— Я должен тебе два одолжения, — произнес Линь Мяньюй, поднимаясь на ноги.
Ся Чжоусянь поднялся следом:
— Вывести меня отсюда не считается за возвращение долга.
Линь Мяньюй бросил на Ся Чжоусяня взгляд. Оригинальный роман описывал этого человека как внешне теплого, но внутренне холодного и жестокого — крайне опасную личность. Однако после нескольких дней совместного пребывания Линь Мяньюй понял, что с ним не так уж трудно ладить:
— Если в будущем представится случай встретиться вновь, я верну долг.
Ся Чжоусянь приподнял бровь и легко произнес:
— Хорошо, вопреки твоей воле я ничего не потребую.
Затем он небрежно бросил фарфоровый флакон.
Линь Мяньюй протянул руку и поймал его — внутри оказались пилюли для подпитки духовной энергии высшего качества.
Ся Чжоусянь призвал тыкву-горлянку с вином обратно в руку. У входа в пещеру демонические звери вмиг взревели и бросились внутрь. Сложив руки в рукава и приняв беззаботный вид, он сказал:
— Рыбка, дальше всё зависит от тебя.
Линь Мяньюй лишь лениво взмахнул рукавом, и ворвавшиеся в пещеру демонические звери мгновенно отлетели назад, кубарем выкатываясь наружу. Линь Мяньюй бросил Ся Чжоусяню:
— Держись за мной.
На Стадии Формирования Ядра практикующие в общем-то уже способны летать по воздуху, однако тащить с собой кого-то еще — это не только колоссальный расход духовной энергии, но и крайне низкая скорость передвижения.
Линь Мяньюй как раз размышлял о том, не попросить ли Ся Чжоусяня использовать летательный магический артефакт, чтобы выбраться вдвоем, как вдруг услышал недовольный вопрос:
— У тебя нет летательного артефакта?
— Нет.
У прежнего владельца тела имелось лишь Кольцо Хранения, да и то доставшееся ему от какого-то практикующего человека, что много лет назад забрёл на Божественную Гору.
Линь Мяньюй стремительно бросился к выходу из пещеры и услышал, как стоявший за спиной недовольно цыкнул:
— Я сейчас совершенно не хочу двигаться. Ты должен вывезти меня в безопасности, разве можно заставлять меня выглядеть столь жалко?
Раздался резкий свист рассекаемого воздуха. Линь Мяньюй резко крутанулся на месте и поймал рукой брошенный в него длинный меч. Оглядев клинок без ножен, источающий холодное сияние, Линь Мяньюй отметил, что тот был длиной около пяти чи (1,67 метра). Его острая обоюдоострая верхняя часть была обвита двумя серебряными змеями, в месте пересечения голов которых тускло мерцал красный нефрит, а у самого основания находилась рукоять.
Называть это мечом было бы несколько натянуто — оружие оказалось громоздким для обычного удержания, и им было куда удобнее управлять на расстоянии.
Ся Чжоусянь пояснил:
— Случайно добытый магический артефакт. Этот меч зовется Двойная Змея, его клинок выкован из останков древней змеи, жившей мириады лет назад. Ты вполне сможешь им пользоваться.
— Не нужно.
Линь Мяньюй не желал оставаться должником Ся Чжоусяня и собрался вернуть артефакт. Правда, в глубине души он испытывал некоторое недоумение, ведь по сюжету оригинального романа Ся Чжоусянь отдал Меч Двух Змей главному герою-протагонисту.
Ся Чжоусянь криво усмехнулся:
— То, что уже было отдано, я назад не забираю.
Заметив, что Линь Мяньюй на мгновение замер, он нетерпеливо поторопил его:
— Поторопись и выведи меня отсюда, это не пойдет в счет твоего долга.
Раз уж дошло до такого, Линь Мяньюй больше не стал отказываться.
Он направил Меч Двух Змей, и тот, подхватив их обоих, вылетел из пещеры.
Те практикующие демонические звери, которых Линь Мяньюй ранее отбросил назад, завидя две фигуры, уже было хотели броситься в атаку, но, заметив на голове Линь Мяньюя два рога, разом замерли на месте.
На Божественной Горе Юэсю рогами обладал лишь этот ублюдок Рогатая Змея!
Снежный Питон из пещеры так и не показался — выходит, победил Рогатая Змея?
Изначально некоторые демонические звери еще надеялись испытать удачу и прикончить практикующего человека, но, осознав, что Рогатая Змея восстановил свою силу до Стадии Формирования Ядра, большинство тут же отступило. Нашлись и те, кто всё же решил рискнуть и принялся созывать подельников, однако, не успев даже приблизиться к человеку и змею, они были повержены парой ударов Рогатой Змеи и едва не испустили дух.
Наблюдая за происходящим, Ся Чжоусянь подумал, что если бы его собственный уровень культивации не подавлялся силой запретной зоны, для него это место тоже было бы открыто для входа и выхода в любой момент.
Меч Двух Змей передвигался гораздо быстрее тыквы-горлянки с вином, и Линь Мяньюй без малейших усилий вынес Ся Чжоусяня за пределы Божественной Горы.
Стоило им покинуть гору, как перед ними раскинулась пустыня.
Ся Чжоусянь шлепнулся на песок, примостившись боком, опершись обеими руками о рукоять меча и беззаботно болтая ногами. Слегка запрокинув голову, он посмотрел на раскаленное небо и звонким голосом произнес:
— Линь Мяньюй, ты связан судьбой с Мечом Двух Змей. Я могу поведать тебе еще кое о чем.
Это был первый раз, когда Ся Чжоусянь назвал Линь Мяньюя по имени и фамилии полностью.
Линь Мяньюй слегка повернул голову, глядя на усевшегося юношу, который ростом едва доставал ему до пояса.
Юноша поднял на него взгляд, его светлые глаза сияли легкой ностальгией:
— Изначально таких мечей было три. Два других называются Суйчэнь и Цинхэ, но они оба пропали без вести. Если сумеешь отыскать их, возможно, это станет для тебя совершенно новой возможностью.
Последняя фраза вновь заставила Ся Чжоусяня выглядеть несколько помешанным, но на этот раз Линь Мяньюй прислушался к его словам. Ведь первая часть фразы в оригинальном романе произносилась Ся Чжоусянем в адрес главного героя, а в сюжете книги, застрявшем в памяти Линь Мяньюя, протагонист в итоге отыскал лишь меч Цинхэ, в то время как меч Суйчэнь так и не был найден.
Линь Мяньюй не стал расспрашивать Ся Чжоусяня, откуда тому всё это известно.
Юноша был сплошной загадкой. Хотя они и пережили вместе смертельную опасность, по большому счету близкими людьми они не являлись, да и в оригинальном романе тот через несколько лет погибал от рук заклинателя демонов — еще неизвестно, представится ли вообще возможность вернуть долг.
При этой мысли в голове Линь Мяньюя мелькнула догадка. Протянув руку за спину, он завел ее за шею и единым движением вырвал чернильно-черную змеиную чешуйку. Острая вспышка боли быстро утихла, а рана затянулась моментально: поскольку он вырвал чешую сам, даже крови не пролилось.
Ся Чжоусянь с недоумением наблюдал за его действиями, а затем перевел взгляд на чешуйку в его руке, ярко блестевшую под лучами палящего солнца.
Линь Мяньюй произнес:
— Попутчик, если в будущем ты попадешь в беду, раздави эту чешуйку, и я постараюсь тебе помочь.
Каждая чешуйка была словно частью его собственного тела, и стоило ее раздавить, как Линь Мяньюй немедленно почувствовал бы это.
В конце концов, они прошли через испытания на грани жизни и смерти. Линь Мяньюй не был человеком бездушным и неблагодарным, просто он делал лишь то, что было в его силах.
Вообще-то он вполне мог начертать на ней пространственную формацию перемещения, чтобы мгновенно оказаться на месте происшествия, но Линь Мяньюй слишком дорожил своей жизнью. Тот заклинатель демонов в оригинальном романе уже достиг Поздней ступени Превращения Духа. Демоническим зверям и без того невероятно трудно совершенствоваться, и без сотен или тысяч лет ему ни за что не достичь Стадии Превращения Божества, так как же он мог тягаться с тем противником? Оставалось лишь выразиться уклончиво, выразив намерение оказать посильную помощь.
Ся Чжоусянь приподнял бровь и склонил голову набок, разглядывая его.
Под чистым, сияющим взглядом юноши у Линь Мяньюя на мгновение возникло ощущение, будто ему негде спрятаться.
Спустя мгновение Ся Чжоусянь прыснул со смеху, протянул руку, забрал змеиную чешуйку и серьезно произнес:
— Хорошо, я обязательно буду беречь ее. И не называй меня больше всякими попутчиками, зови меня Чжоусянем. У меня за всю жизнь почти не было друзей, Рыбка, после пережитого за эти дни можно считать, что мы стали друзьями, верно?
Летательный меч покинул пределы пустыни и вновь достиг горных хребтов, через которые они пролетали ранее.
http://bllate.org/book/26095/3124735
Готово:
