Му Янь заметил это, но ничего не сказал.
Позже Юй Юлэ всё же почувствовало неловкость, а боясь, что в оживленной и шумной атмосфере Му Янь его не услышит, он подался ближе к его уху: Я впервые в жизни ем ночной перекус вместе с кем-то.
Мхм, почему?
Юй Юлэ не ожидал, что Му Янь спросит об этом, и машинально принялся тереть собственные ногти: В детстве бабушка не разрешала есть на улице, а потом я всё время жил у чужих людей, да и по вечерам выходить из дома неловко — боялся побеспокоить хозяев... К тому же никто и не хотел есть со мной по ночам.
Му Янь не стал продолжать разговор, лишь поймав себя на мысли, что паренек как-то странно, с каким-то особым нажимом выделил слово человек. Спустя пару минут, когда еду наконец подали к столу, кто-то окликнул их с противоположной полосы дороги.
Эй, Янь, какая у тебя романтичная жизнь! — бегом приближаясь, Юань Чжижань вовсю скалился в их сторону.
Юань Чжижань целенаправленно разыскивал Му Янь, и надо же было случиться такому совпадению: он столкнулся с ним еще до того, как успел завернуть за угол. Нажав на газ, он влетел во двор, припарковал машину, выскочил наружу, притащил табурет и примостился за маленьким столиком рядом с ними. Схватив пару шпажек, он сначала окинул взглядом Му Янь, беззаботно ухмыльнулся, а затем перевел глаза на Юй Юлэ: Ого, это еще кто? Раньше я его не видел.
Сосед, — ответил Му Янь.
Сосед? — Юань Чжижань снова подался вперед, разглядывая Юй Юлэ так близко, что тот аж вжался в стул. — С чего это у меня нет такого симпатичного соседа? Тьфу ты, неужели нынешняя молодежь ест что-то не то, в отличие от нашего поколения? И как они все так вырастают — один краше другого?
С тех пор как Юань Чжижань уселся за стол, Юй Юлэ весь натянулся как струна. Му Янь заметил это и легонько пнул его под столом: Это мой дружок с детства, не обращай на него внимания, ешь давай.
Из уст Му Яня это прозвучало совершенно заурядно, да и скажи кто другой — тоже незваным бы не показалось, но поскольку это произнес именно Му Янь, да еще и услышал Юань Чжижань, эту крошечную нотку странности тут же уловили.
Юань Чжижань подумал про себя: да это же чистой воды защита! Он толкнул Му Яня локтевой костью и, не разнимая губ, принялся выведывать: И вправду сосед? С каких это пор ты стал тратить душевные силы на поддержание соседиских отношений? Смотри у меня... — на полуслове он перехватил косой взгляд Му Яня и мгновенно захлопнул рот. Чего-чего, а ледяного выражения лица Му Яня он опасался больше всего. Впрочем, не растерявшись, он снова беззаботно ухмыльнулся, повернулся и заорал: Хозяин, тащи еще порцию бараньих головных чашечек!
После этого Юй Юлэ не выронил ни единого слова, а Юань Чжижань к тому же оказался редкостным врединой: чем сильнее у того краснело лицо и чем сложнее ему было выдавить хоть слово, тем сильнее Юй Юлэ распалялся, забавляясь этим. К моменту окончания трапезы уже перевалило за одиннадцать часов вечера, но у Юань Чжижаня и в мыслях не было возвращаться — он поплелся вместе с ними в жилой комплекс и дальше к их подъезду.
Едва они собрались войти в подъезд, как кто-то резко дернул Му Яня за манжету. Обернувшись, он увидел, что Юй Юлэ всё еще сжимает край ткани в пальцах и не отпускает.
Чего тебе?
Юй Юлэ замялся на мгновение: Мы... мы сможем еще когда-нибудь поесть вместе ночью?
Му Янь окинул его взглядом с головы до ног: Посмотрим по настроению.
То-то... то есть если мы еще сможем поесть вместе, давай только вдвоем, ладно? Без посторонних... — Юй Юлэ бросил быстрый взгляд на уже скрывшегося в подъезде Юань Чжижаня, перевел глаза обратно и умоляюще уставился на Му Янь: Я хочу есть только с тобой.
Му Янь понимал, что паренек просто-напросто воротит нос от Юань Чжижаня. Но одно дело понимать, и совсем другое — когда подобные слова слетают с губ и долетают прямо до слуха: уровень их обманчивости был по-прежнему столь высок, что они провели даже сердце, заставив его сделать мощный удар в знак того, что послание получено.
