Готовый перевод Max-Level Actor Reborn as Entertainment Industry Cannon Fodder / Актёр высшего разряда в теле неудачника: новая жизнь в шоу-бизнесе: Глава 7

Этот человек вовсе не рассердился из-за того, что получил отпор, а напротив, с улыбкой произнес:

— Цинжань, тебе не обязательно питать ко мне такую враждебность. Если не хочешь говорить, ну и ладно.

Линь Цинжань просто пропустил его слова мимо ушей. В этот момент неожиданно вошел Сяо Вэй и молча показал ему свой телефон.

На большом экране загорелся десятисекундный обратный отсчет — он принял звонок от своего менеджера Вэй Чжэня.

— Сегодняшнее право на воскрешение отдай стажеру Фан Хаолуну, — прямо с порога заявил тот на другом конце провода.

Линь Цинжань чуть не рассмеялся. Шоу еще толком не началось, а черный ход уже распахнули. С таким подходом лучше сразу пойти умыться и лечь спать, только время тратить.

— Чего молчишь? Слышал меня? — раздался нетерпеливый голос Вэй Чжэня.

— Ага!

— Линь Цинжань, тебе лучше сделать так, как я говорю, за ним стоят люди наверху, — пригрозил собеседник.

— Раз так переживаешь, может, сам за меня выступишь?

С этими словами он резко сбросил вызов, доведя человека на том конце провода до белого каления. Этот Линь Цинжань непременно должен получить по заслугам!

Появление ведущего на авансцене уже вернуло атмосферу в нужное русло:

— А теперь давайте поприветствуем нашего первого сегодняшнего наставника, учителя Чжай Гуанси!

Там, куда упал свет софитов, стоял мужчина в сексуальном костюме. Даже через одежду угадывалась отличная фигура. Он с улыбкой приветствовал всех на рядах участников, и в ответ получил аплодисменты и визг.

— Учитель Чжай сегодня невероятно хорош собой! Ну а теперь давайте поаплодируем и предвкушаем выход учителя Цзян Цзиньи.

Слова ведущего вновь привлекли всеобщее внимание.

Этот держался гораздо более вызывающе. Когда на него упал луч прожектора, он прямо на ходу импровизированно исполнил несколько танцевальных движений. Язык тела действительно покорил сердца многих: большинство зрителей уже вскочили на ноги, явно наслаждаясь тем мимолетным зрелищем и жаждой продолжения. Лишь когда он занял свое место, все остальные тоже смогли присесть.

— Ладно, я знаю, что вы все взволнованы, но сохраняйте этот настрой! У нас ведь есть еще две прекрасные наставницы, которые пока не выходили на сцену. Встречайте — Хань Чжэ и Ся Биньянь!

Обе появились рука об руку: одна была облачена в яркое желтое платье длинного кроя, излучая милое и кокетливое очарование; на другой был черный брючный комбинезон, воплощающий образ истинной сильной женщины и тяготеющий к утонченному стилю. Совершенно разные стили, каждый по-своему прекрасен. Появление красавиц накалило атмосферу до предела, и даже микрофон в руках ведущего не мог заглушить этот гул.

Тем временем в комнате отдыха Линь Цинжань уже мысленно сопоставил их всех с имеющейся в голове информацией.

Когда восторженные крики в зале наконец утихли, ведущий продолжил:

— Следующая тема, боюсь, вас не обрадует. Сегодня у нас отбор пятидесяти лучших в двадцатку, а это значит, что тридцать человек из присутствующих сегодня будут исключены.

Но мы пригласили двух особенных гостей. Когда-то они тоже начинали свой путь как стажеры на шоу на выживание, а сейчас весьма успешно развиваются каждый в своей сфере. Сегодня у каждого из этих двух учителей будет по одному праву на воскрешение. Иными словами, в итоге на этой сцене останутся только двадцать два человека. Стажеры, вы готовы?

Началось, наконец-то началось! Припомнив тех, кого они только что видели в комнате отдыха, сидевшие на сцене парни переглянулись. Да ну нет, неужели с такими способностями можно судить других? Называть их выходцами из шоу на выживание — это еще мягко сказано: в те годы Линь Цинжань в финальный состав дебютантов вовсе не входил, он был лишь статистом на подпевках.

Видео с его танцем тех времен, едва всплыв в сети, уже несколько дней подряд подвергалось насмешкам, и, должно быть, до сих пор болтается в топе горячих поисковых запросов.

День, когда он в очередной раз безуспешно попытался примазаться к мистическим силам...

Божественная красота моего Жан-Жана: На сцене я — повелитель!

— Мм? Вы что, еще не готовы? — с улыбкой подшутил ведущий, резко меняя тон: — Давайте поприветствуем национального мужчину-мечту Цзян Муцяня и короля трафика Линь Цинжаня!

— Охудеть, Цзян Муцянь! Разве это не главный артист Хайсин Энтертейнмент? Стоило ему только дебютировать, как за ним стали гоняться все ведущие рекламные бренды, его ежегодные альбомы раскупаются подчистую, а прошлогоднее участие в романтическом реалити-шоу и вовсе вознесло его в ранг национального идеала. Какая девушка сейчас его не знает?

— Недавно на официальной странице Хайсин Энтертейнмент в соцсетях объявили, что он только что подписал контракт с люксовым брендом высшего уровня, и теперь его ждет стремительный прорыв в киноиндустрию.

— Не ожидал, что съемочная группа сможет заполучить столь крутого человека. Если мне удастся разделить с Цзян Муцянем одну сцену сегодня, я буду считать, что даже вылет из шоу того стоил.

— Ничтожное зрелище... Впрочем, я уже начинаю завидовать тому счастливчику, которого он сегодня воскресит.

В гуле восторженных возгласов то тут, то там раздавались свистки. Но когда ведущий произнес вторую половину фразы после драматичной паузы, бушующая атмосфера стала медленно остывать, пока не упала до точки замерзания.

А вот с этим королем трафика все было куда сложнее. В последнее время его так усердно поливали грязью, что в интернете было просто невозможно скрыться от новостей о нем: #тупой вазон#, #страдает звездной болезнью#... Король трафика? Разве Линь Цинжань не воплощал в себе всю эту дурную славу сполна?

Освещение на площадке резко померкло, и в кромешной тьме лишь два одиноких луча прожектора упали на левую и правую стороны сцены. Подъемная платформа пришла в движение, и Линь Цинжань медленно возник прямо перед глазами у всех.

Актерский инстинкт сработал мгновенно: в ту самую секунду, как он появился, его мозг подсознательно проанализировал обстановку — сколько камер в огромном зале, где именно они находятся, какие направлены прямо на него, под каким углом падает свет — и тело автоматически принялось подстраиваться под эти данные.

Режиссер Чэнь, увидев появившегося на экране человека, резко выпрямился и подался вперед. По сравнению с тем, как он выглядел за кулисами, сейчас Линь Цинжань казался ослепительно ярким.

Мешковатые спортивные штаны и худи исчезли, уступив место струящейся фиолетовой шелковой рубашке в паре со строгими брюками. Волосам придали легкую волнистость, а свет, падавший сверху сбоку, очерчивал черты лица столь изящные, что они казались нереальными. На нем не было абсолютно никаких украшений — его главным козырем было само это лицо.

— Кто делал укладку Линь Цинжаню? — обратился режиссер Чэнь к сидевшему рядом помощнику.

Тот сразу всё понял — честно говоря, он сам был потрясен до глубины души — и поманил рукой: нужный человек тут же нашелся.

Позади всех подбежал штатный стилист съемочной группы.

— Это ты делал макияж и образ Линь Цинжаню? — спросил режиссер.

Стилист торопливо замахал руками: присваивать себе чужие заслуги она не смела.

— Учитель Линь пришел без макияжа, и ту одежду он тоже подобрал сам. Я просто сделала укладку по его указаниям.

— Без макияжа? — помощник режиссера услышав это, придвинулся поближе к монитору. Как раз в этот момент камера приблизила крупный план. Помолчав, он перевел взгляд на режиссера и поднял вверх большой палец: за годы работы в этой индустрии он повидал немало красавиц и красавцев, но чтобы кто-то с таким уровнем внешности обладал еще и столь железобетонной уверенностью — пожалуй, видел впервые.

http://bllate.org/book/27054/3264719