Дэн Чэнгун бросил взгляд на Лин Чэньси:
— Ты согласился?
Лин Чэньси тоже остановился. Вообще-то он сам не прочь был проверить этого агента на прочность: если бы тот разделял точку зрения режиссера, работать дальше им было бы не по пути. Он вопросительно парировал:
— А ты хочешь, чтобы я согласился?
— И думать об этом забудь, малыш Лин, — нахмурился Дэн Чэнгун. Если раньше он производил впечатление излишне мягкого добряка, то сейчас выглядел едва ли не пугающе строгим. — Шоу-бизнес куда грязнее, чем ты думаешь. Стоит ступить туда одной ногой — и выбраться назад уже не получится.
С этими словами он прикусил губу и с опаской спросил:
— Ты ведь не согласился?
Этот парень был всего на несколько лет старше его собственной дочери, и Дэн Чэнгуну совсем не хотелось, чтобы Лин Чэньси, подобно многим другим, погряз в этой сточной канаве.
Лин Чэньси вгляделся в его лицо и чуть закусил губу. Выражение лица Дэн Чэнгуна мгновенно изменилось, он глубоко вздохнул:
— Эх, Лин, в шоу-бизнесе отроду не было коротких путей, ты...
Додумай Дэн Чэнгун еще что-нибудь в своей голове, и его лицо стало бы совсем мрачным. Лин Чэньси посмотрел на своего агента и понял, что этот человек на его стороне. Чтобы ненароком не довести беднягу до инфаркта и не остаться без агента, Лин Чэньси тронул уголки губ, легко улыбнулся и тут же произнес:
— Нет.
— Ах ты сорванец, решил меня до инфаркта довести?
Дэн Чэнгун только теперь выдохнул и сделал вид, что собирается отходить Лин Чэньси тумаков. Разумеется, это было для виду, да и Лин Чэньси не стал уворачиваться, лишь бросил:
— Если мы сейчас же не пойдем, программа вообще закончится.
Напомненный об этом, Дэн Чэнгун вспомнил, что его подопечный выходит на сцену следующим. Забыв про собственные старые кости и ноющие суставы, он ухватил парня за руку и припустил бегом.
Лин Чэньси всегда отличался неторопливостью, и такое спешное передвижение было для него внове. К счастью, парикмахер постарался на славу, прическа не растрепалась, а стоило чуть одернуть одежду — и вид у него был более чем безупречный. А вот Дэн Чэнгуну повезло куда меньше: волосы во время бега взъерошились во все стороны. Упершись руками в колени, он тяжело задышал, а затем обратился к стоявшему рядом сотруднику:
— Скажите, кто сейчас выступает?
Работник заглянул в бумагу в своих руках:
— Сейчас выступает с танцем учитель Чэн Гуйнань, до конца номера еще минуты пять примерно.
Перевернув страницу, он бросил взгляд на Лин Чэньси и добавил:
— Следующим идет учитель Цзинь Ань, а после него — учитель Лин Чэньси.
Дэн Чэнгун выпрямился и перевел дыхание:
— Времени еще достаточно, хорошо-хорошо. Если бы мы сорвали и этот выход на сцену, тебе потом и впрямь заказан путь в тусовку.
Сказав это, он покосился на стоявшего неподалеку Цзинь Аня. Тот был одет в белую повседневную куртку; ростом не слишком высокий, с весьма утонченными чертами лица, он производил на удивление приятное впечатление.
В обычной жизни такая внешность очень располагает к себе, но вот для шоу-бизнеса она все же была чересчур блеклой.
Какая жалость, какая досада.
При этих мыслях Дэн Чэнгун снова перевел взгляд на Лин Чэньси и невольно в очередной раз мысленно восхитился внешностью своего подопечного: такое лицо — это когда небеса сами ведут тебя за руку и кормят с ложечки. Перед ним лежала широкая, усыпанная звездами дорога к успеху, но... эх.
Дэн Чэнгун покачал головой, и во взгляде, брошенном на Лин Чэньси, читалось нечто большее, чем просто сожаление.
Это было истинное несчастье, кромешное невезение.
Стоило ему только дебютировать, как тут же в сеть слили снимки его тайных встреч с фанатками, а следом посыпались грязные слухи о звездной болезни, скверном характере, пустой красивой оболочке и прочем. С тех пор ни один бренд больше не предлагал ему сотрудничество.
Нынешнее развлекательное шоу стало для Лин Чэньси первым проектом за долгое время, да и то лишь потому, что У Цзин и Чэн Гуйнань из их мужской группы были невероятно популярны, и съемочная группа захотела хайпануть на дружбе участников, попутно пригласив и Лин Чэньси.
Внезапно о чем-то вспомнив, Дэн Чэнгун нахмурился, понизил голос и придвинулся к Лин Чэньси:
— Что он сказал тебе после твоего отказа? Не угрожал?
Этого помощника режиссера звали Юй Шижэнь, в кругах у него была дурная репутация, он обожал строить козни за спиной. Вдруг...
Лин Чэньси, который мысленно повторял текст песни для своего предстоящего выступления, заметив приближение Дэн Чэнгуна, глянул на него:
— Ой, что он там говорил... Дай-ка вспомнить.
Дэн Чэнгун почувствовал легкое раздражение: они же только что закончили говорить по телефону! И этот парень еще рассчитывал в будущем создать себе образ эрудированного интеллектуала? С такими-то мозгами — и какой-то образ?
К счастью, этот предок остолбенел лишь на мгновение:
— Ну, в общем-то, не сказать чтобы прямо угрозы.
Дэн Чэнгун только успел вздохнуть с облегчением, как этот сорванец неторопливо продолжил:
— Наш дорогой режиссер просто пообещал, что после сегодняшнего дня я навсегда исчезну с телеэкранов.
Разумеется, всю ту грязь и маты, что звучали между делом, он благополучно опустил.
— Что?! — сердце Дэн Чэнгуна, только-только пришедшее в норму, снова заколотилось. — И это по-твоему не угрозы? А что тогда угрозы?!
Он даже пожалел, что сегодня не захватил с собой сердечные капли.
Из-за того, что они говорили слишком громко, взгляды съемочной группы со стороны сцены устремились на них. Даже стоявший неподалеку Цзинь Ань обернулся. Заметив всеобщее внимание, Дэн Чэнгун виновато улыбнулся, снова наклонился к Лин Чэньси и зашипел:
— Я говорю, ты можешь договаривать свои мысли до конца? Чего он от тебя хочет?
— Кто его знает.
Лин Чэньси держался невозмутимо, словно угрожали вовсе не ему.
У Дэн Чэнгуна не было столь крепких нервов, он принялся кружить на месте от паники:
— Он определенно задумал какую-то пакость перед твоим выходом на сцену! Что делать, что делать? Может, позвоним ему и извинимся?
— Нет, незачем.
У Лин Чэньси не было привычки выслушивать ругань в свой адрес, а потом еще и извиняться перед обидчиком.
К тому же извинения вряд ли помогут.
— Но если мы хоть в чем-то облажаемся на сцене, потом ты точно уже не сможешь... — Дэн Чэнгун искренне переживал. В конце концов, у его подопечного и так репутация была напрочь испорчена, а если его перестанут звать на шоу, с карьерой можно будет окончательно распрощаться.
Лин Чэньси скользнул взглядом по сдвинутым на переносице бровям Дэн Чэнгуна, уголки его губ чуть дрогнул в усмешке, и он тихо произнес:
— Смогу ли я в дальнейшем появляться на телевидении, решать уж точно не ему.
Его голос звучал негромко, как раз в самый раз, чтобы быть услышанным, но в то же время в нем сквозила такая уверенность, что невольно хотелось верить каждому слову. Дэн Чэнгун вдруг замер. Посмотрев на своего артиста новыми глазами, он с удивлением заметил, что сегодня Лин Чэньси выглядит как-то иначе.
С самого дебюта Лин Чэньси позиционировали как холодного и неприступного красавца, поэтому на публике он всегда носил маску непроницаемой ледяной глыбы. Со временем это выражение лица словно срослось с ним, и он разучился даже улыбаться.
http://bllate.org/book/26432/3164595
Готово:
