Пока не позвонил Сяо Лэ и не спросил, в какой он палате.
Голос Хуай Юэ всё еще звучал хрипло, он приоткрыл дверь палаты:
— Можешь не подниматься, жди меня там, где оформляют документы.
Пришел только Сяо Лэ, а Фэн Пин уже уехал сопровождать другого артиста из числа своих подопечных на съемки журнала и не собирался участвовать в мероприятии компании Юньжань.
Хуай Юэ не удивился. По дороге в концертный зал он воспользовался моментом, чтобы через воспоминания прежнего владельца тела освежить в памяти ход мероприятия, и в общих чертах составил себе представление.
Сегодняшнее мероприятие организовывал известный бренд Юньжань, пригласивший множество звезд.
Мир шоу-бизнеса — это место с самыми жесткими границами по рангам: у популярных звезд есть отдельные гримерки и комнаты отдыха, а тем, кто не популярен, естественно, приходится делить одну на всех.
Когда Хуай Юэ вслед за Сяо Лэ добрался до закулисья концертного зала, в гримерке уже царил полный беспорядок.
Визажисты, приглашенные организаторами, делали прически и макияж прибывшим раньше артистам, вокруг сновали сотрудники, суета стояла невероятная.
Переодевшись, Хуай Юэ присел в сторонке в ожидании, но прошло уже много времени, визажисты толкались туда-сюда, однако никто из них и не думал приниматься за его макияж.
Сяо Лэ несколько раз подходил спрашивать, визажисты на словах обещали, что скоро освободятся, но тут же принимались красить кого-то другого.
Видя, как неумолимо приближается время начала мероприятия, Сяо Лэ выждал момент, когда одна из визажисток закончила работу, и обратился к ней снова.
Женщина принялась наводить порядок на столике с инструментами, бросила на него косой взгляд и раздраженно бросила:
— Не подгоняйте, тут все по порядку, до вас еще не дошло.
Не дожидаясь, пока Сяо Лэ успеет ответить, она добавила с противной ехидной интонацией, чтобы услышали все вокруг:
— Захотели повести себя как суперзвезды, а собственную ценность даже не прикинули.
Сяо Лэ покраснел от злости, открыл рот, собираясь с ней поспорить, но Хуай Юэ окликнул его, возвращая на место.
Лицо Хуай Юэ было бледноватым, он еще не до конца оправился, чувствовал себя скверно от макушки до пят, руки и ноги словно налились свинцом, а на лбу выступил холодный пот.
Не обращая внимания на взгляды окружающих, он уже собирался кое о чем распорядиться перед Сяо Лэ, как вдруг у входа поднялся шум.
Услышав звуки, Хуай Юэ повернулся и увидел, как в окружении сотрудников в помещение входит молодой человек с безупречной укладкой.
Находившиеся в комнате артисты наперебой здоровались с ним, а несколько визажистов и ассистентов выглядели крайне взволнованно, что ярко свидетельствовало о его огромной популярности.
Парень с улыбкой отвечал каждому, держался крайне вежливо и непринужденно. Поприветствовав всех вокруг, он перевел взгляд на Хуай Юэ и с удивлением произнес:
— Хуай Юэ, почему ты до сих пор не привел себя в порядок? Если еще немного затянуть, боюсь, мы опоздаем. Идем ко мне в гримерку, я попрошу Сяо Я тебя накрасить.
Хуай Юэ поднял глаза и встретился взглядом с доброжелательной, мягкой улыбкой Цзян Ая.
Хуай Юэ ничего не ответил, в комнате быстро стихли голоса, и все взгляды устремились на них двоих.
В памяти прежнего владельца тела фрагменты, касавшиеся Цзян Ая, были предельно четкими.
Еще в начале этого года Цзян Ай был лишь захудалым актером пятой-шестой величины, о котором никто толком не слышал.
Три месяца назад вышел в эфир новый сериал с его участием и мгновенно стал хитом, а ветка с ним и киноактером Цинь Мучуанем взлетела прямо на первое место в рейтинге тем. Цзян Ай по полной воспользовался этими дивидендами, прибавил несколько миллионов подписчиков, в один миг вырвался во вторую лигу, а затем на этой волне громко и пафосно подписал контракт с Kailer.
Цзян Ай сейчас на пике популярности, само собой, у него отдельная гримерка. Поскольку оба они числились в одной компании, проявление заботы о младшем коллеге и предложение своему визажисту накрасить Хуай Юэ выглядело вполне естественно.
Но не так давно кто-то слил в сеть информацию, что Хуай Юэ скорчил недовольное лицо в адрес Цзян Ая за кулисами мероприятия, из-за чего в интернете поднялась буря обсуждений. Позднее же произошло и вовсе скандальное событие: Хуай Юэ якобы по случайности лайкнул пост в микроблоге, высмеивающий пару Цзян Ая и Цинь Мучуаня, что моментально вынесло его в топ горячих запросов.
