Человек, сидевший рядом, опустился на стул, внезапно вторгнувшись в поле зрения сбоку.
— И наоборот, h(x)...
Ин Юньшэн замер на полуслове, слегка растерявшись.
Цзи Ли достал из бокового кармана рюкзака ручку и, подняв глаза, встретился с ним взглядом.
— Ты почему сел здесь?
Цзи Ли ответил:
— Впереди свободные места только тут.
Ин Юньшэн едва произнес это, как сам осознал прозвучавшие в его голосе нотки допроса. Он тут же попытался всё исправить, но собеседник ответил с совершенно невозтимым видом. Опешив на секунду, Ин Юньшэн перевел взгляд на класс и лишь тогда понял, что, кроме как рядом с ним, свободных мест действительно больше не осталось.
Дежурный учитель стукнул по столу, и шум в классе стих.
Ин Юньшэн снова вгляделся в задачу, но сосредоточиться никак не удавалось, и лишь спустя долгое время он опустил кончик ручки на бумагу.
В десять десять вечера дежурный учитель раньше времени покинул кабинет.
Прямо над партой неожиданно выросла чья-то голова:
— Главный умник, помнишь меня?
Цзи Ли дописал фразу в общем итоге и, подняв голову, уставился на торчащие ежиком волосы одноклассника, несколько секунд копаясь в памяти.
Это был тот самый парень, который перед распределением по классам сидел вместе с Цзянь Минюанем на крыльце общежития и доделывал домашку.
В очках кивнул и с восторгом произнес:
— Я впервые вижу, чтобы ты остался в школе на выходные.
— Я тебе зачем-то нужен?
— Да ничего особенного, — с ухмылкой ответил Очки. — Просто у нас, живущих в общежитии, есть традиция... В субботу вечером мы собираемся в какой-нибудь комнате на небольшую вечеринку: едим, пьем и рубим в игры. Теперь ты тоже ночуешь в общежитии, не хочешь зайти вечером?
Цзи Ли ответил:
— Хорошо.
— Если тебе неинтересно, то мож... А?
— Во сколько?
Очки мысленно засыпал экран сотнями матерных восклицаний:
— В одиннадцать, на этот неделе мы собираемся в 412-й.
Цзи Ли коротко бросил:
— Угу, — и продолжил заполнять бланк.
Очки изначально думал, что такой ученик, как Цзи Ли, вообще не станет участвовать в их разгильдяйстве. Он никак не ожидал получить согласие и теперь испытывал смесь легкого шока и эйфории. Затем он повернулся к сидевшему с Цзи Ли за одной партой Ин Юньшэню:
— Ну а ты всё так же...
— Я тоже пойду.
Очки замер:
— Чего?
Ин Юньшэн даже головы не поднял:
— Я тоже иду.
Очки подумал про себя: разве на прошлой неделе, когда я спрашивал, не ты ли говорил, чтобы в следующий раз с подобной ерундой к тебе не лезли?
Впрочем, он не стал заострять на этом внимание, ведь и сам частенько действовал под влиянием минутного порыва, поэтому кивнул:
— Ладно, только не опаздывайте, а то всю еду растащат.
Комната 412 находилась как раз посередине коридора на четвертом этаже общежития. Когда Цзи Ли подошел, там уже сидели человек семь-восемь парней.
Ин Юньшэн расположился в углу у самой двери, приподнял голову, столкнулся с ним взглядом, убедился, кто пришел, и снова отвел глаза.
Остальные разглядели лицо Цзи Ли и испытали знатный шок:
— Юй-цзы, ну ты зверь, даже нашего главного умника смог притащить!
— У нас тут первые места по естественным и гуманитарным наукам собрались! Твоя совесть вообще не страдает от того, что ты портишь таких пай-мальчиков?
— С чего это вдруг школьные отбросы и элита Чанцяо среди глубокой ночи внезапно сошлись в четвертом корпусе?
Юй Цзэ с самым естественным видом хозяина положения похлопал по свободному месту рядом с собой и поманил его:
— Умник! Сюда!
На полу были расстелены циновки, поверх которых водрузили складной стол. На нем красовался огромный пакет с шашлычками из неведомо чьих рук и неизвестно откуда притащенный, а рядом громоздилась батарея бутылок и банок.
Кто-то допил коктейль, пустую матовую стеклянную бутылку бросили на пола, и один из парней легонько крутанул ее. Бутылка медленно сделала пол-оборота, и горлышко указало на Цзи Ли.
— Правда или действие?
Цзи Ли посмотрел на горлышко:
— Я не говорил, что буду участвовать.
Крутивший бутылку парень ухмыльнулся:
— Раз уж докрутили до конца, умник, сыграешь по-честному?
Это явно был вызов на слабо. Остальные жаждали зрелищ и были не против подлить масла в огонь, и только Юй Цзэ попытался урезонить приятеля:
— Хватит задирать человека.
Тот расплылся в улыбке:
— Мы же редко сидим за одним столом со школьным гением, какой смысл просто сидеть и жрать? Сам подумай!
Под всеобщий гомон и улюлюканье Цзи Ли в один клик заблокировал экран телефона:
— Правда.
Все оживленно зашумели, наперебой предлагая варианты вопросов, и тот самый парень с бутылками выпалил напрямую:
— Самый позорный момент в твоей жизни?
Цзи Ли ответил:
— Играл Спящую Красавицу в женском платье, меня поцелуем разбудил какой-то парень.
Парень: — ...
Все: — ...
Юй Цзэ потрясенно выдохнул:
— Умник, это у тебя... реальная история?
Цзи Ли:
— Это уже следующий вопрос.
Выражения лиц у всех были ошеломленными, и никто даже не заметил, как в углу при звуках этих слов у Ин Юньшэня резко дрогнул взгляд.
Получив право хода, Цзи Ли протянул руку и крутанул бутылку. Та со стуком завертелась и с удивительной точности указала как раз на того парня, что только что задавал вопрос.
Твою мать, ты что, тренировался? — опешил тот.
Цзи Ли оставил вопрос без ответа:
— Что выбираешь?
Парень на мгновение засомневался:
— Правда.
Цзи Ли едва заметно улыбнулся:
— Если все присутствующие здесь упадут в воду, и ты сможешь спасти лишь одного — спасенный выживет, а остальные гарантированно погибнут, — ты обязан и можешь спасти только одного. Кого выберешь?
Парень: — ...
Все: — ...
Парень внезапно ощутил на себе с десяток взглядов и чуть не покрылся дырами от такого внимания. В конце концов он молча влил в себя целую бутылку зеленой Шаньчэнской, и право хода снова вернулось к нему.
В третьем раунде бутылка со стуком закрутилась и уставилась на Ин Юньшэня.
Парень даже не стал дожидаться его выбора и сразу выдвинул требование:
— Выбери кого-нибудь из присутствующих и целуйся три минуты.
Воздух застыл на полсекунды.
Услышав это условие, Ин Юньшэн слегка растерялся.
Юй Цзэ сразу всё понял:
— Ты это специально подстраиваешь.
И не только он.
На самом деле, не только заводила с бутылкой, но и все парни в комнате хотели под прикрытием игры поизмываться над этими недосягаемыми в будни отличниками. Возможно, злого умысла в этом не было, но подсознательно каждому хотелось содрать с них нимб чужих примерных детей, разбить их безупречный фасад и посмотреть, как те выглядят в растерянности.
Связываться с Цзи Ли никто не решался, но ведь оставался еще один.
Парень прижал бутылку к груди и задрал подбородок:
— Выбирай.
http://bllate.org/book/26591/3184346
Готово:
