Готовый перевод Little Mushroom / Маленький гриб: Сказка о пустошах: Глава 3

Аврора отбрасывала на землю бледно-зеленое сияние, которое, отражаясь в смуглой коже этого человека, придавало ей странный мертвенно-зеленый оттенок, похожий на шкуру ящерицы или жабы.

Наконец этот человек заговорил:

— Мы не Судьи и не можем на сто процентов утверждать, что он человек.

— То-то и оно, — Хосен скрестил руки на груди, протягивая слова. — Уровень загрязнения на Второй равнине — всего лишь вторая звезда.

Чернокожий мужчина снова помолчал с полминуты и произвел:

— Среднее время мутации на Второй равнине — четыре часа. Вот пройдет четыре часа, тогда и посмотрим.

— Ладно, — сказал Хосен. — Если после того, как мы закончим со сбором трофеев, он не мутирует, возьмем его с собой.

Чернокожий мужчина наконец кивнул. После этого они втроем переглянулись, словно придя к какому-то общему мнению.

— Меня зовут Фанс, — высокий мужчина, стоявший посередине, повернулся к Ань Чжэ и представился.

Ань Чжэ ответил:

— Здравствуйте.

Хосен, от которого исходило какое-то неприятное ощущение, тоже бросил:

— Хосен.

Оставшийся мужчина, которого называли черномазым, помолчал какое-то время и выдавил несколько слогов:

— Энтони.

Ань Чжэ тоже сказал ему «Здравствуйте», а затем добавил:

— Спасибо вам.

— Не за что, — Фанс улыбнулся. — Все мы — человеческие собратья, к тому же у нас только что погиб товарищ, так что лишние руки не помешают.

С этими словами он подошел к лежащей неподалеку голове монстра и скомандовал остальным:

— Заканчивайте со свежеванием и уходим, поживей.

Сказав это, Фанс достал из рюкзака пару перчаток и длинный кинжал, бросив их Ань Чжэ:

— Иди отруби ему ноги.

Ань Чжэ поймал их, послушно отозвался, прошел чуть больше десятка шагов и остановился возле обрубленного туловища монстра. Натянув перчатки, он принялся осматривать его тело.

Монстр членистоногих оказался огромным, его панцирь сам по себе был гладким, но в некоторых местах росли длинные и острые шипы или выступающие бугорки. Ань Чжэ перевел взгляд на ноги чудовища: их насчитывалось ровно шесть, тонких и длинных, разделенных на три суставных сегмента и густо покрытых черным блестящим пушком.

Фанс и Энтони на другой стороне разделывали голову монстра, сдирая с нее внешний панцирь, чтобы наружу вытекли мозговая жидкость и прочие субстанции, а затем выскребали внутренности. Хосен тем временем занимался охраной и патрулированием периметра.

Тогда Ань Чжэ тоже вытащил кинжал и сосредоточенно принялся подрезать суставы чудовища. Примерно через пять минут один сустав поддался, и конечность отделилась от груди и брюха монстра, рухнув на желтый песок. Из места разрыва в сухую почву медленно сочилась белая, вязкая жидкость, похожая на мозговое вещество.

Он услышал насмешливый голос Хосена:

— Малыш, смотри не блевани от отвращения.

Ань Чжэ никак не отреагировал и молча продолжил подрезать следующий сустав.

Он ничего особенного не чувствовал к этому монстру и даже находил его гораздо более чистым, чем тех созданий, что обитали в Бездне.

Но Хосен, казалось, не собирался оставлять его в покое. За спиной послышались шаги, Хосен подошел, правой рукой надавил Ань Чжэ на плечо, и его пальцы заскользили вокруг:

— Крошка, сколько тебе лет?

Ань Чжэ уловил в его тоне жадность — хищную жадность зверя, столкнувшегося с добычей. Однако, в пределах его ограниченных познаний, люди не питались себе подобными.

Поэтому он спокойно ответил:

— Девятнадцать лет.

Ань Цзэ в этом году исполнялось девятнадцать, а поскольку он поглотил гены Ань Цзэ, то, пожалуй, тоже мог считаться девятнадцатилетним.

— Но на вид тебе не дашь больше семнадцати, — Хосен издал утробный хридкий смешок, застрявший у него в груди, и произвел это тонким, но хриплым голосом.

Ань Чжэ нахмурился, не зная, что ответить.

— Хосен, — в этот момент из-за спины раздался голос Фанса. — Следи за периметром.

Хосен презрительно фыркнул, еще раз сжав пальцы на чужом плече, и только после этого неторопливо удалился.

Ань Чжэ в очередной раз осознал, что каждая человеческая особи может обладать совершенно разными особенностями. Например, Ань Цзэ отличался от тех людей, что выковыряли его спору; Фанс отличался от Хосена. И он был очень благодарен Фансу.

Он опустил голову и продолжил кромсать суставы. Каждая нога делилась на три части, и стоило ему закончить со всеми, как он аккуратно уложил их ровной стопкой. Панцирь этой твари отливал металлическим блеском и был твердым, как камень, при складывании издавая звонкий стук.

Когда все шесть ног были отделены, Фанс и Энтони закончили разбирать голову и подошли к обрубку туловища. Фанс бросил взгляд на аккуратно сложенные на земле конечности и усмехнулся:

— А ты работящий.

Затем он крикнул Хосену:

— Отодвинь машину сюда.

Хосен ничего не ответил и молча зашагал прочь.

Ань Чжэ отошел в сторонку, наблюдая, как Фанс и Энтони принимаются за грудную клетку и брюхо монстра.

Он спросил:

— Мне помочь?

Фанс, не снимавший перчаток, держал в руках черный инструмент клещевидного типа длиной с человеческую голень:

— Тебе ведь нечасто доводилось бывать вылазках, верно?

Ань Чжэ:

— …Угу.

— Тогда просто побудь в стороне.

Фанс с помощью клещей поддел пластину панциря на стыке груди и брюха монстра; края пластины были неровными, а в местах соединения с другими образовывали острый черный шип, отсвечивающий серовато-холодным блеском. Фанс пояснил:

— У этой твари полно шипов, без опыта легко напороться. На Второй равнине уровень загрязнения невысокий, но подхватить заражение все равно можно.

Ань Чжэ послушно отступил на несколько шагов назад, наблюдая, как они обходят тушу со всех сторон и разделывают ее. Одна за другой отдирались черные пластины панциря, а на землю ручьями текли белесые внутренности и ткани.

Пока он смотрел, раздался глухой рокот. Ань Чжэ повернул голову направо и увидел приближающийся черный прямоугольный броневик, похожий на гигантского ракообразного монстра. Эта машина была ему прекрасно знакома: у отряда, в котором раньше состоял Ань Цзэ, имелось ровно пять таких броневиков.

Машина подъехала ближе, Хосен выпрыгнул наружу. Фанс, даже не поднимая головы, бросил:

— Сначала помоги ему загрузить добро в машину.

Ань Чжэ откликнулся коротким угу, подобрал с земли панцирные пластины, аккуратно связал их веревкой и передал Хосену. Тот принял ношу и убрал вещи в багажное отделение броневика.

Чудовище под их руками становилось все меньше, а куча собранных Ань Чжэ пластин росла.

Он как раз связывал веревкой очередную стопку пластин, как вдруг его движения замерли.

В этот самый момент на черной, усеянной шипами пластине прямо под его руками — на самой верхушке одного из шипов — обнаружилось несколько мелких капель застывшей жидкости. Темных, заметить которые без пристального внимания было бы непросто.

Он покосился на лужицы внутренних органов на земле и мысленно подтвердил: вся жидкость внутри этого монстра была белой, желтой или прозрачной.

Что же тогда за темные капли? Он вспомнил кровь, вытекавшую из тела Ань Цзэ перед самой его смертью.

Ань Чжэ взглянул в сторону Фанса и Энтони: оба были целиком поглощены разделкой туши, лица их оставались спокойными, все шло своим чередом. И тогда Ань Чжэ оставалось лишь сделать вид, будто ничего не произошло, снова опустить голову и продолжить упаковывать добычу.

Вскоре разделка наконец подошла к концу, и те трое, судя по всему, окончательно убедились, что Ань Чжэ не собирается внезапно превращаться в какого-нибудь смертоносного монстра.

Фанс произнес:

— Поехали, возвращаемся на Базу. Ань Чжэ, ты тоже садись.

Броневик вмещал человек семь-восемь, внутри имелось пространство для отдыха, разделенное на три небольших отсека, однако каждый из них был настолько низким и тесным, что передвигаться там можно было лишь согнувшись в три погибели.

Ань Чжэ отвели самое крайнее помещение, прямо у двери. Устроившись на полу и подложив рюкзак под голову, он прилег. Энтони уселся за руль впереди, Фанс расположился в соседнем отсеке, а Хосен забрался в самый глухой угол.

Дверь закрылась, погрузив пространство во мрак, и лишь слабый лучик пробивался через крошечное окошко сбоку. После серии толчков броневик плавно тронулся с места, ровно набирая ход; изредка корпус покачивало, но амплитуда была небольшой.

Ань Чжэ лежал с открытыми глазами, вглядываясь в окружающую темноту. Ему казалось, будто он плывет в черном потоке, который уносит его на Северную Базу, в то время как о самом этом месте он не знал абсолютно ничего.

Легкая растерянность и недоумение обступили его со всех сторон, и он так и застыл в тишине темноты.

Когда свет в маленьком окошке начал постепенно усиливаться, вокруг тоже стало чуть светлее. Машина остановилась, и Ань Чжэ услышал, как Хосен поднялся, прошел несколько шагов вглубь отсека, открыл дверь, ведшую из кабины в зону отдыха, и протиснулся внутрь, чтобы сменить Энтони. Энтони же вернулся на прежнее место Хосена и прилег. Дышал он тяжело, двигался размашисто, отчего пол в отсеке даже слегка завибрировал. Тут же Фанс бросил вопрос: «Что случилось?», на что Энтони отозвался: «Немного устал».

Прошло еще немало времени, прежде чем настала очередь Фанса сменять Хосена.

Ань Чжэ инстинктивно сжался в комок. Он знал, что теперь Хосен будет спать в соседнем отсеке, и это наполняло его тревогой.

Однако из соседнего отсека долго не доносилось никаких звуков человеческого тела, укладывающегося на ночлег.

Ань Чжэ широко распахнул глаза, выжидая.

В следующий миг раздался шелестящий шорох шагов, и кто-то навалился прямо на него.

— Малыш… — голос Хосена звучал приглушенно и хрипло. Его ноги вклинились между ног Ань Чжэ, руки обвились вокруг плеч. Ань Чжэ попытался рефлекторно вырваться, но его придавили к полу с куда большим усилием. — Этого Фанса здесь нет… Я знаю, кто ты такой, и навидался наемничаньих отрядов побольше его.

На те несколько попыток сопротивления у Ань Чжэ ушло немало сил, он тяжело задышал:

— Пожалуйста, не надо так.

— Как это — не надо? — Хосен усмехнулся, и в полумраке его улыбка показалась хищной.

Ань Чжэ ничего не ответил. Хосен отпустил руку, прижимавшую его плечо, и потянулся к ремню. Ему удавалось надежно удерживать Ань Чжэ одной лишь рукой, и это, судя по всему, доставляло ему огромное удовольствие. Улыбка на его лице стала еще шире, а голос звучал грубо и насмешливо:

— Малыш, и что ты можешь сделать с такой силой? Водить машину не умеешь, тяжелым оружием пользоваться не в силах, при встрече с монстром остается только ждать смерти — зачем твои товарищи вообще вытащили тебя наружу? Просто поглазеть?

Говоря это, он сжал шею Ань Чжэ, наклонился ближе, и покрытая щетиной щека прижалась к его шее, обдав едким запахом табачного дыма:

— Я повидал немало таких шлюшек, как ты… Но настолько красивых — впервые. В каком отряде ты состоял раньше?

Ань Чжэ тяжело дышал; Хосен давил на него всем весом, и его влажный язык скользил по коже. Отводя голову в сторону и заходясь кашлем от табачного смрада, Ань Чжэ шарил правой рукой в полумраке, пока наконец не нащупал тот самый кинжал, который ему ранее бросил Фанс.

И в этот самый момент в глубине отсека, там, где находился Энтони, раздался грохот, словно кто-то смахнул на пол что-то тяжелое.

— Не спеши, черномазый, — громко усмехнулся Хосен. — Скоро и до тебя доберется очередь.

Однако эти слова, похоже, возымели обратный эффект, поскольку оттуда послышались приближающиеся шаги.

Хосен тихо выругался сквозь зубы, рывком поднял Ань Чжэ на ноги, вжав его в стенку броневика, и яростно дернул за воротник рубашки.

Ань Чжэ больше не сопротивлялся. Крепко сжав в руке кинжал, он молча уставился на темный проход, в то время как по полу рядом с ним бесшумно расползались белые гифы, словно замышляя нечто недоброе.

Но в следующее мгновение все его движения замерли.

Из прохода, волоча за собой скрученные мягкие крылья, медленно выползало нечто с человеческим туловищем, из-за спины которого торчали три пары тощих длинных конечностей, а над головой зловеще мерцали два кроваво-красных фасеточных глаза.

http://bllate.org/book/26163/3132814