А вот этот Ци Ян напротив — он, казалось, готов был выплеснуть всё своё раздражение прямо в лицо Гу Яню.
И всё же этот малый, чёрт возьми, продолжает к нему липнуть. Да он же прямо в эфире шоу собрался к нему подкатывать!
Пан дао тяжело покачал головой. Впрочем, судя по характеру Ци Яна, тот тоже не из простых, так что в этот раз его съёмочная группа заполучила двух настоящих титанов.
Если всё пройдёт гладко — это будет сродни божественному провидению, а если нет — не сдобровать ему.
Пан дао глубоко вздохнул и подал знак ассистенту.
В холле виллы раздался механический голос:
— Уважаемые участники, добро пожаловать на «Догоняющие часовые пояса».
— В течение следующих тридцати дней вы будете жить в этой вилле, наслаждаясь прекрасными моментами. Друзья, хватайтесь за шанс и ищите того самого, кого полюбите.
— А теперь, пожалуйста, по очереди заходите в Хижину «Обольщение» и выберите объект своей симпатии.
Щёлк — и в левой стене гостиной внезапно открылась потайная дверь. Стены были украшены бело-розовыми венками, а в центре, среди множества воздушных шаров, стоял белоснежный столик в форме сердца.
На столе лежала коробка и несколько карточек.
Механический голос снова произнёс:
— Полагаю, все уже определились со своим выбором. Теперь по очереди заходите в Хижину «Обольщение» и запишите имя того, кто вызвал у вас симпатию.
— Ваш выбор останется тайной до особого распоряжения. Время оглашения: будет определено позднее.
Участники пока что пребывали в шоке от внезапного появления потайной комнаты.
Фань Юйдань первой пришла в себя и с улыбкой произнесла:
— Ну и затейники же эти телевизионщики! Что за бред — время оглашения будет определено позднее?
Мужчина в синей жилетке рассмеялся:
— А по мне, самое нелепое — это писать имена, когда их нужно было запомнить. Ведь даже если запомнил, не факт, что напишешь правильно.
Мужчину звали Цзинь Чжо, он был начинающим айдолом третьего эшелона.
Посмеиваясь и переговариваясь, Фань Юйдань поднялась и направилась к Хижине «Обольщение»:
— Ну, тогда я начну!
Участники по очереди зашли сделать записи.
Тем временем в аппаратной вся съёмочная группа с жадностью наблюдала за происходящим.
— Я так и знал, что Фань Юйдань выберет Гу Яня, даже гадать не надо!
— Эй, а Цзинь Чжо реально написал имя неправильно. Девушку зовут Цзин Жун, а он что настрочил — Цзинь Жун? Ха-ха-ха!
— Погодите, а разве во время разговора Ци Ян вообще участвовал в беседе?
В толпе прозвучал вопрос.
— Да уж, абсурд. Думаю, Ци Яна точно никто не выбрал. В конце концов, кроме Гу Яня, никто из участников даже не знает, как его зовут.
— Да какая разница, знают они или нет? Он своим видом… — человек не закончил фразу.
Но все присутствующие молча и многозначительно перевели взгляды в угол экрана, где сидел Ци Ян.
Мужчина лениво развалился на диване. Солнечный свет падал на него сквозь панорамное окно, окутывая мягким золотистым сиянием.
Гу Янь тоже оказался в этом луче.
Он положил руку на спинку дивана, подпёр подбородок, явно пребывая в хорошем настроении, и чуть подался вперёд.
Картина выглядела гармонично, даже как-то умиротворяюще, но…
— Отвали, — нахмурившись, произнёс Ци Ян и оттолкнул его. — Ты загораживаешь моё… ты загораживаешь мне солнце.
— Хм? — неожиданный физический контакт заставил Гу Яня на мгновение забыться, словно он вернулся в прошлое.
Он не отодвинулся, лишь пристально посмотрел на окутанного светом Ци Яна: спустился взглядом с растрёпанных кудрей, длинных бровей, высокого переносицы, лёгкой щетины и, наконец, остановился на его розоватых тонких губах.
Кадык Гу Яня дёрнулся — в горле явно пересохло.
Ци Ян, который уже собирался вспыхнуть, замер: «...»
И это тот самый «аскет»-кинозвезда?
Его тщательно выстроенный холодный образ так легко был проигнорирован этим парнем?
Ци Ян на секунду усомнился, не съели ли вкус Гу Яня собаки. Даже если бы он сейчас был с огромным брюхом, этот человек всё равно бы на него запал.
— Не пялься, твоя очередь, — хрипло напомнил Ци Ян.
Гу Янь наконец отвёл взгляд, поднялся, одёрнул одежду и вошёл в Хижину «Обольщение».
Внутри всё утопало в розовых тонах, выглядело это несколько безвкусно.
Гу Янь окинул взглядом убранство, безмолвно закатил глаза, быстро черкнул имя на карточке и вышел обратно.
Весь процесс занял меньше трёх минут.
Видя, как быстро справился Гу Янь, остальные начали подшучивать.
— Янь-гэ, даже раздумывать не стал? — поддразнил его Цзинь Чжо. — Кто же это так взволновал нашего кинозвезду?
— М? Хочешь знать?
Гу Янь с улыбкой вышел из Хижины. Его длинные ноги делали походку невероятно притягательной.
Цзинь Чжо не ожидал, что Гу Янь правда ответит на его попытку разрядить обстановку, поэтому решил отшутиться:
— Кто бы не хотел? Сплетни — естественная человеческая потребность, особенно если речь идёт о нашем народном любимце.
Гу Янь загадочно улыбнулся, копируя тон организаторов:
— Пока секрет, время оглашения будет определено позднее.
При этом он смотрел не на Цзинь Чжо, а прямо на Ци Яна своими тёмными, решительными глазами.
Спустя мгновение он добавил:
— Сегодня такой чудесный солнечный день.
Ци Ян почувствовал, как голова идёт кругом. Он ошеломлённо посмотрел на подошедшего мужчину, слегка нахмурился и со всей силы растёр костяшки среднего пальца:
— Пойду запишу своё имя.
— Я что, сплю? Гу Янь в качестве объекта симпатии выбрал Ци… Ци Яна?!
Ассистент режиссёра застыл на месте, не зная, что и делать. Он неловко повернулся к Пан дао, чувствуя, что происходящее на экране… как-то пугает.
Пан дао схватился за голову — этот малый реально рискнул такое написать.
Все те разговоры о «выходе за рамки гендера» в промо-роликах были просто для хайпа.
Кто бы мог подумать, что они и правда притянут такую парочку!
Пан дао и ассистент прекрасно понимали, к чему всё идёт. Их взгляды встретились, и в глазах друг друга они отчётливо прочитали одну фразу: «Нам конец».
http://bllate.org/book/27528/3346803
Сказали спасибо 0 читателей