Идёт? — видя, что тот молчит, Юй Юлэ повторил вопрос.
Посмотрим по настроению! — стряхнув с себя руку мальчишки, Му Янь развернулся и зашагал наверх по лестнице, не удержавшись от мысленного упрека: Бестолковый ребенок.
Юй Юлэ схватил школьный портфель и вернулся домой. Войдя в квартиру, Юань Чжижань по привычке сбросил кожаные туфли и плашмя рухнул на диван, лежа издавая отрыжку после сытного ужина.
Эй, я сегодня на ночь остаюсь, поищи-ка мне то одеяло.
Му Янь лишь усмехнулся: Юань Чжижань, единственный сын крупного застройщика, владеющий недвижимостью в каждом районе города, почему-то питал нежную страсть именно к его потрепанному дивану.
Заметив, что на него никто не реагирует и даже не собирается нести одеяло, Юань Чжижань скорбно вздохнул: Среди ночи у тебя хватает совести угощать соседа-подростка ночным перекусом, а как до меня дошло — так даже пледа не сыщется. Неужели ты станешь относиться ко мне предвзято только потому, что я постарел и потерял былую привлекательность? Как ты можешь смотреть в глаза моим почти тридцати годам преданности?
Усевшись в стороне, Му Янь ковырялся в телефоне и даже не поднял головы: Есть дело — говори, нет дела — вали нахрен.
Юань Чжижань скривил губы: Какое у меня может быть дело? Соскучился, пришел проведать — нельзя разве?
Юань Чжижань этот человек на вид легкомысленный, но на деле весьма целеустремленный и достаточно умный. Окончив университет, он нацелился вести дела вместе с отцом, и у него это неплохо получалось. Акулья бизнес-среда закаляет лучше всего: покрутившись там несколько лет, он уже успел набраться уму-разуму, и теперь по его лицу нельзя было догадаться, о чем он думает. Но Му Янь знал его слишком хорошо.
Впрочем, Юань Чжижань изначально и не рассчитывал, что Му Янь вот так просто во всем признается. Перевернувшись и усевшись на диване, он притворился равнодушным, однако в упор сверлил его взглядом: Что ты там мутишь в последнее время? Му Сяо уже даже до меня достучался — неужели он на пустом месте слухи распускает?
Му Янь откинул телефон экраном вниз на стол и лениво произнес: Что я могу мутить.
Только не надо мне тут зубы заговаривать, Му Янь. Если ты всё еще считаешь меня корешем, говори правду, в душу лезть не стану.
Да так, балуюсь.
Помолчав с минуту, Юань Чжижань сурово произнес: Балуешься чем? Возьми меня в долю.
Му Янь легко усмехнулся: Еще неизвестно, будет ли прибыль, так что не стану тебя подставлять.
Недавняя шутливая атмосфера испарилась без следа, и теперь любой бы почувствовал отторжение и раздражение, исходившие от Му Яня.
От этих слов мысли в голове Юань Чжижаня закрутились с бешенейшей скоростью, и когда до него дошло, в чем дело, его лицо резко переменилось: ...Что ты имеешь в виду? Разве ты не говорил, что собираешься открывать собственную компанию? Ты кого на хрен обманываешь?
Му Янь ничего не ответил.
В упор глядя на него, Юань Чжижань окончательно всё понял: Ты ведь изначально затеял это ради мести... — он шумно втянул воздух и, казалось, разозлился, но в то же время не мог не испытывать жгучей боли за Му Яня. — Му Янь... Я знаю, что ты не смирился, что тебе обидно за маму. Мы все, братья, видели, что происходило все эти годы, кому от этого легко... То, что ты сможешь приструнить Му Сяо, я верю, а как же твой отец?
Будем тянуть, — на губах Му Яня по-прежнему играла пренебрежительная улыбка, однако при мысли о некоторых людях мрак в его глазах едва удавалось сдерживать. — Посмотрим, кто проживет дольше, у кого из них, блять, шкура толще. Я жду не дождусь, кто из них сдохнет первым.
Вычислив срок по предполагаемой дате родов, Юй Юлэ прикинул, что тетушка с младенцем уже должны выписаться и вернуться домой. Отпросившись с вечерней самоподготовки, он собрался отнести им детские вещи.
http://bllate.org/book/26693/3197458
Готово:
