наконец смог вздохнуть полной грудью. Только теперь он осознал, что его тело по неизвестной причине лишилось сил, а слабые и дрожащие руки едва удерживали торс. Не успел он вымолвить и слова, как из уголков глаз змейками потекли две дорожки слёз.
Фэй Юань, уже протянувший руку, чтобы поддержать его: «……»
Се Жан: «……»
Его малолетний сопляк укусил, да так, что он ещё и расплакался.
Проще было выкопать прямо здесь яму и самому в неё запрыгнуть.
К счастью, начальник стражи обладал отличной выучкой и решительно сделал вид, будто ничего не заметил, невозмутимо помогая Се Жану подняться. Се Жан опустил голову итёр слёзы, заметив, что рукав его одежды всё ещё крепко зажат в руке маленького императора.
Глаза юноши были плотно закрыты, он, казалось, потерял сознание.
Укусил человека и сразу вырубился, ну надо же.
— Ступай… — в голосе Се Жана всё ещё слышались нотки слёз. Он откашлялся и понизил голос: — Позови лекаря.
Ночь уже сгустилась, однако атмосфера во Дворце Цяньцин царила напряжённая до предела.
Стражники плотным кольцом оцепили дворец снаружи и изнутри, а старый евнух Чан Дэчжун стоял неподалёку, дрожа от страха и обливаясь потом.
Какой-то лекарь на коленях во внутренней комнате проверял пульс маленького императора, а Се Жан сидел на главном месте во внешнем зале, долго приходя в себя и пытаясь унять странную слабость и расслабленность, разлившуюся по всему телу.
— До сей минуты банда разбойников уводила нас за собой… — молодой начальник стражи опустился на колени перед входом в зал, касаясь лбом пола. — Я не справился со своими обязанностями, прошу молодого господина наказать меня!
Се Жан потёр виски:
— Поймали кого-нибудь?
— Поймали пятерых, но они прикусили языки и покончили с собой, не успели мы их допросить, а остальные… — Фэй Юань запнулся и торопливо добавил: — Я тут же отправлю людей на поиски!
Се Жан ответил:
— Не нужно.
Всё в точности повторялось по сюжету книги: Императорский наставник тянул время, пока не подоспела стража, план маленького императора провалился, а скрывавшимся в тени телохранителям оставалось лишь временно отступить. Маленький император пока не мог умереть, поэтому, даже сорвав маски, они вновь отделались лишь тем, что Императорский наставник посадил его под домашний арест в собственных покоях.
Что же до остальных соучастников заговора…
Се Жан скосил взгляд на стоявшего рядом старого евнуха.
— Помилуйте, господин Се! — Чан Дэчжун с глухим стуком рухнул на колени и зарыдал: — Раб ничего не знал, раб ни за что не посмел бы замышлять зло против господина Се!
Если бы он не читал книгу, то, пожалуй, поверил бы.
— Евнух Чан, встаньте для начала, — спокойно произнёс Се Жан.
В книге Чан Дэчжун, напрямую замешанный в этом плане, разумеется, не выжил. Но Се Жан не был настоящим главным злодеем, чтобы поступать столь жестоко.
Се Жан вздохнул и снова перевёл взгляд на стоявший рядом столик.
Кинжал, которым маленький император собирался его убить, всё ещё лежал там, поблёскивая лезвием и вызывая головокружение.
В этот момент из внутренних покоев вышел лекарь:
— Господин Се…
Этого лекаря звали Фэн, он был уже в преклонных годах, с совершенно седыми волосами и бородой, а передвигался с заметной дрожью в ногах.
Се Жан спросил:
— Что с Его Величеством?
— Отвечая господину: с Его Величеством всё в порядке, он просто немного утомлен, — доложил Лекарь Фэн.
Се Жан:
— Тогда почему он…
Лекарь Фэн:
— Его Величество разделился на циньцзюня.
Что за чёрт?
Се Жан нахмурился, но все присутствующие в комнате выглядели так, словно ничего не слышали — их лица оставались невозмутимыми. Се Жан окинул всех взглядом и, убедившись, что объяснять ему никто не собирается, был вынужден спросить снова:
— Так что такое циньцзюнь?
Лекарь Фэн: «?»
Остальные: «?»
Се Жан: «?»
Се Жан потёр переносицу и с досадой произнёс:
— Выйдите все, Лекарь Фэн пусть останется.
Стражники удалились охранять дворец снаружи, и только тогда Се Жан заговорил:
— Что ты только что сказал насчёт Его Величества? Объясни с самого начала.
В этом мире у небольшой части людей после взросления наступает вторичная половая дифференциация, в результате которой они становятся циньцзюнями или куньцзюнями. Циньцзюни обладали огромной силой и обычно занимали более высокое положение, в то время как куньцзюни были сравнительно слабы физически, но вне зависимости от пола обладали способностью к деторождению.
Тех же, у кого вторичная дифференциация не происходила, считали простыми людьми, иначе именуемыми чжунъюнами.
— …При разделении у циньцзюней наступает первый период уязвимости, именно поэтому Его Величество страдал от жара и помутнения рассудка, — пояснил Лекарь Фэн. — Впрочем, дифференциация обычно случается около совершеннолетия, а Его Величеству в этом году исполнилось всего семнадцать; скорее всего, из-за особой конституции тела это произошло раньше срока.
Выслушав его с нахмуренными бровями, Се Жан окончательно растерялся.
Что это за странные новые правила, разве в книге изначально было такое?!
Однако после подобных объяснений он наконец понял, почему состояние маленького императора только что было столь странным.
Циньцзюни и куньцзюни по своей сути были созданы для соития и продолжения рода, поэтому в период уязвимости у них возникало непреодолимое желание. А специфический синьсянь, присущий их телам, позволял им успокаивать друг друга и облегчать недомогание.
Тем не менее, чтобы циньцзюни поддавшись инстинктам легко не метили куньцзюней, императорский двор крайне редко посылал куньцзюней для успокоения только что разделившихся циньцзюней.
http://bllate.org/book/26021/3115770
Готово:
