— Князь специально велел тебе ждать меня там. Что-то случилось?
Жун И ответил:
— Князь лишь приказал сразу после встречи отвезти вас домой, не позволять выходить наружу и не давать никому увидеть ваше лицо.
Се Шуанбай недоумевал, но всё же послушался.
Последние два дня Жун Е и без того раздражался из-за отсутствия Се Шуанбая, а тут ещё постоянно находились люди, которые что-то жужжали ему над ухом. Раздражение только усиливалось.
Посмотрев на небо, он решил, что Се Шуанбай уже должен был приехать, и собрался возвращаться.
Но мамушка Чан внезапно преградила ему путь:
— Ваше Высочество, вдовствующая императрица просит вас прийти.
Услышав, что мать снова посылает за ним, Жун Е почувствовал лишь усталое раздражение.
Последние два дня она под разными предлогами вызывала его во дворец Шоукан. Вспоминая, как они сидели друг напротив друга и не находили слов, он совершенно не хотел снова разыгрывать эту бессмысленную сцену, поэтому равнодушно сказал:
— Сегодня я возвращаюсь к ванфэй.
Сказав это, он ушёл, даже не дожидаясь реакции мамушки Чан.
У малого буддийского зала дворца Шоукан.
— Ванфэй? — вдовствующая императрица ещё не оправилась от внезапной смерти императора и говорила без сил. — Тот самый мужчина-ванфэй?
— Да, Ваше Величество. Раньше вы ещё велели этой старой рабыне найти людей…
Вдовствующая императрица перебила её:
— Хватит. Ты хочешь сказать, что моё тогдашнее решение было ошибочным?
Мамушка Чан поспешно опустилась на колени и поклонилась:
— Эта старая рабыня не смеет. Просто…
Она взглянула на госпожу и осторожно добавила:
— Эта старая рабыня видит, что князь очень дорожит своим мужчиной-ванфэй. Может, нам будет проще начать именно с него?
Вдовствующая императрица откинулась на кушетку из сандалового дерева и почувствовала, как всё тело пробирает холод.
— Юйэр только что погиб из-за женщины из Наньчжао, а теперь ещё этот мужчина-ванфэй… — словно что-то вспомнив, она резко спросила: — Что сейчас с той женщиной из Наньчжао?
— По вашему приказу её держат в императорской тюрьме!
Вдовствующая императрица со злобой произнесла:
— Это она погубила Юйэра. Я непременно разорву её на куски!
Мамушка Чан про себя подумала, что сейчас важнее всего вовсе не женщина из Наньчжао. Если не погасить гнев, который князь Лян копил больше десяти лет, что же с ними будет дальше?
Маленький принц ещё слишком юн. В будущем им всё равно придётся полагаться на князя Ляна.
Она нерешительно спросила:
— А что делать с этим мужчиной-ванфэй?
Вдовствующая императрица вытерла слёзы. Как бы она ни сердилась, в будущем ей всё равно придётся опираться на Жун Е, чтобы сохранить своё положение.
Она опустила платок.
— Пока не спеши. В другой день я встречусь с этим мужчиной-ванфэй, а там решим.
Жун Е вошёл в спальню и увидел, как Се Шуанбай разбирает одежду. Не удержавшись, он подошёл сзади и обнял его.
— Дорога была тяжёлой?
Се Шуанбай повернулся и посмотрел на слегка уставшее лицо Жун Е:
— Нормально. Теперь, когда официальную дорогу отремонтировали, ехать гораздо легче!
Он погладил Жун Е по щеке.
— Ты похудел!
Жун Е поймал его руку и поцеловал. Се Шуанбай устроился у него на коленях, обнял за шею и спросил:
— Почему ты не хочешь, чтобы я показывался людям?
— Угадай, кого я встретил.
Се Шуанбай задумался.
— Святую деву Наньчжао?
— Именно. Я не хочу, чтобы тебя видели, потому что внешне ты на восемь десятых похож на святую деву Наньчжао.
Увидев Бай Жушуй, Жун Е тогда и правда был потрясён.
Особенно её глаза — точь-в-точь как у его сокровища.
Если бы ему сказали, что между ними нет кровного родства, он бы ни за что не поверил.
А что подумают остальные? Не попытаются ли воспользоваться этим сходством? Поэтому он не мог допустить, чтобы его сокровище подверглось хоть какой-то опасности.
— Я из Наньчжао? — спросил Се Шуанбай, но тут же сам отверг эту мысль.
Его дед и отец были коренными жителями Даинь — в этом сомневаться не приходилось. Единственной неизвестной оставалась мать. Неужели она…
Жун Е видел Бай Жушуй собственными глазами.
— Думаю, дело в твоей матери.
Се Шуанбаю тоже стало любопытно: неужели они действительно настолько похожи?
Он потянул Жун Е за руку:
— Можешь отвести меня к ней?
Се Шуанбай боялся, что вдовствующая императрица подвергнет женщину каким-нибудь нечеловеческим пыткам.
— С ней всё хорошо?
— Хорошо. Я перевёл её в другую камеру. Сегодня уже поздно, завтра рано утром я отведу тебя к ней.
Се Шуанбай понимал, что торопиться с этим нельзя.
Вдруг раздалось громкое урчание.
Он со смехом посмотрел на Жун Е:
— Ещё не ел?
Жун Е кивнул. Последние два дня он ни разу не наедался досыта: столичная еда ему совершенно не нравилась.
— Что хочешь на ужин?
— Хого. — Он добавил: — Только всё постное.
Во время императорского траура есть мясо и правда было неуместно.
Се Шуанбай повернулся и велел слугам приготовить продукты.
Вскоре по всему дому распространился густой аромат острого хого.
В красном от масла бульоне непрерывно бурлили продукты. Хрустящие свежие овощи стоило бросить в котёл, как они сразу окрашивались красным, и один вид блюда пробуждал аппетит.
Се Шуанбай положил Жун Е широкую крахмальную лапшу в подготовленный кунжутный соус и протянул ему:
— Как вдовствующая императрица? Что решили насчёт императора?
От насыщенного аромата хого у Жун Е давно уже разыгрался аппетит.
Он подхватил ещё гриб и ответил:
— Через несколько дней похороны. Старший советник Чжан и остальные сейчас выбирают посмертное имя.
Се Шуанбай удивился:
— Тогда зачем вдовствующая императрица так срочно вызвала тебя обратно?
Стоило заговорить об этом, и лицо Жун Е слегка потемнело. Он усмехнулся:
— Последние дни она постоянно зовёт меня во дворец Шоукан. Между строк всё намекает, что хочет сделать меня князем-регентом.
Теперь Се Шуанбай понял. Он помнил, что у Жун Ю есть сын.
В конце концов мать всё равно больше любит старшего сына. Она скорее отдаст трон маленькому внуку, чем позволит второму сыну стать императором. Вот уж замечательная мать!
К тому же страна сильна, а правитель будет слаб. Соседние государства наверняка станут присматриваться к Даинь. Она даже не думает о будущем страны, заботясь лишь о своих желаниях. От одной мысли становилось холодно на душе.
Если Жун Е согласится, ему и правда придётся несладко.
Сначала он посадит на трон сына старшего брата, а когда маленький император вырастет, что будет делать он сам — князь-регент?
Если судить по истории, влиятельные регенты и сановники редко заканчивали хорошо.
Се Шуанбай посоветовал:
— На это нельзя соглашаться.
Жун Е проглотил ещё кусочек еды.
— Не беспокойся. Я не дурак.
Он отложил палочки и посмотрел на Се Шуанбая:
— В этот раз не я ищу борьбы. Само небо даёт мне шанс. Если и теперь я не сумею им воспользоваться, значит, я действительно ни на что не способен.
Се Шуанбай был рад, что тот мыслит трезво.
— Даже если не ради нас самих, мы должны думать о Чи.
— Я понимаю.
Увидев решимость в глазах Жун Е, Се Шуанбай больше ничего не сказал.
На следующее утро Жун Е отвёл переодетого Се Шуанбая в императорскую тюрьму.
Начальник тюрьмы, увидев Жун Е, почтительно доложил:
— Ваше Высочество, по вашему приказу святую деву Наньчжао перевели в другую камеру.
Глаза надзирателя забегали. Он украдкой посмотрел на мужчину в чёрной шляпе с вуалью, стоявшего позади Жун Е.
Жун Е взглянул на Жун И, и тот сразу понял намёк:
— Оставь ключи. Ты здесь больше не нужен.
Начальник тюрьмы не осмелился возражать и поспешно отдал ключи.
Когда они ушли, он тихо выругался:
— Подумаешь, важная птица! Всего-то нелюбимый князь. Только здесь и может показывать свою власть!
Столичные жители князя Ляна, с одной стороны, боялись, а с другой — презирали.
Считали его всего лишь грубым воином, к тому же нелюбимым и вдовствующей императрицей, и императором.
Но едва насмешка сорвалась с его губ, как скрытое оружие Жун У ударило его в рот так, что тот тут же оказался весь в крови. Надзиратель оглянулся, никого не увидел и испугался ещё сильнее. Он поспешно заплакал и стал молить:
— Ваше Высочество, пощадите! Ваше Высочество, пощадите!
Не услышав ответа, он зажал рот рукой и убежал.
Жун У проводил его взглядом и молча последовал за Се Шуанбаем.
Последние несколько дней Бай Жушуй жила очень спокойно.
Новая камера была гораздо лучше прежней, но тюрьма оставалась тюрьмой и, конечно, не могла сравниться с дворцом Чанхуа.
Однако Бай Жушуй это нисколько не беспокоило.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/26901/3277989
Готово:
