Цзи Синхэ забрал песню Сердцебиение, которую Чу Яо собирался исполнять сольно.
Подобный поступок был поистине бесстыдным.
Пусть участники FWS и держали фасад дружелюбия, тая за ним взаимную неприязнь, на дне души у каждого из них всё же имелась некая черта, моральный предел.
Сердцебиение являлось песней Чу Яо, его единственным выпущенным синглом, который он должен был исполнять на концерте. Ребята уже много раз обсуждали друг с другом порядок выступлений по сет-листу. И хотя из-за плотных графиков каждый репетировал свой сольный номер отдельно, все прекрасно знали, что Чу Яо будет петь Сердцебиение, и что его выход на сцену должен был состояться с минуты на минуту.
И вот в этот самый момент Цзи Синхэ внезапно преподнес всем сюрприз, перехватив чужую сольную композицию. К тому же всем было отлично известно, что Чу Яо не силен в живом исполнении и танцах. В свое время Сердцебиение писали строго под его голосовой диапазон. Теперь же, когда Цзи Синхэ украл эту песню, стоит Чу Яо затянуть ее — да даже и петь не придется, хватит лишь того, чтобы сегодняшнее выступление Цзи Синхэ в Сети сравнили с оригиналом, — как пользователи интернета тут же раскопают старые записи Чу Яо для наглядного сопоставления.
Судя по тем кадрам, где он фальшивил на живых выступлениях, это стало бы поистине позорным самобичеванием.
Нетрудно догадаться, что на Чу Яо обрушится чудовищная волна хейта и его растопчут в грязь.
Цзи Синхэ в открытую пытался выехать за чужой счет, возвысившись за счет Чу Яо.
В одно мгновение за кулисами воцарилась гробовая тишина. Выражения лиц у всех были самыми разными: кто-то искренне переживал за Чу Яо, но куда больше людей испытывали злорадство.
Лишь гневный окрик Тан Юэ прорезал тишину и достиг ушей каждого, однако его голос тут же потонул в зажигательных ритмах, доносившихся со сцены.
Тан Юэ был близок к безумию. Его лицо то бледнело, то синело от ярости, глаза налились кровью, а взгляд вперился в сцену — он был готов прямо сейчас броситься туда и отлупить Цзи Синхэ.
Крепко схватив Чу Яо за плечи, он закричал:
— Нельзя! Ты больше не можешь петь эту песню! Есть какие-то запасные варианты? Чу Яо, кроме нее, в какой композиции ты уверен? У тебя осталась всего چهار минуты до выхода на сцену! Черт, ладно, я отправлю конферансье потянуть время, мать твою, я так просто этого не оставлю!
— Не нужно, — спокойно ответил Чу Яо.
Холодный синий свет сценических прожекторов время от времени скользил по красивому лицу Чу Яо. В его взгляде читалась такая ледяная, прежде невиданная собранность и невозмутимость.
Он легко стряхнул руку Тан Юэ и неторопливо произвел:
— Рояль ведь еще не убрали?
В репертуаре FWS была медленная песня под фортепианный аккомпанемент, после исполнения которой инструмент обычно опускался вниз вместе с подъемной платформой.
Тан Юэ растерянно моргнул:
— Зачем тебе рояль? Вроде бы нет, еще не убрали.
— Вот и отлично, веди меня туда.
Тан Юэ никак не мог взять в толк, зачем Чу Яо понадобился рояль в такой момент. охваченный паникой, он кинулся вперед, намереваясь сказать еще пару слов, но, подняв глаза, встретился взглядом с ледяными и спокойными глазами Чу Яо.
Тан Юэ вдруг прошибла дрожь. Взгляд Чу Яо, ясный и чистый, таил в себе непреклонную, пронзительную решимость.
Тан Юэ непостижимым образом успокоился, и в нем шевельнулось слепое желание довериться Чу Яо.
Направившись к подъемной платформе с роялем, Чу Яо на ходу связался с пультом управления сценой:
— Скоро мне понадобится рояль, попросите режиссера поднять меня наверх. Да, без другого аккомпанемента, только сольное фортепиано. Мы заранее не репетировали, извините за хлопоты.
Услышав это, Тан Юэ лишился дар речи.
Фортепианное соло? Кто? Чу Яо?
Он что, шутит? Разве Чу Яо умеет играть на пианино?
Однако Чу Яо уже устроился на банкетке перед белоснежным роялем, с привычной ловкостью отрегулировал высоту сиденья, проверил звук и даже вежливо обменялся парами фраз со стоявшим рядом штатным пианистом.
Все сотрудники, работающие с Чу Яо, уже подтянулись следом за ним. Остальные участники, успевшие отыграть свои сольные номера, и другие работники тоже сгрудились вокруг.
Каждому не терпелось узнать, что же затеял Чу Яо.
Ассистент Пань Минмина тихонько шепнул тому на ухо:
— Неужели Чу Яо умеет играть на пианино?
Пань Минмин злорадно усмехнулся:
— Человек, который понятия не имеет, сколько клавиш у пианино, по-твоему, умеет?
Ассистент:
— Зачем тогда ему рояль? Он же только что долго о чем-то толковал с технической службой, неужели собирается играть под фонограмму?
Пань Минмин фыркнул:
— Кто его знает. В любом случае, нас ждет интересное зрелище.
В то же время У Юэ вовсю ругал Цзи Синхэ:
— Вот же ублюдочный трюк от Цзи Синхэ! Решил выехать в топ, растоптав нашего C-позиционного участника Чу Яо!
Линь Чжои с тревогой посмотрел на Чу Яо.
А Цзянь Шуи, стоявший неподалеку, обратился к своему менеджеру:
— Сходи узнай, не нужна ли какая-нибудь помощь.
Менеджер Цзянь Шуи кивнул и направился к Тан Юэ.
Перебросившись парами фраз с представителем Цзянь Шуи, Тан Юэ подошел к Чу Яо и понизил голос:
— Что ты вообще задумал? Хоть подготовь меня морально. Кстати, менеджер Цзянь Шуи подходил, спрашивал, не требуется ли помощь.
Чу Яо поднял взгляд на Цзянь Шуи, кивнул ему, а затем произнес:
— Поблагодари от моего имени Цзянь Шуи. Кроме того, передай Линь Чжои, что пусть все остается по плану репетиций. И еще…
Губы Чу Яо тронула легкая усмешка:
— Тан Юэ, настал момент проверить твои навыки. Удастся ли провернуть эту рекламную кампанию — вся надежда на тебя.
Тан Юэ: ??
В этот момент из зала донесся оглушительный рев восторга.
Цзи Синхэ закончил исполнение Сердцебиения.
Все взгляды устремились на Чу Яо.
Тан Юэ тихо сидел на фортепианной банкетке, пока платформа плавно поднималась вверх.
Тем временем в трансляции чат летел с бешеной скоростью.
Я так и знал, я так и знал, в исполнении Цзи Синхэ Сердцебиение звучит намного лучше!
О боже!! Мое сердце останавливается! Цзи Синхэ такой красавчик!! А-а-а-а!!!
Цзи Синхэ просто уничтожил Чу Яо в сухую!!! С вокальными данными Цзи Синхэ он по праву главный вокалист!! Настоящим центром FWS должен быть Цзи Синхэ!!
С какого перепугу Цзи Синхэ запел Сердцебиение? Разве это не сольная песня Чу Яо? Некрасиво со стороны Цзи Синхэ отнимать чужие песни.
Те, кто пишет про кражу, вы совсем ку-ку? Разве вы не слышали, что Цзи Синхэ выкупил права?
Фандомчик-завистники опять скрежещут зубами от злости, беситесь, что ваш кумир — никчемная бездарность!
Обезьяны тупорылые! Обезьяны тупорылые! Цзи Синхэ — та еще зеленая чайка! Не впервой чужое загребать!
Фанаток Чу Яо называли эльфами, а фанаток Цзи Синхэ — звездами.
Когда эти два лагеря сцеплялись в драке, звезды награждали поклонников Чу Яо прозвищем нолики, намекая на нулевую ценность их кумира. Эльфы же не оставались в долгу и звали фанатов Цзи Синхэ обезьянами, поскольку в тот период Цзи Синхэ растолстел так, что у него проступили грудные мышцы.
Экран мгновенно запестрил сообщениями от дерущихся фандомов, пока в трансляции внезапно не раздались непрекращающиеся визги фанатов из зала: на сцену выходил последний участник FWS, C-позиция, Чу Яо.
Сцена, только что бурлившая после выходки Цзи Синхэ, погрузилась во тьму.
Как зрители в зале, так и те, кто смотрел трансляцию онлайн, прикованы к сцене.
Большая их часть злорадно ждала оплошности Чу Яо, безумно строча комментарии в надежде втоптать его в грязь, в то время как другая часть фанатов яростно давала отпор.
И лишь немногие, кто заранее знал о выбранном Чу Яо треке, с тревогой гадали, как же поступит оставшийся без песни парень.
В этот момент в долго царившей тишине и темноте внезапно зазвучали плавные звуки рояля, а левую сторону сцены полоснул луч прожектора.
Там, сидя перед белоснежным инструментом, медленно поднимался наверх Чу Яо.
Фанаты в зале разом взвизгнули от восторга!
Крупный план на огромном экране вышел на славу: Чу Яо был одет в белый пикообразный пиджак, небрежно распахнутый на груди и обнажающий его белую длинную лебединую шею. Его пушистые, похожие на вороньи перья ресницы были опущены, а у внешнего уголка глаза сияла синяя звездочка, придавая ему особенно манящий и загадочный вид.
Камера опустилась ниже, дав крупный план на руки Чу Яо, играющие на рояле.
Зал снова взорвался восторженными криками! Воплями, удесятерившими прежнюю мощь!
Боже мой! Эту чудесную мелодию исполняет Чу Яо? Он умеет играть на пианино?!
Какой невероятный сюрприз!
