Вчера вечером в Трактире Полноводной Весны произошло презабавное событие.
Чжан Хуэйцзи, известный своей похотливостью, после сделки с вдовствующей императрицей был в приподнятом настроении. Прибыв в столицу, он преспокойно сидел в постоялом дворе, а вдовствующая императрица Вэй строго наказала ему не давать повода для кривотолков.
Однако позже в постоялый двор заглянули два записных гуляки. За вином они принялись во весь голос рассуждать о том, как развита в Столице сфера развлечений, и что тот, кто не посетил Трактир Полноводной Весны, считай, зря приехал, да и вообще он — никчемный слабак. А уж какие выступления там устраивают сегодня вечером… Описывали всё так живо и красочно, словно зачитывали отрывок из непристойного романа.
Неизвестно, кто был автором этой байки, но Чжан Хуэйцзи не устоял. Переодевшись, он отправился в Трактир Полноводной Весны, где, обнимая девиц и прикладываясь к кубкам, так захмелел, что под утро его пришлось уводить подручным. А сегодня спозаранку постоялый двор, где остановились посланцы государства Юэчи, оказался в осаде: на пороге стояла делегация сестер из трактира, требуя, чтобы Чжан Хуэйцзи исполнил обещание и забрал их с собой в Юэчи в качестве наложниц.
Вся эта разношерстная толпа, к которой примкнули зеваки-горожане, насчитывала не менее тысячи человек, и переулок оказался наглухо заблокирован.
Чжан Хуэйцзи, разумеется, не мог признаться в пьяном угаре, ведь если выяснится, что его уговорили пообещать каждой по статусу младшей жены, это станет оскорблением для Великого Чу — особенно в преддверии брачного союза между двумя странами.
Он и представить не мог, что кто-то воспримет его слова всерьез и принесет с собой контракты о продаже в рабство, чтобы последовать за ним.
Громче всех кричит тот, кто считает себя правым: сестры из трактира на чем свет стоит поносили изменника и, схватив подвернувшегося чиновника, требовали вести их в суд. Глава Далисы, как раз собиравшийся на утренний доклад, после недолгого разбирательства понял, что дело ему не по зубам, и, прихватив представителя делегации от трактира и самого Чжан Хуэйцзи, отправился во дворец к императору.
Из-за заминки в пути Глава Далисы появился в Зале Сюаньчжэн лишь на мгновение позже Его Величества.
Чжан Хуэйцзи наотрез отказался:
— Прошлой ночью я не покидал постоялого двора.
Главная звезда трактира, всхлипывая, вытащила из рукава жетон:
— У этой девушки есть доказательство, Ваше Величество.
Чу Чжаою с горечью воскликнул:
— До меня дошли слухи, что у принца Юэчи уже есть пятьдесят наложниц. Неужели вы хотите привезти в Великое Чу еще пятьдесят? Если так, зачем тогда просить руки моей сестры?
Чжан Хуэйцзи парировал:
— Наш брак с принцессой был пожалован вдовствующей императрицей вашего двора…
Чу Чжаою перебил его:
— В Великом Чу чем выше положение человека, тем больше ценятся преданность и согласие. Генерал Се Чаоюнь — Великий генерал по умиротворению Запада, он прежде занят службой, не обзавелся ни женой, ни наложницами. Таковы нравы Великого Чу, а клан Се — в особенности. Раз уж принц Юэчи не может следовать таким правилам, зачем вы ввели в заблуждение вдовствующую императрицу, добиваясь брака с дочерью из клана Се?
— Красавицы и власть — то, к чему стремятся люди. Много ли в Великом Чу найдется таких, как генерал Се? Разве может Ваше Величество судить по одному человеку обо всех? — возразил Чжан Хуэйцзи.
Слуга дернул его за рукав, намекая, что господину стоит сменить тон. Чжан Хуэйцзи внезапно поймал на себе ледяной взгляд Сяо Хэна и осознал: у этого Царя Ада вообще нет ни одной женщины рядом. В негодовании он перевел взгляд на императора и вдруг осекся: этот маленький марионеточный правитель — тоже!
Цянь Шичэн бесцеремонно вмешался в разговор, с пренебрежением глядя на Чжан Хуэйцзи, и похвастался:
— Даже этот генерал взял в жены только одну супругу.
Чжан Хуэйцзи обвел присутствующих взглядом и нарочно указал на самого пожилого из них:
— А он?
Раздался смешок. Лу Хуайшань небрежно заметил:
— Старик всю жизнь не был женат.
Самые могущественные и влиятельные люди Великого Чу — все как на подбор странные. Чжан Хуэйцзи осмотрелся еще раз и заскрежетал зубами от ярости. Они вообще люди?! Чжан Хуэйцзи с ненавистью подумал: пусть они так и живут до конца своих дней, пока Великое Чу не вымрет, а Юэчи не займет его место.
Чу Чжаою под предлогом обмана со стороны принца расторг помолвку между двумя странами, и Чжан Хуэйцзи пришлось согласиться. В конечном счете, пока Регент был здесь, а аргументы Чу Чжаою звучали весомо, принц не смел идти наперекор, опасаясь, что просто не выберется из Великого Чу живым. Он проклинал лишь собственную неуемную прыть прошлой ночью.
Уголки губ Чу Чжаою дрогнули в едва заметной улыбке: с одним делом покончено. Что касается репутации девушки из клана Се, то люди Регента оказались весьма смышлеными: они не только оградили Се Чаоюнь от похищения, но и пустили слухи. Каждый чиновник, вернувшись домой, рассказывал своей жене иную версию: господин Чжан говорил, что брак предназначен мисс Лю, господин Лю утверждал, что дочери семьи Янь, господин Янь клялся, что племяннице императрицы… Последняя версия звучала чаще всего.
Вдовствующая императрица злилась, что эти люди несут чепуху и подделывают ее волю, но поделать ничего не могла. Простые люди не видели императорского указа, поэтому пребывали в неведении и тревоге.
Чжан Хуэйцзи злобно уставился на Чу Чжаою и вдруг с удивлением отметил, что этот марионеточный император выглядит даже лучше, чем главная звезда из Трактира Полноводной Весны. Сегодня лицо Чу Чжаою не скрывала жемчужная занавеска, и его утонченные черты были видны во всей красе. Император на троне, облаченный в драконью мантию, источал ни с чем не сравнимое величие, в то время как красавица из трактира была лишь приторно-пошлой.
В его душе зародился мрачный план: раз вдовствующая императрица Вэй ни во что не ставит этого маленького императора, почему бы не забрать его в Юэчи для брачного союза? Тогда он, несомненно, одолжит вдовствующей императрице войска для расправы над Регентом.
Чу Чжаою стало противно под этим взглядом — у человека, чья жизнь посвящена одним лишь женщинам, глаза всегда мутные и безжизненные. Он только собрался найти повод отправить принца восвояси, как Регент внезапно шагнул вперед, заслоняя его от этого взора. Лицо Сяо Хэна почернело от гнева:
— Впереди обсуждение государственных дел. Цянь Шичэн, проводи принца вон!
Цянь Шичэн, человек ушлый, сразу понял, как сильно Регент ненавидит Чжан Хуэйцзи. Он тут же подхватил принца под локти и, не церемонясь, выволок из зала:
— Военная тайна, прошу принца проявить понимание.
Чжан Хуэйцзи в ярости ударил по белой нефритовой балюстраде. Вдовствующая императрица Вэй прежде оказывала ему великие почести, а Сяо Хэн выставил его вон — это просто возмутительно! Похоже, придется снова искать связи с вдовствующей императрицей.
Видя, что утреннее собрание подходит к концу, Чу Чжаою поторопился:
— Господа, всем ясно, что прочность границ зависит от мощи государства и переговоров, а не от брачных союзов ради видимости. Судьбу страны мы вершим вместе, правители и чиновники. Сегодня Я устанавливаю правило для потомков: кроме случаев, когда сердца людей действительно сошлись, Великое Чу больше не будет прибегать к брачным союзам. Любой, кто осмелится предложить это вновь — пойдет против воли императора.
Поможет это или нет, но Чу Чжаою, не глядя на Регента, самовольно издал указ и высказался от души. Чиновники не приняли его слова всерьез. Пока Регент, нахмурившись, не спросил:
— Все услышали?
Придворные в испуге опустились на колени и трижды прокричали:
— Да здравствует Его Величество! Ваше Величество мудры.
Чу Чжаою почесал щеку, чувствуя, что что-то здесь не так — он словно маленький ребенок, который может добиться права голоса, только если за него вступится взрослый. Неужели Регент сегодня не с той ноги встал, раз стал таким покладистым? Он глубоко вздохнул, напоминая себе: Сяо Хэн не видит в людях личностей, для него важна лишь правота дела. Если он что-то одобряет, то не станет чинить препятствия только из-за того, кто это предложил.
Утреннее собрание закончилось, и Лу Хуайшань отправился обратно в военный лагерь. Неизвестно, через сколько зим и весен он снова покинет его стены.
Чу Чжаою слегка поклонился:
— Генерал Лу, до новой встречи.
Лу Хуайшань помог императору выпрямиться:
— А старик полагает, что лучше бы нам не видеться.
Призвать Армию Драконьего Величия — значит признать, что в столице неспокойно. Маленькому императору стоило бы держаться тише. Лу Хуайшань взглянул на Регента и многозначительно добавил:
— Сделав ход, нельзя взять его назад. Берегите себя, князь Сяо.
Это напоминание Регенту быть осторожнее с узурпацией? Во всей Поднебесной, пожалуй, лишь старый генерал Лу имел право произнести столь двусмысленные слова. Остальные лишь делали вид, что не понимают скрытого смысла.
Сяо Хэн стоял, сцепив руки за спиной, теперь он опустил их и слегка кивнул:
— Берегите здоровье, генерал. Если в войсках возникнет нужда, смело обращайтесь в Министерство дворов.
Под порывами осеннего ветра, с развевающимися знаменами, Армия Драконьего Величия во главе с Лу Хуайшанем покинула Вуские ворота. С ним было письмо, доверенное Чу Чжаою.
Проехав десять ли, Лу Хуайшань натянул поводья. Он достал из подношения императора конверт — на ощупь письмо казалось совсем тонким, лишь один лист бумаги. Он подозвал своего доверенного подчиненного:
— Лу Бо, скачи во весь опор. Доставь это в управу Лянчжоу и передай лично в руки госпоже Чжао.
— Слушаюсь!
Копыта подняли желтую пыль. Понаблюдав за всадником, Лу Хуайшань развернул отряд на другую дорогу. Неужели маленький император и правда думал, что подношение еды поможет скрыть следы? Регент явно раскусил, что в шкатулке есть подвох, но не стал вмешиваться — решил выманить тигра из логова? Он уже стар и не понимает политических игр молодежи.
…
Козырь Чу Чжаою ушел, и он снова приуныл, вернувшись в состояние безделья. Последние несколько дней он притворялся больным, чтобы избежать визитов к вдовствующей императрице — он слишком много ее планов разрушил, и боялся, что она воспользуется случаем, чтобы прижать его к ногтю. Впрочем, притворством это можно было назвать с натяжкой: от перенапряжения сил и духа он был готов пролежать в кровати десять дней, не выходя из покоев.
Евнух Сюэ подбежал к нему:
— Ваше Величество, генерал Се уже у северных ворот. Пора выступать, чтобы встретить войско.
Чу Чжаою вскочил с кровати:
— Идем.
Се Чаоюнь вернулся с великой победой, преисполненный духа. Ровесник Регента, он скакал во главе войска, пленяя сердца тысяч столичных девиц. Услышав, что вдовствующая императрица затеяла недоброе, Се Чаоюнь скакал всю ночь и прибыл на два дня раньше срока. Регент лично выехал за десять ли до ворот встречать его — в Поднебесной не нашлось бы второго человека, удостоенного такой чести.
Чу Чжаою стоял у ворот, словно ярко-желтый талисман удачи, и наконец увидел, как две статные лошади, идя вровень, показались в поле зрения. Глядя на это, он еще больше уверился, что Се Чаоюнь — и есть тот самый генерал из рассказа. Вначале маленькая служанка даже хотела свести Регента и генерала, и, приглядевшись, Чу Чжаою понял, что в этом нет ничего странного — самые ослепительные фигуры Великого Чу вместе смотрелись весьма гармонично.
Се Чаоюнь спешился:
— Генерал Се Чаоюнь, приветствую Ваше Величество.
Сяо Хэн на мгновение задержал взгляд на Чу Чжаою, а затем с холодным безразличием передал поводья подчиненному, даже не подумав поклониться.
— Генерал, встаньте! — Чу Чжаою с радостью лично поддержал Се Чаоюнь. — Путь был нелегким, берегите свое здоровье. Я и всё Великое Чу полагаемся на вас!
В глазах Чу Чжаою светилась доброта. В двухстах тысячах иероглифов по сюжету Се Чаоюнь должен был погибнуть от яда, но сейчас он жив-здоров, а значит, до момента, когда по прошествии четырехсот тысяч иероглифов Регент заточит его в Императорском мавзолее, еще далеко. Значит, я могу спокойно бездельничать еще двести тысяч иероглифов!
Я и всё Великое Чу полагаемся на Се Чаоюнь…?
Сяо Хэн, прокручивая в голове эти слова, еще сильнее сжал губы. Полагаешься на кого? Повтори еще раз?
Се Чаоюнь на миг замешкался: что имел в виду маленький император? Едва встретившись, он решил поссорить его с Регентом? Хочет убить, не обнажив клинка?
У Чу Чжаою по спине пробежал холодок: почему эта парочка «лучших друзей» ведет себя так странно?
http://bllate.org/book/26156/3132100
Готово:
