Готовый перевод Transmigrated into a Villainous Cannon Fodder, I Became the Beloved / Став злобным статистом, я влюбил в себя всех врагов: Глава 7

Он думал, что тот больше не станет против него замышлять, и потому расслабился?

Поразмыслив довольно долго, Хо Фейжань достал лист бумаги и, взяв кисть, написал письмо Чжэньнань-вану.

Дедушка, пишу тебе эти строки, чтобы узнать, как ты. В последнее время всё ли у тебя благополучно? Успешна ли война? ...Твой второй внук в последнее время сильно изменился: целыми днями больше не слушает песни и не смотрит представления, к тому же снова охотно читает книги и занимается боевыми искусствами. Он усовершенствовал луки, что были в княжеской резиденции, и их мощь оказалась поистине велика... Когда ты вернешься с победой, непременно должен лично опробовать этот лук. Имея такой лук, можно без малейших усилий сокрушить южные племена.

Дописав письмо, Хо Фейжань подул на высохшие чернила и приказал гонцу во весь опор мчаться к передовой и передать послание Чжэньнань-вану.

Желая посмотреть, чем занят младший брат, Хо Фейжань не стал заранее предупреждать о своем визите и направился в Беседку Изумрудной Нефритницы.

Однако, дойдя до входа в Беседку Изумрудной Нефритницы, он услышал, что Хо Сижань плохо себя чувствует и даже не притронулся к ужину.

Хо Фейжань нахмурился и строго спросил стоявшего у входа слугу:

— Разве днем он не был совершенно здоров? С чего вдруг ему стало плохо?

Слуга замялся и забормотал:

— Этот ничтожный и сам не знает...

Хо Фейжань слегка встревожился:

— Лекаря позвали осмотреть его?

Слуга робко ответил:

— Второй молодой господин сказал, что отдохнет пару дней — и все пройдет, и звать лекаря не нужно.

— Безобразие.

Хо Фейжань нахмурился, подошел к двери спальни Хо Сижаня и постучал.

— Вторая братец?

— Вторая братец, ты не спишь?

Внутри Хо Сижань тайком уплетал сладости. Не поужинав, он проголодался настолько, что живот прилип к спине, и ему пришлось заставить Лу Мина добыть хоть каких-нибудь лакомств заморить червячка.

Услышав стук, он в спешке нырнул под одеяло, изобразил болезненный вид и велел Лу Мину открыть дверь.

Войдя в комнату, Хо Фейжань окинул всё взглядом, заметив надкушенную сладость на столе, а затем перевел взгляд на человека в постели.

— Слышал, ты заболел? В чем дело?

Хо Сижань притворился слабым и дважды кашлянул.

— Я в порядке, наследный княжич, вам не о чем беспокоиться. Наверное, я просто подхватил легкую простуду, через пару дней всё пройдет.

Хо Фейжань неодобрительно произнес:

— От простуды люди вообще-то умирают, что значит отдохну пару дней и всё пройдет? Я сейчас же велю позвать тебе лекаря.

— Не надо! — поспешно отказался Хо Сижань.

Этот возглас прозвучал на редкость бодро.

Встретившись с полным сомнения взглядом Хо Фейжаня, Хо Сижань вновь понизил голос и робко добавил:

— Правда не нужно, ничего серьезного, просто... завтра утром я, боюсь, не смогу пойти на занятия.

— Кхе-кхе. — Хо Сижань снова дважды кашлянул.

Хо Фейжань: «...»

Он наконец-то понял, какую хворь изображает этот сорванец — оказывается, тот просто хотел прогулять учебу!

Хо Фейжань чуть не рассвирепел от смеха, а ведь он так за него переживал!

— Ну хорошо, тогда лежи, — Хо Фейжань бросил взгляд на стоявшего рядом Лу Мина. Этот с первого взгляда казался соучастником: разве не он обещал приглядывать за младшим братом?

С этими словами он взмахнул рукавом и удалился.

На следующий день Хо Сижань по-прежнему прикидывался больным, заявляя, что чувствует себя слишком слабым для учебы, и пропустил утреннюю тренировку.

Когда он спал уже половину дня, до него вдруг донеслись звуки снаружи.

Будто кто-то швырял на землю тяжелые предметы.

Хо Сижань окликнул Лу Мина пару раз, спрашивая, что произошло, но Лу Мин не ответил.

Шум порядком надоел, и Хо Сижань, с трудом поднявшись с постели в дурном расположении духа, толкнул дверь — и остолбенел.

Лу Мин пластом лежал на длинной скамье, и его били палками.

А Хо Фейжань сидел рядом и наблюдал.

Неизвестно, сколько времени продолжалась порка, но лицо Лу Мина побледнело, а губы были искусаны до крови.

Он упорно терпел и не издал ни звука, иначе Хо Сижань давно бы услышал и вышел посмотреть.

Заметив, что Хо Сижань распахнул дверь, слуги слегка занесли палками над телом юноши.

Хо Фейжань холодно бросил:

— Не останавливайтесь, продолжайте бить.

— Прекратите!

Хо Сижань в два счета подлетел к ним, загородил собой Лу Мина и крикнул:

— Наследный княжич, в чем провинился Лу Мин? За что вы так бьете его?

Хо Фейжань произнес:

— Лу Мин, отвечай сам.

Лу Мин тихо кашлянул и слабым голосом проговорил:

— Этот ничтожный плохо позаботился о втором молодом господине и позволил ему заболеть. Это вина Лу Мина, и наследный княжич наказывает его справедливо.

Хо Сижань оцепенел.

Его так и подмывало взорваться от гнева: о проклятый класс помещиков, проклятый феодализм!

Он был готов голову дать на отрез, что Хо Фейжань прекрасно знал о его симуляции и устроил всё специально, пытаясь запугать его Лу Мином, чтобы он прилежно учился и не строил козней.

Но неужели ради этого обязательно было так избивать Лу Мина?

— Эй, оттащите второго молодого господина, — приказал Хо Фейжань. — Продолжайте, еще с десяток ударов осталось.

— Есть!

Два крепких слуги тут же шагнули вперед, с левой и правой стороны схватив Хо Сижаня за руки, пытаясь оттащить.

— Не надо! — закричал Хо Сижань, вцепившись в талию Лу Мина. — Не бейте его!

Небеса милосердия, кто же не знал, что у Лу Мина самый злопамятный характер на свете! Если из-за него тот получит палочные удары, то в один прекрасный день он непременно за это лишит кого-нибудь головы!

— Я, я не болен.

Не найдя другого выхода, Хо Сижань был вынужден признаться в симуляции и, чувствуя, как у него сдают нервы, пробормотал:

— Я не болел, я просто не хотел идти на занятия и потому солгал, что занемог. Лу Мин вовсе не пренебрегал своими обязанностями.

Выражение лица Хо Фейжаня не изменилось, он спросил Лу Мина:

— Ты знал об этом?

Лу Мин промолчал.

Он понимал, что цель Хо Фейжаня — убить курицу, чтобы испугать обезьян, и не имело никакого значения, был он в курсе или нет.

Разумеется, Хо Фейжань продолжил:

— Если знал, значит, утаил правду и не образумил господина, а за это положено наказание. Если же не знал и даже не ведал, болен ли его господин, то наказывать тебя следует тем более.

С этими словами Хо Фейжань вынес вердикт:

— Продолжайте бить.

Хо Сижань потерял дар речи. Всем телом он навалился на Лу Мина и закричал:

— Нельзя, нельзя бить его! Если хотите кого-то бить, бейте меня!

Как можно избивать несовершеннолетнего только потому, что он прогулял урок?

Двое дюжих слуг никак не могли оттащить его.

Прислуга не смела причинить вред Хо Сижаню и в растерянности занесла палки, не опуская их.

Хо Фейжань холодновато заметил:

— Второму братцу жалко его бить?

Хо Сижань, злой и пристыженный до предела, с покрасневшими глазами крикнул:

— Дело вовсе не в жалости! Он вообще ничего дурного не сделал, с какой стати его бить?

http://bllate.org/book/27625/3358163