Наконец-то кто-то сломался.
Мужчина, сжавшись в углу комнаты, с головы до ног покрылся потом и слезами. Его глаза были налиты кровью, лицо — мертвенно-бледным. Хотя его спина уже прижималась к стене, он всё равно продолжал пытаться вжаться в неё ещё сильнее, отчаянно отталкиваясь ногами и угодив кому-то в спину.
— Не убивайте меня… Не убивайте меня… — мужчина вытаращил глаза и бессвязно забормотал, умоляя: — У меня дома ребёнок…
Сидевший рядом с ним человек крепко зажал себе рот руками. Чувство отчаяния начало стремительно распространяться, двое прижавшихся к нему людей задрожали всем телом, но не успели они тоже открыть рты вслед за мужчиной —
Окружающее пространство словно внезапно сжалось, и всё произошло в одно мгновение.
Голова, которая ещё секунду назад находилась у стены, внезапно оказалась прямо перед ними!
Её глаза, казалось затянутые тонкой белой пленкой, реагировали на малейший шорох.
Мужчина в истерике зарыдал: — С чего вдруг мне досталось это место?!
— С чего?! Да вокруг столько плохих людей, воров, убийц, почему не они?! — в отчаянии закричал мужчина, беспорядочно хватаясь руками за воздух.
Прошло лишь мгновение, как монстр выбросил руку, похожую на лапу, и схватил мужчину за голову.
Все видели, как чудовище вцепилось в голову несчастного, а его когти вонзились прямо в череп.
Мужчина безумно закричал: — Спасите! Спасите меня!! Я не хочу умирать! Я не хочу умирать!
Он визжал и рыдал, а затем, словно тень, монстр утащил его через окно наружу.
Ледяной ночной ветер хлынул внутрь через разбитое стекло. Су Янь бросил взгляд наружу: в небе висела яркая луна, но её сияние не могло рассеять тьму, делая эту ночь лишь еще более морозной.
Зловонная слизь на полу не поддавалась описанию. Люди в комнате сидели с широко открытыми глазами, смертельно боясь возвращения монстра.
Только Сянь Чэнъюэ лежал на кровати с закрытыми глазами: казалось, он спал, а может быть, был готов проснуться в любую секунду.
Кто-то в комнате плакал, но не смел издать ни звука — лишь вздрагивали плечи.
Один единственный день разрушил то, во что они верили на протяжении десятилетий.
Наступил рассвет. Когда первый луч утреннего солнца проник через окно и прогнал темноту, наконец раздались тихие всхлипывания и плач — четверо, притаившиеся в углу, горько зарыдали.
Сянь Чэнъюэ открыл глаза и поднялся с кровати. На его одежде появились небольшие складки, но он без спеши расправил воротник, а затем направился к выходу. Чэнь Вэй поспешил следом, и они оба вышли из комнаты.
Лян Шу и Се Юминь поспешили на помощь четверим, сидевшим в углу.
— Всё позади, всё позади, — повторяла Лян Шу, хотя с неё самой градом катился холодный пот, и, утешая остальных, она не могла удержаться от слёз.
Молодой мужчина из этой четвёрки вцепился в руку Лян Шу и исступленно пробормотал: — Он пришёл из той комнаты на пятерых!
— Мы его не привлекали!
Мужчина нервно затараторил: — Мы не издавали ни звука, нет! Это не мы его привели!
— Не мы…
Во дворе было полно тел.
Дверь в другую комнату оставалась плотно закрытой, оттуда ещё никто не выходил.
Сянь Чэнъюэ подошёл к ближайшему трупу и присел, чтобы внимательно его осмотреть. Тела выглядели так, словно их долго вымачивали в воде — они сильно разбухли. Чэнь Вэй тоже поспешно присел на корточки и вполголоса спросил: — Брат Сянь, они что, утонули? Водяные гули?
Сянь Чэнъюэ ничего не ответил, молча продолжая осмотр. Всего во дворе было шесть тел, а трупа мужчины, которого прошлой ночью утащили из их комнаты, среди них не оказалось. Сянь Чэнъюэ протянул руку и повернул голову мертвеца, сосредоточив взгляд на его щеках и руках — везде виднелись точечные кровавые пятна.
Он разжал мертвецу рот, и Чэнь Вэй заглянул внутрь: — Десны кровоточат.
Сянь Чэнъюэ внезапно бросил: — Ощупай его живот.
Чэнь Вэй торопливо засунул руку под одежду трупа, моргнул и недоверчиво произнёс: — Он ещё тёплый.
Это подтвердило догадку Сянь Чэнъюэ, и он кивнул: — Пойдём.
Поскольку Сянь Чэнъюэ редко удостаивал его разговором, Чэнь Вэй поспешил следом и осторожно, с величайшей лестью спросил: — Брат Сянь, куда мы направляемся?
Сянь Чэнъюэ ответил: — Умываться и чистить зубы.
Как только они покинули двор, Су Янь вышел следом вместе с Чжао Фэном.
Чжао Фэн злобно и завистливо процедил: — У этого паренька смазливая мордашка, а я и не думал, что он такой расчетливый!
Заметив, что Су Янь никак на это не отреагировал, Чжао Фэн презрительно скривил губы.
Су Янь посмотрел на мертвецов во дворе. Тела его ни капли не интересовали, поэтому он просто перешагнул через них. Его взгляд был прикован к удаляющейся фигуре Сянь Чэнъюэ — даже не попрощавшись с Чжао Фэном, он тоже направился в ту сторону.
Пройдя всего пару шагов и заметив тела на земле, Чжао Фэн испуганно отпрыгнул назад, похлопал себя по груди и пробормотал себе под нос: — Какие-то все ненормальные.
Наконец дверь в соседнюю комнату отворилась, и оттуда донеслись визги мужчин и женщин.
Услышав крики, Чжао Фэн слегка загордился, поправил воротник, обошел трупы стороной и, не оглядываясь, вышел со двора.
Сянь Чэнъюэ подошёл к деревенскому колодцу у входа, который они заметили еще накануне вечером. Горловина колодца была плотно закрыта толстой каменной плитой.
Чэнь Вэй ничего не понял: — Деревенские запечатали этот колодец?
— Они ходят за водой к реке?
— Воды нет? — Су Янь подбежал к Сянь Чэнъюэ. Тот уже столько раз игнорировал его, но Су Янь всё равно протянул влажную салфетку, помахав ею перед глазами собеседника: — Освежить лицо?
Сянь Чэнъюэ слегка повернул голову и посмотрел на Су Яня. Тот улыбнулся: — В рекламе говорят, что она ещё убивает микробы и дезинфицирует.
Не дожидаясь, пока Су Янь продолжит, Сянь Чэнъюэ взял протянутую салфетку, чуть кивнул, и его голос прозвучал совершенно бесстрастно: — Спасибо.
Су Янь выглядел немного встревоженным: — Я думал, ты меня проигнорируешь. Ты кажешься таким… эм… холодным и неприступным.
Су Янь перевёл взгляд на Сянь Чэнъюэ, но заметил, что тот на него вовсе не смотрит.
Су Янь поджал губы, и в глубине его взгляда на миг мелькнуло тяжёлое, свирепое выражение.
Затем он проследил за взглядом Сянь Чэнъюэ.
По тропинке посреди деревни двигалась какая-то процессия. Все эти люди были одеты в серо-зелёные рубашки с длинными рукавами и длинные брюки с закатанными штанинами и рукавами; на их одежде виднелись заплатки. Они были небритыми, с растрёпанными волосами, а в руках держали сельскохозяйственные орудия.
http://bllate.org/book/26980/3251655
Готово:
