Готовый перевод Sunrise Imprisoned / Запретный рассвет: Тень господина: Глава 6

Ци Мяо мгновенно всё понял: присутствие Цзи Ванцю на этом обеде имело решающее значение, и чтобы своенравный младший господин не сбежал в последний момент, ему, так называемому маленькому управляющему, необходимо было неотступно дежурить у входа и удерживать того внутри.

Опустив глаза, Ци Мяо ответил:

— Я понимаю, мне не трудно.

Едва он договорил, как сверху спустился Цзи Ванцю в совершенно новом белоснежном праздничном костюме. Наряд, созданный умелыми руками опытного портного, до мелочей — от покроя и ткани до воротника и петель — идеально прилегал к фигуре владельца. Розовые волосы, которые раньше вызывали лишь недовольство Цзи Минюэ, теперь придавали парню какой-то необычайный, живой и притягательный вид.

— Пойдет? — Цзи Ванцю протянул брошь Ци Мяо и повернулся к брату.

Наконец-то избавившись от необходимости оставаться наедине с Цзи Минюэ, Ци Мяо взял брошь в форме белой ленты и, наклонившись, принялся прикалывать её к одежде Цзи Ванцю. В этот момент он услышал довольный голос Цзи Минюэ:

— Сойдет.

Сам же Цзи Ванцю, казалось, не был в восторге от этого кутюрного наряда: на следующее утро, по пути в ресторан, он даже попытался снять пиджак в наполненной теплым воздухом машине, но притих, стоило Цзи Минюэ бросить на него строгий взгляд.

Ци Мяо вел машину плавно и уверенно, и когда они прибыли к ресторану, небо только начало темнеть. Место выбирал Цзи Минюэ — ресторан в садовом стиле с изысканным интерьером. Когда официант вел их к банкетному залу, они прошли мимо длинной стены из водопада. Ци Мяо случайно поймал в отражении свой силуэт: облаченный в единственный имеющийся в гардеробе классический черный костюм, он с самого совершеннолетия играл роль фонового персонажа во всех официальных случаях.

Понимая, что его место у дверей, Ци Мяо заметил, что на круглом столе внутри уже расставлены три прибора. Судя по всему, Цзи Минюэ пригласил только одного гостя.

Заметив, что Ци Мяо застыл у стены в коридоре, Цзи Ванцю удивленно дернул его за рукав:

— Не пойдешь внутрь?

Не дожидаясь, пока Цзи Минюэ метнет на него взгляд, Ци Мяо послушно отстранился и кивнул в сторону конца коридора:

— Я схожу в уборную.

— В кабинке же есть, — Цзи Ванцю снова потянулся к нему. — Зачем идти так далеко? Ты нервничаешь даже больше, чем я.

— Кто нервничает? — раздался голос со стороны водяной стены. В нем не было слышно шума воды, напротив, в словах чувствовалась солидная, умудренная опытом уверенность.

Для Ци Мяо этот голос прозвучал как удар грома, от которого зазвенело в ушах. Он прекрасно понимал, что сейчас нужно опустить голову и избежать приветствий, в которых не должен был участвовать, но легкий стук трости о пол и его собственный бешеный стук сердца вошли в резонанс, заставляя его непроизвольно поднять глаза на источник звука.

Встретившись взглядом с этим знакомым лицом, Ци Мяо услышал, как Цзи Минюэ рядом с ним произнес:

— Господин Цзян, наслышан о вас.

Цзян Чжи провел весь день в торговом зале, выпив несколько чашек кофе, чтобы взбодриться. Его наряд, безупречно подобранный с утра, через полчаса после того, как он уселся перед мониторами с графиками движения капитала, выглядел крайне небрежно: пуговицы на пиджаке расстегнуты, галстук брошен на подлокотник кресла, несколько прядей волос упали на лоб. На фоне формально одетых собеседников он выглядел куда более расслабленным.

Скользнув равнодушным взглядом по лицу Ци Мяо, он не задержался на нем и на секунду, а затем пожал протянутую руку Цзи Минюэ:

— Я опоздал?

— Как раз вовремя, мы тоже только что пришли, — улыбнулся Цзи Минюэ. Несмотря на всю усталость, которую он проявлял дома в последние дни, на людях он по-прежнему выглядел энергичным.

Двери кабинета были достаточно широкими, чтобы войти втроем в ряд. Цзи Минюэ слегка приобнял брата за спину, а другой рукой незаметно подтолкнул створку двери. Одна из них медленно закрылась, и официант, который их сопровождал, предусмотрительно прикрыл обе створки.

Массивные двери отсекли шум бегущей воды. Теплый свет мягко подрагивал в чашках с чаем. Цзи Минюэ заранее заказал блюда, поэтому процедуру выбора меню удалось пропустить. Он поднял чашку в сторону Цзян Чжи:

— Господин Цзян, прежде всего, благодарю вас за то, что уделили нам время.

— Это мне следует благодарить Директора Цзи за то, что составили мне компанию вечером, — Цзян Чжи провел пальцем по краю чашки. Чай был слишком горячим, чтобы пить сразу. — Одиночество... если заканчиваешь работу рано, всегда думаешь, чем бы себя занять.

— Не скажешь по вам, я думал, что у такого видного мужчины, как Господин Цзян, не должно быть недостатка в поклонниках, — подхватив тему, Цзи Минюэ положил правую руку на плечо Цзи Ванцю. — Мы уже давно здесь, а я всё не представил его. Это мой младший брат, Цзи Ванцю, студент моего однокурсника.

Застигнутый врасплох, Цзи Ванцю, чей взгляд был прикован к двери, медленно перевел его на собеседника. Перед уходом его сто раз просили быть осторожным в словах, поэтому он подавил рвавшееся с языка не пора ли переходить к тостам и, сдержанно улыбнувшись, произнес:

— Здравствуйте.

Только тогда взгляд Цзян Чжи скользнул по лицу Цзи Ванцю. Заметив его напряжение, он понимающе пошутил:

— Профессор Чжуан в академии известен как строгий судья. Хорошо, что сегодня его не позвали, а то я бы побоялся даже вина выпить, опасаясь, что он снизит мне оценки.

Цзи Ванцю все же не смог удержаться:

— ...Я совершеннолетний, я могу пить!

Цзи Минюэ подавил желание ударить себя по лбу и, мучительно соображая, как вернуть разговор в нормальное русло, услышал стук в дверь. Официанты начали приносить блюда. Стол быстро наполнился деликатесами, которые Цзи Минюэ заказал, заранее разузнав у Чжуан Ихуна о предпочтениях Цзян Чжи.

Когда все блюда были на столе, дверь снова закрылась. Перед тем как взять палочки, полагалось обменяться парой любезностей, но Цзян Чжи внезапно спросил:

— Так кто там нервничал перед входом?

Тон был случайным и расслабленным, братья Цзи даже не сразу поняли, о чем речь, но Цзян Чжи продолжил:

— Директор Цзи? Пришли пообедать и привели с собой телохранителя.

Тут Цзи Минюэ понял, что Цзян Чжи имеет в виду Ци Мяо, стоявшего в коридоре. Он рассмеялся, отводя от себя подозрения:

— Да что вы, это тот, кто присматривает за моим братом, они с детства неразлучны.

Цзи Ванцю запротестовал:

— Не так уж всё и преувеличено, как ты говоришь!

— Разве вы не липнете друг к другу каждый день?

— Я про то, что было раньше, — вспылил Цзи Ванцю. — Брат, почему ты выставляешь меня таким беспомощным?

Цзян Чжи посмотрел на Цзи Ванцю с полуулыбкой:

— Раз уж вы так неразлучны, неужели у вас пропадает аппетит, если рядом нет того, с кем можно разделить трапезу?

Цзи Ванцю, чьи симпатии были явно не на стороне брата, за один вечер успел проникнуться к Цзян Чжи доверием и немедленно оживился:

— А ведь правда! Сейчас я его позову.

— Видно, что твой младший брат рос в любви, — Цзян Чжи отвел взгляд от Цзи Ванцю, ни на мгновение не задержавшись на Ци Мяо, который вошел вслед за ним, понурив голову. Вместо этого он переключился на обсуждение блюд: — Директор Цзи умеет заказывать. Я был в этом ресторане один раз до того, как они расширились, и некоторые блюда мне очень запомнились. Не думал, что сегодня вы включите их в заказ.

Увидев, что Цзян Чжи не выказал недовольства капризами Цзи Ванцю, Цзи Минюэ облегченно вздохнул и повернул сервировочный круг, пододвигая фирменное блюдо ближе к гостю:

— Здесь кухня довольно стабильная. Попробуйте, Господин Цзян, есть ли разница с тем, что осталось у вас в памяти.

Тем временем Цзи Ванцю уже усадил Ци Мяо на последнее свободное место за круглым столом, между собой и Цзян Чжи, и, чтобы доказать, что он вовсе не беспомощен, собственноручно переставил запасной прибор перед Ци Мяо.

Помимо самого Цзи Ванцю, каждый понимал, что это нарушение этикета. Ци Мяо в почти паническом страхе заслонил руку Цзи Ванцю, шепотом умоляя:

— Не нужно... садись, я сам.

Стол ломился от изысканных блюд, но они оставались нетронутыми. Цзян Чжи, не желая обидеть Цзи Минюэ, положил в свою тарелку кусок жареного лобстера, а затем пододвинул стол в сторону левого соседа, переводя взгляд в том же направлении:

— Давайте, не только я буду есть, иначе все остынет и потеряет вкус.

Ци Мяо, даже не поднимая глаз, догадался, что Цзян Чжи говорит не с ним, а с Цзи Ванцю или с Цзи Минюэ, который сидел дальше. Он не двигался. Только после того, как те двое взялись за палочки, он решился подцепить маленькое соцветие брокколи, служившее гарниром к омару.

Звук сталкивающихся паре тарелок затих, и беседа начала плавно перетекать в основную тему их встречи. Цзян Чжи поинтересовался состоянием здоровья Цзи Сянтуна:

— Как сейчас дела у Директора Цзи? В новостях ходят странные слухи, не поймешь, где правда, а где ложь.

— Не буду скрывать, все примерно так, как пишут в прессе, но ситуация не настолько плоха, — Цзи Минюэ потер пальцем переносицу. — В компании мы стараемся не разглашать подробности, в основном из-за опасений, что мотивация сотрудников упадет.

Ци Мяо остро почувствовал, как настроение Цзи Ванцю резко испортилось. Он тихонько погладил его по спине, а затем беззвучно положил палочки на стол.

С самого начала трапезы он ни разу не повернул стол самостоятельно. Он ел только то, что оказывалось прямо перед ним, причем строго следовал правилам, касаясь лишь гарниров к основным блюдам: нут рядом с ягненком, ломтики грибов рядом с ямсом...

Он старательно пережевывал эти второстепенные ингредиенты с почти религиозным усердием. Он сидел с прямой спиной, опустив взгляд, и изо всех сил пытался оставаться невидимым для остальных.

Казалось, если он будет вести себя так, его жалкий образ в глазах Цзян Чжи немного померкнет.

Ведь ни один из его прежних промахов перед этим человеком не сравнится с нынешним. С того момента, как он осознал, что Цзян Чжи — один из основателей капитала Чжижуй, знаменитость в финансовом мире, он пребывал в состоянии жгучего стыда. Тот, кто с такой легкостью ворочает капиталами, — и он, бегущий следом, чтобы вернуть какие-то гроши за парковку, и даже когда тот вежливо отказывался, настаивающий на своем.

Аппетита и так не было, а теперь, когда он отложил палочки, он не притронулся к еде, даже когда разговор за столом перешел на менее тяжелые темы об инвестиционном партнерстве.

Как и ожидал Цзи Минюэ, обед затянулся. В какой-то момент Цзян Чжи сказал, что хочет курить, и, извинившись фразой: Прошу прощения на пять минут, неторопливо вышел из кабинета.

Как только тяжелая дверь закрылась, Цзи Ванцю вскочил с места и нервно заходил по комнате:

— Брат, в чем вообще был смысл приводить меня сюда сегодня?

— Чтобы ты научился налаживать связи с нужными людьми. То, чему учат в школе, — это лишь теория на бумаге. Сяо Цю, часть того, что создал отец, принадлежит тебе, и старший брат не может хранить это вечно, — Цзи Минюэ сделал глоток чая и, когда Ци Мяо подошел подлить воды, мельком взглянул на экран телефона. — Ци Мяо.

— Господин Цзи, — отозвался Ци Мяо. Цзи Ванцю не любил чай, поэтому его чашка была полной. Ци Мяо покосился на чашку Цзян Чжи, на секунду замешкался, но все же наполнил её, а затем сел на место и посмотрел на Цзи Минюэ.

http://bllate.org/book/27576/3352682