Готовый перевод The Star Becomes a Bewitching Green Tea / Кинозвезда в теле соблазнительного интригана: Глава 2

Прямо напротив двери стояла дорогостоящая деревянная ширма, между створками которой оставался небольшой зазор. Цзи Юйсюань обладал острым зрением и заметил, как кто-то сидит в кресле и заваривает чай. Пальцы с выступающими суставами двигались умеренно и привычно, от человека исходил мощный и густой прилив мужественности, а на запястье красовались глубокие синие часы марки PATEK PHILIPPE.

Он когда-то был амбассадором этой модели часов, стоивших баснословных денег.

Густые струйки пара поднимались из чайной чашки и клубились позади ширмы.

Цзи Юйсюань взял себя в руки. Каких только тягот не повидал он, Цзи Юйсюань, но если бы не Ли Тао, который полусонным приволок его сюда, ни за что на свете он не согласился бы прийти на встречу со спонсором.

Ладно, сейчас оставалось только сыграть всё на своём блестящем актерском мастерстве, а если уж совсем припрет — придётся пустить в ход силу. Мысленно глубоко вздохнув, он шагнул из-за ширмы. Подняв голову и увидев собеседника, он резко замер посреди шага, а в сердце мелькнула растерянность.

Часть волос сидевшего перед ним мужчины была зачесана назад, открывая широкий лоб, а кончики прядей свободно падали на густые брови. Он напоминал развалившегося в расслабленной позе леопарда, который наслаждался одиночеством, пока его покой внезапно не потревожило какое-то бестолковое животное. Пара глубоких карих глаз неотрывно разглядывала его.

Этот Ван Дао оказался совсем не таким лощёным и слащавым, как он себе воображал, к тому же был чертовски хорош собой — особенно его прямой нос, делавший резкие черты лица ещё более рельефными и выразительными.

Цзи Юйсюань с трудом вернул самообладание: спонсор есть спонсор, даже если он не заплыл жиром и не прилизан, его волчью сущность это не изменит. Уголки его губ сами собой изогнулись в улыбке, а в соблазнительных лисьих глазах заиграл влажный блеск. Одетый в чёрную толстовку, он казался ещё белее — его кожа напоминала фарфор.

Он сделал легкий шаг вперёд, понизил голос и неторопливо поприветствовал:

— Ван Дао, прошу прощения, я опоздал.

Мужчина слегка нахмурился на эти слова, пальцы с выступившими суставами дважды постучали по белоснежной фарфоровой чашке, и он спросил:

— Вы кто?

Цзи Юйсюань мысленно опешил: неужели этот Ван Дао назначил на сегодняшний вечер свидание сразу нескольким людям и теперь не может сообразить, кто именно перед ним?

Цзи Юйсюань внутренне усмехнулся: поистине зверь в человеческом обличье, бесстыдный извращенец.

Думая так, на лице он не показал и тени эмоций. Более того, он подался вперед ещё на пару шагов и вплотную приблизился к мужчине. В следующее мгновение он присел на краешек его бедра, одной рукой нахально ткнул мужчину в грудь, а другую естественно засунул в боковой карман, намертво вцепившись в отвёртку.

— Какая у вас короткая память, Ван Дао. Я же Сяо Цзи из Синханя.

Издалека он ничего не чувствовал, но теперь, вблизи, помимо тонкого аромата чая, до него долетал легкий запах мужского древесного парфюма.

Этот аромат был чистым и бодрящим, словно горный родник — изысканным и со вкусом.

Почувствовав запах духов, Цзи Юйсюань удивленно моргнул. Сколько лет он крутился в шоу-бизнесе и каких только режиссёров не повидал: от мелких постановщиков, снимавших массовку и второстепенные роли, до матёрых авторов, с которыми свела судьба после получения титула киноимператора. Все они без исключения торчали на съёмочной площадке целыми днями, ведь кинопроизводство — труд не из легких, и от всех вечно разило потом. А этот Ван Дао оказался тем ещё перфекционистом.

Опомнившись, Цзи Юйсюань заметил полуулыбку в уголках губ мужчины. У того были чарующие персиковые глаза, а карие зрачки казались еще бездоннее. Рука, лежавшая на чайной чашке, отпрянула и привычно опустилась ему на талия.

Цзи Юйсюань знал, что даже при игре на публику телесного контакта не избежать, но когда эти пальцы с отчётливыми суставами легли ему на талию, он едва сдержался, чтобы не выхватить отвёртку.

— О, ты из Синханя... — Мужчина сидел, но ростом обладал явно выдающимся, так что Цзи Юйсюань, устроившись у него на коленях, смотрел на него на равных. Взгляд мужчины в упор впился в его лицо. — Сяо Цзи? По фамилии Цзи?

Голос мужчины не звенел, напротив, в нём звучали низкие нотки.

Цзи Юйсюань машинально отозвался:

— Цзи Юйсюань.

Произнеся это, Цзи Юйсюань сообразил: он же только что так чётко представился, неужели тот всё еще не понял, кто он? Или сегодня вечером действительно ждут двух разных Сяо Цзи?

Они сидели так близко, что дыхание каждого ощущалось отчётливо. Цзи Юйсюань прекрасно понимал: он полез к нему сам вовсе не для того, чтобы снискать милость благодетеля, а исключительно чтобы вызвать у того омерзение.

При этой мысли он слегка потупил взор, его глаза игриво заблестели, а длинные белые пальцы принялись легонько теребить тёмно-серый в полоску галстук на шее мужчины. Сделав нарочито жеманный голос, он проворковал:

— Ван Дао, вы же мой первый покровитель. Раз я иду на такие жертвы, с ресурсами меня обижать никак нельзя.

Едва Цзи Юйсюань договорил, как сверху раздался низкий мужской смешок, в котором сквозило немалое любопытство.

Услышав смех, Цзи Юйсюань не растерялся, а только укрепился в уверенности: похоже, его слова вызвали у мужчины отвращение. И чем сильнее это отвращение, тем лучше — так он сможет и перед Ли Тао отчитаться, и спровадить этого типа, не нажив врага в лице спонсора.

— Ресурсы? — смех мужчины смолк, а пальцы с резкими суставами внезапно ухватились за шнурки на его капюшоне. Медленно потянув за них, он затянул капюшон так, что Цзи Юйсюаню волей-неволей пришлось запрокинуть голову. — Выкладывай, какие тебе нужны ресурсы?

Цзи Юйсюань давно всё просчитал про себя и выпалил без запинки:

— Во-первых, о проектах вашей режиссуры и говорить нечего: я должен играть главную мужскую роль, и точка, никому её не уступлю. Даже если кто-то припрётся с деньгами и инвесторами, вам придётся улаживать этот вопрос. Во-вторых, стоит мне присмотреть любой другой сценарий, вы обязаны выбить для меня роль. Лучше всего главную, на худой конец — вторую мужскую. В-третьих, раз уж я теперь с вами, меня необходимо переселить в другое жилье. Куда попало я не согласен, так что купите мне коттедж в жилом комплексе Золотая Гавань. В-четвёртых, мне нужна машина для поездок, модель на ваше усмотрение, но чтобы стоила не меньше двух миллионов.

Выдав на одном дыхании длинную тираду, Цзи Юйсюань поднял глаза и с самым невозмутимым видом уставился на мужчину.

На лице собеседника вновь проступила полуулыбка. Отвечать на требования Цзи Юйсюаня он не стал, а вместо этого перевёл взгляд ниже — на другую руку парня, спрятанную в боковом кармане.

Цзи Юйсюань проследил за его взглядом, и всё внутри у него сжалось. Неужели этот хмырь что-то раскусил? Невозможно, он ведь не допустил ни единого промаха.

— Что это тут такое твёрдое? — раздался над самым ухом насмешливый голос мужчины. — Прямо в меня упирается.

http://bllate.org/book/26417/3162415