Готовый перевод Forced Debut Pro Racer / Айдол поневоле: Гонщик на бис: Глава 12

Те журналисты из группы любителей ничего не понимать безумствовали, бешено нажимая на затворы камер, в то время как обозреватели из лагеря тех, кто предпочитает молчать с улыбкой, взяли у Хуа Дуо эксклюзивное интервью.

Стоявшая неподалеку Эврика Джонс потерял терпение и взревел:

— Ваша команда Сунлян жульничает! Вы думаете, что привели Лу Яна, и теперь всё шито-крыто? Вы занимаетесь фальсификацией, вы всех обманываете!

— Человек, который вышел на трассу и соревновался с нами, — совсем не Лу Ян! Лу Ян, ты просто лжец!

Зал замер от изумления. Что это значит?

Человек на гоночной трассе — не Лу Ян?

Эврика Джонс со злости швырнул бутылку с шампанским на землю, и в тот же миг брызги и осколки разлетелись во все стороны. Вне себя от ярости, он выпалил:

— Вы, команда Сунлян, внезапно заменили гонщика и позвали наемника вместо себя! Вы нарушили регламент соревнований, ваша победа недействительна! Это грязное и постыдное жульничество!

Толпа, которая еще мгновение назад вовсю ликовала и праздновала победу, вмиг опешила.

Победу одержал не Лу Ян? Так кто же тогда чемпион?

Кто этот загадочный человек, который обогнал Эврика Джонс и взял главный приз?

Но хуже всех пришлось Лу Яну. С остекленевшим лицом он смотрел на зрителей под подиумом, ловя на себе их туманные, полные презрения и сомнений взгляды.

— Лу Ян, раз ты не чемпион, почему сразу не сказал?

— Заставил нас зря тратить пленку и распинаться! Мы тут расхваливали тебя битый час, а ты и слова не вымолвил — до чего же ты тщеславен.

— И как только у некоторых хватает бесстыдности?

А всё потому, что он искренне верил, будто это сон!

Щеки Лу Яна пылали от жгучего стыда. Знакомые журналисты принялись сыпать едкими насмешками, словно разъяренные звери, разрывающие его гордость в клочья.

Хуан Фэй и Чжоу Чжичэн, еще минуту назад излучавшие доброту и мягкость, вмиг переменились в лице и устремили на него хмурые взгляды.

Стоило ему вспомнить, с каким высокомерием и непомерной гордыней он только что держался с ними, как стыд, унижение и неловкость обожгли его душу пламенем.

Он высмеивал команду Улай Хуан Фэя за последнее место в турнирной таблице и заявлял, что ставит ни во что этого тупого мажора Хуа Дуо.

И все его слова строились на том железобетонном факте, что он — чемпион. Но он вовсе не был чемпионом.

Он был уверен, что это сон, а потому с чистой совестью принимал чужие дифирамбы. Но наяву всё обстояло иначе.

Лицо Лу Яна серело на глазах. Он перевел взгляд на двух других людей на подиуме: Эврика Джонс выглядел так, будто готов изрыгать пламя, а второй участник смотрел на него с едкой усмешкой.

А еще были репортеры внизу, персонал…

Никогда в жизни он не чувствовал себя столь жалко.

Завершив интервью, Хуа Дуо с невозмутимым видом приподнял веки и бросил:

— Лу Ян, слезай давай. Занимать чужое место — какое позорище.

Лу Ян сжал зубы:

— Кто в конце концов чемпион?

Хуа Дуо ухмыльнулся:

— А сам как думаешь?

Заметив самодовольное выражение лица Хуа Дуо, Лу Ян всё понял. Победителем оказался тот самый сосунок, которого он ни во что не ставил.

Как такое возможно…

Этого просто не может быть!

Сосунок этот с виду совсем сопляк, разве мог он одолеть Эврика Джонс? Немыслимо.

Чистая удача, не иначе!

Сюй Сунмин с кислым видом протянул:

— Между прочим, этот тип даже на наших машинах Хуасая сроду не ездил. У него наверняка и прав-то гоночных нет.

Стоило ему это произнести, как все вокруг застыли с весьма двусмысленными выражениями лица.

Сюй Сунмин, похоже, даже не уловил скрытого смысла своих слов, лишь озадаченно оглядывая сложные лица окружающих.

С чего это у всех такой вид, будто они наелись тухлятины?

Хуан Фэй знал, что Сюй Сунмин парень хоть и плаксивый, но по пустякам врать не станет. Он переспросил:

— Сунмин, ты серьезно? У наемника из команды Сунлян и впрямь нет лицензии гонщика?

Сюй Сунмин решил, что Хуан Фэй намерен заступиться за команду и отстоять справедливость состязаний.

Он усердно закивал:

— Я, Ци Ляньюй и молодой господин Хуа — мы все слышали это своими ушами. Он четко сказал, что впервые сидит за рулем гоночной машины Хуасая. Раз уж он впервые управляет таким болидом, значит, у него стопроцентно нет соответствующей лицензии.

Хуан Фэй глубоко вздохнул, судорожно ухватившись за стену рядом с собой, и состроил лицо полное горькой скорби.

Чжоу Чжичэн тоже покачал головой, проговорив тяжелым тоном:

— Это уже переходит все границы!

Сюй Сунмин тут же понял: каждый здесь готов встать на защиту честной борьбы.

Если на трек выпускают человека без гоночных прав, что делать в случае аварии? Что делать, если под угрозу попадет жизнь других пилотов?

Гоночные лицензии делятся на шесть категорий: E, D, C, B, A и суперлицензия.

К международным соревнованиям допускаются обладатели прав не ниже класса C, а суперлицензия предназначена исключительно для пилотов Формулы-1 высшего эшелона.

Суперлицензия F1 выдается Международной автомобильной федерацией, и во всем мире ею владеют менее трехсот человек. Заслужить суперлицензию F1 невероятно трудно и требует колоссального труда.

Увидев, что все разделяют мысль о нечестности гонки, Эврика Джонс немного повеселел.

Спортивный директор его команды Чжоу Чжичэн заметил с ностальгией:

— И без гоночных прав так лихо управлять болидом? Похоже, перед нами прирожденный гонщик.

Эврика Джонс: ?

Хуан Фэй горячо поддержал его:

— Я обязан отыскать этого парня! Пусть даже придется на коленях молить предков и богов, я затащу его в свою команду.

Эврика Джонс вытаращил глаза:

— Но у него же нет прав! Это опасное вождение!

Хуа Дуо расхохотался:

— Вы что, всерьез приняли за чистую монету шутку про отсутствие прав?

— Разве человек без лицензии смог бы подняться на верхнюю ступень пьедестала? Да у него сто процентов есть корочка. Без прав вы даже мотор завести не сможете — неужели вы думаете, что это игрушечный карт, с которым справится любой ребенок?

Хуа Дуо не был до конца уверен, имеются ли у Цзянь Сина гоночные права, зато он точно знал одно: мастерство Цзянь Сина превосходило навыки любого из присутствующих.

С таким уровнем вождения получить лицензию — раз плюнуть.

От этих слов лица всех присутствующих мгновенно покраснели от неловкости.

И правда, с чего бы у этого парня не оказалось прав?

Человек, никогда не сидевший за рулем гоночного болида, даже в руле Формулы-1 не разберется: там столько кнопок, подрулевых лепестков переключения передач — без должной подготовки ни за что не поедешь.

Обыватель просто не выдержит перегрузок на высоких скоростях, не говоря уже о том, чтобы на бешеном темпе идеально проходить траектории и совершать дерзкие обгоны.

Судьи Хуасая официально огласили вердикт: результаты команды Сунлян аннулируются.

Участник, вышедший на квалификацию, не совпадает с пилотом в Гонке, что нарушает правила соревнований. Таким образом, чемпионом по-прежнему признается Эврика Джонс.

Эврика Джонс был вне себя от злости.

У него даже не осталось настроения обливаться шампанским. С презрительным видом он бросил Лу Яну:

— Ты и впрямь презренный ничтожнейший тип: не смог со мной тягаться и побежал искать наемника. Передай ему: на этот раз он выиграл лишь по чистой случайности, в следующий раз я ему спуску не дам.

Самоуверенность так и перла из него.

Эврика Джонс не признавал, что уступил наемнику команды Сунлян, равно как и не считал соперника равным себе.

Тот ехал на трех колесах после прокола шины, испытывал трудности в поворотах, а на прямых теряй скорость. Окажись на трассе еще один поворот или протянись прямая чуть дальше — и чемпионом неизменно стал бы Эврика Джонс.

К тому же сказалась его собственная недооценка противника. Если они столкнутся снова…

Эврика Джонс непременно докажет ему, кто здесь истинный король трека.

Лицо Лу Яна позеленело.

Он чувствовал себя донельзя несправедливо обиженным, готовым взорваться от злости. Все вокруг решили, что его присутствие на пьедестале — лишь попытка замести следы, жалкое прикрытие для наемника команды Сунлян.

Теперь каждый был уверен, что он с Хуа Дуо в сговоре, а его прежнее молчание превратилось в железное доказательство жульничества с подставным гонщиком.

Когда толпа рассеялась, репортер из лагеря тех, кто предпочитает молчать с улыбкой, вдруг сообразил, почему голос показался ему до боли знакомым.

Он открыл отснятую недавно видеозапись: на ней был запечатлен момент радиопереговоров гонщика команды Сунлян с инженером прямо во время заезда. Хоть звук и прошел через электронную обработку, изменив тональность, прислушавшись повнимательнее, нетрудно было уловить знакомые нотки.

Тембр человека в черной маске был точь-в-точь таким же!

Он судорожно схватил камеру и бросился к выходу. Дороги вокруг стояли намертво, но если тот парень решил поймать такси, у него еще был шанс перехватить его!

Улицы снаружи и правда превратились в сплошную пробку. Цзянь Син ждал уже довольно долго, но машина таксистов находилась еще в ста метрах от него.

Цзянь Син вздохнул: проще было дойти пешком. С такой скоростью они тронутся с места только к ночи.

Из здания ватагой высыпало несколько человек. Один из них весело щебетал:

— Братец Хэн, не переживай, я уже связался с боссом Таном, он сказал, что претензий по поводу сегодняшнего столкновения иметь не будет.

Второй обладатель ледяного, низкого голоса равнодушно бросил короткое:

— Мм.

Цзянь Син машинально скосил глаза вбок.

Этот парень выглядел донельзя холодным, словно вековая ледяная глыба, которую невозможно растопить. Даже голос его звучал отстраненно и бесстрастно, напрочь лишенный всякого тепла.

К тому же говорил он как робот — выплевывая слова поодиночке, будто каждое давалось ему с огромным трудом.

Цзянь Син опустил взгляд на экран смартфона: до такси оставалось девяносто метров.

Даже в медицинской маске высокий рост и пропорции Цзянь Сина приковывали к себе взгляды. Фан Нуочжэ невольно засмотрелся на него и тихо пробормотал:

— Какие же у него длинные ноги…

Затем Фан Нуочжэ бросил взгляд на ноги Лань Хэна и прикинул, что конечности у обоих парней примерно одинаковой длины.

Скучая в ожидании транспорта, Фан Нуочжэ уткнулся в телефон и заговорил:

— Братец Хэн, в эти выходные же Гран-при Формулы-1. Это первый раз, когда они проводят этап в Хуаго, билеты расхватали в мгновение ока, пойдешь смотреть?

Поднялся легкий ветерок. Лань Хэн поднял глаза — и в поле его зрения попала высокая, подтянутая фигура.

Незнакомец стоял с расслабленным видом, выпрямив широкие плечи, его ноги казались длинными и пропорциональными.

Не успел Лань Хэн ответить, как стоявшего рядом Му Юаньцин тихо произнес:

— А-Хэн, я как раз взял два билета на Формулу-1, пошли вместе?

Фан Нуочжэ обиженно завыл, вопрошая, почему это ему билет не достался.

Взгляд Лань Хэна сфокусировался на одной точке: незнакомец как раз повернул голову, их взгляды на секунду встретились, после чего тот тут же отвел глаза.

Лань Хэн машинально обронил:

— Пойду.

Лицо Му Юаньцина озарилось радостью — он думал, что Лань Хэн откажется.

Подъехало такси Цзянь Сина. Он открыл дверь и решительно забрался на заднее сиденье. Через стекло он заметил, что парни из команды DON пристально смотрят на него.

В особенности тот самый пухлый рисовый шарик, как выражался Хуа Дуо, по имени Лань Хэн, чьи глаза были прикованы исключительно к нему.

Страннее всех вел себя Му Юаньцин: то переводил взгляд на Лань Хэна, то оглядывался на него самого. Во взгляде читалось столько враждебности, любопытства и даже настороженности.

Возможно, Цзянь Син ошибался, но Му Юаньцин явно питал к нему неприязнь. При этом Му Юаньцин так цеплялся за Лань Хэна, что атмосфера между ними казалась одновременно странной и двусмысленной.

Впрочем, чужие секреты Цзянь Сина не интересовали. Машина тронулась, медленно продвигаясь по запруженной дороге.

Его автомобиль растаял в потоке машин, а к тротуару тем временем подрулило такси Лань Хэна. Направляясь к дверце, он мимоходом бросил Му Юаньцину:

— Я не поеду.

Лицо Му Юаньцина мгновенно побелело как мел.

Стоило Лань Хэну и Фан Нуочжэ сесть в салон, как из дверей вылетел запыхавшийся репортер. Забыв перевести дыхание, он подбежал к Му Юаньцину и выпалил:

— Вы не знаете, куда делся тот парень в маске? Он же победитель этого этапа, верно?!

Мягкое выражение лица Му Юаньцина треснуло по швам, кожа на щеках запеклась, словно земля под палящим солнцем.

Журналист не унимался:

— Ну скажите, я угадал? Он тот самый гонщик, который разгромил Эврика Джонс!

Му Юаньцин точно знал правду. Пусть репортер и не видел всё своими глазами, но до него доходили слухи о дебоше, устроенном Хуа Дуо в зоне взвешивания.

Му Юаньцин общался с настоящим триумфатором лицом к лицу и наверняка видел его без маски!

Му Юаньцин хранил молчание. Репортер, сочтя это за глупость и раздражающее упрямство, разжал пальцы и пробормотал себе под нос:

— Тоже мне, напыщенный сноб, который вечно отстает на круг и отказывается пропускать соперников — только и умеет, что строить из себя недотрогу. Тьфу, гадость какая.

Схватив камеру, он тоже удалился. Возле гоночного трека остался лишь он один.

Погода стояла знойная, но Му Юаньцина пробил ледяной пот.

В его голове вновь и вновь звучал мягкий, но пугающе холодный голос, прозвучавший для него издевательской насмешкой:

— Похоже, он и впрямь не знает сигнальных флагов.

http://bllate.org/book/26362/3155790