Время неумолимо шло. Хва Ву перегнулся через сиденье к водительскому месту и вытащил ключ зажигания, чтобы избежать случайной беды. Вернувшись на пассажирское сиденье, он прислонился к окну, выглядя так, будто о чём-то глубоко задумался.
Спустя довольно долгое время Хва Ву определил по карте нужное место и отправил Сяо Ба текстовое сообщение.
Поскольку Чжоу У только что гнал на полной скорости, припаркованное им место находилось недалеко от виллы, так что Чжоу Жи прибыл очень быстро, захватив с собой Чжоу Саня.
— Тц, — Чжоу Сань, едва выбравшись из машины, скривился в отвращении. — Уродливая Семёрка, ты можешь свою тачку вымыть? Вся грязная до невозможности.
Чжоу Жи рассеянно кивнул:
— Да-да, в другой раз помою. С вашей стороны было просто величайшей милостью снизойти до моей машины, простите уж за доставленные неудобства.
Незадолго до этого он и Чжоу Сань друг за другом ехали обратно к вилле, и едва успев вылезти из машин, Чжоу Жи получил сообщение от младшего брата. Ему пришлось притащить с собой недовольного Чжоу Саня и мчаться обратно без продыха. К счастью, расстояние оказалось небольшим, но он уже до смерти устал от вечно недовольной физиономии Третьего братца.
Хва Ву не стал выходить из машины. Через закрытое стекло он заглянул в светлые глаза Чжоу Жи, под левым глазом которого отчётливо выделялась родинка. Хва Ву бросил на него взгляд, опустил ресницы и ничего не сказал.
Стоявшему снаружи Чжоу Жи ничего не оставалось, как обсудить это с Чжоу Санем:
— Третий братец, ты поведешь мою машину, а я сяду за руль тачки Пятого?
Чжоу Сань бросил на него косой взгляд:
— В мечтах.
Чжоу Жи стерпел:
— ...Тогда, может, ты поведешь машину Пятого?
Чжоу Сань наклонился, через стекло тщательно и скрупулезно осмотрел обстановку внутри салона и лишь спустя долгое время с неохотой согласился:
— Пересади Уродливого Пятого в свою тачку.
— Понял, — Чжоу Жи дернул уголком рта, бросил взгляд назад на тихо сидевшего на пассажирском сиденье младшего брата и неожиданно произнес: — Кстати, Третий братец, не забудь потом...
Пока те двое возились туда-сюда, Хва Ву чуть не заснул. Его густые ресницы безвольно опустились, отбрасывая на кожу под глазами изогнутые тени.
Устроив Чжоу У, Чжоу Сань сел на водительское место и направил машину к вилле.
По дороге он сделал телефонный звонок, и Хва Ву сквозь сон услышал, как тот просит Старшего или Второго братца встретить людей.
Закончив разговор, Чжоу Сань бросил мимолетный взгляд на прижавшегося к окну младшего брата, который казался совсем крошечным, и спросил:
— Плакал?
Его голос звучал низко и глухо — в минуты раздражения он казался пугающим, но в спокойном состоянии излучал солидность.
Хва Ву мгновенно протрезвел, его пальцы крепче сжали пиджак. В зеркале заднего вида красивое лицо Чжоу Саня выглядело собранным и невозмутимым, а дерзкие брови и глаза от природы несли на себе печать небывалой самоуверенности.
Прошла примерно минута, прежде чем Хва Ву тихо ответил:
— Не плакал.
— Тц, — цыкнул Чжоу Сань, кривя губы. — И впрямь не заплакал, какая жалость.
Хва Ву оставил это без внимания.
— Помнишь ту мерзкую физиономию сегодня вечером? Ну, того парня, которого ты швырнул на землю.
Хва Ву:
— Помню.
— В следующий раз, если он снова посмеет нести чушь в твой адрес, продолжай лупить его. — Чжоу Сань крутанул руль, направляя машину на склон, а его тонкие губы изогнулись в холодной улыбке. — Ты — наследник семьи Чжоу, и никто не имеет права вести себя с тобой непочтительно.
Тяжелые ворота были распахнуты настежь, машина Чжоу Жи уже въехала внутрь. Чжоу Сань поленился загонять авто в гараж и припарковался прямо во дворе. Нажав на тормоз, он повернулся к младшему брату, и в его острых глазах мелькнул холодный блеск:
— Включая всех тех, кто отчитывал тебя сегодняшним вечером. Если они смеют проявлять неуважение, то лишь потому, что ты слишком слаб.
Хва Ву широко раскрыл глаза, упрямо глядя на старшего брата.
— Но, — Чжоу Сань всмотрелся в его чуть подрагивающие ресницы и легко щелкнул его по лбу, тут же убрав руку, — сегодня ты справился отлично.
Не успел он договорить, как тут же склонился и выскочил наружу. Хва Ву растерянно потирал лоб, провожая взглядом быстро удаляющегося Третьего братца.
Третий братец, ты опять покраснел...
Поглаживая собственный лоб, Хва Ву вышел из машины, чувствуя, что это легкое прикосновение было совершенно настоящим.
Поджидавший у дверей Чжоу Жи шагнул навстречу. Хва Ву поднял на него лицо. Столкнувшись взглядом с этими ясными и чистыми глазами, Чжоу Жи на мгновение растерялся, не зная, что сказать. Заметив в глазах младшего брата легкую усталость, он произнес:
— Устал? Иди умойся и ложись спать, брат отвезет тебя в школу завтра утром.
Хва Ву поджал губы, ничего не отвечая, молча обошел его и так же молча прошел мимо гостиной. В гостиной ярко горел свет. Слегка опустив голову, Хва Ву поднялся по лестнице, чувствуя спиной несколько устремленных на него взглядов.
Вернувшись в комнату, Хва Ву разгладил помятый от его объятий пиджак, тщательно разгладил складки и повесил в гардеробную.
Достав смену одежды и чувствуя, как урчит от голода желудок, Хва Ву быстренько принял душ, надел пижаму и, устроившись за письменным столом, принялся усердно строчить. На столе тускло излучала свет настольная лампа.
Закончив уроки, Хва Ву открыл дневник. Его рука с ручкой зависла над чистой страницей, долгое время оставаясь неподвижной.
Мгновение спустя он вывел дату, погоду, настроение, оставил всего одну фразу и захлопнул тетрадь.
Наступила глубокая ночь.
Установив будильник, Хва Ву прижал к груди рамку с фотографией и, легла в постель, постепенно погружаясь в сон.
Наступил следующий день.
В половине пятого зазвонил будильник. Хва Ву разлепил глаза, которые были готовы закрыться вновь, прижал к себе одеяло и сел. Сонливость одолевала настолько, что ему потребовалось добрых пять-шесть минут, чтобы побороть дремоту, сбросить одеяло и встать с постели.
На краю неба едва забрезчил свет, но ночная мгла еще не расселась окончательно.
Накинув на плечи ранец, Хва Ву на цыпочках спустился по лестнице. Убедившись, что в гостиной никого нет, он осторожно приоткрыл холодильник и взял бутылку молока.
Почти всю дорогу затаив дыхание, черепашьим шагом Хва Ву покинул главный корпус. Когда он закрыл парадную дверь и вышел во двор, с верхнего этажа, из окон от пола до потолка в левом крыле, кто-то молча наблюдал за ним.
Небо еще не посветлело до конца, окутанное легкой дымкой тумана. Потягивая молоко, Хва Ву медленно спускался по склону. Утренний ветер щипал кожу холодом, совсем как зимой.
Миновав склон и завернув за угол, он прошел еще немного, прежде чем добрался до автобусной остановки. Он простоял там до пяти часов, пока сквозь пелену тумана не показался силуэт автобуса.
К этому моменту небо уже слегка посветлело.
В школу он прибыл рано: у ворот ни души. Хва Ву купил порцию жареной рисовой лапши у входа и присел за столик прямо там.
Покончив с едой, школа открылась. Под удивленным взглядом сторожа Хва Ву неспешно шагнул внутрь. Во всем кампусе не было ни единого студента — судя по всему, он заявился раньше всех.
Добравшись до класса для второго года старшей школы, Хва Ву занял свое место. Сначала он повторил материал к первому уроку, а затем достал задачник по математике и с головой ушел в решение примеров.
Шло время, небо окончательно посветлело, и кампус наполнился жизнью. Ученики оживленно болтали, заходя в класс группами, и многие от неожиданности подпрыгнули, заметив у окна одинокую фигуру.
— Ох ты ж ё… Хва Ву, ты нас до смерти напугать решил!
— Среди бела дня, а я уж думал, призрак померещился.
— Хва Ву, чего это ты так рано приперся?
Как и всегда, одноклассники приветствовали его с доброжелательностью. Хва Ву немного подумал и тихо ответил:
— Рано проснулся.
Одноклассники тут же замерли. Переглянувшись, они мысленно убедились, что им не послышалось: это был первый раз, когда молчаливый и отгородившийся от всех Хва Ву ответил на их ежедневное дежурное приветствие!
Класс взорвался, словно котел с кипятком. Ребята пришли в дичайший восторг, решив, что их упорство не прошло даром — терпение и труд все перетрут!
Глядя на их юные, сияющие лица, Хва Ву трогательно и сдержанно улыбнулся, думая, что ему невероятно повезло встретить столько хороших людей.
Уроки подошли к концу. Возвращаться на виллу после занятий Хва Ву не хотелось, поэтому он остался в классе делать домашку. Утром Седьмой братец прислал СМС с вопросом, сам ли он добрался до школы. Получив утвердительный ответ, он больше не объявлялся.
— Эй-эй-эй, вы новости видели? У семьи Чжоу появился восьмой наследник!
— Да ладно, еще один? Фотографии есть?
— Ты совсем дурак? Семья Чжоу запрещает публиковать снимки наследников где бы то ни было.
Хва Ву замер на полуслове, прямо посреди быстрого решения примеров, и прислушался к болтовне одноклассников.
Одна из девушек покраснела и произвела вброс:
— Разве второй молодой господин семьи Чжоу не мелькает вечно по телевизору? Он такой красавчик, значит, и братья у него не хуже.
— Вы, девчонки, такие поверхностные, лишь бы на мордашки пялиться, — презрительно скривился парень, в голосе которого сквозила зависть.
— А между прочим, он еще и талантливый! Красивый, богатый и умный — куда вам, соплякам старшеклассникам, тягаться?
Стоило зайти издалека, как парни и девчонки тут же сцепились в споре.
Хва Ву закрыл задачник, собрал портфель и вышел из класса.
Ближе к вечеру небо окрасилось в багрянец закатных облаков. Выйдя за школьные ворота и пройдя совсем немного, Хва Ву заметил припаркованный неподалеку черный автомобиль, на дверцу которого опирался молодой красавец.
Заметив его, парень изогнул губы в улыбке, и ослепительное зарево заката на его фоне мгновенно поблекло.
Подойдя ближе, Хва Ву с чопорным видом забрался в салон.
Чжоу Жи не стал заводить разговор о сегодняшнем утре. В то утро он примчался из университета в пять, прождал в гостиной десять минут, поднялся на третий этаж и постучал в дверь — в ответ тишина. Постучав трижды, он толкнул дверь: постель была идеально застелена и пуста.
— Голоден? Хочешь перекусить какой-нибудь выпечкой?
Хва Ву покачал головой, вспомнив вчерашние шашлычки.
— Что хочешь на ужин? Может, съедим что-нибудь в городе? Второй братец сегодня отсутствует, вроде как улетел за границу. — Чжоу Жи смотрел на дорогу с улыбкой. — Старший братец тоже умеет готовить, но получается у него так себе. Кстати, Сяо Ба, офис Старшего находится недалеко отсюда, не хочешь навестить его и поужинать вместе?
Перед глазами Хва Ву тут же возникло холодное и безупречно красивое лицо Старшего братца, и он замотал головой:
— Седьмой братец, я хочу обычного риса.
— Риса? — Чжоу Жи мысленно перебирал рестораны. — Острое ешь? Давай сходим в заведение сычуаньской кухни.
— Ем.
Чжоу Жи резко развернул машину, направляясь к ресторану сычуаньской кухни в южной части города.
У заведения было весьма изысканное название — Павильон Чистого Ветра, в котором чувствовался сильный старомодный колорит. Внутреннее убранство было оформлено в традиционном стиле, и стоило переступить порог, как, не будь на них современной одежды, можно было всерьез подумать, что они перенеслись в древность.
Здесь даже встречали гостей на старинный манер. Выбрав отдельный тихий кабинет, Чжоу Жи провел младшего брата на второй этаж.
Блюда в ресторане отличались разнообразием, вкус был аутентичным, а обстановка — тихой, поэтому Чжоу Жи захаживал сюда довольно часто.
Заказав целый стол еды, Чжоу Жи между делом отправил Старшему брату сообщение, предупредив, что младший ужинает с ним, так что на вечер можно на них не рассчитывать.
Как только еду подали к столу, глаза Хва Ву загорелись. Его палочки замелькали над тарелками, а рот практически не закрывался.
Когда Чжоу Жи закончил трапезу, он отложил палочки и, глядя на то, как маленький ротик младшего брата уплетает за обе щеки, а щеки надулись точно у хомяка, невольно рассмеялся:
— Сяо Ба, не наешься до боли в животе, хватит и на семь-восемь десятых сытости, понял?
Хва Ву, оторвавшись от еды, угукнул в ответ.
Когда трапеза подходила к концу, Чжоу Жи с помрачневшим взглядом молча постучал указательным пальцем по столу и спросил:
— Сяо Ба, ты случайно не сердишься на брата?
Хва Ву на секунду прернул движение палочек, вернул кусочек еды в чашку и, опустив голову, ответил:
— Нет.
— Правда?
— Угу.
Чжоу Жи внимательно наблюдал за ним:
— Тогда почему не позволяешь брату отвозить тебя в школу?
Хва Ву доел рис и тихо пробормотал:
— Не хочу доставлять хлопоты.
Причина была правдивой, но в большей степени потому, что стоило ему увидеть Седьмого братца, как в памяти всплывала картина вчерашнего вечера, где остальные братья стояли рядом и просто наблюдали за ним со стороны.
Чжоу Жи решил, что младший братец еще не отпустил обиду. Но его терзали смутные сомнения: разве вчера, после улаживания вопросов с машиной, он не поручил Третьему братцу как следует поговорить с младшим и растопить лед?
…Похоже, Третий братец снова его подставил!
И стоило же ему надеяться на Третьего, сам виноват, дурак, понадеялся на этого негодника. Чжоу Жи взъерошил волосы с озабоченным видом. Будучи старшим братом впервые в жизни, он совершенно не умел баловать младших и понятия не имел, как их утешать. И раз уж попытка исправить все могла лишь навредить, лучше дождаться возвращения домой и отправить на передовую Пятого братца.
Совершенно не подозревая, что Пятый братец уже отбыл свою смену, Чжоу Жи принял решение и ослепительно улыбнулся младшему брату:
— Никаких хлопот, мне только в радость, как раз полезна привычка вставать пораньше.
Не дав Хва Ву и слова сказать, Чжоу Жи почти волевым решением пресек любые возражения.
Наевшись и расплатившись по счету, они сели в машину. Уже в пути Чжоу Жи внезапно вспомнил, что Шестой братец тоже вернулся домой, и резко нажал на тормоз, глядя прямо в чистые глаза младшего брата:
— Сяо Ба, братец предупреждает: вернешься домой, увидишь Шестого — держись от него подальше.
Хва Ву моргнул:
— Почему? Шестой братец такой страшный?
Брови Чжоу Жи слегка нахмурились:
— Да дело не в том, что он страшный… Короче говоря, послушай брата: увидишь Шестого, поздоровайся и не заводи с ним лишних разговоров.
Судя по решительному настрою Седьмого братца, который не собирался трогаться с места, пока тот не кивнет, Хва Ву оставалось только кивнуть, хотя на душе у него скребли кошки.
Чжоу Жи разгладил брови, и его красивое лицо озарила улыбка, сиявшая ярче солнца.
Машина тронулась вновь, и Чжоу Жи, пересчитав про себя домашних братцев, с любопытством спросил:
— Сяо Ба, кроме Шестого, с кем из нас ты еще не виделся?
Хва Ву тоже мысленно пересчитал их и тихо ответил:
— Остался еще Четвертый братец.
Услышав это от младшего, выражение лица Чжоу Жи моментально стало неописуемым:
— Четвертый…
Хотя при выборе между Шестым и Четвертым он предпочел бы последнего, но среди всех братьев, не считая Шестого, общаться с Четвертым ему хотелось меньше всего.
Не зная, о чем тот думает, Хва Ву прижался щекой к рюкзаку, глядя на дорогу впереди. Пересчитав братьев, он вдруг заинтересовался Пятым:
— Седьмой братец, Пятый братец — писатель?
Чжоу Жи:
— Эм, да.
Мысленно он взмолился, чтобы братишка больше ничего не спрашивал, но в следующую секунду раздался звонкий голос младшего:
— А про что он пишет?
Выражение лица Чжоу Жи снова стало совершенно непередаваемым.
Про что он пишет?
Про такое жуткое порно…
http://bllate.org/book/27546/3348906
Готово:
