Готовый перевод Is This Your Lost Fat Orange? / Тот самый пухляш: это ваш рыжий кот?: Глава 2

Сун Кеэвэнь счёл, что слова Се Сяобао имеют смысл, но тем не менее оба они больше не смели шататься снаружи: если вдруг они сболтнут ещё что-нибудь, что услышат другие влиятельные лица, о карьере в этой сфере можно будет забыть.

Вдвоём они на цыпочках снова проскользнули в зал. На большой сцене впереди всё ещё пели и танцевали, атмосфера стояла невероятно оживлённая, однако за их столиком царило полнейшее противоположное настроение: Старый Ван сидел с застывшей на губах холодной усмешкой, а сидевший рядом с ним мужчина пялился на него так яростно, что у того, казалось, глаза из орбит вылезут. Остальные трое, похоже, пришли вместе с этим мужчиной и смотрели исключительно себе под нос, храня молчание. Атмосфера за столом была поистине жуткой.

Се Сяобао сгрёб с лица улыбку, обменялся взглядами с Сун Кеэвэнь и послушно уселся на своё место, делая вид, что увлечённо следит за выступлением на сцене.

Представление подходило к концу. Се Сяобао окинул взглядом передние ряды: несколько мест пустовали, а Хэ Юя не было видно — вероятно, ушёл пораньше.

Празднование подошло к концу ближе к полуночи. Се Сяобао честно просидел больше двух часов, чувствуя, что кости вот-вот развалятся стоило ведущему объявить об окончании, как он нетерпеливо вскочил и потянулся.

— Имело бы смысл следить за своим образом! — лицо сидевшего напротив него Старого Вана помрачнело, и он тяжело посмотрел на парня.

Се Сяобао украдкой надул щеки и покорно уселся обратно.

Глядя на притворившихся послушными парней, Старый Ван от головной боли потёр переносицу: сам он здесь переживал так, что скоро последние волосы на голове выпадут, а эти двое — ну надо же, бессердечные, сидят себе и радуются жизни.

Люди в зале постепенно расходились. Помолчав немного и дождавшись, пока толпа схлынет, Старый Ван сказал им:

— Идите за мной.

Се Сяобао бросил взгляд на Сун Кеэвэнь и беззвучно прошептал губами: «Что это со Старым Ваном?»

Сун Кеэвэнь пожал плечами и беззвучно ответил: «Пойдём — узнаем».

Троица обошла здание и направилась в отельный сад. Там были расставлены столики и стулья, но в столь поздний час почти никого не осталось, а неверный свет фонарей выхватывал из темноты лишь смутные силуэты, так что уровень конфиденциальности был вполне приличным.

— Садитесь, — Старый Ван вздохнул, и в его голосе послышалась усталость.

Се Сяобао послушно сел, с беспокойством глядя на него:

— Брат Ван, что случилось?

Старый Ван всегда отличался проницательностью и деловой хваткой, и с тех самых пор, как Се Сяобао после подписания контракта попал к нему под крыло, парень ещё не видел его таким удручённым.

Старый Ван провёл рукой по лицу, помолчал немного и только потом поднял голову:

— Вы ведь слышали новости о том, что сюда собирается приехать господин Хэ из головной компании?

Се Сяобао кивнул.

— Я только что получил известие: наш отдел... возможно, расформируют и реорганизуют.

Стримеры и интернет-знаменитости в сети, может, и пользуются какой-то популярностью, но для такого старожила среди букинговых агентств, как Хэши Юйлэ, они — пустой звук, на который никто даже не взглянет.

Причиной, по которой Хэши Юйлэ вообще создала отдел обучения интернет-артистов, было лишь стремление плыть по течению и попробовать свои силы в эпоху бурного развития сети.

Раньше Старый Ван был обычным менеджером в Хэши Юйлэ, вёл парочку начинающих артистов, и его жизнь текла размеренно и спокойно, пока кто-то не подставил его изподтишка. Именно после этого его сослали в этот брошенный всеми отдел, где он и коротал дни, волоча за собой двух зелёных новичков-стримеров.

Хотя поначалу его сюда запихнули насильно, Старый Ван по характеру вовсе не собирался сдаваться. К тому же Се Сяобао и Сун Кеэвэнь, пусть порой и баловались, в целом оставались толковыми парнями, и у каждого были свои особенности. Старый Ван вложил в них душу и старался раскрутить по максимуму, но не успели они дождаться плодов своих трудов, как конъюнктура рынка полностью изменилась.

— Меня, скорее всего, переведут обратно, а насчет вас двоих... из компании пока не поступало никаких вестей, — голос Старого Вана звучал тяжело.

Они столько времени провели вместе, и какая-то привязанность всё же возникла. Пусть в Хэши Юйлэ они не играли никакой роли, это всё равно было куда лучше сомнительных шарашкиных контор на вольных хлебах.

Се Сяобао опешил. Он перевёл взгляд с Сун Кеэвэнь на помрачневшего Старого Вана и тихо спросил:

— Значит, мы больше не сможем быть вместе?

Старый Ван молча промолчал в ответ.

— Эй-эй, это ещё что за лица? — Сун Кеэвэнь постучал пальцем по столу и с горькой усмешкой произнёс: — Мы же не на похоронах, к чему такая серьезна драма?

Се Сяобао вполне серьёзно ответил:

— Мы больше не сможем видеться так часто.

Сун Кеэвэнь поперхнулся и легко щёлкнул его по лбу:

— У всех же есть телефоны. Стоит только крикнуть братцу — и я тут же появлюсь перед тобой во всей красе.

Се Сяобао скорчил ему рожицу, но на душе у него сразу стало полегче.

Глядя на их возню, Старый Ван почувствовал, как тяжёлый осадок на сердце немного рассеялся. Он хлопнул в ладоши и предложил:

— Пойдёмте выпьем?

Се Сяобао был послушным мальчиком и до сих пор, сколько себя помнил, ни разу не был в барах и не пробовал алкоголя, но, услышав предложение Старого Вана, сразу же согласился.

Сун Кеэвэнь со смешком поиграл бровями и, подталкивая Се Сяобао локтями, направился вместе с ним на выход.

Старый Ван привычно повёл их за собой. Троица вошла в бар, нашла свободный столик, уселась и сделала заказ. Се Сяобао, попавший сюда впервые, с любопытством озирался по сторонам.

Бар гудел от грохочущей музыки и галдежа посетителей, а на танцполе извивались под ритмичные звуки толпы людей. Подошел официант с подносом заказанных напитков, и Се Сяобао, приподняв свой бокал, сделал глоток — горький и терпкий вкус заставил его поморщиться и высунуть язык.

Старый Ван и Сун Кеэвэнь чокнулись бокалами, а когда увидели, с каким трагическим выражением лица Се Сяобао пялится на свой стакан, дружно рассмеялись.

— Принесите-ка ему Лонг-Айленд, он вкусный, — с недоброй ухмылкой предложил Сун Кеэвэнь.

Старый Ван, не прочь поглазеть на шоу, поманил официанта и велел принести целый кувшин Лонг-Айленда.

Коричневатая жидкость красиво переливалась в приглушённом свете. Желая устроить представление, Сун Кеэвэнь тут же наполнил бокал и протянул его Се Сяобао:

— Попробуй-ка это.Се Сяобао смотрел на вино, стоявшее перед ним, и смутно чувствовал, что выражение лица Сун Кеэвэня не сулит ничего хорошего. Он взял бокал, осторожно сделал глоток и, решив, что вкус вполне неплох, уже смелее отпил ещё.

Сун Кеэвэнь покачал бокал и первым чокнулся с ним: — Пьём пока не опьянеем, сегодня без возвращения домой.

Се Сяобао в ответ слегка коснулся его бокала и, обхватив чашу обеими руками, стал медленно потягивать вино.

Поздней ночью люди неизменно сходили с ума: атмосфера в баре накалилась до предела, полураздетые юноши и девушки отчаянно двигались в самом центре танцпола. Се Сяобао посмотрел на это немного, но стоило ему осушить полбокала, как его охватила туманная дремота. Он зажал бокал двумя руками, а веки сами собой начали слипаться.

— На что это ты так уставился? — кто-то рядом с Хэ Юем протянул руку и помахал у него перед глазами.

Хэ Юй отвёл взгляд, легко и беззастно скользнул по собеседнику глазами, откинулся на спинку дивана и равнодушно бросил: — Ни на что.

Мужчина немного сник под его взглядом и в конце концов не посмел допытываться до подробностей. Он слегка качнул бокал, делая вид, что чокается с Хэ Юем, и тут же повернулся, присоединяясь к компании на другом конце.

Хэ Юй вернулся в Шэньши совсем недавно, и после вступления в должность главы Хэши Юйлэ ему было не избежать бесконечных светских выходов. Церемония ещё не закончилась, как эта компания шумно потребовала продолжения банкета и потащила всех в бар. Хэ Юй, взяв на себя роль организатора, послушно привёз их сюда.

Расслабив тело, Хэ Юй скрестил ноги, а его рассеянный взгляд то и дело ускользал в сторону.

Се Сяобао уже валился с ног от усталости. Он прикончил целый бокал Лонг-Айленда, и алкоголь ударил в голову с такой силой, что Се Сяобао, не в силах сопротивляться, уже готов был клюнуть носом в стол.

Сун Кеэвэнь проворно перехватил бокал и, глядя на разрумянившегося Се Сяобао, усмехнулся: — Ишь ты, как быстро опьянел.

Старый Ван искоса глянул на него: — Сам потом доставишь человека домой.

Сун Кеэвэнь цокнул языком: — Мы с Сяобао живем в противоположных концах города.

— Кто напоил, тот и отвечает. — Старый Ван залпом допил вино и подозвал официра, чтобы рассчитаться.

Расплатившись, Сун Кеэвэнь с трудом придерживал наполовину поддерживая пьяного Се Сяобао, когда они двинулись к выходу. Се Сяобао недовольно заворочался, чуть не завалив на пол их обоих.

Старый Ван посмотрел на их хрупкие фигурки, сочувственно цокнул языком и подхватил Се Сяобао с другой стороны.

Когда силуэты скрылись, Хэ Юй сменил позу и перевёл взгляд на шумный танцпол, где молодые люди без остатка выплёскивали свою страсть — в этом зрелище было что-то безумное, доведённое до крайности.

— Нынешняя молодежь…

Двое доставили Се Сяобао домой и уложили на кровать. Старый Ван поставил на прикроватную тумбочку стакан тёплой воды и только после этого удалился вместе с Сун Кеэвэнь.

Словно в тумане, Се Сяобао потёрся о мягкое одеяло, из его горла вырвалось какое-то невнятное урчание. Затем его фигура резко мелькнула, и от объёмного бугорка под одеялом остался лишь крошечный комочек посередине.

По мере того как алкоголь давал о себе знать, тело Се Сяобао охватил жар. Покрутившись и побрыкавшись, он отбросил одеяло в сторону и растянулся на кровати большой буквой Х, а его пушистый животик мерно вздымался и опускался.

Отыскав наиболее удобную позу, Се Сяобао сонно заурчал, прижался щекой к простыне и провалился в глубокий сон.

На следующее утро после попойки Се Сяобао проснулся от настойчивого трезвона в дверь. Шатаясь, он поднялся, изо всех сил потёр глаза лапками, снова обратился в человека и, сладко зевая, поплёлся открывать.

— Кто там?

Дверь распахнулась, и Се Сяобао с изумлением уставился на улыбающегося человека на пороге, после чего его глаза широко раскрылись от радости: — Невестка!

Распахнув защитную решётку, Се Сяобао радостно потянул Цюй Яньнин за рукав: — Ты чего пришёл?

— Зови меня братом, — Цюй Яньнин щелкнул его по лбу и пробормотал: — Сколько раз тебе повторять, а толку ноль.

Се Сяобао, растроганный донельзя, уцепился за него и глупо ухмылялся.

Цюй Яньнин положил на стол принесённые с собой гостинцы и ущипнул Се Сяобао за щёку: — Мне кажется, ты похудел?

С тех пор как Се Сяобао настоял на том, чтобы съехать из родительского дома и жить самостоятельно, Цюй Яньнин то и дело навещал его. Прежний мягкий пухляш в мгновение ока вырос в крупного кота, способного позаботиться о себе самом.

— Правда?

Се Сяобао оглядел свои всё ещё пухлые руки и не почувствовал никаких изменений. Но, решив, что невестка станет его обманывать, он с радостью усадил Цюй Яньнин на диван, а сам побежал на кухню мыть фрукты.

Принеся блюдо с вымытой черешней, Се Сяобао, словно поднося сокровища, воткнул в ягоды зубочистки и поставил тарелку под рукой у Цюй Яньнин: — Невестка, угощайся.

Цюй Яньнин съел одну ягодку и, заметив дурашливую, счастливую улыбку Се Сяобао, слегка вздохнул, протянув руку, чтобы погладить его по голове: — Когда домой вернёшься? Дома все очень по тебе скучают.

Се Сяобао моргнул, и его лицо слегка исказилось от неловкости: — Вернусь я, а меня опять в четырёх стенах запрут, как краснокнижное животное.

Цюй Яньнин прыснул со смеху, но, взглянув на Се Сяобао, почувствовал лёгкую жалость: — Они же просто переживают за тебя.

Се Сяобао недовольно надул щёки и принялся бормотать себе под нос: — Я уже давно поправился. Сам видишь, я живу один и никаких проблем не было.

— Знаю, — Цюй Яньнин погладил его по голове и мягко произнёс: — Ты оказался куда сильнее, чем мы думали.

Се Сяобао смущённо улыбнулся, потёрся лицом о плечо, а затем снова обернулся котом. Грациозно запрыгнув на колени к Цюй Яньнин, он ласково потерелся о его руку, а после перевернулся на спину, подставляя животик.

Цюй Яньнин принялся осторожно чесать его за ушком и легонько щекотать. Се Сяобао блаженно прищурился, подёргивая задними лапками, а из его горла полилось довольное урчание.

http://bllate.org/book/26278/3147510