Число зрителей прямой трансляции достигло пика за весь концерт. Люди по ту сторону экранов выражали крайнее изумление, а хейтеры продолжали спамить: Сто пудов под фонограмму! Точно под фанеру! Чу Яо подделывает игру! Чу Яо играет под фонограмму!!
Отыграв короткий отрывок, Чу Яо замолк.
Фанаты в зале вновь зашлись криками, а Чу Яо, подрегулировав микрофон на стойке, заговорил:
— Всем привет, давно не виделись! Я — Чу Яо!
— Чу Яо! Чу Яо! Чу Яо! Чу Яо!
Толпа фанатов в унисон скандировала его имя.
Чу Яо легко улыбнулся, поправил наушник-монитор и посмотрел вниз, на зрительный зал:
— Эту песню, Сердцебиение, я хочу посвятить всем вам!
Стоило ему произнести эти слова, как все — и зрители в зале, и персонал за кулисами, и те, кто следил за трансляцией дома, — остолбенели!
Чу Яо собирался исполнить Сердцебиение! Это же прямой вызов Цзи Синхэ в открытую!
Но с вокалом Чу Яо... насколько же нужно потерять связь с реальностью?
Любители попкорна тут же оживились, и зеваки, следившие за текстовыми трансляциями на различных форумах, лавиной хлынули в прямой эфир, чтобы первыми урвать порцию сочных сплетен.
Не успел никто опомниться, как изящные и длинные пальцы Чу Яо уже легко запорхали над черно-белыми клавишами.
Изначально Сердцебиение было быстрым треком, и во время прошлых репетиций Чу Яо отрабатывал его с танцевальной связкой. Но за неделю до выхода на сцену песню наглым образом перехватил Цзи Синхэ.
Чу Яо прекрасно понимал, чего добивался Цзи Синхэ: не иначе как воспользоваться финальным концертом и прощальным выступлением группы в полном составе, чтобы втоптать в грязь фальшивую C-позицию.
Но он вовсе не собирался им потакать.
В одном Цзи Синхэ был прав: чужое никогда не станет твоим, и даже с помощью грязных уловок украсть его не выйдет.
Сегодня он все равно исполнит Сердцебиение. И не просто исполнит, а заставит Цзи Синхэ широко раскрыть глаза и воочию увидеть свое поражение.
В том мире, куда он попал после перемещения в книгу, родной дядя Чу Яо был непререкаемым авторитетом в музыкальной сфере. Можно сказать, что всем музыкальным инструментам и композиторскому ремеслу в той жизни Чу Яо был обучен под жестким давлением этого старшего родственника.
Первая же написанная им в шестнадцать лет песня вывела тогдашнего поп-короля в лидеры ежегодных хит-парадов. За пять лет сольной карьеры он выпустил пять альбомов, каждый из которых состоял из его собственных авторских треков, и завоевал бесчисленное количество престижных наград вроде лучшего композитора, лучшего альбома и лучшего исполнителя.
А спонтанная импровизация была для него и вовсе проще пареной репы.
Разрушить привычный ритм оригинальной песни, вдохнув в нее совершенно иную душу — для Чу Яо это было сущим пустяком.
Под тихие возгласы изумления Чу Яо спокойно продолжал играть на рояле. Отблески света падали на его волосы, придавая им розовато-синий отлив, а в прядях поблескивали многочисленные блестки-звездочки, окутывая его фигуру легкой, словно размытой дымкой.
Красиво и сказочно.
— Возможно, не стоило отпускать тебя, после того как ты произнес те слова, слезы лились из моих глаз бурным потоком... Я никого не виню, лишь себя за то, что слишком рано позволил сердцу забиться...
Его голос звучал невероятно мягко и низко, начинаясь так плавно, будто он рассказывал историю.
Ближе к середине мелодия рояля стала более страстной, а его голос постепенно набирал силу, безупречно исполнив несколько сложных переходов.
На самом деле голосовые данные Чу Яо были не так уж плохи — прежде у него просто отсутствовала системная подготовка, ему не хватало техники и умения выгодно подать свои сильные стороны. За последнюю неделю Чу Яо ежедневно тренировал вокал, и теперь его пение демонстрировало колоссальный прогресс.
Как только переливы голоса завершились, Чу Яо внезапно выдал фортепианное соло. Камера крупным планом показала его руки, и на огромном экране стало отчетливо видно, как его гибкие пальцы стремительно летают по клавишам, демонстрируя мастерство на грани хвастовства.
Однако это не было пустой демонстрацией техники: данное соло гармонично переплеталось с общим мотивом, придавая кульминации песни грандиозный, величественный размах.
К финалу звучание рояля и голос начали стихать, превращаясь в тихий ручеек, капля за каплей проникающий в самую душу и исцеляющий изнутри.
Последняя строчка — о, если бы ты знал, что я жду тебя — и финальный аккорд опустились на клавиши.
Эта импровизированная версия Сердцебиения в исполнении Чу Яо была завершена.
http://bllate.org/book/26232/3140792
Готово:
