Готовый перевод The Devoted Male Lead's Second Chance / Преданный второстепенный герой: будь человеком! [Быстрое прохождение]: Глава 9

— Как? — потянув сигарету, спросил начальник отделения у вошедшей по стуку женщины-офицера. — Что говорит Сунь Цзэшэн?

Женщину-офицера так и распирало от злости, она со всего маху врезала кулаком по двери:

— Черт, да всё в той же манере: горбатого могила исправит! Сколько работаю, впервые вижу человека, который при неопровержимых доказательствах ведет себя настолько нагло и самонадеянно! Серьезно думает, что раз у его семьи водится пара вонючих монет, мы ничего ему не сделаем?!

Её слова во всех подробностях запечатлел объектив сопутствующей камеры Сюэ Цияо.

Начальник затушил сигарету и перевел взгляд на Сюэ Цияо.

Сюэ Цияо сидела рядом с начальником. Она переоделась в женское платье: на ней была белая юбка, в волосы заколота жемчужная заколка, а макияж был искусно поправлен так, чтобы вызывать жалость.

Поймав на себе взгляд начальника, Сюэ Цияо затуманила глаза слезами:

— Начальник, мой парень на шоу постоянно подвергался преследованиям со стороны Сунь Цзэшэна. Поскольку они оба мужчины, Синчэнь просто находил это странным и даже в мыслях не допускал дурного. Но кто бы мог подумать, что Сунь Цзэшэн станет только хуже — мой парень до сих пор в больнице лежит. Умоляю, восстановите справедливость!

— Не переживай! — женщина-офицер отличалась горячим нравом. Она подошла к Сюэ Цияо, взяла салфетку, чтобы вытереть ей слезы, и, ударив себя в грудь, пообещала: — Будь спокойна, мы непременно заставим Сунь Цзэшэна заплатить по счетам.

— Кстати говоря... — Сюэ Цияо моргнула, ее ресницы намокли от слёз. — Не знаю, следил ли офицер за тем, что творилось в интернете последние несколько дней?

— М?

Сюэ Цияо произнесла слабым, дрожащим голосом:

— Хотя Сунь Цзэшэн и купил работу у Цзао Цюэ, выдавать чужое творение за свое собственное — разве это не выходит за рамки закона?

— К тому же, этот Сунь Цзэшэн человек весьма подозрительный, я помню...

Женщина-офицер и начальник вздрогнули.

— Ну и как обстановка? — спросил Сунь Синчэнь у пришедшей навестить его в больницу Сюэ Цияо, пока ему капала капельница.

В этой драке Сунь Синчэню выбили зуб, а лицо превратили в сплошной синяк. Чтобы появиться на публике, ему придется какое-то время отлежаться.

Лишь переступив порог больницы, Сюэ Цияо позволила себе улыбнуться — ее лицо было прекрасным.

— Я только что была в полиции с камерой. Сунь Цзэшэн невероятно упрям, всю его нераскаявшуюся физиономию сняли на видео, теперь в сети его все поголовно костерят.

Сунь Синчэнь опешил:

— И что пишут?

— И что он гей, и что разрушил наши отношения, да еще и тебя в больницу загреб, — улыбка Сюэ Цияо едва ли не расползалась до ушей. — Что еще могут писать в интернете? Ты же сам знаешь, какую чушь несут эти люди, просто ха-ха-ха...

Сюэ Цияо чувствовала, что именно сейчас переживает момент высшего счастья. Это блаженство превосходило в десять тысяч раз даже возвращение Сунь Синчэня.

Сунь Синчэнь почему-то вспомнил Сунь Цзэшэна. Тот был высоким и красивым, и за его спиной чувствуешь себя в полной безопасности. У Сунь Цзэшэна были глаза феникса — казалось бы, холодный разрез глаз, но стоило ему посмотреть на него, как во взгляде всегда плескалось бесчисленное множество эмоций.

Сунь Цзэшэн был тем самым человеком, который вытащил его в самый мрачный период жизни.

Он долго молчал, а в конце концов тяжело вздохнул.

— Ты чему вздыхаешь? — Сюэ Цияо остро уловила в глазах Сунь Синчэня нотки сожаления. — Нашелся тот, кто по доброй воле погубил себя ради тебя, и теперь тебя проняло?

Она холодно усмехнулась:

— Просто до смешного напоминает тоскливую песню о погибающих сородичах.

Сунь Синчэня едва не перехватило дыхание, он отпарировал с такой же холодной усмешкой:

— А ты смогла бы погубить себя ради меня?

— Разве я могу сравниться с Сунь Цзэшэном? — взвизгнула Сюэ Цияо. — Ты не любишь Сунь Цзэшэна, но ты любишь меня и ни за что не пожелал бы увидеть, как я поступаю подобным образом.

— А если бы я захотел? — Сунь Синчэнь теребил пальцами край одеяла.

— Значит, ты бы пожелал погубить себя ради меня? — Сюэ Цияо посмотрела на окаменевшее лицо Сунь Синчэня. — Видишь? Ты тоже не хочешь. Разве нашелся бы еще один такой дурак, кроме Сунь Цзэшэна?

На мгновение в нем проснулась зависть к Сунь Синчэню.

Сунь Синчэнь умолк.

Сюэ Цияо подошла к нему, прижалась мягким телом к его груди и смягчила голос:

— Ладно, не думай об этом. Раз уж зашли так далеко, нам остается только идти вперед.

— Синчэнь, мне нужно попросить у тебя денег.

— Если удастся связаться с Цзао Цюэ, тогда, пожалуй, станет по-настоящему весело.

Прильнув друг к другу, они не заметили, как в темном углу слабо замерцала красная точка.

Тем временем в полицейском участке женщина-офицер вновь направилась в комнату для допросов, чтобы допросить Чао Юя.

На этот раз Чао Юй мог свободно перемещаться по небольшой комнате, однако на его запястьях поблескивали наручники. Усевшись с книгой в руках, он увлеченно читал.

— Откуда книга? — нахмурилась женщина-офицер.

— Менеджер принес. — Чао Юй не отрывал глаз от страниц, даже не взглянув на нее. — Умом, «Узорный покров». Чертовски интересная книга, советую почитать.

— Твою мать, — женщина-офицер со злости вырвала книгу из его рук и швырнула на стол. — Избил человека и еще имеешь наглость здесь книжки читать! Какая же ты бессердечная и холодная тварь!

Чао Юй даже не стал спорить. Выражение его лица не изменилось: он развалился на стуле, закинув ногу на стол с видом хозяина жизни, и излучал полное равнодушие.

Женщину-офицера снова едва не хватил кондратий, но, вспомнив подсказку Сюэ Цияо, она холодно усмехнулась:

— Думаешь, долго еще продержишься? Как только мы выследим Цзао Цюэ...

— Не смей искать! — Чао Юй резко выпрямился и рявкнул.

— Тц-тц-тц, гляди-ка, как ты занервничал. Похоже, между тобой и этим Цзао Цюэ уйма грязных секретов...

— Я сказал: не смей искать. — Лицо Чао Юя похолодело. — Разве не заставляете меня признать вину? Пожалуйста, я в любой момент могу...

— А теперь мне уже неинтересно. — Женщина-офицер забрала книгу. — Наслаждайся своими последними деньками покоя.

Она хлопнула книгой по плечу Чао Юя:

— Потому что, когда я раскопаю твои секреты, наша следующая встреча пройдет уже за решеткой.

— Блин!

Женщина-офицер победоносно рассмеялась и удалилась.

И она даже не подозревала, что в мертвой зоне обзора Чао Юй чуть изогнул губы в улыбке.

Сюэ Цияо, ты сама вырыла себе могилу, так потом не пеняй на меня.

Получив от вышестоящего руководства необходимые полномочия, женщина-офицер принялась вычислять аккаунт под ником Цзао Цюэ.

— Что? Э-этого не может быть! — лицо женщины-офицера перекосило от ужаса.

Несколько минут она сидела в полном оцепенении, а затем задрожавшими пальцами принялась щелкать по клавиатуре, перепроверяя, не совершила ли где-нибудь ошибку.

Но нет, результат упорно оставался прежним.

И в этот результат откровенно не верилось.

В конце концов женщина-офицер вышла из рабочей комнаты с совершенно бледным лицом — вид у нее был такой, будто из нее вытянули душу.

— Что случилось? — поинтересовался начальник.

— Я... — женщина-офицер беззвучно шевелила губами, не в силах выдавить ни слова.

Обуреваемый любопытством начальник лично отправился в ее кабинет, чтобы взглянуть на результаты.

Увиденное потрясло и его.

За столько лет службы он впервые столкнулся с тем, чтобы кто-то с помощью своего второстепенного аккаунта обвинял свой же основной аккаунт. Затевать подобную игру в самообвинение — чего этот человек добивался?

Чего он пытался достичь, уничтожая себя?

Что было такого, ради чего стоило позволить Сунь Цзэшэну пойти на самопожертвование?

И тут в памяти всплыла та самая прямая трансляция, которую Сунь Цзэшэн вел перед дракой.

— Я во всем разобралась. — Женщина-офицер в очередной раз уселась напротив Чао Юя, скрестив руки на груди. — Цзао Цюэ зарегистрирован на твои личные данные. С помощью этого аккаунта ты продавал произведения, пуская выручку на собственные финансовые обороты.

Она подалась вперед, приближаясь к центру стола:

— Но я никак не возьму в толк: зачем тебе понадобилось поливать грязью самого себя?

По правде говоря, в глубине души у женщины-офицера шевелілась смутная догадка, но она отказывалась в это верить. Разве может кто-то быть настолько безумным? А такой заносчивый и высокомерный человек, как Сунь Цзэшэн, тем более не способен на подобное ради кого-то другого.

Наверняка у него есть скрытые мотивы. Нет, он точно преследовал какие-то иные цели.

— Мне было скучно, вот и маялся дурью. — Чао Юй ледяным взглядом уставился на женщину-офицера. — Ну и что?

У нее глаза полезли на лоб:

— Ты еще раз повтори?!

— Скучно, маялся дурью.

Хотя втайне женщина-офицер и ждала именно такого ответа, услышав его из уст Сунь Цзэшэна, она ощутила почти физическое унижение.

В горле пересохло — сегодня она сплошь была занята этим делом и ни капли не пила. Сейчас ей вроде бы полагалось орать от возмущения, но, словно пытаясь выплеснуть раздражающие ее эмоции, она выкрикнула:

— Думаешь, я в это поверю?

— Сунь Цзэшэн, по-моему, весь этот спектакль ты разыграл сам! Ты нарочно оклеветал свой основной аккаунт с твинка, чтобы пустить под откос собственную репутацию. Всё ради того, чтобы прикинуться несчастным мучеником, якобы приносящим жертву ради Сунь Синчэня, и заставить его принять тебя!

— Ах... — в голосе Чао Юя не прозвучало никаких эмоций. — Ты меня раскусила.

— Ах ты! — женщина-офицер едва не прокусила губу до крови. — Черт побери, оставь эти надежды, я не дам тебе добиться своего. Тебя арестуют, а когда выйдешь, в шоу-бизнесе тебе больше делать нечего.

— Да я никогда особо и не любил шоу-бизнес. — Чао Юй усмехнулся. — Спасибо тебе.

Парень едва за двадцать, с дерзким взглядом, взбалмошным нравом и способный вывести из себя кого угодно. Но если отбросить эту бесячую манеру поведения и просто вот так улыбнуться без задней мысли — только тогда становилось заметно, что перед ними всего лишь мальчишка.

В конце концов женщина-офицер едва ли не сбежала из допросной. Вернувшись за свой стол, она принялась жадно глотать воду, чувствуя, как на сердце давит огромный влажный ком — тяжело и удушливо.

— Ты в порядке? — сочувственно поинтересовался коллега.

Она помассировала виски и покачала головой:

— Просто немного устала.

— Тогда тебе надо хорошенько отдохнуть. — Не успел коллега договорить, как раздался удивленный возглас: — Ого, да ты читаешь Сомерсета Моэма, «Узорный покров»?

Женщина-офицер опешила:

— Это не моя книга.

— Зря, почитай. Во всяком случае, мне не понять логику главных героев на страницах. На ее месте я бы ни за что не стал любить настолько ничтожного человека.

Зрачки женщины-офицера расширились:

— Что ты сказал?

— Ты же не читала еще, сама увидишь.

Темная комната, одинокий тихий свет лампы.

Женщина-офицер, снявшая форменный китель, дочитала последнюю страницу «Узорного покрова» и закрыла книгу. Вообще-то она не любила читать, да и сюжет особо не запомнила — в памяти отпечатались лишь несколько строк.

— Я никогда не питала иллюзий относительно тебя.

— Я знала, что ты глуп, легкомыслен и пуст. И все же я люблю тебя.

— Я знала, что твои замыслы и идеалы дешевы. Что ты сноб и обыватель. И все же я люблю тебя.

— Я знала, что ты посредственность. И все же я люблю тебя.

— Я знала, что мысль приводит тебя в ужас, поэтому ты так осторожен.

— Я знала, что ты женился на мне лишь из эгоистичных побуждений. Я любила тебя так сильно, что мне было на это наплевать.

— Насколько я могу судить, люди, которые любят без взаимности, обычно полны грусти и разочарования, сменяющихся гневом и озлобленностью.

Она вспомнила гулявшее по сети видео: Сунь Цзэшэн заносит кулак над Сунь Синчэнем. Он был зол и озлоблен, кажется, готовый разорвать человека голыми руками.

Вспомнился и ее собственный допрос: почему он полез в драку? И его ответ: «Это Сунь Синчэнь мне должен».

Но он так и не пояснил, в чем именно тот провинился.

Позднее Сунь Цзэшэн как будто успокоился. Сидя с книгой в руках, он излучал какое-то внутреннее умиротворение и с абсолютно бесстрастным лицом советовал оравшей на него женщине-офицеру почитать томик.

— «Узорный покров» Моэма, очень интересная книга, рекомендую.

Его улыбка была лишена всяких эмоций — это была ясность человека, который наконец освободился от груза.

Разве это не точно ложилось на строки из книги:

«Со мной все по-другому. Я никогда не ждала, что ты полюбишь меня, я никогда не думала, что у тебя есть хоть какие-то причины любить меня, и мне никогда не приходило в голову, что я могу быть привлекательной. Для меня было огромным счастьем просто иметь возможность любить тебя».

http://bllate.org/book/26309/3150731