Фанаты Цзян Ая возненавидели Хуай Юэ лютой ненавистью, повсюду заявляя, что тот завидует Цзян Аю и просто обезумел от желания присосаться к славе Цинь Мучуаня за чужой счет.
При таких обстоятельствах приглашение Цзян Ая со стороны выглядело так, будто Цзян Ай проявляет великодушие, а если Хуай Юэ откажется, то он просто неблагодарный негодяй.
Хуай Юэ подумал, что если бы сейчас здесь находился прежний владелец тела, его психика, пожалуй, уже окончательно рухнула бы.
Никто из присутствующих не догадывался, что этот новичок, недавно пришедший в индустрия, когда-то действительно встречался с киноактером Цинь Мучуанем.
Вот только этот роман начался внезапно, а закончился и вовсе комично.
Два месяца назад по инициативе Цинь Мучуаня они подтвердили свои отношения.
Сразу после того, как они сошлись, Цинь Мучуань уехал на съемочную площадку на северо-запад.
Новый сериал Цинь Мучуаня гремел на экранах, его пара с Цзян Аем пылала безумной популярностью, и когда прежний владелец тела случайно увидел в ленте новость о том, что Цзян Ай приезжал на съемочную площадку навестить Цинь Мучуаня, он не придал этому особого значения, полагая, что это обычный маркетинговый ход.
Пока во время одного из телефонных звонков он не услышал голос Цзян Ая.
Чуть не проткнувшие барабанные перепонки двусмысленные стоны.
То, что казалось спасением, оказалось бездной. Прежний владелец тела, погрузившись в муки предательства, был близок к нервному срыву, но уже на следующий день сам порвал с Цинь Мучуанем.
Цинь Мучуань не стал его удерживать и даже не удосужился сказать ни слова в свое оправдание. Прежний владелец тела был полностью опустошен, но Цзян Ай вцепился в него мертвой хваткой и не отпускал.
Когда пьяный прежний владелец тела по ошибке поставил лайк и подвергся травле, взлетев в топ поисковых запросов, Фэн Пин пытался удалить тему, но Цзян Ай распорядился заблокировать это.
При встрече за кулисами мероприятия Цзян Ай намеренно заговорил о Цинь Мучуане, чтобы вывести прежнего владельца из себя, а затем затронул тему покойной матери Хуай Юэ, чтобы окончательно разъярить его, и подстроил так, чтобы кто-то сфотографировал его перекошенное от гнева лицо и пустил по сети заказные черные статьи.
Мало того, что он отобрал у прежнего владельца лучшие ресурсы в киноиндустрии, так теперь он снова прибегнул к старому трюку, желая окончательно втоптать его в грязь.
Взгляд Хуай Юэ скользнул по съемочной группе за спиной Цзян Ая — несложно было представить, во что превратится общественное мнение в сети, если он сегодня снова сорвется и скажет хоть одно неуместное слово.
Жаль только, что подобные методы он повидал еще в детстве.
Хуай Юэ посмотрел на не до конца спрятанное в глубине глаз Цзян Ая торжество и неожиданно произнес:
— Спасибо, учитель Цзян, но времени почти не осталось, я лучше сам тут всё сделаю.
Сказав это и не дожидаясь реакции Цзян Ая, он повернулся к стоявшему ближе всех визажисту:
— Можно одолжить у вас косметику?
На глазах у изумленной публики визажист, конечно, не смел чинить препятствий и мог лишь кивнуть в знак согласия. Хуай Юэ взял протянутые ему баночки и кисти и сразу же принялся за дело.
Цзян Ай совершенно не ожидал от Хуай Юэ такой реакции. Замешкавшись на мгновение, он упустил момент для возражений и мог лишь безучастно смотреть, как Хуай Юэ уверенными движениями наносит макияж.
Хуай Юэ до этого наблюдал за работой других визажистов и примерно уяснил назначение различных косметических средств.
Он привык краситься сам еще с тех времен, когда учился оперному искусству. Теперь поменялись лишь инструменты, так что нанести макияж для него не составляло никакого труда.
Он не стал мудрить с чем-то сложным: лишь тонким слоем наложил тональную основу, замазал помадой бледность губ, а напоследок небрежно взъерошил волосы с помощью геля для укладки, на этом всё и закончилось.
Стоило скрыть следы недавней болезненности, как его утонченные черты лица без всяких излишеств приковывали к себе взгляды, и даже столь простая, небрежная укладка смотрелась на нем поразительно ярко.
Зрители остолбенели, наконец-то осознав смысл фразы творить что вздумается, когда у тебя потрясающая внешность.
Пока Цзян Ая окружили восторженные сотрудники, требуя автографы, он боковым зрение заметил, что Хуай Юэ закончил. Обернувшись в ту сторону, он намеревался вновь задеть Хуай Юэ.
Не успел он раскрыть рот, как Хуай Юэ вежливо опередил его, показывая на себя:
— Я уже закончил, так что не стану утруждать учителя Цзяна.
Все слова, заготовленные Цзян Аем, застряли у него в горле. Глядя на холодное и красивое лицо Хуай Юэ, он почувствовал, как ком в груди болезненно давит изнутри — он никак не ожидал, что этот глупец, который раньше вспыхивал от малейшей искры, сегодня вдруг обзавелся мозгами.
В его голове пронеслись самые разные мысли, но на лице сохранилось приветливое выражение:
— Раз уж так, то настаивать не буду.
Видя, что план провалился, Цзян Ай не стал задерживаться и вскоре удалился вместе со своей свитой.
Как только Цзян Ай ушел, остальные в гримерке вновь принялись за работу.
Под негласными, словно заглядывающими в душу взглядами окружающих Хуай Юэ поднялся с места и вышел из гримерки.
Ускользнув от сотрудников, он направился к пожарной лестнице, чтобы подышать свежим воздухом.
Погода стояла пасмурная, судя по всему, вот-вот должен был хлынуть сильный дождь. Влажный ветерок прошелся по ушам, и отяжелевшая голова немного прояснилась.
— А-а-а-а, я видела Цзян Ая, оно того стоило, ууу!
— Разве не говорили, что сегодня придет Лин Че? Почему его не видно?
— Где ты вообще нахваталась этих фейковых слухов? С чего бы Лин Че приходить на такое мероприятие?
— Не думала, что Юй Сяовань без макияжа такая страшная, я в нем жестоко разочаровалась...
Раздавшиеся внизу голоса донеслись с пролета пожарной лестницы, приближаясь. Хуай Юэ обернулся и нос к носу столкнулся с двумя болтающими девочками, которые как раз поднимались наверх.
На обеих висели пропуска сотрудников, но лица были совсем юными — скорее всего, они тайком пробрались внутрь под видом фанаток.
Услышав собственную критику в спину, обе густо покраснели и, испугавшись, поспешно развернулись и убебли.
Хуай Юэ проводил взглядом их спины, исчезнувшие за поворотом, но мысли его застряли на прозвучавшем из их уст знакомом имени.
Лин Че...
В памяти прежнего владельца тела не было никаких свидетельств того, что они с Лин Че когда-либо встречались раньше.
Лин Че было двадцать четыре года, за его плечами стояли сильные работы, он носил звание новоиспеченного киноактера, а благодаря фигуре и внешности, превосходившим любого айдола из мужских групп, он всего за четыре года с момента дебюта превратился в безусловную звезду первой величины.
При этом его собственный характер оставался предметом бурных споров: время от времени в сеть сливали компромат о его звездных замашках, фанаты и хейтеры грызлись до потери пульса, и стоило ему где-то появиться, как тут же поднимался ураган.
В кругах ходили слухи, что у Лин Че скверный нрав, и Хуай Юэ не знал, правдивы ли они. Он знал лишь одно: Лин Че не побоялся оскорбить известного в индустрии режиссера и вытащил его, Хуай Юэ, из полного тупика.
За такую доброту нельзя было просто отделаться фразой, что возвращать ничего не нужно, и принимать её как должное.
·
Усадьба Цинцзю представляла собой самый роскошный коттеджный поселок в городе А с безупречной охраной, где каждый житель был богатым торговцем или знатной персоной.
Внутри одной из вилл Ян Вэньчэнь, глядя на человека, развалившегося на диване со смартфоном в руках, пребывал на грани нервного срыва:
— Только не говори мне, что ты действительно собрался сниматься в этом паршивом шоу!
Лин Че, даже не поднимая глаз от экрана, бросил:
— С чего бы нет?
Ян Вэньчэнь постарался говорить как можно более умиротворенно:
— Ты вообще способен сдержать свой барский нрав?
Лин Че одарил его странным взглядом, словно спрашивая, какую чушь тот несет.
Не выдержав, Ян Вэньчэнь едва не бросился трясти его за плечи:
— Тогда зачем ты соглашаешься?! Это же прямая трансляция! Без монтажа! Ты хочешь прилюдно устроить всем представление под названием Как я рушу собственный имидж?!
Если хочешь отплатить за добро, помоги им с продвижением, я могу даже спонсеров им подыскать! Умоляю тебя, не ставь на кон свою актерскую карьеру, ладно?!!
Лин Че дожал босса в игре, поднял голову и посмотрел на Ян Вэньчэня:
— Если бы тогда режиссер Ши не пришел мне на помощь, я бы, наверное, до сих пор оставался никому не известной массовкой.
http://bllate.org/book/27470/3337658
Готово:
