Юй Чэньмин, прижимая к себе злосчастный блинчик, который никто не захотел, медленно поплелся к комнате Лю Юэ. Внезапно он оглянулся и внизу, этажом ниже, наткнулся на чей-то взгляд — это был Чэнь Чуньшэн.
Чэнь Чуньшэн, единственный омега в их группе, был всего на четыре года старше его. У него было худощавое, тонкое лицо, он носил белую рубашку и собирал длинные волосы в хвост, из-за чего на первый взгляд казался девушкой. Чэнь Чуньшэн буравил его тяжелым, полным враждебности взглядом, а затем беззвучно произнес одними губами: «Еще припомню».
Наверное, увидел, как он разговаривал с Дэн Цзе, и решил, что они замышляют что-то плохое против Лю Юэ, вот и решил пригрозить, подумал Юй Чэньмин. Этот омега был ярым фанатом Лю Юэ, избалованным сыном богатых родителей, не знающим опасностей внешнего мира. Казалось, он был как-то связан с руководством их компании, имел мощную поддержку, а несколько лет назад наделал шума, пытаясь начать сольную карьеру, но столкнулся с кучей проблем. Потом он встретил Лю Юэ, который относился к нему с большой заботой. Омега впервые в жизни встретил такого нежного и галантного альфу, поэтому просто потерял голову — он был даже фанатичнее, чем любой из преданных поклонников Лю Юэ.
Юй Чэньмин поднял блинчик, собираясь предложить его, но Чэнь Чуньшэн лишь закатил глаза и ушел.
Да уж, наша группа рано или поздно точно развалится.
Юй Чэньмин, так и не вручив никому блинчик, с грустью и тоской добрел до комнаты капитана и постучал. Войдя, он обнаружил, что, помимо Лю Юэ, там был и последний участник их группы — Мэн Ли. Мэн Ли перебирал струны своей гитары, а Лю Юэ прилежно распевал строчки из песни — настоящий образец прилежного айдола. Они репетировали новую композицию, которую должны были исполнить в финале их реалити-шоу. Юй Чэньмин, растроганный таким усердием, поспешил протянуть блинчики обеими руками: Капитан, брат Мэн, подкрепитесь сладкой энергией.
Кажется, песня называлась Love Power — даже не знаю, кому пришло в голову дать ей такое девичье название.
Лю Юэ в последнее время следил за питанием, поэтому, увидев блинчик, сразу отмахнулся. Зато Мэн Ли, который проголодался, без колебаний взял угощение и откусил кусочек, а его глаза просияли: Довольно вкусно.
Лю Юэ тоже хотелось перекусить, но он сглотнул слюну и сдержался. Посмотрев на Юй Чэньмина, он заметил его покрасневший нос и укоризненно произнес: В следующий раз предупреждай, если куда-то уходишь. Я утром вышел, не увидел машины на парковке и подумал, что ее угнали.
Прости, капитан, в следующий раз обязательно доложу! — Юй Чэньмин быстро признал свою вину и тут же перевел тему: Ну что, как продвигается подготовка песни?
Мэн Ли тут же сыграл фрагмент, а Лю Юэ подхватил — Юй Чэньмину и за дверью мелодия показалась неплохой, но вблизи она звучала еще лучше. Правда, текст, как и название, был совершенно девчачьим, полным романтических грез; взрослым мужикам на сцене под это танцевать — нужно немало мужества, чтобы перебороть чувство неловкости.
Мэн Ли, дослушав, взял бумагу и ручку и тут же начал править текст и музыку. Теперь было очевидно, кто здесь композитор и автор песен. Юй Чэньмин не удержался и бросил на Мэн Ли несколько любопытных взглядов. Последний участник их группы, Мэн Ли, был бетой, самым старшим среди них. У него была классическая, правильная мужская внешность, но он не особо любил разговаривать. Глядя на этого молчаливого красавца, трудно было представить, что он сочиняет такие любовные песенки.
Голос Лю Юэ был чистым и звонким, он мастерски справлялся с переходами и высокими нотами, но запнулся на рэп-партии. Дэн Цзе, рэпер их группы, отсутствовал. Мэн Ли попытался подпеть, но это было не его коньком, и, стоило ему сосредоточиться на рэпе, как игра на гитаре сбилась.
Юй Чэньмин присел рядом с Лю Юэ и сказал: Эту часть спою я.
Лю Юэ взглянул на него, но промолчал. Он не хотел говорить прямо, что макнэ группы, хоть и неплохо исполнял лирические припевы, никогда особо не блистал в рэпе. Однако, прежде чем капитан успел ответить, Мэн Ли прямо заявил: У тебя не получится.
Я справлюсь! — Юй Чэньмин потер ладони. — Брат Мэн, дай мне попробовать.
Лю Юэ, покосившись на сияющие глаза Юй Чэньмина, смягчился: Ладно, попробуй, здесь будет смена темпа, не отставай.
Мэн Ли больше не возражал и опустил взгляд на гитару. Лю Юэ начал петь, но когда дело дошло до рэпа и Юй Чэньмин выдал первую строчку, капитан резко обернулся, глядя на него с недоверием. Мэн Ли тоже замер, а прислушавшись, едва заметно усмехнулся — наверное, посчитал, что миловидное личико Юй Чэньмина и его мягкий голосок совсем не вяжутся с рэпом, но, доиграв, все же объективно оценил: И правда, неплохо.
Лю Юэ был поражен: Когда ты успел потренироваться? Разве тебе раньше не был безразличен рэп?
Юй Чэньмин отмахнулся, скромно ответив: Просто видел, как круто читает брат Цзе, вот и решил попробовать.
До попадания в книгу он сам читал рэп. Правда, раньше его голос был ниже, а теперь звучал звонче, да и практики не хватало — в исполнении слышалась некоторая неопытность, но это как нельзя лучше подходило для такой любовной песни. Однако Мэн Ли и Лю Юэ могли заметить, что дело было не только в тембре: Юй Чэньмин читал четко, на одном дыхании, с отличной дикцией — это никак не походило на простое «попробовать».
Юй Чэньмин коснулся горла. Этот мальчишка, в теле которого он оказался, обладал прекрасными природными данными, был молод и податлив. Когда-то, дебютировав как обычный человек, он уже загнал себя в рамки, а теперь у него появилась возможность исследовать себя и раскрыться заново.
Попадание в книгу — это, кажется, не так уж плохо! Когда группа распадется, он сможет избавиться от главного героя и сюжета романа, ухватиться за этот шанс и прожить жизнь по-настоящему.
Юй Чэньмин тихонько хихикнул, но тут же выпрямился и прошептал Лю Юэ: Капитан, я это… тайно учился, только брату Цзе не говорите.
Лю Юэ некоторое время смотрел на него, а затем нерешительно кивнул. Втроем они еще раз прогнали песню и наметили танцевальные движения. Юй Чэньмин, который рано встал, не мог сдержать зевоту и решил пойти к себе доспать.
Вот только блинчики, которые он носил с собой, уже окончательно остыли, и их так никто и не съел. Вернувшись в свою комнату, Юй Чэньмин сам съел один из них, решив, что он слишком сладкий. Вдруг он вспомнил того мужчину из парка. Тот выглядел как элита с Уолл-стрит, что было полной противоположностью мягкому десерту, однако съел все до последней крошки — сразу видно, человек с отличным воспитанием. Только вот слова о том, что они еще увидятся, показались ему какими-то странными. Неужели его лицо уже стало таким узнаваемым?
http://bllate.org/book/27451/3335093
Готово:
