Не импульсируй, — уговаривал его Нань Ци. — Я помню тот случай в прошлом году. Ты на эмоциях запустил баскетбольным мячом и в кого-то попал. Я хотел тебя предупредить, но ты выиграл матч и вообще не обратил внимания.
Из-за такой мелочи он помнит это уже целый год!
А почему бы и нет? — Нань Ци опустил глаза, уставившись на какую-то точку на полу, и произнес глухим голосом: — То, что для тебя кажется незначительной мелочью, для другого может стать душевной травмой на всю жизнь.
Какого черта, Нань Ци, ты на чьей стороне?! Что ты такое говоришь?!
Нань Ци пришел в себя и легко вздохнул.
Ладно, давай забудем об этом. В конце концов, ты первый начал.
Ло Ци выругался еще пару раз, после чего сказал: — Ладно, я сейчас в больнице, приходи навестить меня и захвати что-нибудь вкусненькое.
Что? Ты в больнице?
Да, я подвернул ногу, — сообщил ему Ло Ци. — Только не торопись сразу ехать, я еще хочу поесть тех фрикаделек из бульона, что ты готовишь, и кашу. Врач сказал мне питаться легко и пресно, так что свари мне кашу!
Подобно малому ребенку, Нань Ци с улыбкой отозвался: — Хорошо.
Положив трубку, он перевел взгляд на раскрытый чемодан.
Затем он стал аккуратно складывать обратно только что вынутую одежду.
Нань Ци прошел на кухню и, как обычно, принялся мыть овощи и готовить.
В душе же он обдумывал совсем другое.
Он был вместе с Ин Сюцзином три года, и за эти три года, в каких бы делах — больших или малых — ни шла речь, Нань Ци всегда во всем его слушал.
Ин Сюцзин пожелал жить вместе — на следующий же день он притащил чемодан;
Ин Сюцзин не хотел, чтобы он подрабатывал — он спокойно сидел дома, играя роль бойфренда, который каждый день встречает его с работы;
различные поступки Ин Сюцзина показывали, что он не хочет, чтобы об их отношениях узнало много людей. Ему даже не нужно было говорить об этом вслух — Нань Ци сам разумно держался от него на дистанции, когда они были на людях.
Хотя он видел, что Чжоу Жань его недолюбливает, при каждой встрече он все равно вежливо улыбался ему, потому что тот работал на Ин Сюцзина.
...
В этих отношениях Нань Ци вкладывал душу гораздо больше, чем он.
Если Ин Сюцзин был главным, то Нань Ци — тем, кто вел все хозяйство.
Теперь же его мечты разбились вдребезги, и он сам поранил ноги о стекло, которое так старательно собирал. Если вот так бесславно уйти в тень, это будет поистине несправедливо.
Рисовая каша в кастрюле пускала пузыри, он щедро бросил туда немного мясного фарша и продолжил тушить.
На другой конфорке он затеял варить мясные фрикадельки в бульоне.
Когда фрикадельки сварились, каша тоже была почти готова.
В этот момент снова позвонил Чжоу Жань.
Господин Нань, с генеральным директором Ин всё в порядке. Он спит и говорит, что когда проснется, захочет поесть кашу, приготовленную вами.
Нань Ци ответил: — Хорошо, я сейчас же приготовлю.
Спустя полчаса он стоял у входа в больницу с новым термосом в руке.
Ло Ци находился на втором этаже, а Ин Сюцзин, должно быть, на восьмом, в ВИП-палате.
Не колеблясь ни секунды, Нань Ци сразу нажал кнопку второго этажа и стал тихо ждать, пока двери лифта закроются.
Чувства и достоинство, которые топтали три года — теперь он даже не знал, о чем следует горевать в первую очередь: о разбитом сердце или об ужасе перед тем человеком.
Стоило лишь разболеться голове, как ему обязательно приспичило во что бы то ни стало дожидаться каши именно в его исполнении.
Близился старт плана по обогащению.
От одной мысли о том, чтобы приблизиться к нему, у него во рту появлялся кислый привкус.
Судя по рассказу Ло Ци, он повздорил с теми людьми, в ходе перепалки те парни толкнули его пару раз, и он неудачно наступил на жестяную банку, из-за чего и рухнул.
Это вовсе не было так, будто его избили до потери способности сопротивляться и он со стыдом прибежал в больницу.
Выслушав это, Нань Ци с улыбкой кивнул: — Я понял, можешь больше не объяснять.
Ло Ци отхлебнул каши, и на его лице тут же появилось выражение крайнего блаженства: — Нань Ци, с таким талантом тебе нужно идти сдавать на сертификат нутрициолога! К чему ты возишься со всякими цветочками?
Главное, чтобы тебе нравилось.
Нравится, безусловно нравится!
Уплетая кашу за обе щеки, Ло Ци вдруг перевел взгляд на руки Нань Ци и спросил: — А почему ты перестал носить кольцо?
Нань Ци вздрогнул и опустил глаза на свои обнаженные пальцы.
С тех пор как он узнал, что все эти три года были сплошной шуткой, у него возникло отвращение к любым подаркам, имеющим сентиментальный смысл.
Сначала он снял кольцо, а затем убрал подаренные тем серьги в самый дальний ящик, стараясь лишний раз на них не смотреть.
Раньше с ним никогда такого не случалось, и он поставил себе диагноз: психологическая брезгливость.
Нань Ци небрежно отмахнулся: — Возиться с овощами неудобно, вот и снял.
И то верно, такое кольцо только на тебе и будет красиво смотреться, руки у тебя прямо как у девчонки, — Ло Ци вдруг что-то вспомнил, проглотил ложку каши и произнес: — Тот Кан Наньси, что затесался в нашу команду, тоже с такими руками — белый и нежный, даже баскетбольный мяч нормально удержать не может...
Заметив, что тот вдруг замолчал и прервался, Нань Ци спросил: — Что такое?
Да черт с ним, не упоминай этого ублюдка, Кан Наньси и есть тот самый предатель!
Хватит злиться, в конце концов, ты ведь сам первый заехал человеку по лицу.
Но он же помнил меня целый год! Слишком уж он мелочный!
Не успел Нань Ци и слова сказать, как зазвонил его телефон.
Чжоу Жань поинтересовался, когда он прибудет, и Нань Ци ответил: — Скоро буду. Он проснулся?
Уже проснулся, врач велел дать ему что-нибудь легкое.
Я понял.
После того как звонок завершился, Нань Ци спросил Ло Ци: — Вкусно?
Вкусно, вкусно! — Ло Ци принялся уплетать еду за обе щеки.
Оставшееся время один из них сидел в изголовье кровати, а другой — в ногах.
Нань Ци открыл игру, в которую давно не заходил, забрал подарок за возвращение старого игрока и увлекся процессом.
В эту игру он играл задолго до знакомства с Ин Сюцзином.
Когда они только сошлись, у Ин Сюцзина, судя по всему, был избыток новизны в отношениях. Увидев, что Нань Ци застрял на каком-то уровне, он неожиданно взял его телефон, немного поразмыслил и вскоре прошел этот этап.
Нань Ци предложил ему тоже скачать игру и играть вместе, на что Ин Сюцзин с радостью согласился.
К сожалению, период новизны в стадии неопределенности длился даже меньше, чем уходит времени на один приём пищи. Стоило им пару дней поплечом к плечу поучаствовать в сражениях, как терпение Ин Сюцзина полностью исчерпалось.
Когда Ин Сюцзин бросил играть, Нань Ци тоже стало скучно. К тому же учеба в то время отнимала много сил, а после занятий ему хотелось поболтать с бойфрендом, так что Нань Ци тоже перестал заходить в игру.
http://bllate.org/book/27346/3319153
Готово:
