Одетые в роскошные шелковые одежды великаны должны были вести себя сдержанно и цивилизованно, но в этот момент они напоминали стаю голодных волков. Они не сводили с Чи Цзиня глаз, словно собираясь сожрать его заживо.
Интерес Чи Цзиня разгорелся еще сильнее. С явным актерским мастерством он откинулся назад, прижавшись спиной к невысоким перилам, и изобразил на лице испуг.
Сидящие внизу великаны один за другим поднимали таблички. Их рты открывались и закрывались, но Чи Цзинь не слышал ни звука.
Неужели на аукционе выставляют меня?
Сама эта мысль вызывала у Чи Цзиня легкое возбуждение.
Сохраняя на лице прежнее выражение, он принялся оглядывать зал. Желающих поднять табличку было множество, они тянулись от задних рядов к передним, и нетрудно было заметить, что чем ближе к первому ряду сидел великан, тем выше было его положение. Они выглядели куда внушительнее, одевались богаче и при этом держались гораздо сдержаннее.
Внимательно изучив первый ряд, Чи Цзинь перевел взгляд на великана, сидевшего прямо напротив него. Надеттая на его лице маска под названием испуг слегка треснула, а уголки губ невольно изогнулись в едва заметной улыбке.
В этой игре действительно нашелся его идеальный тип. Даже если этот великан соответствовал требованиям Чи Цзиня лишь внешне, этого было более чем достаточно, чтобы он сам или Бесконечная игра любви прослезились от благодарности.
Прямым взглядом Чи Цзинь уставился на воплощение своего идеала, скользнув глазами с густых бровей на глубокие глазницы, и чуть дольше задержался на рубиновых глазах. Красный был его любимым цветом.
Спустя мгновение взгляд опустился ниже, словно съехав по горке с высокого прямого носа на пухлые губы, чтобы напоследок полюбоваться четкой линией подбородка.
У Чи Цзиня раскраснелось личико: безупречное лицо в сочетании с такой разницей в габаритах доказывали, что Бесконечная игра любви определенно интереснее реального мира.
Пока он размышлял об этом, торги внизу подошли к концу. Идеальный тип в последний раз поднял уникальную золотую табличку, и через несколько секунд, под глухой удар молотка, в ушах Чи Цзиня раздался древний и низкий голос:
Получена заявка от игрока Чи Цзиня. После проверки атрибуты игрока выглядят следующим образом.
Имя игрока: Чи Цзинь
Значение силы: 70
Значение интеллекта: 80 (Внимание, уровень возбуждения игрока стремительно растет)
Значение обаяния: 100
Достижения: Сердцеед сотен женщин, Очаровывающая сердца маленькая лисица
Уровень жажды любви: 0—100 (Значение нестабильно, невозможно оценить точные цифры)
Комплексная оценка: S
Игрок соответствует условиям для входа в игру, игра официально начинается.
Подземелье: Великан, который любит есть торты загружено. Пожалуйста, сохраняйте бдительность, начните любить.
Перед глазами возникла прозрачная завеса, на которой длинным списком тянулась информация об игроке. Чи Цзинь бросил на нее беглый взгляд, не придавая этому никакого значения, однако последовавшее затем пожелание заставило его озариться лучезарной улыбкой и мысленно поблагодарить систему.
Таинственный голос умолк, и одновременно с этим Чи Цзинь услышал шум снаружи: Поздравляем Ваше Величество с выигрышем торта! И впрямь не подвели, Ваше Величество, ваши финансовые возможности поистине безграничны.
Окружающие великаны скучно сыпали льстивыми речами, но тот, кого назвали Ваше Величество, остался с каменным лицом и ничего не ответил. Он поднялся с места, сделал широкий шаг на сцену, наклонился, подхватил Чи Цзиня вместе с лежавшим под ним диваном-архаем и большими шагами зашагал прочь.
Руки у него были невероятно твердыми: Чи Цзинь, вися в воздухе вместе с ложем, не ощущал ни малейшей тряски, словно они вовсе не двигались. Не проходя через толпу великанов, идеальный тип унес его подальше от остальных и вышел из аукционного зала через боковую дверь.
Снаружи вовсю сияло солнце. Впереди тянулась галерея с массивными и высокими каменными колоннами, рядом с которыми росли какие-то простые кустарники, и больше ничего вокруг не было.
Миновав галерею, великан уперся в каменную дверь и, не сбавляя шага, внес Чи Цзиня внутрь.
Очевидно, это были покои, но вовсе не роскошные, а скорее отдававшие простотой. Убранство оказалось предельно скромным: лишь каменная кровать, диван и небольшой каменный стол (если сравнивать его с остальными предметами).
Диван-архай надежно водрузили на каменный стол. Сидя на нем, Чи Цзинь задрал голову на короля, который превосходил его по размерам в два с половиной раза, и внезапно заметил над его макушкой строчку мелких букв: [Великан — король Яте].
Имя звучное, статус внушительный, телосложение что надо, да и лицом вышел идеально. Чи Цзинь поставил своему первому партнеру девяносто баллов, а оставшиеся десять решил приберечь до проверки на мужскую добродетель.
Выставив оценку, он отвел взгляд и осмотрелся, а опустив голову, заметил на ложе точно такую же надпись: [Танжэнь Чи Цзинь — торт на диване-архае].
Оказывается, он — Танжэнь. Сахарные человечки бывают разных размеров, и раз Яте — Великан, то, судя по всему, сам он должен быть ростом с обычного человека.
Пока он прибывал в задумчивости, Яте протянул руку, легко ухватил его и приподнял. Чи Цзинь внезапно взмыл в воздух, после чего его поставили вертикально, ровно усадив посреди дивана-архая.
От тебя вкусно пахнет, а тело крепкое. Тон был деревянным, словно у робота, от него так и везло за версту стандартным NPC.
Это была подсказка. Чи Цзинь запечатлел информацию в памяти, однако ему вовсе не улыбалось относиться к попавшемуся под руку красавцу-великану как к бездумному NPC. Он поднял обе руки: — Можешь поднять меня до твоего роста? Сейчас между нами слишком большая разница, неудобно разговаривать.
В пространстве воцарилось молчание, и лишь спустя долгое время Яте шевельнулся. Он протянул руку, но не успел коснуться Чи Цзиня, как тот сам подался вперед и карабкался по его предплечью. Яте, планировавший всего лишь ухватить его за одежду, был вынужден предоставить Маленькому сахарному человечку свою руку в качестве сиденья.
Наконец оказавшись на уровне его глаз, Чи Цзинь заглянул в переливавшееся всеми цветами радуги рубиновое око Яте. Сейчас в нем отражалась фигурка Чи Цзиня — хрупкая и прекрасная.
— От меня вкусно пахнет, а на вкус я тоже сладкий?
Яте снова замолчал — вопросы этого сахарного человечка были поистине необычными.
— Великаны любят есть сахар, — выдал он мало подходящий к теме ответ.
В глазах Чи Цзиня мелькнул огонек, и он вмиг раскусил намек Яте. Великаны любят сахар, а он и есть сахар.
— Великаны любят, значит, и ты наверняка любишь? — Чи Цзинь заглянул в глаза Яте и озарил его чарующей улыбкой: — Можешь не есть меня целиком?
Не дожидаясь ответа, он добавил:
— Я могу позволить тебе меня полизать.
Адамово яблоко Яте судорожно дернулось вверх-вниз. Сладкий аромат сахарного человечка, который до сих пор никак на него не влиял, непрерывным потоком заталкивался в его ноздри, пробуждая свирепую жажду. Прошло немало времени, прежде чем он выдавил:
— Можно.
Приблизив к себе зажатого в руке Чи Цзиня, Яте провел языком по его телу, оставив на нем влажный след.
http://bllate.org/book/27558/3350808
Готово:
