После обнародования новой политики Министерство финансов, а особенно Не Шаоцин, были заняты так, что едва успевали дышать.
На одно только формирование команды у него ушло больше половины месяца.
Жун Е тоже заметил, что проведению реформы мешают на каждом шагу, но с такими препятствиями должны были разбираться подчинённые.
Се Шуанбай проводил дни во дворце: то составлял цветочные композиции и заваривал чай, то читал книги для развлечения.
Зато Жун Чи был очень занят. Жун Е составил ему план занятий боевыми искусствами.
Каждое утро мальчик должен был вставать очень рано на тренировку. Се Шуанбай обсуждал это с Жун Е, но тот в этом вопросе стоял на своём.
Он прямо сказал: «Чи и так начал заниматься поздно. Если сейчас не заложить основу, потом будет слабая база. Нельзя и дальше так баловать ребёнка».
В глазах Жун Е Се Шуанбай был той самой «доброй мамой», которая слишком балует сына.
Жун Чи именно из-за его любви постоянно пытался лениться.
Се Шуанбай после этого тоже задумался над собой.
В словах Жун Е был смысл. Он сам тренировался с детства и не получил от этого никакого вреда, наоборот, вырос очень крепким.
Нельзя было во всём применять к детям этого времени современные методы воспитания.
К тому же Жун Чи каждый день столько ел, что умеренная нагрузка ему точно не помешает. Телосложение для боевых искусств у него подходило — грех растрачивать такой талант.
Поэтому теперь каждое утро Жун Чи рано вытаскивали из постели, и он тренировался вместе с Жун Цзю.
Иногда, когда Жун Е хотелось, он тоже вставал пораньше и занимался с сыном.
Се Шуанбай смотрел на двух человек, отрабатывавших кулачные формы во дворе, и невольно улыбался.
Жун Чи только что закончил один комплекс, увидел Се Шуанбая — и глаза тут же засияли.
Младший папа почти никогда не вставал так рано, чтобы посмотреть его тренировку, а сегодня пришёл!
Он с улыбкой побежал к нему. Неизвестно когда маленький круглый комочек успел вытянуться и окрепнуть; теперь он мчался вперёд, словно маленький телёнок.
Жун Чи обхватил Се Шуанбая за талию:
— Младший папа, Чи молодец?
Се Шуанбай ущипнул его милую щёчку, вытер пот и похвалил:
— Мой Чи такой молодец! Скоро станешь таким же сильным, как папа!
Жун Чи очаровательно улыбнулся, покачивая пучком на голове, и очень серьёзно заявил:
— Когда Чи вырастет, он будет защищать младшего папу, значит, должен стать сильнее папы!
Жун Е не взял полотенце у евнуха и подошёл к Се Шуанбаю:
— Шуанъэр, почему сегодня встал так рано?
Се Шуанбай посмотрел на мужчину перед собой, и в глазах было столько любви:
— На улице холодно, а ты даже пот не вытираешь. Если тебя продует холодным ветром, потом голова разболится.
Жун Е подставил лицо:
— Вытри ты.
Се Шуанбай покосился на него:
— Такой взрослый, а всё повторяешь за Чи.
— Младший папа? — Жун Чи широко раскрыл глаза и уставился на них.
Се Шуанбай полотенцем вытер Жун Е пот, затем подал ему плащ:
— Быстро надевай. Даже с таким крепким телом нельзя себя так мучить.
Потом он надел на Жун Чи маленький жилет и, взяв одной рукой сына, а другой Жун Е, повёл обоих завтракать.
Сяочунь и Сяося шли следом и с улыбками смотрели на них.
Выходной день быстро закончился.
Рано утром Жун Е отправился на приём, Жун Чи — тренироваться. В огромном императорском дворце один Се Шуанбай остался без дела.
Недавнее учреждение Центральных серебряных домов причинило убытки многим сановникам. Поняв, что с Жун Е справиться не выходит, они один за другим перевели острие на Жун Чи.
И сегодня на приёме снова подали доклад:
— Государь, у наследного принца до сих пор нет великого наставника. Если так продолжится, основы государства окажутся под угрозой!
— Поддерживаю. Наследный принц — важнейшее дело государства, нельзя терять время.
— Старый подданный поддерживает!
— И этот старый подданный поддерживает!
…
Жун Е сидел на драконьем троне и холодно смотрел на чиновников внизу. С совершенно бесстрастным лицом он произнёс:
— На сегодня приём окончен. Завтра обсудим снова.
Сказав это, он развернулся и ушёл, оставив министров стоять в оцепенении.
— Старший советник, что это значит?
Старший советник Чжан полуопустил глаза и невозмутимо ответил:
— Разве таким, как мы, дано угадывать волю государя?
Сложив руки в рукавах, он неторопливо вышел из зала Цзычэнь. Остановившись на высокой лестнице, поднял голову к чистому синему небу, а потом в самом благодушном настроении покинул дворец.
—
У старшего советника Чжана было три сына, но сейчас лишь старший, Чжан Шовэнь, занимал маленькую должность редактора пятого ранга в академии Ханьлинь.
Многие не понимали замысла старшего советника.
Ветеран трёх царствований — и устроил собственного сына всего лишь каким-то редактором…
Впрочем, хотя Чжан Шовэнь был лишь редактором пятого ранга, в Ханьлине его очень уважали. При таком отце никто не осмеливался смотреть на него свысока.
Увидев, что отец вернулся, он поспешил навстречу:
— Отец, как прошёл сегодняшний приём?
— Позови братьев в кабинет.
Вскоре все трое братьев снова собрались в кабинете.
Старший советник Чжан сказал:
— Сегодня на приёме многие чиновники предлагали назначить наследному принцу великого наставника. Что вы об этом думаете?
Чжан Шовэнь ответил:
— Отец, по-моему, эти люди ничему не учатся. Всё хотят контролировать Его Величество. Но разве того так легко контролировать?
Чжан Шочэн сказал:
— Отец, я раньше отправлял людей разузнать в Северных землях. Князь Лян очень серьёзно относился к учёбе наследного принца.
— Говорят, чтобы найти ему товарищей для занятий, он даже специально открыл какой-то детский сад.
— Неужели эти люди думают, что достаточно протолкнуть собственного великого наставника, и тогда они смогут контролировать наследного принца и спать спокойно?
Старший брат Чжан Шовэнь добавил:
— Раз государь так серьёзно относится к наследному принцу, он наверняка выберет и товарищей для учёбы. На этот раз знатные дома и семьи князей и сановников точно не упустят возможности.
Второй брат, Чжан Шосюань, тоже сказал:
— Вот они и полезли все разом. Похоже, последние шаги государя действительно ударили их по больному месту.
Старший советник Чжан прищурился:
— Из вас троих только младший ещё не женат. Вы двое выберите среди своих сыновей нескольких самых умных и смышлёных и будьте готовы.
Старший и второй сын посмотрели на младшего и почтительно ответили:
— Слушаемся, отец.
Выйдя из кабинета, Чжан Шовэнь сказал:
— Третий брат, тебе тоже пора поторопиться. Мать нашла тебе столько девушек из хороших семей, неужели ни одна не понравилась?
Чжан Шочэн рассмеялся:
— Старшие братья, хватит надо мной подшучивать. Лучше скажите, какого из моих племянников вы собираетесь отправить учиться вместе с наследным принцем?
При этих словах оба сразу помрачнели.
Чжан Шовэнь сказал:
— Мы ведь не знаем характера наследного принца. Я слышал, он очень крепкий. А наши дети, как ты знаешь, боевыми искусствами не увлекаются. Неизвестно ещё, не будут ли их там обижать.
Чжан Шосюань тоже беспокоился:
— Верно. Государь сам вышел из военачальников и наверняка больше любит тех, кто умеет драться. Может, сначала отобрать нескольких самых крепких?
— Или сперва отправить нескольких сыновей наложниц.
Третий брат, Чжан Шочэн, возразил:
— Первый брат, второй брат, по-моему, вы слишком много думаете. Раз государь когда-то открыл этот детский сад, значит, хотел видеть там детей самых разных типов.
— Я бы не усложнял. Просто выберем тех детей в семье, у кого лучший характер, внешность и поведение, и отправим их.
Оба немного подумали:
— Это… пожалуй, правильно. В любом случае возможность учиться рядом с наследным принцем — уже удача.
Чжан Шочэн пошутил:
— Первый брат, второй брат, вам сейчас надо думать не о том, какого племянника выбрать. Разве больше всего вам не стоит бояться своих жён?
Оба замерли. А ведь они и правда совсем об этом забыли.
Представив слёзы супруг, братья переглянулись. Вот это действительно была серьёзная проблема.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/26901/3278004
Готово:
