Когда дело дошло до этого, Хаширама Сенджу уже окончательно убедился: тело Линь Сана и впрямь способно накапливать и хранить ниндзюцу.
Вот только неизвестно, где предел этой вместимости.
Однако они подняли такой переполох, что Тобирама наверняка уже мчится сюда.
Плохо дело.
И как раз в тот миг, когда Хаширама Сенджу втихаря собирался увести Линь Сана подальше до прихода брата...
— А-ни-дзя!
— ЧТО... ТЫ... ТВО-РИШЬ?!
Фигура Тобирамы Сенджу мгновенно возникла прямо за спиной Хаширамы Сенджу. Всё его тело окутывала ужасающая голубая чакра, и под натиском этой чудовищной мощи земля вокруг, словно хрупкий тофу, вмиг просела и покрылась трещинами.
Тобирама Сенджу был готов придушить старшего брата от ярости: в клане в последнее время и без того дел невпроворот, а служебных дел накопилось столько, что не перечесть.
Мало того, Хаширама Сенджу вечно норовил улизнуть от служебных дел, сваливая всё на плечи Тобирамы Сенджу, из-за чего тому приходилось крутиться ещё сильнее.
А теперь Хаширама Сенджу устроил такое неподалёку от территории клана! Весь ландшафт переворотило от ниндзюцу, и теперь придётся заново расчищать местность и прокладывать дорогу.
Опять тратить и деньги, и силы! И ладно бы деньги, но в клане сейчас и так острая нехватка людей, а теперь придётся ещё и отрывать работников, чтобы разгребать за ним последствия!..
Да ещё и торговля очищенной солью в этом районе пострадает!
— Тобирама, я же не... — «специально».
Хаширама Сенджу даже договорить не успел — Тобирама Сенджу одним ударом кулака вбил его прямо в землю.
На месте удара мгновенно образовался огромный кратер!
Линь Сан: «...»
Линь Сан: «!!!»
Линь Сан... Линь Сан вмиг затих как мышь.
По спине градом покатился холодный пот.
Ни в коем случае нельзя, чтобы Тобирама узнал правду, иначе хрупкое тело студента просто не переживёт такого удара.
Если по нему так приложиться, он тут же отправится на тот свет к своей прабабушке.
Впрочем, Тобирама Сенджу и не думал подозревать Линь Сана. Как-никак, с первого взгляда было ясно, что это ниндзюцу Стихии Дерева. Даже если бы Линь Сан освоил ниндзюцу, выучить Стихию Дерева он бы никак не смог — ведь это кеккей генкай.
То, что происходило дальше, было слишком жестоким зрелищем, и Линь Сан просто зажмурился.
А когда он снова открыл глаза, Хаширама Сенджу уже как ни в чём не бывало стоял прямо перед ним.
Линь Сан хоть и знал давно о поразительной регенерации Хаширамы Сенджу, но всё равно поразился: только что того избивали так, что смотреть было страшно, а сейчас он стоит целехонек.
Если не считать запачканного лица, грязного тела и слегка порванной одежды, от его прежнего плачевного вида не осталось и следа.
В голове у Линь Сана невольно всплыла крылатая фраза:
«Сей отрок ужасающе силён!»
Мало того что урон бешеный, так у него ещё, мать его, и автоисцеление встроено!
Да любого такого персонажа толпы игроков требовали бы порезать, а то и вовсе забанить за читерство.
...
————————————————————————
— Значит, брат, ты утверждаешь, что тело Линь Сана способно хранить ниндзюцу?
— Да, и даже Стихию Дерева.
Услышав это, Тобирама Сенджу немало удивился.Шутка ли — сама Стихия Дерева! За несколько сотен лет во всём клане Сенджу её сумел пробудить один-единственный Хаширама Сенджу.
К тому же это геномный предел, а вовсе не простое ниндзюцу.
Тобирама Сенджу перевёл взгляд на Линь Сана, и тот кивнул, подтверждая слова Хаширамы.
Тобирама Сенджу погрузился в раздумья:
— Это противоречит здравому смыслу.
Линь Сан [мысленно возмущается]: «Уж точно не создателю Воскрешения нечистого мира говорить о здравом смысле, эй!»
Но вслух Линь Сан произнести этого не осмелился, боясь прервать полёт мысли великого Тобирамы.
Да и самому ему было жутко любопытно.
Прошло немало времени.
Наконец Хаширама Сенджу хлопнул в ладоши:
— Ладно, уже поздно, пора возвращаться и ужинать. М-м, решено! Сегодня едим грибное... Ай!
— Тобирама, ты за что меня стукнул?
Хаширама Сенджу схватился за огромную шишку на макушке.
— Не шуми, я думаю, — невозмутимо отозвался Тобирама Сенджу.
Линь Сан: «...»
Неужели Тобирама тоже сидит в интернете и знает этот мем?
...
После долгих раздумий Тобирама Сенджу пришёл к выводу, что, вероятнее всего, при переходе в этот мир тело Линь Сана подверглось перестройке, чтобы он смог приспособиться к новым условиям и выжить.
Однако перестройка эта прошла не до конца: он сохранил некую силу своего прежнего мира, которая и позволяла ему вмещать столь масштабное ниндзюцу, как Стихия Дерева.
Впрочем, пока это оставалось лишь гипотезой, требовавшей тщательных исследований и точных данных для подтверждения.
— В общих чертах идея понятна, но пока это только догадки, нужно изучить всё детальнее. Сейчас и правда уже поздно. Линь Сан, поужинаешь у нас дома? — пригласил Тобирама Сенджу.
— Х-хорошо, — согласился Линь Сан. Почему-то он просто не мог отказать Тобираме Сенджу.
Не поймите неправильно, просто Тобирама Сенджу отчего-то ужасно напоминал ему завуча по дисциплине!
Ну и как такому откажешь? Этот страх перед учителями въелся в гены каждого студента.
— Едим грибное рагу! — упрямо стоял на своём Хаширама Сенджу.
...
В итоге на ужин в доме главы клана Сенджу подали любимое блюдо Хаширамы Сенджу
Грибное рагу.
...
Возможно, из-за того, что ужин выдался поздним, после еды Линь Сан и Тобирама Сенджу ещё немного посидели за разговором.
Обсуждали, как возместить убытки, причинённые теми двумя техниками Стихии Дерева.
В конце концов порешили на том, что Линь Сан возьмёт на себя наём людей для ремонта дороги, а Тобирама Сенджу обеспечит часть материалов и уладит вопросы с проходящими торговцами.
За беседой на улице постепенно совсем стемнело.
Заметив за окном темноту, Хаширама Сенджу внутренне обрадовался, но с самым заботливым видом произнёс:
— Линь Сан, на дворе уже совсем темно, возвращаться ночью неудобно. Может, останешься и переночуешь прямо здесь?
Увидев, что Линь Сан колеблется, он добавил:
— Не заставляй меня волноваться, ладно?
Тобирама Сенджу: «...»
Его сейчас стошнит.
До чего же омерзительно выглядит старший брат, когда строит из себя такую приторную невинность.
Зато Линь Сан никакого подвоха не заметил — он лишь подумал, какой же Хаширама всё-таки добрый и замечательный человек.
Какие у Хаширамы могут быть дурные мысли? Он ведь просто переживает, что идти одному ночью небезопасно.
Сердце Линь Сана дрогнуло, и он согласился остаться.
Услышав согласие Линь Сана, Хаширама Сенджу тут же предложил:
— Ложись со мной.
Линь Сан: «???»
Линь Сан: «А, ладно».
Хаширама Сенджу: [смотрит с безмятежной улыбкой]
Тобирама Сенджу: «...»
Тобирама Сенджу: «Хех, мужчины».
————————————————————
За день оба семь потов согнали, поэтому перед сном нужно было искупаться.
Дверь ванной комнаты отворилась, и оттуда, слегка раскрасневшись, вышел Линь Сан в явно великоватой ему юката.
Как-никак в воде было жарковато.
— Хаширама, я закончил, иди ты. Я уже набрал для тебя свежей воды.
Глядя на стоящего перед ним Линь Сана в его собственной одежде, Хаширама Сенджу невольно потемнел взглядом.
Его кадык дёрнулся, и он хрипло ответил:
— Угу.
А затем поднялся и направился в ванную комнату.
#
http://bllate.org/book/27390/3567124
Готово:
