Линь Давэй помрачнел, отвернулся и от чувства вины не смел ни на кого смотреть.
– И ещё, на прошлой неделе ты обманом заставил меня подписать документ. Если я не ошибаюсь, стоило мне поставить подпись, как ты заполучил бы акции компании, – в глазах У Юя плескался лишь холод. – А этот документ с любой стороны был кабальным пари, полностью невыгодным для меня.
У Юй усмехнулся:
– Получить выгоду с двух сторон: и от моего отца поживиться, и укрепиться на позиции в компании, а потом выкинуть меня, как мяч. Линь Давэй, неужели десять лет отношений для тебя настолько ничтожны?
Линь Давэй закрыл лицо руками и не смел отвечать.
Но это молчание служило полным признанием слов У Юя.
Чэн Лин казалась совершенно ошеломлённой – она никак не ожидала, что переплетение интересов между этими троими окажется настолько запутанным.
В растерянности она спросила:
– Какое ещё пари?
– О, и ты здесь, – У Юй вздрогнул, услышав её голос. – Цзи Лун передал тебе мои компрометирующие фотографии, чтобы ты шантажировала меня ими. Думала, в конце концов выгода достанется тебе? Боюсь, ты даже не представляешь, на что я поставил в этом пари.
Чэн Лин ещё более растерянно замотала головой.
– Все мои ресурсы, – усмехнулся У Юй. – Так что независимо от победы или поражения, даже если я сам отдам тебе ресурсы, все эти деньги утекут лишь в карман Цзи Луна.
У Юй поднялся с места, направился к Чэн Лин и схватил её за перчатку-игрушку.
Он презрительно бросил:
– Тебя же использовали втёмную, а ты ещё и воображала, будто в накладе не осталась.
Чэн Лин мёртвой хваткой вцепилась в перчатку, отказываясь её отпускать. Она бросила на Цзи Луна молящий взгляд, но тот её проигнорировал.
Цзи Лун поднял руки и захлопал в ладоши:
– Я и впрямь недооценивал тебя раньше. Что же делать, мне так жаль тебя уничтожать – не подумать ли тебе над тем, чтобы сдаться мне? Если мы объединимся, разве это не прекрасный исход?
– Не мечтай.
У Юй рывком вырвал перчатку-игрушку и на глазах у троих остолбеневших людей достал оттуда нож.
– Н-нет, У Юй, этот нож ко мне не имеет отношения! – принялась оправдываться Чэн Лин.
У Юй легко усмехнулся:
– Имеет.
Стиснув нож в руке, он перевёл взгляд на Цзи Луна.
– Не горячись, мы можем присесть и нормально поговорить, – Цзи Лун наконец согнал со своего лица сальную улыбку и придал ему серьёзное выражение.
Стоит признать, выражение человеческой личины на собачьей морде – это определение, пожалуй, было создано специально для Цзи Луна. Когда он принимал серьёзный вид, его действительно можно было назвать директором продюсерской компании.
– Поговорить? Когда ты замыслил меня убить, нам больше не о чем говорить, – У Юй взял нож и легко ткнул Цзи Луна в грудь.
Кончик лезвия слегка коснулся воротника, оставив на ткани небольшую вмятину.
Лицо Чэн Лин побелело как полотно, а Линь Давэй уже давно приготовился смыться. У Юй схватил его за воротник и притянул обратно.
Линь Давэй сложил руки у груди:
– Предки мои, их план со мной вообще никак не связан, об этом пари я ни сном ни духом!
У Юй презрительно покосился на него и отбросил в сторону.
Цзи Лун с наивной фальшью в голосе произнёс:
– Я ведь души в тебе не чаю, с какой стати мне желать твоей смерти?
Это умение строить из себя жертву было точь-в-точь как у Чэн Лин.
Подавив подступившую тошноту, У Юй произнёс:
– Ты использовал Линь Давэя, чтобы держать под контролем мои связи, затем шантажировал меня через Чэн Лин и, наконец, подсунул неравный договор о пари – это и есть проявление твоей любви?
– Ты любишь меня, поэтому вечно держишь под каблуком. Когда у тебя появлялись ресурсы, мне обязательно нужно было вилять хвостом, и только тогда ты бросал мне кусок мяса, словно подачку, прикрывая всё это красивыми словами о том, что любишь и жалуешь меня.
На морщинистом лице Цзи Луна не осталось и следа обиды – напротив, в глазах вспыхнул хищный интерес, словно У Юй был занятной игрушкой.
У Юй продолжил:
– За десять лет я выпустил в общей сложности шестьдесят семь песен, и все авторские права зажаты в твоих кулаках. Чтобы расторгнуть контракт, чтобы вернуть права, я должен был склонить перед тобой голову, должен был подписать пари.
– Цзи Лун, неужели тебе так забавно топтать людей ногами и забавляться ими? Тогда я покажу тебе кое-что поинтереснее.
У Юй взял телефон, на котором хранилось больше десятка отвратительных видеозаписей.
И главным героем этих роликов был сам Цзи Лун.
– Этого вполне хватит, чтобы упрятать тебя за решетку лет на десять, – усмехнулся У Юй. – О да, доказательства уклонения от уплаты налогов есть не только на Линь Давэя, но и на тебя.
Цзи Лун шагнул вперед, уперся руками в дверное полотно и расплылся в крайне коварной улыбке.
Наклонившись к самому уху У Юя, он прошептал:
– Я ведь… всё сильнее в тебя влюбляюсь. И что же ты сделаешь? Стоит тебе только попросить, и я отдам тебе всё, что пожелаешь.
У Юй инстинктивно попытался отстраниться, чувствуя, как на него надвигается огромная угроза.
Щелк.
Дверь заперли изнутри на задвижку.
У Юй вел Ли Сюя к гримёрной У Юя.
На этот раз дверь оказалась заперта накрепко.
Ли Сюй нервно произнес:
– Н-не стоит, наверное. Мы так обременяем брата У.
– Никакого обременения, он с радостью одолжит тебе одежду.
Любой услышал бы в словах У Юаня нотку ревности, но сам он этого не замечал.
У Юань покрутил ручку и недоуменно произнес:
– Почему заперто?
Он легонько постучал, но изнутри не последовало никакого ответа.
– Может, позвонить? – предложил Ли Сюй.
У Юань слегка кивнул и достал телефон. Заряд батареи показывал всего пять процентов, выдав предупредительное мигание. Это невольно заставило его вспомнить прошлую петлю: именно тогда этот проклятый телефон разрядился, из-за чего он и не разглядел лицо убийцы.
В трубке шли длинные гудки, но...
– Тсс! – У Юань приложил указательный палец к губам. По ту сторону двери послышался телефонный звонок.
– У Юй?! – У Юань начал яростно барабанить в дверь, но внутри по-прежнему никто не отзывался.
Ли Сюй озадаченно протянул:
– Наверное, его нет, может, телефон с собой не взял.
У Юань нахмурился:
– Нет, нет! Что-то случилось! Вышибаем дверь!
– А?! – Ли Сюй испугался свирепого тона У Юаня, но тело среагировало быстрее – он с размаху бросился на дверь.
Проходившие мимо сотрудники то и дело останавливались, с любопытством толпясь вокруг.
Когда дверь отворилась, оттуда пахнуло густым запахом крови.
У Юй лежал в луже крови, а рядом стояли трое.
Нож выпал из руки Линь Давэя, и тот заревел:
– Это не я! Правда не я!
http://bllate.org/book/26513/3173356
Сказали спасибо 0 читателей