Угораздило же... Сун Чэньань просиял: — Ты кого сейчас назвала?
Цуй Чжу опешила: — Б-большую барышню.
Сун Чэньань яростно хлопнул себя по бедру: верно, как же он сразу об этом не подумал!
Законная старшая сестра тела, в которое он вселился, вечно была им недовольна и вечно находила способы отравить ему жизнь, не причиняя при этом особого вреда здоровью.
Например, в самую жару заставляла выполнять тяжелую работу, в холода — стирать одежду, а то и заставляла стоять на коленях и мыть полы. Или же могла отправить его с поручением за какой-нибудь сладкой выпечкой, за которой выстраивалась огромная очередь.
Разве это не идеальный повод, чтобы выйти из резиденции!
Сун Чэньань отыскал скопленные прежним владельцем серебряные монеты, велел Цуй Чжу оставаться дома, а сам направился к парадным воротам.
Приняв самый жалкий и забитый вид, он обратился к стражникам, преградившим ему путь:
— Мне нужно купить пирожные с лунным сиропом для старшей сестры... Если не верите, можете сходить спросить.
Стражники переглянулись.
Старшая барышня славилась своим крутым нравом, кто же осмелится беспокоить ее по таким пустякам?
К тому же Сун Чэньань бегал за покупками далеко не в первый раз, и, поразмыслив так, стражники пропустили его.
Сун Чэньань крепко сжал кошель с деньгами и мгновенно затерялся в толпе.
Не имея ни малейшего представления, куда идти, он мог лишь бредти в тихие переулки, попутно расспрашивая всех встречных о местонахождении главного героя.
Но вокруг становилось всё меньше людей, ноги гудели от усталости, он уже не разбирал дороги, а никаких вестей так и не добыл.
Сун Чэньань похлопал себя по нывшим ногам и невольно упал духом.
Возможности вырваться из резиденции выпадали ему крайне редко, и если сейчас не отыскать жилье главного героя, потом выбраться наружу будет почти нереально.
Не успел он додумать эту мысль, как неподалеку послышался звон скрестившихся клинков.
— Цзэн!
— Держите! Нельзя дать ему сбежать!
Похоже, там кто-то дрался, причем побоище стремительно приближалось.
Сун Чэньань испуганно вздрогнул, в панике нырнул в придорожные кусты и замер, стараясь не издавать ни звука и боясь даже пошевелиться.
Звонкие удары оружия, едкий запах крови, предсмертные крики раненых — всё это вмиг обрушилось со всех сторон.
Сун Чэньань навострил уши, прислушиваясь к тому, что творится снаружи, и не смел высунуться, пока наконец всё не стихло. Тогда он осторожно выпрямился.
Повсюду пестрела кровь, на земле в беспорядке валялись трупы людей в черном — кому-то перерезали горло, кого-то пронзили мечом прямо в сердце. Становилось очевидно, насколько безжалостен и при этом скор на расправу был тот, кто их уложил.
Сдерживая страх, Сун Чэньань поспешил убраться прочь. Хотя в глубине души вовсю голосили тысячи испуганных птиц, он не смел проронить ни звука.
Но стоило ему почти удалиться от тел и с облегчением выдохнуть, как он вдруг почувствовал, что его ногу крепко схватили.
Опустив взгляд, он увидел лежащего в луже крови роскошно одетого мужчину. Тот в упор глядел на Сун Чэньань горящим взглядом, мертвенно-бледные тонкие губы прошептали два слова:
— Спаси... меня.
Нет, погоди-ка, братец, ты вообще кто?
В оригинальном романе такого точно не было!
Сун Чэньань был близок к тому, чтобы разреветься от столь неожиданного поворота:
— Эти люди хотят убить именно тебя, верно? Мы с тобой незнакомы, так не подставляй меня! Что делать, если из-за тебя я навлеку на себя беду?
Мужчина дернул уголком рта, но от своего не отступил:
— Либо спасаешь, либо здесь же останешься лежать в крови.
— ... — У Сун Чэньаня имелись все основания полагать, что за этим человеком охотились главным образом из-за его языка.
Вот и сейчас ему отчаянно хотелось вырубить этого типа и сбежать в одиночку.
Поколебавшись напоследок, Сун Чэньань всё же стиснул зубы и решил вмешаться.
С трудом поддерживая раненого, который шатался из стороны в сторону, он побрел вперед. Тело, доставшееся ему от прежнего владельца, было едва ли лучше его собственного, а с учетом того, что этот человек почти всем весом повис на нем, у Сун Чэньаня уже через пару шагов в глазах поплыли искры.
Подобные сюжетные повороты пугали. В романе ни слова не говорилось о том, как именно будущий тиран и прежний владелец тела столкнулись друг с другом.
Неужели ему так не везет?
Скрипя зубами, Сун Чэньань процедил:
— Как тебя зовут?
Мужчина, судя по всему, не ожидал подобного вопроса, уныло приподнял веки и произнес:
— ...Ван Цзинъянь.
— Твоя фамилия Ван? Ну и славно, славно.
Сун Чэньань перевел дыхание: тирана тоже звали Цзинъянь, но по фамилии Ци.
— Послушай, молодой господин Ван, уже поздно, давай я отведу тебя в ближайшую лечебницу, а там наши пути разойдутся, идет?
Ван Цзинъянь бросил на него косой взгляд:
— Идёт.
Идёт тебе —
Сун Чэньань чуть не выплюнул ругательство, вертевшееся на языке. Что за человек такой, разве так ведут себя со спасителем?!
Желая избежать преждевременной смерти от бешенства, он решил больше не разговаривать с Ван Цзинъянем.
Какое-то время они шли в молчании, пока спутник наконец не соизволил открыть рот:
— Твое имя?
— Сун Чэньань.
На этом их разговорчивость иссякла.
Потратив уйму сил, Сун Чэньань дотащил Ван Цзинъяня до лечебницы, оплатил услуги лекаря, а затем махнул ему рукой:
— Не стоит благодарности за великое спасение, у меня дела, я пошел.
С этими словами он крепко зажал кошель и скрылся, не оглядываясь.
Ци Цзинъянь устало прикрыл глаза, молча глядя вслед удаляющейся фигуре Сун Чэньаня.
Кто бы мог подумать, что судьба окажется столь причудливой: ему не удалось избежать спланированного покушения, но спаситель из прошлой жизни вновь выручил его и в этой.
На сей раз он никому не позволит обрести ту жуткую участь, что выпала на долю его спасителя в прошлой жизни.
Осенний ветер шелестел листвой, луна поднялась к самым ветвям, от деревьев тянулись зловещие тени.
Направляясь по памяти к дому, Сун Чэньань шагал по дороге, ведущей в резиденцию.
Внутри него всё сжималось от страха: а вдруг ему всё же не удастся изменить сюжет и он спас будущего тирана?
Ведь тогда это означало бы, что ему на роду написано насильно выйти замуж в качестве наложника-мужчины за извращенца Наставника Лю.
К счастью, он спас Ван Цзинъяня, а не Ци Цзинъяня.
Что же до этого внезапно объявившегося Ван Цзинъяня, то в оригинальной истории он, должно быть, просто бессловесный прохожий.
Издалека завидев ворота Резиденции премьер-министра, Сун Чэньань так устал, что готов был рухнуть прямо на месте, но в этот момент внутри усадьбы уже вовсю стоял переполох.
http://bllate.org/book/26080/3122926
Готово:
