Сюэ Лай мгновенно чинно усел обратно, выпрямив спину как струна, и уставился глазами прямо перед собой.
Вылитая поза послушного ребёнка из детского сада.
Вэй Сюнь продолжал сидеть с закрытыми глазами, притворяясь спящим и делая вид, что ничего не замечает.
Сюэ Лай исподтишка покосился на маленького дурачка — к счастью, тот глаза не открывал. Он потрогал своё лицо: кожа слегка горела.
Эка невидаль — не удержался на ногах! — мысленно рассуждал он. Чего тут смущаться, с чего вдруг бросило в жар?
Вэй Сюню было неловко, поэтому он не открывал глаз и продолжал делать вид, что спит. Затем он услышал, как приятный голос с топотом тук-тук-тук побежал к передней части салона.
В автобусе стоял шум и гам, но он всё же смог безошибочно выделить голос парня — снова и снова, издалека и ближе:
— Ой, парень, красавчик, давай отсканируем, сделаю скидку.
— Красотка, сканируй, завтра же найдёшь себе парня.
— Девушка, отсканируй.
— Братишка, отсканируй.
— Отсканируй…
Пройдя так от самого носа автобуса до хвоста, он вернулся на своё место.
Вэй Сюню стало немного любопытно: что сканировать?
Тут же его в пленок ткнули. Первое, что увидел открывший глаза Вэй Сюнь, была рука, зажимавшая визитку.
Вэй Сюнь машинально взял её.
— Малыш, — голос парня был низким и очень бархатным, интонация — непринуждённой, с идеальной ноткой улыбки. От такого красивого голоса Вэй Сюню было трудно отказаться. — Ради полутора монет отсканируй, а?
Парень продолжил:
— Мы с тобой встретились будто старые знакомые, поэтому я дам тебе самую низкую цену во всей сети. Говорю тебе, ручаюсь: товар у меня дома — абсолютно лучший по качеству среди всех аналогичных цен во всём интернете…
Парень продолжал бла-бла-бла, не останавливаясь.
Он был до того разговорчив, что Вэй Сюнь усомнился: неужели это тот самый величественный, властный и готовый пустить в ход кулаки при первом же слове тип, которого он видел раньше?
Вэй Сюнь опустил голову, взглянул на визитку и прочитал:
— Мобильная плёнка? Студенческие канцтовары? Написание сочинений на заказ?
Приятный голос заставил его перевернуть визитку:
— Си. Продажа мужской одежды.
Общий фон визитки был чисто-белым, и с первого взгляда было понятно, что её разрабатывал не профессионал. Можно сказать, это была самая примитивная визитка из всех, что видел Вэй Сюнь.
Иероглиф Си был выполнен тёмно-красным жирным мультяшным шрифтом и обведён чёрным кругом.
В левом нижнем углу красовался маленький QR-код WeChat.
— Си? Си от слова надежда? — невзначай поинтересовался Вэй Сюнь.
— Си — редчайший, — Сюэ Лай захотел подразнить этого маленького дурачка. — Знаешь, какой в этом смысл?
И вправду, маленький дурачок уставился на него с полным любопытством в глазах.
Из-за одинарных вех собеседник казался чистым листом бумаги. Таким чистым и до безумия наивным.
Захотелось испачкать.
Он наклонился к самому уху маленького дурачка и понизил голос:
— Редчайший в мире. Это значит, что ты — моё сокровище, моё зело драгоценное яичко, и я должен беречь тебя, лаская на ладонях.
Стоило ему договорить, как у маленького дурачка покраснели уши.
Сюэ Лай весело наблюдал за ним со стороны. Честно говоря, произносить такое вслух было и вправду довольно сомнительно.
Но тот ничего не знал.
В тот вечер закат запоздал гораздо сильнее обычного.
Пурпурные облака окрасили бо́льшую часть неба, и яркий огненный луч пронзил густые тучи, пробился сквозь стекло и как раз лёг на лицо Сюэ Лая.
Его глаза ярко блестели, словно в них плескалось целое озеро сияющих драгоценностей.
Это поистине потрясло сидевшего рядом маленького дурачка.
Маленький дурачок принял всё за чистую монету и с совершенно серьёзным видом произнёс:
— Раз даже к выбору имени подошли с такой заботой, сразу видно, что ты действительно со всей душой занимаешься одеждой.
Естественный и открытый, дерзкий и непринуждённый — Вэй Сюнь очень завидовал такому характеру.
Он быстро отвёл взгляд и повернулся к окну.
После дождя воздух был невероятно свежим, а небо казалось намного просторнее. Дорога блестела от влаги, отражая алые гроздья заката, и уходиладалеко вперёд, пока не сливалась с далёким горизонтом.
Автобус, полный мужчин и женщин, покачиваясь, нёсся в сторону Второго уездного лицея.
Всё ближе и ближе, всё ближе и ближе.
Когда автоинформатор объявил: «Следующая остановка — Вторая уездная средняя школа», Вэй Сюнь уже схватил чемодан и заранее встал у задней двери салона, дожидаясь прибытия.
Он боялся, что если замешкается, водитель просто уедет дальше.
Приятный голос последовал за ним.
В автобусе объявили остановку. Вэй Сюнь быстро выскочил наружу.
В этот момент Вторая школа, которая бесчисленное количество раз упоминалась Сяо Тяньтянем и которую он столько раз выискивал по картинкам в интернете, наконец обрела свой самый точный облик, со всеми своими углами и выступами возвышаясь перед ним.
На самом верху школьных ворот крупно и броско красовались два иероглифа: Вторая школа.
Посредине находились две высокие железные створки, а по бокам — по калитке. Снаружи рассмотреть школьную территорию было невозможно, так как путь преграждала огромная стена-ширма, перед которой располагался небольшой цветник с целой аллеей зеленеющего бамбука.
В этот час была открыта только правая калитка. У входа стоял стол, за которым сидел вахтёр в охранной форме.
Довольно пожилой дед, виски под фуражкой уже поседели. На столе лежал журнал регистрации, а на самом краю примостился старый радиоприёмник, транслировавший «Обещание красного фонаря».
Вахтёр держал в руках стеклянную кружку, заваривая в ней плоды момордики. Откинувшись на спинку стула, закинув ногу на ногу, прикрыв глаза и задрав голову к небу, он с ритмичным стуком постукивал пальцем по стенке стакана.
Испытывая лёгкую тревогу при мысли о контакте с незнакомцем, Вэй Сюнь осторожно приблизился.
Вахтёр полностью оправдывал своё звание: стоило возникнуть малейшему шороху, как он тут же открыл глаза, единым махом вскочил со стула и с удивительно крепкой для его лет ловкостью бросился к нему:
— Ах ты ж паршивец, наконец-то я тебя поймал! Опять опоздал, да?!!
Вэй Сюнь замер на месте. Местные жители все такие излишне фамильярные?
К счастью, вахтёр просто пулей пролетел мимо него.
Вскоре позади раздалась цепочка изнеженных смешков.
Вэй Сюнь обернулся и увидел, как обладатель приятного голоса и вахтёр по-братски обнимают друг друга за плечи.
Вахтёр как раз запихивал в собственный карман бутылочку стограммовой синей «Красной звезды Эргоутоу» и пачку арахиса. Оба весело переговаривались:
— И всё-таки совести у тебя хватило, не зря я специально стол выставил, чтобы тебя перехватить. Шагай давай внутрь, первая вечерняя самоподготовка уже к концу подходит.
Сегодня было воскресенье, и во Второй школе по вечерам проводилось три урока самоподготовки — с семи до десяти часов, по пятьдесят минут каждый.
Разобравшись с Сюэ Лаем, вахтёр подозрительно покосился на Вэй Сюня:
— Молодой человек, ты ученик Второй школы? Или пришёл кого-то искать?
— Переведённый ученик. На этот вопрос ответить было легко, даже не задумываясь. Вэй Сюнь велел себе не паниковать.
— Классный руководитель кто, знаешь? Пусть придёт и заберёт тебя. В обычных обстоятельствах посторонним достаточно просто зарегистрироваться на вахте, но Вэй Сюнь выглядел крайне подозрительно и совсем не походил на порядочного человека. Вахтёр решительно не осмеливался впускать его внутрь — здесь ведь находились исключительно молодые цветочки родины.
Ответить на этот вопрос оказалось непросто, тут требовалось поразмыслить. К тому же вахтёр выглядел немного свирепым, из-за чего Вэй Сюнь слегка занервничал.
Учитель связывался с ним ранее, но он расслышал имя нечётко, а переспросить постеснялся, однако у него был номер телефона.
Он достал смартфон, взглянул на экран, и его сердце мгновенно упало — экран был чёрным, устройство не включалось.
Видимо, из-за того, что внутрь попала вода.
Предыдущий телефон ему подарил старший брат — ультрасовременная модель, слишком кричащий цвет, чересчур яркий дизайн. Придя в школу, он хотел держаться скромно, отыскать Сяо Тяньтяня и ни у кого не вызывать лишнего внимания.
Именно поэтому перед отправкой он специально сменил телефон.
На самом деле изначально он не планировал брать эту модель, но продавец проявил такую настойчивость, что он не смог отказаться.
Стоило ему в тот день зайти в магазин электроники, как парень-продавец у прилавка тут же ухватил его за рукав и стал с три короба расписывать этот аппарат, утверждая, что он водонепроницаемый, ударопрочный и небьющийся, и останется целёхоньким, даже если по нему проедет огромный грузовик.
Чего уж там, он ведь и вправду почти поддался искушению.
Видимо, у него тогда действительно мозги водой залило, раз он поверил во всю эту чушь.
Вэй Сюнь развернулся и пошёл прочь. Ему нужно найти мастерскую и починить телефон.
Там хранились очень важные вещи.
Тогда вахтёр: «…»
Сюэ Лай: «…»
Сюэ Лай до этого молчал только потому, что хотел узнать, как зовут маленького дурачка, но кто же знал, что у того окажется такой характер!
Сюэ Лай преградил ему путь и обратился к вахтёру:
— Я знаю этого паренька. Сам отведу его в учебную часть.
Нагловатый у этого ученика нрав, вахтёр засомневался, не в силах сразу принять решение.
В этот момент из бамбуковой рощицы стремительно выбежал какой-то человек в деловом костюме и на небольших туфлях на каблуках — смуглый, низкорослый и плотный, вылитый У Далан.
Мужчина обладал зычным голосом, и ещё до того, как он приблизился, его крик разнёсся по просторному и тихому школьному двору:
— Сюэ Лай! Какого чёрта ты околачиваешься у школьных ворот вместо того, чтобы сидеть на вечерней самоподготовке?!
Сюэ Лай поначалу не смел поверить глазам, но, приглядевшись, понял, что это действительно их классный руководитель Ван Хунци.
Человек, который в обычное время с радостью расхаживал бы в майке и широких шортах, с чего это вдруг изменил привычкам и вырядился столь официально?
— Сюэ Лай, паршивец ты этакий, жить надоело, да?! А ну марш обратно! — бежав кричал Ван Хунци, и его живот подпрыгивал в такт каждому шагу, точно комковатый клейкий рисовый колобок.
На этот раз он не рассчитал громкость, и слова отразились даже эхом.
Сюэ Лай закрыл лицо рукой, чувствуя себя ужасно пристыженным.
Неужели Ван Хунци считает раз они в классе набирают много оценочных баллов, то нужно обязательно растрезвонить всем подряд, что в третьем классе не хватает одного Сюэ Лая?
Он указал на Вэй Сюня, прерывая тираду Ван Хунци:
— Старый Ван, тут новый ученик!
Вахтёр проникся сочувствием к Сюэ Лаю и поспешил поддержать его:
— Верно, учитель Ван, переведённый ученик.
Услышав слова переведённый ученик…
Гнев Вана Хунци улетучился с видимой глазу скоростью, а глаза сузились в две тонкие щёлочки.
Он ведь и притащился к школьным воротам именно с тем намерением, чтобы подстеречь новенького.
Этот переведённый ученик был не просто каким-то обычным новичком. Он приходился родным младшим братом двоим великим гениям науки — Вэй Юаню и Вэй Жаню.
Путь тех двоих к вершинам славы в своё время был у всех на слуху: они крушили соперников направо и налево, принося славу стране, собирали золотые медали на всевозможных олимпиадах и оба поступили в Гарвард. Об этом писали во всех газетах, это гремело по всей стране.
Жизнь доказала, что великие мастера умеют не только зубрить книжки — дела их процветали с невероятным размахом. Говорили, что сейчас один из них ворочает огромными финансами в мире бизнеса, а второй стал профессором известного престижного университета.
Люди, которые изначально были бесконечно далеки от Второй школы, неделю назад вдруг неожиданно навестили кабинет директора.
Тогда Ван Хунци тоже присутствовал. Они с директором как раз играли в шахматы, обдумывая следующий ход.
В дверях внезапно появились двое мужчин — похожие черты лица, красиваые, высокие, с длинными ногами, словно кинозвезды. От их сияния слепило глаза.
Присмотревшись, они с директором узнали их — те самые боги науки!
Боги науки пожертвовали школе деньги на целый корпус и пожелали пристроить сюда младшего брата.
Даже если бы они не пожертвовали здание, Вторая школа всё равно перегрызлась бы за такого ученика, они были согласны принять его даже с доплатой. Младший брат богов науки наверняка тоже гений.
Отличники и боги науки — это ведь совершенно разные весовые категории.
Отныне Вторая школа тоже сможет называться обителью богов.
Директор, разумеется, был на седьмом от счастья и уже мысленно расписывал будущее школы, подумывая даже сменить титул на директор-бог науки Лю Цзяньлинь.
Он даже придумал слоган для будущих наборов учащихся — простой и грубый: Альма-матер богов науки.
Ван Хунци размышлял рядом и уже примерил себе звание классного руководителя богов науки.
Как же круто!
Директор обещал богам науки соблюдать конфиденциальность. Информацию пока придерживали, и кроме руководства Второй школы и преподавателей старших классов об этом никто не знал.
Ван Хунци донимал директора целыми днями — толстокожее создание, прилипшее словно пластырь из собачьей шерсти, он следовал за директором по пятам, куда бы тот ни направлялся, даже в туалет норовил заглянуть. Наконец он выделился среди классных руководителей шести усиленных естественнонаучных классов второго года обучения и отвоевал себе это место.
Он созванивался с будущим богом науки, и тот сообщил, что сможет прибыть в районе трёх-четырёх часов дня. Поэтому он заблаговременно примчался в школу в ожидании и даже специально облачился в парадный костюм.
Разве явился он один?
Оба директора, главный и заместитель, тоже пришли, да и остальные учителя параллели, вне зависимости от наличия вечерних уроков, собрались здесь же, забив приёмную до отказа.
Каждому хотелось хоть краем глаза взглянуть на величие бога науки.
Даже никогда не включавшийся в школе фонтан сегодня бил вовсю.
И надо же — поначалу Ван Хунци и впрямь ликовал, безумно ликовал.
В конце концов, остальным преподавателям оставалось лишь облизываться.
Но шло время, а никто всё не появлялся.
Ван Хунци сделал несколько десятков звонков, но никто не брал трубку, а погода сегодня выдалась скверная.
Он боялся двух вещей: во-первых, что ребёнок по дороге попадёт в какую-нибудь неприятность; во-вторых, что они в последнюю минуту передумают и вовсе бросят учёбу.
Каждая последующая минута тянулась словно на иголках.
Уже смеркалось, а человека всё не было.
Лица директора и завуча сделались хуже некуда, и тогда Ван Хунци, потеряв терпение, сам вышел к школьным воротам.
Если бы тот не объявился, им пришлось бы заявлять в полицию.
У школьных ворот.
Ван Хунци с невероятным трепетом глядел на стоявшего перед ним парня в чёрном, которого назвали переведённым учеником, и ему страстно хотелось разрыдаться у того на груди.
Директор ведь всё ещё ждал, и Ван Хунци, не смея больше тянуть время, робко поинтересовался:
— Простите, как вас зовут?
Голос обычно громогласного Вана слегка дрожал.
Вэй S*Wнь почувствовал, как три пары глаз уставились на него в упор. Подумал: и вправду невероятно радушные люди.
Его кадык дернулся:
— Вэй Сюнь.
— Какого чёрта, старый Ван, ты чего ревёшь?
Сюэ Лай повернул голову и как раз вовремя заметил, как по смуглому лицу Вана Хунци скатились две кристально чистые капленки жидкости.
У него мурашки побежали по коже.
Какой позор.
http://bllate.org/book/26145/3131166
Готово:
